part 26

В итоге мне пришлось дать довольно бесцеремонный ответ на приглашение принять участие в чаепитии.

—Я присоединюсь к охоте, встретимся там.

Для того, кто намеревался нанести визит, этот ответ был настолько резким, что невольно возникали сомнения в том, действительно ли этот кто-то хотел присоединиться к встрече графа.

Это выглядело едва ли не как отказ.

Более того, мне пришлось отправить личное письмо новому знакомому безо всяких предварительных объяснений о том, что я приеду вместе с сестрой. Впрочем, меня это не слишком беспокоило. Хотя, с точки зрения светского этикета, такое поведение и было во многом дурным тоном, но я не сомневалась, что ни Розе, ни адмирал не жаждали того, чтобы я задерживалась здесь.

— Ты такая бессовестная. Неужели тебе самой не стыдно? — недовольно пробурчала Розе, когда мы вместе ехали в машине к охотничьим угодьям. — В чём дело? Тебя настолько обидело то, что тебе не смогли устроить дебют?

При этом вопросе она прикрыла рот рукой, едва сдерживая усмешку, губы её дрогнули, и она вздохнула, словно забыв, что хотела что-то сказать, а затем устремила взгляд сквозь окно автомобиля. После долгого молчания Розе, наконец, заговорила:

— Почему бы тебе не поговорить с подполковником? Разве не это твоя цель — разлучить меня с ним?

Я не ответила. Лишь равнодушно посмотрела на её лицо. Она была напугана. Нет ничего более непонятного и страшного, чем незнание чужих намерений. Мне даже не нужно было заранее думать о том, что ответить. Я хорошо усвоила преподанный Тэхёномурок.

Едва мы прибыли на место охоты, как моему взору предстали облачённые в одежду для верховой езды мужчины, гончие и разодетые по последнему слову моды красивые женщины. Мой же наряд был довольно скромным. А вот Розе, напротив, щеголяла в элегантном платье, великолепной шляпке с перьями и тёплых мехах, которые были накинуты на её плечи.

— Вы уже здесь.

— Да, подполковник. Здравствуйте.

Подполковник Ким Сок Джин тоже был в костюме для верховой езды. Получив моё неловкое приветствие, он тонко улыбнулся и, жестом указав в сторону графа, который устраивал охоту, представил меня:

— Это мисс Пак Дженни, дочь адмирала Пака. Приношу извинения за свою грубость по отношению к графу, которую я проявил, когда неожиданно приехал с мисс Дженни.

— Ничего страшного, подполковник. Я только рад. Пожалуйста, передайте привет его превосходительству. Здравствуйте, мисс Пак Дженни.

— Спасибо за ваше гостеприимство, граф.

Граф не выглядел слишком обеспокоенным происходящим. Пока они с подполковником разговаривали, я с усмешкой взглянула на Розе, которая стояла на месте с растерянным выражением лица. Затем она, не сводя с меня выразительного взгляда, непринужденно подошла к графу и Джину и поздоровалась с ними. Подполковник слегка кивнул в ответ на приветствие Розе и обратился ко мне:

— Вам не холодно? Мы в лесу, поэтому может быть прохладно.

— Нет, всё в порядке.

Он всё тем же сочувствующим взглядом посмотрел на мои руки. Было не так уж холодно, и я надеялась, что он перестанет беспокоиться.

Люди высшего сословия, среди которых был и граф, организовавший охоту, по-светски участливо интересовались, всё ли со мной в порядке. Я же сохраняла притворную улыбку и вела себя как можно вежливее. Моей целью было наладить связи, но втайне я всё-таки надеялась, что никто не будет со мной разговаривать.

— Привет!

Даже покладистые гончие, которых привезли с собой люди, подходили ко мне, виляя хвостами и демонстрируя дружелюбие. Милые малыши всегда были желанными гостями. Я радостно приветствовала их, одного за другим. Одна из собак бесцеремонно выставила передо мной своё пузо, извернулась и одарила меня очаровательным взглядом. Она была такой милой, когда шевелила своими висячими ушками. Её хозяин был бы крайне разочарован, если бы увидел, что она переворачивается на живот только потому, что она всем нравится.

— О, какой красавец! Ты такой симпатяжка. Как тебя зовут?

— Это Джейсон, — ответил вместо собаки Джин.

