Глава 16. В преддверии столицы Нарвина.

    По тёмным улицам шли две укутанные в плащи фигуры, поддерживая третью. Капюшоны надежно скрывали их лица, особенно лицо третьего, чтоб  не пугать ненароком встреченных граждан. Хотя это предостережение было излишним, на встречу им так никто и не попался.

    - Ваше высочество, вы его лицо видели? Ведь он действительно поверил, что призрака увидел! - смеясь произнесла одна из фигур, голосом Кима.

    - Да, даже жаль его немного. - Пробормотала вторая фигура, голосом Даны.

    - Зато, лишний раз подумает, если возьмётся ещё раз кого-то убивать. - Ким был непреклонен. - А вы, ваше высочество, настоящий актёр! Так натурально сыграли, не знай, что вы живой сам бы поверил.

    - Это все твой грим и краска и чуточку дипломатии, - последовал тихий ответ, прошедший спектакль вымотал Лиона, ведь он ещё был не достаточно здоров для таких фокусов, но оно того стоило.

    - Да какой там грим. Чуть белил да краски, вы сейчас выглядите пострашней любого привидения. - Вдруг выдал вор.

    - Ну, спасибо, приласкал так приласкал.

    - Ой! Простите, ваше высочество. - извинился Ким, ему стало неловко, что позволил себе лишнего, ведь Лион был принц, а не один из его приятелей.

    - Все нормально. Сложно на правду обижаться, - усмехнулся Лион.

    Наконец они приблизились к их гостинице. Здание темнело в сияние луны, внутри все ещё спали и только в одном окне все ещё горел свет, в том самом, где ждали их товарищи. Пройдя к себе, Лион не обращая ни на кого  внимания умылся, смывая нанесенную ранее краску и упал на кровать. Присутствующие лишь проводили его молчаливыми взглядами, осуждать его никто не посмел, все понимали, молодому человеку требовался отдых. На молчаливый вопрос товарищей, Лион негромко произнес:

    - Мы все выяснили, - а затем обратившись к вору, попросил. - Ким, расскажи ты.

    Польщенный и обрадованный оказанной честью молодой человек сразу преобразился и начал рассказывать их историю посещения начальника гарнизона. В его устах история приобрела не ужасающий оттенок своей сути, а наоборот звучала легко и весело, затягивая в рассказ, сопровождаемый комичными гримасами и пассами рук. В итоге даже самые серьёзные не смогли сдержать улыбки, представив как, такой "красивый" принц и без того похожий на привидение, да ещё вымазанный неоновой краской, предстал перед начальником гарнизона. В итоге сойдясь на том, что в нормальную голову такая идея бы точно не пришло все разошлись по своим комнатам, чтоб немного поспать.

    - Лион?! - позвал Габриель юношу, лежащего на кровати, прикрыв глаза. В ответ последовала тишина, но спустя несколько минут парень все же откликнулся:

    - Да.

    - Что будем с ними делать? - говорить кого он имел в виду не имело смысла, Лион и так его понял. Габриелю не хотелось весить на парня такую ответственность, но он сам не имел права принимать подобных решений.

    - Эх, Габриель, скажи мне, а как наказывается глупость… Казнить всех?!.. - Пробормотал принц, не открывая глаз, и глубоко вздохнув. - Я не хочу. Пусть живут. Кажется начальнику гарнизона и сегодняшней ночи хватило, а если нет, плаха всегда свободна. А Корин… Корин пусть тоже живёт, но с семьёй он уедет как и планировал и будет служить на благо родины в чужой стране.

    - Не слишком ли вы добры?! - с сомнением пробормотал Габриель.

    - Наверное да. Но не охота, жаль детей. Я сегодня очень добр, так ведь?

    - Да. Ваше высочество, можно я добавлю десять плетей, извини Лион это от меня, я не настолько добр, чтоб забыть то как он он поднял на тебя руку.

    - Хорошо, - не стал спорить юноша.

    - Тогда так и поступим. Отдыхай друг, тебе надо набираться сил, а затем можем вернуться назад.

    Лион удивлённо посмотрел на Габриеля, что случилось с мужчиной, раз он отказался везти его в Интиантию.

    - Почему ты передумал?

    - Я вдруг осознал, когда чуть не потерял тебя, что не хочу идти против твоей воли, ведь это твоя жизнь и не мне распоряжаться ею.

