Эпилог

Анна Кэтрин Миллер

- Не нервничай, - рассмеялся на ухо Грегори, за что получил локтем по ребрам.

Мужчина картинно охнул и обиженно поджал губу, делая тягу сигареты. Я перехватила коробку с тортом, тоскливо поглядывая на машину. Неделя пролетела незаметно. Мы просто потеряли связь с реальностью, отключили телефоны и наслаждались друг другом. Днем - нежились в постели, прерываясь ласками и долгими разговорами, казалось, не осталось того, что бы мы ни знали друг о друге, но слова лились рекою: откровение за откровением, тайна за тайной. Так необычно: просыпаться без тяжести на сердце, засыпать, не боясь потерять наше завтра. После моей неудачной попытки приготовить нам обед, которая закончилась сожженной сковородкой и пожарной сигнализацией, Грегс заказывал еду из ресторанов. Вечером, когда сумрак спускался на Чикаго, и оживала темная сторона жизни, мы выбирались из квартиры, просто прогуливаясь по улочкам.

Я прошлась языком по губам, чувствуя сладкий привкус, по которому я так тосковала - свобода. Миллер отклонился на перила крыльца и раскрыл объятия. Я улыбнулась, рассматривая его, наверное, все еще не до конца веря в правдивость происходящего. Он весь мой? С его демонами, привычками, страстями и громким сопением во сне? Положив лоб ему на грудь, я подняла голову, рассматривая уже едва видные ссадины. Яркие, как чистое солнечное небо, глаза, обрамленные черными густыми ресницами. Острые скулы, с левой стороны покрытые зеленым синяком. Мне нравились такие отметки на моем мужчине: его дикость, его запал, его несдержанность. Это наполняло живот прозорливыми бабочками, которые щекотали изнутри.

Я привстала на носочки и поцеловала его в подбородок, втягивая носом запах сигарет. Грегори специально не наклонялся низко ко мне, дразня невозможностью поцеловать. Ямочки на его щеках становились все глубже и глубже, зазывая своим чистым весельем. Столько, сколько рядом с ним, я в жизни не испытывала счастье, каждый раз думая, что получу интоксикацию, но это так прекрасно.

- Всего-то пережить День Рождение племянницы, - заиграл любимый бровями. - Что может быть легче?

- Вот вы все запугали меня старшей сестрой, - засопела я, чувствуя, как его руки смыкают кольцо на спине. - Я и боюсь встречи с ней.

- Мне плевать, что Марлен подумает. Если нужно, я пойду против всех на свете ради тебя, принцесса, - такие сладкие слова. Они таяли во рту, как мороженное, заставляя облизываться.

- Ты такой романтик...

- Дерьмо, - скривился Грегс, опаляя мое лицо горячим дыханием. - Кто угодно, хоть сопливая киска.

Я привстала на носочки, проклиная чертов торт, который сейчас был между нами. Во рту уже заиграл вкус моего мужчина: терпкость сигарет и кофе, которое он просто обожает. Я прикрыла глаза, а позади нас раздалось тонкое:

- Дерьмо.

Ангельский голосок обласкал уши. Я дернулась, резко оборачиваясь, и столкнулась с маленькой девчонкой. Розовое платьице-пачка, белые гольфы с бантиком и серебристая диадема в каштановых кудряшках. Малышка сложила руки на груди и хитро приподняла бровь. Ее синие глаза показались мне знакомыми. Я прищурилась, угадывая в ее улыбке самовлюбленную задницу Стэна. Должно быть, это его дочка.

- Тиффани, забудь это слово, - воскликнул Миллер. - Прошу тебя, твой папа мне голову оторвет.

- Эта ситуация такое дерьмо, - передразнила племянница, кривя губки.

Смех родился в моей груди и прорвался сквозь сомкнутые губы. Ничего себе: красивая, но такая вредная. Что же из нее вырастит?

- Десять баксов, Грегори, - она протянула руку с накрашенными ногтями розовым лаком и перевернула ладошку, приподнимая круглую бровь.

- Привет, милая, - встала я между ними. - С Днем Рождения!

Мисс Стэн только сейчас обратила на меня внимание и тихонько ахнула.

- У тебя такие красивые волосы, как у Рапунцель! - улыбка запечаталась на наших с ней лицах.

- А ты похожа на Белоснежку.

Девочка вздернула носик и кивнула:

- Папа говорит, что я куколка, - она отвлеклась от комплиментов и глянула поверх моего плеча. - Десять баксов, Грегори, иначе будет дерьмовое дерьмо!