Судя по всему, собака приехала вместе с ним. Смутившись от чрезмерной радости и страстного ласкания, которое я устроила, сама того не подозревая, я тихонько кашлянула:

— Ох, так это пёс подполковника?

— Это пёс моего брата. Он был в командировке, и я взял Джейсона с собой, чтобы дать ему возможность немного развеяться. Думаю, что брат назвал собаку именем, созвучным со своим — Джун, потому что очень заботится о ней.

— Он не приедет сегодня?

— Ему не по душе подобные развлечения.

Я кивнула, почёсывая псу брюшко. Братья... у них были прямо противоположные увлечения. Даже любопытно, похожи ли они друг на друга внешне.

Джин свистнул, и Джейсон, который, высунув язык, лежал кверху брюхом, тут же подскочил и сел.

— Пора выдвигаться. Охотничьи угодья довольно обширные, и мы должны внимательно следить за всеми, чтобы никто ненароком не заблудился.

Мужчины, включая Джина, первыми сели на лошадей и двинулись вперед в качестве проводников, следом тронулись женщины, держась немного позади своих возлюбленных и мужей, каждый из которых уже запряг свою лошадь и выехал на охоту. Постепенно лай собак и стук лошадиных копыт растворились в тиши вечера, и я осталась одна.

«Только у меня нет лошади?»

Мне не хотелось идти с ними, поэтому я решила посидеть в одиночестве на стуле под тентом, сооружённым в качестве зоны ожидания, и выпить чаю. Розе, которая привезла с собой свою особо любимую лошадку, белоснежную и холёную, взглянула на меня и нежно улыбнулась:

— Отец специально подготовил для меня лошадь. А ты не едешь, потому что не умеешь держаться в седле? Верховая езда является одним из базовых знаний, и иметь сестру, которая не может даже оседлать лошадь, — это просто позорище.

Розе хихикнула и вскочила на свою лошадку, после чего под легкий цокот копыт двинулась за охотничьим отрядом.

«Мой отец заставил меня спать в хлеву, вместо того чтобы подарить мне лошадь. И ты ещё смеёшься надо мной за то, что я не умею ездить верхом?»

Я подошла к оставшейся единственной старой кобыле, которая была привязана неподалёку. Грива лошади спуталась в клубок тусклой коричневой щетины, словно за ней никогда не ухаживали должным образом, а копыта вот-вот готовы были откинуться. Лошадь, напоминающая жалкого страдальца, жевала пожухлую траву своим дряблым, поникшим ртом. — Ты в порядке?

Я мазнула взглядом по её морде, одновременно протягивая лошади закуску в виде палочки из брусочка сахара. Старая кобылка наконец подняла голову и слегка перемнулась с ноги на ногу.

— Отныне буду звать тебя «Розе».

Я взобралась на лошадь, которую нарекла именем сестры. Добрая и опытная кобыла была гораздо лучше молодняка: стоило лишь слегка потянуть за поводья, и она уже сама понимала, куда нужно идти, и неплохо ладила с людьми. Выехав на дорогу, я немного ускорилась, направляясь в сторону удаляющейся шеренги охотников. Однако с лошадью случилось нечто странное.

Кобыла, которая до этого брела так, словно готова была вот-вот задремать, вдруг издала энергичное ржание, встала на дыбы и пустилась бежать как сумасшедшая. Моё тело подпрыгнуло, голова пошла кругом, зрение помутилось от внезапного ускорения, однако я уверенно схватила поводья. Будь я новичком, то, пожалуй, непременно свалилась бы с лошади.

— Тру, тпру, тпру, старушка, тебе нельзя ехать так быстро!

Я, натянув поводья, попыталась успокоить животное, но, по всей видимости, у лошади остался единственный инстинкт — нестись напролом, не сбавляя скорости. Кроме того, она мчалась в противоположном от охотников направлении. Это были охотничьи угодья богатого графа, поэтому их территория простиралась на большое расстояние, а леса отличались особой дремучестью, так что если мы будем продолжать в том же духе, то можем заблудиться.

— Эи! Успокойся, Розе!

Это была моя вина, что я дала ей дурное имя. Лучше бы я выбрала кличку Шоко или Юпи. Лошадь же в это время, ничего не соображая, с истошным ржанием продолжала бешено скакать по пригоркам.