    - Не стоит. Не надо нарушать слово долга. Габриель, я тоже подумал и осознал, что сбегать больше не буду. Я хочу попасть в Интиантию.

    - Лион?! Если ты из-за меня, то не надо! Не хочу чтоб ты изменял себе. Будь собой. - Печально произнес мужчина.

    - Нет, нет, что ты. Я действительно этого хочу сам. Я понял, что был не прав. В мире что-то происходит...

    - Хорошо, мой мальчик. Тогда выведем, как только ты более менее окрепнешь, - ласково произнес Габриель и погладив юношу по голове вышел, оставив недоумевающего принца удивлённо смотреть ему вслед. Лион никак не ожидавший такого поведения от друга ещё долгое время лежал, наблюдая за закрывшейся дверью. Он знал, что он для друга не просто ученик и друг, но обычно мужчина не позволял себе проявления отеческих чувств в сторону принца, всегда стараясь держать дистанцию, видимо ранение Лиона, сильно сказалось на Габриеле, если он решился открыто показать свое отношение к парню.

   

    На следующий день гарнизон Огаи потрясло известие, что Осин, не сменный начальник гарнизона, подал в отставку, уверяя что больше не сможет взять на себя грех убийства, так как к нему этой ночью являлся убиенный принц и пригрозил что заберёт его душу. В доказательство своих слов, он указывал на комья земли, оставшиеся на месте, где стоял ночной гость. Однако ему все равно не поверили, сочтя сумасшедшим и только сокрушенно качали головой, в жесте сожаления, что пропал такой человек. Только друзья знавшие истинную историю явления Осину принца, никому не рассказывали об этом.

    С того события дни вновь потянулись мучительно медленно. Восстановление Лиона шло очень плохо, прошла еще неделя, а он до сих пор едва мог подняться с кровати, но они не отчаивались, ведь то что сама рана почти полностью затянулась внушало им надежду на то, что парень поправится. Как и обещал проводящий осмотр юноши лекарь, рана заживет быстро, а вот со слабостью придется потерпеть, так как яд, которым была насыщена кровь принца, очень медленно выводится из организма, сильно ослабленного после ранений и отравления. Вскоре их надежды оправдались и на начале четвёртой недели проведённой ими в Огае, Лиону стало значительно лучше, словно организм сломив болезнь взял активный курс на выздоровление.

    В тот день, когда лекарь разрешил принцу отправиться в путь Дана и остальные не находили себе места от счастья. Они воодушевленно кружили по гостинице, собирая вещи, закупались продуктами, ведь дорога им предстояла не близкая и никто не знал чего от нее следует еще ожидать.

    Наконец этот день настал и спустя месяц они покинули Огаю, успевшую всем порядочно надоесть. Солнце ласково сияло, освещая простирающуюся пред ними долину, отражаясь от зеркальных поверхностей снаряжения путников и утопая в бездонности курчавых облаков. Дана невольно наслаждалась погодой, тут даже воздух был не такой, как в Огае, она не знала как там живут люди, но она задыхалась находясь среди этих однотипных каменных стен.

    Отряд вновь возглавлял Габриель, сидя на коне с прямой, как доска, спиной, вытянув шею он внимательно всматривался в горизонт. Следом за ним ехали Винадэ и Вилар. Мужчины неспешно о чем-то переговаривались, так чтоб не мешать остальным. За ними ехали Дана и Лион. Девушка бросила быстрый взгляд на принца, но тот не заметил её внимания, за все то время пока они были в пути юноша не проронил ни слова, смотря прямо перед собой задумчивым отстраненным взглядом, на бледном лбу выступили капельки пота. Ей было жаль его, девушке хотелось как-нибудь отвлечь его от его горестных мыслей, но вслух она не произнесла ни слова, отчетливо помня, что жалости он не примет. Не удивительно, что парень был так задумчив, ведь он буквально вернулся с того света, вырвавшись из лап смерти и вновь попал под удар. Кому мог так не угодить юный принц, что его с такой настойчивостью пытались убить. Дана печально вздохнула, жизнь была несправедливая штука. Чем руководствовалась Фортуна, когда распределяла свое внимание, кому-то вывешивая достатка сполна, а кого-то лишая и тех крох, что имели. Свои двадцать лет она прожила в тепле и уюте родного дома, не зная нужды и печали и даже не подозревая, что кому-то все это может быть недоступно. Лион и Бон, они ведь были немногим старше её, а уже вынесли на своих плечах такой груз страданий и боли, какой ей и не снился, а ведь это были живые реальные люди, не герои какого-либо романа, которым хочется сопереживать, но ты все равно знаешь, что это неправда, что все их несчастья лишь веяние автора.