Любимый присел на корточки и чмокнул ее протянутую ладошку. Его глаза отразили такую искреннюю любовь, что мое сердце сжалось. Грегс будет замечательным папой.

- Маленькая шантажистка, ты в курсе, что твои родители миллионеры? - мужчина достал смятые купюры из заднего кармана джинсов.

- Тетя Марлен сказала, что дети - это дорогое удовольствие, - залепетала девочка, заправляя волосы за уши. - У меня есть банка с деньгами. Я собираю на сестренку. Вот когда она будет полная, я отдам деньги маме и папе, и она купят еще одного ребенка!

- Твоему папе только дай волю, он прямо... - я стукнула Миллера, прерывая его пошлости.

Тиффани рассмеялась и, получив сто баксов, чмокнула дядю. Она схватила нас обоих за руку и потянула в дом, весело подпрыгивая на ходу.

Дом, в котором проходило само торжество, был загородным особняком семьи Стэн севернее Мичигана. Уютная двухэтажная вилла с выстриженной лужайкой и детской площадкой, укрытой цветущими сакурами. Дом был мощен белым кирпичом, с окнами в пол и лоджией, которая окаймляла со стороны переднего дома. Перила лестницы были уставлены горшками с фиалками всевозможных цветов. Наверное, в детстве именно о таком я и мечтала: тихом местечке, заполненном любовью и запахом выпечки.

Малышка провела нас в гостиную. Внутри было не менее по-домашнему тепло: деревянные материалы, белые шторы, ковры и яркий свет, заливающий ото всюду. Я расплылась в улыбке, бережно сжимая детские пальчики.

- Мама! Грегс приехал с тетей из мультика! - Миллер громко рассмеялся, подмигивая мне.

Зал был довольно просторный: сбоку камин из сероватого мрамора, кожаный диван и такие же кресла. Все было украшено гирляндами с принцессами, буквами имени нашей малышки и вывесками: «Happy Birthday». Справа широкая лестница на верхний этаж, сверху которого раздался оглушительный топот и рев маленького драконьчика. Темноволосый мальчик пронесся пулей по ступенькам и остановился около нас. Кристофер! Он заулыбался во всю, сверкая разноцветными зубами. По следам преступления на его майке и рукам, я поняла, что ребенок съел свои карандаши!

- Крис! - оклик Бакстера и мальчик испуганно икнул, замирая на месте.

- Хрень! - покачал головой сын Евы. - Грегори вернулся!

Я зажала себе рот ладонью, чтобы не засмеяться, как лошадь. Стэн в костюме без пиджака спустился вниз. Он, как и говорил, сбежал на вторые сутки из больницы. Сейчас, уже спустя семь дней, нельзя было и представить, что этот мужчина чуть не умер на операционном столе. Веселый, бодрый с румянцем на щеках, я была готова терпеть его характер, но только не актерские охи и мольбы.

- Иди сюда, монстрик! - Миллер поднял племянника на руки, целуя в пухлые щеки.

- Пошли к маме! Папа будет ругать.

Тиффани обернулась к вышедшему отцу и преобразилась из вредины, в прилежную девочку с нимбом на голове. Ее щечки покраснели, что умилило Стэна. Его родительский гнев потух.

- Куколка моя, ты гостей встречаешь?

- Ага, - дочка взяла его за руку и мы все вместе двинулись в сторону столовой, из которой доносился женский хохот.

- Что ты уже сделал? - шепнул Грегс Кристоферу.

Мальчонка картинно закатил глаза, совсем как Бакстер.

- Строил ракету. И разбил стеклянный шкаф, - я рассмеялась, привлекая его внимание. - Привет, киска!

- Боги, - перевела я внимание на смущенного Баки, который пожурил сына пальцем.

- Это все последствия пребывания Грегса у нас дома!

Я обняла своего мужчину за руку и рассмеялась ему в плечо, чувствуя, что щеки уже начинают лопаться от напряжения. Мы зашли за арку, попадая в такую же светлую комнату с огромным столом посередине, сейчас уставленным фруктами, сладостями и закусками. Пусть здесь было дорого и модно, на стенах все же висели детские фотографии, сцены семейного отдыха и рисунки красками, которые порой выражали обычную бессмыслицу, но были такими настоящими.

У меня никогда не было такого - праздника, родных и близких, но за эти пару минут в дружном кругу я напиталась любовью больше, чем за все свое детство, только сейчас понимая, какой должна быть семья.