***

Заходящее солнце золотом растекалось по холмам. Вернувшиеся с охоты мужчины с гордостью демонстрировали добытых ими лицис,

— Я сделаю вам шкурки из пойманных мною лис.

— А я сделаю шарф.

Некоторые мужчины и женщины стояли лицом друг к другу и неловко перешучивались. Охота была сродни соревнованию между мужчинами, потому что чем крупнее их добыча, тем больше шкурок, шапок и шарфов они смогут сделать для своих дам.

Подполковник СокДжин, высокий и приметный издалека, обвёл окрестности внимательным взглядом, словно пытаясь что-то отыскать. Розе, ожидавшая, что он преподнесет ей лисицу, на которую охотился, подошла к нему и улыбнулась, однако слова, что прозвучали из его уст, были совсем не тем, чего она ожидала.

— Где мисс Дженни?

— Что? Где же она была...

Розе округлила глаза, отвернулась и огляделась. Дженни нигде не было. И старой кобылы тоже. Только тогда она, наконец, сообразила, что произошло, и прикрыла от удивления рот.

— О нет, моя сестра не привыкла ездить верхом и, похоже, заблудилась.

Джин посмотрел на залитое слезами лицо старшей дочери адмирала. В глазах подошедшей к нему Розе мелькнуло недоумение. Обычно резковатый в манере речи, но при этом обладающий элегантными манерами подполковник вперил в неё суровый взгляд. Согласно этикету, джентльмены с хорошими манерами при виде слёз дамы должны достать носовой платок, однако он одарил её лишь жгучей голубизной своих глаз, а не кусочком ткани. В его взгляде сквозила мрачность человека, прошедшего длительную военную службу.

— Чем вы занимались, пока ваша сестра блуждала по лесу?

Селин пугала каждая тяжёлая и низкая нота в его тоне. Она думала, что Дженни в любом случае не сможет ездить верхом, поэтому и привезла ей хворую старую лошадь. Неужели Дженни, не умея толком кататься, всё равно решила оседлать её?

— Я была с группой... Я не знала.

Подполковник СокДжин быстро созвал солдат, принимавших участие в охоте, объяснил им ситуацию и вскочил на коня.

— Сейчас очень холодно и поздно, мисс Дженни в опасности. Быстрее на поиски.

Солдаты разбежались по своим лошадям, за ними последовали и некоторые из гражданских.

***

Лиса вошла в комнату Тэхёна и с разочарованным выражением лица положила газету на диванный столик. Тэхён, расслабленно откинувшийся на спинку дивана, тут же подтянулся и подхватил выпуск новостей.

— Неужели и в этом самиздате нет никаких спецпостов? Прошло уже много времени с тех пор, как был издан приказ.

Взгляд Тэхёна задержался на картине, получившей приз в открытом конкурсе, о котором было написано на первой полосе газеты: на ней была изображена богиня Луны из древней мифологии, держащая в руках жёлтые тюльпаны. Рисунок был выполнен углем, и только цветы художник дорисовал жёлтой пастелью. Между сомкнутых губ Тэхёна образовалась щель, и он осторожно приоткрыл рот. Его тёмно-синие глаза впились в то место, где было напечатано название картины.

Отдохновение[1], взываю к тебе в сердце своём>

— Новости Белфорда, Лучшая картина.

— Лиса. Ты знаешь, что означает моё имя?

— Нет.

В ответ на вопрос ТэхёнаЛиса покачала головой, даже не делая вид, что её это интересует. Он не мог оторвать глаз от написанной Дженни картины, которую опубликовали в газете. На ней была изображена Артемида, богиня луны. Известная также под именем Дженни. Тэхён расслабленно посмотрел на луну, высоко поднявшуюся в ночном небе за окном.

— Дженни связалась со мной.

Его голос звучал приподнято, но в то же время тихо и спокойно. Имя «Тэхён» означало покой — комфорт — умиротворение. Дженни открыла ему свои истинные чувства.

————————[1] — В английском использовано слово «баба», что можно перевести как «суббота» или «Шаббат». Шаббат — седьмой день недели в иудаизме, суббота (седьмой день потому, что неделя начинается с воскресенья). Этот день Тора предписывает евреям воздерживаться от работы. Его ещё называют Днём отдохновения. При переводе я решила ограничиться лишь «отдохновением». (Прим. пер.)

Тебе же не лень просто нажать на звёздочку?

⭐👇