    Следом ехали Бон и Корин с семьей. Мужчина признавая свою вину перед отрядом и принцем, сильно раскаивался в содеянном, однако остальные все равно старались его игнорировать, после того наказания, которое привел в исполнение Габриель, никто не остался в неведении поступка мужчины. Нет ему ничего не высказывали, не обвиняли, но и не простили, так как никто не знал, как бы он поступил на его месте. Корин же пытаясь искупить свою вину пытался проситься с ними, чтоб до конца путешествия верой и правдой служить юному принцу, но Габриель был непреклонен, лучнику он больше не доверял, поэтому порешив, они сошлись на том, что Корин с семьей следует с ними до Нарвина, а дальше отряд отправляется уже без него. Но лучник, был счастлив, он даже не надеялся выйти из этой истории живым.

    Завершали их отряд Ронк, Даэн и Ким. Бывший вор беспрерывно приставал то к одному брату то ко второму, выведывая все новые и новые знания или просто дразня молчаливых великанов.

    Они вновь были в степях, но эта была не такая, как та по которой их гнали Псы, здесь было как-то более уютно, гостеприимно. Густая трава зелёным ковром устилала землю, маня к себе пестревшими то тут то там головками диких цветов, чем-то неуловимо напоминая звёздное небо. Хотелось спрыгнуть с лошади и пройтись по этой пушистой траве подставляя под тонкие колоски уставшие руки, но Дана подавила подобное желание, не подходящее парню, ей иногда становилось тяжело изображать из себя Дана, и так хотелось стать собой, чтоб Лион увидел не франтоватого парня, а её  девушку. Дана и сама не знала, что бы это ей дало, но желание было очень велико. Затолкав его в самые дальние уголки своей души, она подавила непотребные мысли. Сейчас она парень, Лион никогда не будет её, ведь он принц, будущий король и девушка рядом с ним должна быть соответствующего статуса, поэтому она для него навсегда останется парнем.

    Ехать было легко. Их путь пролегал по широкому хорошо утоптанному тракту, на территорию Нарвина в этот раз они решили въехать через официально открытую границу. Постановление полученное от короля Эдельвейсии позволяло им пересекать любые государства беспошлинно, поэтому они не стали экспериментировать и искать сложных путей, их даже не пугала возможная очередь, которая могла их ожидать в преддверии поста. Дана никогда не бывавшая за границей, даже не знала что ей ожидать, поэтому ждала это событие с восхищением. Чем ближе они приближались к границе, тем больше повозок и пешеходов им встречалось и если вначале они довольно легко огибали встречный транспорт, то чем ближе они были к посту, тем больше становилось людей, и все тяжелей становилось их огибать, пока они окончательно не влились в плотный человеческий поток, построившись под общую скорость движения. Дану это не сильно расстроило, осматриваясь по сторонам, она рассматривала людей ехавших или шедших по соседству. Кого тут только не было, и крестьяне, одетые неброско, но опрятно; купцы, разодетые в дорогие одежды и не очень, в собственных повозках запряженных лошадьми, одни и с семьей. Людей пожелавших попасть в Нарвин оказалось порядочно. Это даже как-то странно…

    По соседству с ними ехала небольшая карета, отдаленно напоминающая ту, в которой ехал принц, но гораздо дешевле и без верха. В тележке ехал дородный мужчина с посеребренными сединой каштановыми волосами, невысокий белобрысый паренёк, восемнадцати лет, помощник купца, и моложавая деваха, внешне очень напоминая купца. Одного взгляда на которую Дане хватило, чтоб её не взлюбить. Девушка была не особо красивой, но очень миловидной, а её округлые пышные формы с достатком компенсировали недостаток привлекательности. Девушка не стесняясь старательно обхаживала томным взглядом их компанию, нисколько не смущаясь своих намерений. Прибившийся в их с Лионом компанию Ким старательно бросал в её сторону красноречивые взгляды, но девушка его будто не замечала, все её внимание вдруг сконцентрировалось на… ней! Это что же получается девушка соблазняла её, Дану. От осознания нелепости ситуации, ладони покрылись противным липким потом, который девушка постаралась обтереть об штанины. А купчихина дочка, уже не стесняясь бросала ей красноречивые взгляды окончательно определившись с привлекающим её внимание молодым человеком. Дана в панике осмотрелась ища поддержки у друзей, но они лишь посмеивались, даже на губах принца застыла лёгкая полуулыбку. Что же делать? Вдруг по спине пролетел холодок, это что же получается? Она должна как-то ответить девушке, но как Дана не представляла.