Грегори спустил со своих рук ерзающего ребенка, который хотел, было убежать от нас, но был схвачен за штаны отцом. Стэн поднял его здоровой рукой и прижал к груди, предотвращая новую катастрофу. Любимый невзначай обнял мою ладонь и сплел наши пальцы. Я перевела взгляд в ту сторону, куда он смотрел и стушевалась. Две женщины, до этого смеющиеся, обратили внимание на нашу компанию.

Ева счастливо просияла, увидев меня. Она отставила бокал с красным вином и двинулась в нашу сторону. Младшая сестра была очень красивая: она отличалась от всех Миллеров рыжими волосами и карими глазами. Миссис Стэн заключила меня в объятия и отобрала торт.

- Я очень рада видеть тебя, Катрина! Грегори никогда не знакомил нас со своими девушками, а мне так хотелось видеть брата счастливым!

- Я люблю его, - кивнула я, доводя ее чуть ли не до умиленного обморока.

- Ева, называй все своими именами, - рассмеялся женский голос, совсем рядом. - Мы уже думали, что Грегс гей! Все-таки тюрьма, мыло, душ.

Брюнетка с большим беременным животом подошла к нам и ткнула Миллера в плечо, играя густыми черными бровями. Она была очень похожа на брата: такая же высокая, темная с синими хитрыми глазами. Я рассмеялась ее шутке и сложила руки на груди, принимая ее взгляд. Женщина наклонила голову и прищурилась. По мере разглядывания ее губы подлетали вверх, селя во мне уверенность, что мы подружимся.

- Я много о тебе слышала, - кивнула я, ловя молебные взгляды мужчин. - Ангел только без крылышек.

- Ага, потому что я их оторвала и засунула им всем в задницу, - Марлен бросила убийственный взгляд сначала на Грегори, а потом на Бакстера. - Чего ты как не родная? Давай обнимемся и обсудим моего братика.

Я осторожно, боясь навредить, обняла беременную женщину, и вконец успокоилась.

- Он иногда невыносим, но лапочка...

- Когда мирно спит с закрытым ртом, - поддержала я ее, слыша возглас:

- Они ополчились против меня! Господь Всемогущий!

Грегори устало опустился на стул, строя обиженное лицо, но я видела его глаза. Расширенные зрачки полные счастья и гармонии: мы были одним целым, а потому я хорошо понимала его. Семья. Я хотела построить с ним нечто такое же прекрасное.

Вскоре в особняк приехали Луи с сыном - Майклом, которого он забирал из спортивной секции. Их ребенок был очень вежливым, тихим и спокойным. Мальчику было всего двенадцать, но я уже увидела в нем его светлое будущее и характер своего отца, хотя, что-то мне подсказывает, что темперамент матери где-то находит выход. У каждого из нас свои демоны и его еще, скорее всего, просто спят, усыпленные детским возрастом.

Я сделала глоток шампанского, наблюдая за дверью на задний двор, где мужчины разжигали мангал. Дети бегали вокруг них, забавно визжа и хохоча. Мери жевала уже вторую тарелку яблок и гладила животик.

- А кого вы ждете? - любопытно протянула я.

- Девочку, - с набитым ртом прожевала старшенькая. - Срок родов уже на носу.

Я задумчиво кивнула невольно тоже касаясь своего живота. Раньше я и не думала о том, что смогу подарить кому-то жизнь. Я не имела свою, живя дерьмовым сегодня, но рядом с Грегори я начинала, словно отходить от спячки, смотря на все широко раскрытыми глазами.

- А вот и мы! - громкий шелест раздался из дверного проема.

В столовую зашла чета Блейков. Бенджамин шел позади, презентуя сначала своих жену и сына. Тесса, девушка которую мы встретили в больнице, хлопнула разноцветные конфетти, которые посыпались на голову куколки Стэн. Девочка захлопала в ладоши.

- Тесса, дядя Бен! Деймон! - мальчик обнял племянницу, протягивая ей букет ромашек.

- С Днем Рождения.

Младший Блейк был копией отца. Высокий, с черными глазами, но яркой улыбкой матери на лице. Нужно отдать должное, разница в возрасте между Тессой и Беном играла им на руку. Мужчина выглядел моложе своих лет, а на фоне красавицы жены и вовсе расцветал, не походя на мрачного «господина сенатора», которым он был со мной в ту ночь.

Любовь всех нас меняет.

- Маленькая мисс Стэн, - Блейк присел на корточки перед девочкой. - У нас для вас подарок. Чего ты так долго хотела?

Тиффани прищурилась, обнимая Бена за шею.

- Лошадку?

- Теперь у тебя будет своя пони! Живая!

- Ничего себе, - ахнула Евламия, подходя к ним. - Тесса, вы что?

- Ева, мы купили ей целое ранчо с загоном, - пояснила миссис Блейк. - Когда захочет, тогда и будет кататься.

- Спасибо! - взвизгнула именинница. Она чмокнула Тессу и Бена, схватила за руку их сына и понеслась на улицу, продолжая восклицать.

- Из этой девочки вырастит настоящая оторва, - кивнула Мери.

- Родная, ты хорошо себя чувствуешь? - Блейк поцеловал жену в висок и осмотрел ее с ног до головы.

- Конечно. Дай нам с девочками посекретничать.

Тесса покраснела и, дождавшись, пока Бен присоединиться к мужчинам, заговорщитски обернулась к нам.

- Давай знакомиться. Я Тесса, подруга семьи, а ты...

- Доказательство того, что член моего брата работает, - Марлен рассмеялась, вгоняя меня в краску.

Мы еще долго весело переговаривались, обсуждая характеры мужчин и их постоянные командировки. Иногда в дом забегали малыши, проносились ураганом и вновь убегали докучать уже своим отцам. Я потягивала вино и растворялась в царящем хаосе, влюбляясь теперь уже в семью моего мужчины. Мне хотелось остаться с ними навсегда, учась быть женой и матерью. На будущее...

- Бен сегодня должен был уехать в Швейцарию. Что-то с его бизнесом связано, - пожала плечами Тесс, следя за своим сынишкой, который крутился вокруг отца, что-то с ним обсуждая.

Ева грустно отхлебнула вина.

- Опять не получилось?

- Почему же? - шатенка смущенно опустила ладонь на живот и поймала мой взгляд, поясняя. - Первая беременность мне тяжело далась. Кесарево, неделя в больнице, а потом мы планировали еще девочку, но все не получалось. Два года. И вот...

- Тесса, ты беременна! - подскочила Стэн.

- Тише ты! Мы с Беном договорились никому пока не говорить, - смутилась она, но радостно обнялась с подругой.

- Поздравляю, - произнесла я и тут же была сжата в ее руках.

Мужчины приготовили барбекю, и мы все собрались на заднем дворе в беседке. Грегори обнял меня за талию и притянул к себе, утыкаясь носом в волосы. Мы просидели так целую вечность, смотря на все со стороны: перепалки из-за политики, лепет детей. Я чувствовала его улыбку и сама улыбалась, наслаждаясь атмосферой.

- Мои родственники не сильно тебя утомили, принцесса? - жаркий шепот коснулся мочки уха.

Мурашки пробежали по позвоночнику. Я поерзала на месте, унимая возбуждение.

- У меня никогда не было семьи, но я получила ее. Вновь благодаря тебе, Грегс, - любимый невинно поцеловал меня в губы.

- Ничего, еще пару праздников и ты получишь аллергию на всех, - он потерся носом о мою скулу.

- Я люблю тебя, так сильно, что сердце задыхается, - пьяно прошептала я, смотря в его синие омуты.

- Я умираю рядом с тобой, Катрина, но это самое прекрасное чувство на свете, - закивал он.

Черт! Эти глаза. Они всегда рисовали мои образы творя невероятное с душой. Я смотрела и видела все прожитые нами моменты: первую встречу, ринг, гонку, откровения и наш секс. Жаркие волны обхватили низ живота, заставляя голодно облизнуться. Мне всегда будет его мало. Эта жизнь и последующие - мы найдем друг друга сначала по голосу, а потом по любви, строя общее будущее...

- Не хочу никого пугать, - будничным тоном произнесла Марлен, очищая свое яблоко от кожуры. - Но у меня отошли воды. Можете не суетиться, до схваток у нас есть часа два.

Я икнула, чувствуя, как Миллер напрягся. Сначала гробовая тишина, а потом испуганный ор Льюиса, который подлетел к жене и обхватил руками ее живот. В творящейся суматохе, я даже не успела понять, как мы доехали в больницу, успокоили обморок счастливого папочки и заткнули Стэна, который на фоне стресса начал травить шуточки. Тесса и Бен остались в особняке следить за детьми, а мы уже второй час оббивали порог Торк Мемориал.