    - Кому-то сегодня везет! - весело провозгласил Ким и хлопнул её по плечу. - Хорошо быть красавчиком, ничего делать не надо, девчонки сами набрасываются.

    - Нет..     - запротестовала девушка, не представляя как отказаться от подобной чести.

    - Он ещё и не хочет, ты случайно не из тех. - Подколол его Винадэ. В глазах мужчины плясали смешинки. От такого предположения Дана даже закашлялась, чтоб её, её брата, сравнили с мужеложцем, не бывать такому.

    - Не из тех я, просто меня дома ждёт девушка, самая прекрасная на всем свете, моя Эмилия. И кроме неё мне никто не нужен! - Произнесла с гордостью Дана, припоминая слова брата, произнесенные им перед тем как она отправилась в поход. Ответом ей был многоголосый хмык и странный взгляд принца, что-то промелькнуло в его взгляде, но девушка не разобралась, пылая от обиды за свою попранную честь.

    - Ладно, ладно. Преданность своей половине, хорошее качество, а вот я бы обратил внимание на деваху, больно горяченькая. - Вступил в их беседу Вилар, окинув объект своего обсуждения оценивающим взглядом.

    - Бедный отец. Выдал бы он её замуж побыстрей, пока в подоле не принесла, - с сочувствие пробормотал Ронк, как никто другой понимая состояние отца, так как у самого подрастало две красавицы дочки, и если младшая заинтересовалась принцем, то старшая ещё не определилась со своим выбором.

    Впереди появились очертания поста. Наконец-то. Слегка пришпорив коней они постарались быстрее приблизиться к границе, но в этом живом потоке сделать это оказалось невозможно. Подобно муравьям они шли, ехали к двум резным избушкам, с перегородкой поперёк дороги. Дома поста выглядели волшебно, из качественно обработанных бревен, сложенных в подобие сказочного дворца, с витыми завитушками, вырезанными талантливым мастером. Всё сказочное впечатление портили два высоких мужика возле ворот, невысокие с невзрачными лицами, они с уставшим выражением лица и раздражением в голосе опрашивали путников, у некоторых даже осматривали вещи, прежде чем пропустить на территорию соседнего королевства. Продвигалось все это медленно, а день неуклонно приближался к закату. Дана расстегнула пуговицу на рубашке, чтоб стало чуть свежее, хотя впереди был лес тут на открытой местности все равно было жарко.

    Спустя пару часов стояния в пробке наступила их очередь возле поста. Один стражник со все тем же скучающим выражением лица протянул руку в просьбе показать ему документы, но вот только когда Габриель протянул им их сопровождающие грамоты, с мужчинами произошла грандиозная метаморфоза. Скучающее выражение и постепенно возрастающая за день раздражительность вмиг испарились. Растянув губы в самой обаятельной подобострастной улыбке на которую они были способны, стражники поклонились в пояс и старший из них провозгласил.

    - Добро пожаловать, ваше высочество, принц Эмилион.

    Их слова произвели ощущение неожиданно раздавшегося грома, разбудившего сонных путников, все взгляды присутствующих обратились в их сторону. Простым людям не каждый день приходилось видеть живых принцем, поэтому сейчас каждый жадно вглядывался в их отряд, жаждуя определить принца. Эмилион. Дана повторила про себя полное имя принца, ведь за эти месяцы, он не разу не назывался полным именем, отчего-то, но оно показалось ей знакомым, однако она не смогла вспомнить, где она могла слышать это имя. Среди всего этого разбуженного роя только Лион оставался ужасно спокойным. Величественно склонив голову, отстраненным взглядом смотря прямо перед собой и ничего не отвечая.

    Вокруг раздался многоголосый шепоток. Ещё бы. Ведь многие привыкли видеть или представлять принцев разодетых в шелка и золото, а вот этот просто одетый парень, пусть и в одежде из дорогих тканей, но простенького покроя, местами заляпанных грязью штанах, и покрытых пылью ботинках, без украшений и пышной свиты, никак не походил под представление народа о принцах. Однако неказистый вид Лиона, не смутил их соседку, быстро переключившую свой томный взгляд с Даны на Лиона, за что девушке отчаянно захотелось ей врезать в огромный глаз, чтоб не сверлила своими голубыми глазищами их принца. Правда сам юноша на все старания соседки не обратил внимания, продолжая сверлить взглядом стражников, это был странный взгляд, в нем словно растворилась все что было знакомо Дане, оставив совершенно неизвестного ей человека, величественного и недосягаемого.

    - Наш пресветлый император будет премного благодарен, если вы окажете ему честь посетить его дворец в солнечной столице Нарвина. - Дождавшись кивка принца продолжил стражник рассыпаясь в витиеватых выражениях и широких улыбках.

    - Хорошо, - громко ответил Лион и вновь склонил голову, не сильно, лишь слегка, чтоб дать понять, что он их услышал.

    - Рады это слышать, ваше высочество, проходите пожалуйста - с глубоким поклоном стражники убрали перекладины, пропуская их отряд внутрь. Уговаривать никого было не надо, все в полном молчании прошествовала внутрь, следуя за лошадьми принца и Габриеля. Купеческая дочь, к огромной радости Даны, осталась позади.

    Когда они оставили пост позади и уже присматривали место для ночлега терпение Кима окончилось.

    - Ничего себе метаморфоза. Значит на всех рычали, а перед принцем мёдом растеклись и чуть ли не облизали! - удивлению парня не было предела.

    - Привыкай. - Спокойно заметил Даэн, которого такая ситуация нисколько не задела, - это правда жизни. Перед вышестоящими людьми часто пытаются выслуживаться, надеясь на их благодарность. Даже если это чужой принц.

    Остальные согласно закивали. Место для ночлега они подобрали живописное, небольшая полянка окруженная с одной стороны кустом сирени, только вступившей в цвет и распространяющей вокруг чарующие ароматы и высокими елями с других, укрывая их от любопытных глаз, хотя они и не одни выбрали этот участок, но места должно было хватить всем. Спешившись друзья принялись организовывать лагерь, только Лион все ещё был на коне.

    - Габриель… - негромко позвал парень друга и к удивлению Даны тихонько сказал, - помоги... будет не очень если упаду на глазах у всех.

    Дана только сейчас обратила внимание, как молодой человек был бледен, его лоб покрылся бусинками пота, а взгляд смотрел в никуда. Богиня, она даже не подумала, что его отстраненный вид, может быть просто ширмой для того, чтоб скрыть то, как ему плохо. А Лион, уже спустившийся с лошади и придерживаемый Габриелем, распрямившись искал взглядом место, куда ему сесть. Такое, чтоб было поблизости. Подскочив к молодому человеку, Дана попыталась подставить плечо, но Лион проигнорировал её действия, даже не глядя на неё.

    - Уйди, мелкий. Тебе заняться нечем, иди помоги Бону с лошадьми, - прошипел сквозь зубы парень и стараясь сильно не шататься отправился в сторону ближайшего разосланного одеяла, на которое тяжело, но величественно опустился. Только тогда, когда все эти действия были проделаны к юноше подошел Габриель с бутылкой воды.

    Дальше девушка на него смотреть не стала, грубиян, это не принц, а настоящий грубиян. Она просто хотела помочь, а он… Он. Наорал на неё, как на какого-то мальчишку. Делать ей нечего! А вот и пойдёт и поможет Бону, даже самая загнанная лошадь, лучше этого парня! Дана просто кипела от гнева, никогда не испытывая большего унижения, чем сейчас. Она остервенело терла щеткой несчастные бока своей лошади, но красавица терпеливо сносила, подобное ухаживание, словно понимая, что хозяйке надо спустить пар.

    - Не стоит так, Дан, - вдруг услышала она рядом тихий голос Вилара. В своем исступлении она не сразу поняла, о чем он говорил, но просто так прощать принца девушка не собиралась.

    - Все нормально, - процедила она, лишь бы мужчина оставил её в покое, разругаться с товарищем из-за принца ей вовсе не хотелось.