Я сидела на бордюре, подперев подбородок руками, и наблюдала за полетом звезд, загадывая желание: «Только наш мир с Грегори и бесконечность». Многого мне и не нужно только любимого мужчину рядом и время, танцующего в унисон нам.

- Замерзла? - заботливые руки обняли меня за плечи.

- Совсем нет, - мурлыкнула я, заправляя волосы за уши.

Грегори поцеловал меня, но его отвлек звонок телефона.

- Да? - он поймал мой взгляд. - Так! Родила! Мальчика! Я понял, Стэн!

- Мери же ждала девочку, - порадовалась я, ловя его счастливые искорки. - Снова дядя?

- Уже в четвертый раз! - закивал он.

Неожиданно Миллер подскочил с места и развел руками в стороны.

- У меня для тебя подарок, принцесса.

- Где?

Я поднялась и осмотрелась по сторонам, ничего кроме его позерства не замечая. Любимый заиграл бровями.

- Весь мир, Катрина! Я дарю тебе весь этот мир!

Я подхватила его веселье и нырнула в ласковые руки, подпрыгивая от бури эмоций.

- Укради меня?

- Только для себя, - зашептал он, наклоняясь за поцелуем. - Ты и я. Навсегда. Моя любимая девочка.

Наши губы сплелись вместе рождая взрыв в теле. Я со стоном подалась вперед и обвила его шею руками, чувствуя, как по щекам катятся слезы.

Наша любовь - это преступление, но ради него я готова совершать его вновь и вновь.

Грегори Адам Миллер

Три года спустя

Треск камина заполнял собой всю комнату. Языки пламени отражались в полной темноте, играя с разноцветной рождественской гирляндой, увивающей всю елку и гостиную. В полудреме я рассмеялся, слыша, как что-то упало в кухне, и моя воровка воскликнула из ее глубин:

- Печенье! Шоколадное! Ты меня обманул!

Я раскрыл глаза и наклонил голову вбок, рассматривая светловолосый ураган, который выскочил в зал. В одной руке пачка печенья, в другой стакан молока и шоколадные усы, прячущие яркую улыбку. Жена топнула ногой, отчего я рассмеялся. В моем длинном рождественском свитере с оленями, в красных гольфах и пучком на голове, она выглядела рассерженным домовенком. Как же сильно я ее любил.

Катрина запыхтела, переваливаясь с ноги за ногу, как смешной медвежонок. С каждым месяцем беременности она становилась все смешнее и смешнее. Животик рос, как и моя одержимость ею. Сейчас был уже шестой месяц - ожидание нашего малыша скрашивало волнение из-за новизны происходящего.

- Грегори, ты почему от меня прячешь сладости? - Кетти прошлась по шкуре зебры у камина и забралась ко мне на диван, заставляя подвинуться.

- Врач сказала, что тебе нельзя много сахара, - улыбнулся я, сонно утыкаясь в ее шею.

- Твоя дочка этого хочет, а не я, - забавно забулькала молоком любимая, откусывая печенье.

Я сместился за ее спиной таким образом, чтобы обнять руками животик и поцеловал в висок, чувствуя ее быстрый пульс. Мое сердце зашлось в тахикардии, желая поселиться внутри этой прекрасной женщины, что подарила мне эту вселенную.

- Ты хорошо себя чувствуешь? - я гладил нашу малышку, чувствуя, как она начинает пинаться в ответ.

Это было несравнимо ни с чем. Чувствовать своего ребенка, целовать дочку даже через живот Кетти и разговаривать с ней. Я думал, что в моей душе больше не хватит места ни для кого, но после беременности жены, понял насколько ошибался. У любви нет границ, нет времени и преград. Она сметет лавиной твою жизнь, строя свои порядки. Больно, когда ты сопротивляешься, но я с первого взгляда принял ее, ни о чем не жалея.

- Стало еще лучше, когда я почувствовала шоколад на своем языке, - принцесса начала сотрясаться смехом, заставляя меня петь ей в унисон.

- Принцесса, - я сдул ее белую челку, ловя счастливые карие глаза.

- А как ты будешь меня называть, когда дочка родится? - Кетти отставила уже пустой стакан с молоком и вывернулась лицом ко мне.

Я вытер ее губы большим пальцем и провокационно облизал его, чувствуя тяжесть в паху. Принцессе врачи запретили заниматься сексом, но я не лишал ее удовольствия, всегда спускаясь ниже и знакомя свой язык с ее киской. Жена прочитала мой взгляд и покраснела.