    - Он принц, ему нельзя показать слабость перед народом, даже если это не его подданные.

    - Но он был ведь недавно ранен.

    - Этого никто не знает. Чтоб народ верил в правителя, он должен быть всегда сильным. За слабым лидером, люди не пойдут. А Лиону надо быть вдое сильней остальных. - Печально заметил Вилар. Слушая этого мужчину, она постепенно успокоилась и её гнев растаял, как снег под лучами тёплого солнца. Она иначе взглянула на молодого человека, ведь он не принял помощь не только от неё, Габриель тоже подошёл только после того, как Лион преодолел все расстояние до одеяла.

    - Почему Лиону надо быть сильней остальных?

    - Потому что он выглядит слабее. Из-за травмы его могут посчитать не способным дать отпор. У моего друга тоже была травма руки, но он был во много раз слабее Лиона, он позволил себе быть слабее, зависеть от кого-то, принцу же так нельзя, да и он сам не желает.

    - Откуда ты знаешь про травму принца? - подозрительно косясь на мужчину спросила девушка.

    - Увидел. Парализованную конечность не очень то скроешь, но у него хорошо получается. Так что, Дан, ты как приставленный к нему помощник, должен лучше других понимать, когда можно предложить помощь, а когда нет.

    - Все я понимаю, вот сейчас и обслужу его в лучших традициях прислуги! - Яростно пробормотала девушка, никто не посмеет сказать, что она плохо выполняет обязанности помощника принца, и этот индюк тоже убедится, что она лучше всех.

    - Дан, ты куда? - донесся ей в след взволнованный голос, но она не ответила, подобрав валявшийся неподалеку котелок, девушка решительным шагом направилась к ручью, возникшему из родника, бьющего из-под земли. Зачерпнув воды, она и сама умылась. Вода была обжигающе холодной. Тем лучше. После умывания такой водой, ему сразу станет лучше. Заботливо подумала она и направилась к принцу. Лион сидел все на том же месте, даже позу не поменял, только глаза были прикрыты. "Вот и вода!" - торжественно пробормотала девушка и шагнула вперед, но вдруг нога наступила на что-то скользкое и не удержавшись девушка шлепнулась на траву, а вся вода продолжила движение вперед уже без её участия, обрушившись ледяным душем на непокрытую голову принца, который от подобного душа даже подскочил, тяжело хватая ртом воздух. Намокшие волосы превратились в сосульки с которых ручьями стекала вода прямо за ворот рубашки, также смокшей и облепившей тело. Дана в ужасе смотрела на принца, что сейчас будет! Негромко ругнувшись, парень замолчал, приходя в себя. "Ой! Вода то ледяная!" - вдруг вспомнила девушка и сжалась ещё сильнее, покраснев до кончиков волос.

    - Дан, ты совсем обалдел! - Гневно взревел разъяренным медведемиГабриель. "Сейчас точно убьёт".

    - Я! Я не нарочно! - как-то совсем не по взрослому пискнула Дана. Как же так произошло, ведь просто умыться предложить хотела!

    Лион вдруг поднял руку и жестом поманил её к себе. Дана с ужасом заметила, как она у него дрожит. Его надо согреть пока не простыл, запоздало подумалось ей, но все же поднявшись, она подошла к юноше, хотя ей и было ужасно страшно, но чувство вины перед ним было сильнее. И почему с ней подобное происходит в обществе этого принца.

    - Наклони голову! - тихо приказал парень. "Всё, точно будет бить," - сокрушенно подумала девушка и послушно склонилась перед принцем, закрыв глаза. Она слышала как всколыхнулся воздух и её голову легонько  похлопала мужская ладонь. Было не больно и совсем не страшно, но ужасно стыдно. Он наказал её, как... как маленького ребёнка! Дана помнила, как так же её наказывала мама, чтоб она осознала, что поступила нехорошо и больше так не поступала.

    - В следующий раз, принеси мне воды для умывания, когда я попрошу и не лей её на меня, лучше я сам буду умываться     - негромко, с короткими паузами между слов, произнес юноша. Ох, лучше бы он кричал и ругался, как командир, может тогда она бы меньше чувствовала себя виноватой, чем так, хотя он её не ругал, ей самой было ужасно неловко от её поступка и хотелось отругать себя самыми последними словами, которых она в последнее время узнала немало. - Иди.

    - Сегодня без ужина останешься, не заслужил, неприятность ходячая, и одеяло свое Лиону отдашь, так как его теперь до утра сохнуть будет. - Бушевал Габриель, но её и пальцем не тронул и вообще, казалось, не особо старался её ругать.

    - Хорошо, командир, простите, Лион. Я все сделаю. - Пролепетала девушка и испуганной ланью бросилась к своим вещам на поиски одеяла. Не беда она поспит и на земле, ведь в том что все вещи Лиона промокли действительно виновата она. "Богиня, как же неловко!"

    - Ну ты Дан и даёшь?! Ты чего это!? - посыпались вопросы со стороны их спутников, но отвечать не хотелось. Понурив голову она направилась к принцу с печальным взглядом осматривающего намокшее одеяло.

    - Вот. - Неуверенно пробормотала девушка и протянула юноше свое одеяло. - Это я высушу.

    С этими словами она подобрала несчастную вещь и расстелив свое, отошла в сторону. Присев немного в стороне она наблюдала как остальные сидели переговариваясь у костра, как с аппетитом ели ужин и смеялись, смеялись, смеялись, Дана надеялась только, что смеялись они не над ней. Ночь постепенно вступала в свои права, погашая последние лучики закатного солнца и вот уже последний алый всполох растаял в наступившей темноте, а на небе подобно маленьким светлячкам загорелись такие близкие и такие далекие звезды. Путники стали потихоньку укладываться спать и уже то там, то тут стали раздаваться трели не соловьёв, а уставших мужских голосов. Дана тоже послушно закрыла глаза, в животе урчало, а от земли не смотря на летние дни веяло прохладой. Сон никак не шёл к ней. Девушка уже успела сменить несколько поз, посчитать звезды, но все было напрасно, после пережитого стыда, сон никак не хотел прийти чтоб принести ей облегчение. Обводя взглядом поляну, она заметила темную фигуру принца сидевшую в бликах костра. Почему Лион не спит, может ему чего надо. Подумалось девушке и поднявшись она направилась в его сторону, если он вновь будет недоволен, это ерунда. На её шаги парень отреагировал немедленно, бросив на нее задумчивый взгляд, Лион легонько кивнул. Его волосы успели высохнуть, приобретя более упорядоченный вид.

    - Не спится? - негромко спросил парень, вновь отвернувшись от девушки.

    - Никак не засыпается. И вам? - Вежливо ответила Дана, ругать её похоже не собирались.

    - Как видишь… Мелкий, ты поосторожнее так шути с королевскими персонами. Не все могут тебя правильно понять. - Также не глядя на неё произнёс юноша, чей голос сейчас звучал особенно тихо, не нарушая сонной атмосферы их лагеря.

    - Простите меня, Лион. Я не хотела так, просто хотела предложить умыться, - постаралась заверить собеседника девушка, но получилось не очень, особенно под аккомпанемент урчащего живота.

    - Держи, - также не глядя на неё Лион подтолкнул ей тарелку с чем-то коричневым. - Мне слишком много.

    Девушка неверяще смотрела на тарелку в которой лежала парная гречневая каша с кусочками свежего мяса. Вкуснотища. После того как она пропустила ужин, а обеда у них вообще не было, есть хотелось ужасно сильно. Рот предательски наполнился слюной, но она не имеет права, это не её.

    - Ешь ты давай уже! - устало произнес принц. В третий раз просить себя съесть его ужин Дана не стала, подхватив ложку и закинув в рот, она с удовольствием уплетала, предложенное угощение, отчего-то показавшееся особенно вкусным и пусть все было уже довольно холодным, это был самый желанный ужин из всех, что ей приходилось пробовать. Лион сидел рядом и ей не мешал.

    - Какой же ты ещё ребёнок, мелкий, - вдруг произнёс Лион, когда она проглотила остатки каши и облизала ложку. Смутившись от его слов, девушка отставила в сторону посуду, но уходить не спешила. Отчего-то ей было приятно сидеть так в обществе принца и пусть большую часть времени они просто молчали, но это было чарующее ощущение. Словно обретя нечто ценное, родное, чего была лишена долгое время. Где-то в кустах ухала ночная птица, нисколько не пугаясь людей, а Дана сидела и наслаждалась теплом идущим от сидевшего рядом юноши. Почему он не может быть таким же понятным и доступным всегда, потому что он принц, ответилп она сама себе, и это осознание вносило толику грусти в их вечер.