- Придется повысить тебя в жаловании. Королева мамочка и доченька принцесса.

- Чертова сказка, - забурчала она, устало отклоняя голову.

За окном уже вовсю веселилась ночь, приглашая на свой праздник метель. Снег стучал в окна, пытаясь нарушить нашу идиллию, но это было невозможно. За нашими спинами стояли великие чувства и мое безумие, которое разгоралось с каждым днем сильнее и сильнее, подогревая котел любви.

Я заживо горел в Катрине, но это была сладкая агония.

- Ты придумала имя?

Катрина завертела головой. Она притихла, а потом неожиданно предложила:

- Как звали твою маму?

- Нет, любимая, мы не будем называть дочку в честь проститутки и наркоманки, - ощетинился я. - Как на счет твоей?

- Валентина? Слишком русское имя.

- Вэлери? - задумался я. - Вэлери Миллер.

- Вэлери, - повторила она, наклоняясь к животику. - Тебе нравится, дорогая?

Я накрыл ее руку своей, чувствуя тихий толчок и рассмеялся.

- Кажется, это было «да».

- Я люблю тебя, Грегори, - Катрина вывернулась и чуть не свалилась с дивана, но все же забралась на меня.

Мои руки подхватили ее, удерживая за попу.

- Ты мое счастье, принцесса, - улыбнулся я, прикасаясь своим лбом к ее. - Это того стоило.

- Ты мое спасение, - подразнила она, ерзая на мне.

- А ты мое наказание, Катрина, - я принялся ее щекотать. Женщина пискнула, и я тут же подмял ее под себя, осторожно нависая сверху. - Самое сладкое, самое желанное, самое красивое...

Каждое свое слово я сопровождал легкими поцелуями, припадая то к щеке, то к носу, векам. Иногда мне хотелось съесть ее, вдавить в себя, становясь одним целыми не только ментально. Катрина обвила мои бедра ногами, отчего свитер пополз вверх, открывая ее черные кружевные трусики и едва заметную полоску шрама. Я провел по нему ладонью и прикрыл глаза.

Мне до сих пор снились кошмары. Котельная и Дастин. Я пытал его вновь и вновь, наслаждая каждым разом, как первым. ФБР уничтожили даже все упоминания о Zero. Всех приближенных к Зорро, как и его самого посадили на электрический стул, окончательно прерывая наш круг Ада. Близнецы - Рик и Рон, вместе с Дейзи, которая стала миссис Хэлл - занимались моим клубом, пока я все эти годы путешествовал с Кетти. Мы побывали везде, где только можно. Горы. Море. Океан. Пустыня. Даже свадьбу мы сыграли в Греции у храма Богини Афродиты, оставляя ей дар в благодарность за наше спасение. Я и вправду подарил ей целый мир, взамен получая намного больше - любовь и каждую ночь, наполненную громким «да».

- Спасение там, где его нет, - протянула Катрина, сонно зевая.

- Любовь стала нашим спасением и счастьем, - я прилег рядом с ней, утягивая на свою грудь.

- Спасибо... Грегори, за выбор в мою пользу, - жена чмокнула меня в подбородок.

- Всегда. Ты. Я. И наша Вэлери.

- Наша семья... - Кетти прикрыла глаза, и по комнате разнеслось ее спокойное дыхание, утягивая и меня за собой.

Безумие. Любовь. Катрина. Дочка.

Я получил все, чего желал, зная, что мои чувства взаимны во всем.

Конец пятой книги из серии «Исповедь Чикаго»

Полюбившиеся всем герои вернутся на страницах книги «Связь с реальностью»

***

Меня растили принцессой, прилежной девчонкой в строгой школьной форме без плохих мыслей. Днем – я милая сестра и порядочная дочь, но стоит сумеркам отбросить свою тень – мое платье и туфельки исчезают.

Ночь... Она лелеет самые темные стороны порочных душ и дарит ответы. Именно ее тени укрыли меня в Лос-Анджелесе. Ее шепот привел в ночной клуб, где я встретила его. Парня из другого мира – там властвует азарт, отсутствие правил и страсть.

Поздно ли бежать, когда сердца диссонируют от прикосновений? Где спрятаться от любви, и самый главный вопрос: что делать, когда вы нашли то, что искали? Связь с реальностью в объятиях друг друга.

***

КНИГА УЖЕ НА МОЕЙ СТРАНИЦЕ!!!