    - Мелкий, тебе придётся исправить, то что ты натворил вечером, - вдруг произнёс молодой человек. Дана с удивлением посмотрела на соседа, а он улыбнулся, так легко и искренне, что захотелось улыбнуться в ответ.

    - Что?

    - Габриель мне сказал, что ты в курсе моей маленькой тайны. - Начал неспешно Лион, а Дана вся напряглись от нехорошего предчувствия. - От твоего душа, бинты намокли и сильно чешутся, тебе придется меня перебинтовать. - Вдруг закончил юноша, а она облегченно выдохнула, всего-то, лишь перебинтовать и ее никто не собирается отчитывать за любопытство.

    - Хорошо, - послушно согласилась она, наблюдая как Лион осторожно снимает рубашку. Давалось ему это нелегко, но помощи он не просил, а она не решилась предложить, предыдущих нескольких раз ей вполне хватило.

    Наконец, когда с рубашкой было покончено, она развязала узел скрепляющий бинт, опоясывающий всю грудь молодого человека. От его вида пред глазами всплыли воспоминания, безжизненного тела юноши с кинжалом в груди. Тяжело сглотнув, девушка зажмурила глаза, чувствуя пальцами влажную ткань.

    - Все в прошлом. Это всего лишь шрам. - Донесся до неё спокойный голос, Дана кивнула головой.

    Взяв себя в руки, она принялась ловко разматывать ткань, освобождая все больше участков бледной кожи, не знавшей загара. Такова особенность аристократов, никогда не подвергавшихся солнечным лучам, это считалось занятием простолюдинов и то что сейчас их с Лионом лица покрылись темным загаром, а носы начали шелушиться, в свете было бы принято с осуждением, но девушку это не волновало. Казалось, чем дольше она находится в этом походе, тем крепче к ней приставали привычки, не свойственные леди. Шрамы молодого человека, её по-прежнему пугали, но она постаралась не отворачиваться и не морщить лоб, ведь Лион живет с ними каждый день и ему будет неприятно, если она будет воротить от него нос. Открывшаяся рана выглядела неплохо, представляя собой узкую полоску шрама, ещё яркого и не затянувшегося свежей кожей, но уже не такого ужасного, как в первые дни. На ребрах проступили красные пятна, там где мокрые полоски бинта натерли кожу, но парень не жаловался.

    - Зачем же вы терпели все это? - невольно спросила девушка, хотя ответ итак знала.

    - Не хотел пугать остальных. Забинтуй.

    - Сейчас.

    Смазав натертые места мазью, она старательно бинтовала принца сухими бинтами, невольно прижимаясь к нему практически всем телом. Это было неожиданно приятно, так что бинтование непроизвольно затянулось.

    - Мелкий ещё немного и я решу, что ты в меня влюбился, - вдруг насмешливо прошептал принц, склонившись к уху девушки.

    - Да Я. Да как вы такое подумать смогли! - возмутилась Дана, не сразу подобрав слова, но отчего-то в глубине её души слова парня нашли неожиданный отклик.

    - Я пошутил, мелкий. Спасибо. Ложись спать. - Произнес Лион и добавил заметив, что Дана собралась уходить. - Рядом, все равно на земле там не заснешь. Не бойся.

    - Я вас?! С чего мне вас бояться. Я пошёл спать. До завтра, ваше высочество! - гордо произнесла девушка и отправилась на свое место, хотя покидать тёплое одеяло принца ей совсем не хотелось. Предательские ощущения, когда она касалась кожи принца, никак не желали покидать её, в итоге провалявшись ещё долгое время, она все таки наконец погрузилась в сон, с довольной улыбкой на губах и полным желудком.

    На следующий день все отправились в путь, о вчерашнем инциденте с котелком Дане никто не напоминал, да и Лион делал вид, что ночью между ними ничего не произошло, хотя итак, между ними ничего и не произошло, ведь оказание помощи болезному принцу, особенным событием не считается. Говорить с ним ей тоже не хотелось, поэтому весь остаток пути до столицы Нарвина они преодолели в молчании слушая байки спутников, а к вечеру этого же дня они вступили на необычайные улицы Миниона, солнечной столицы Нарвина.