Глава 29, Жизнь или смерть

Pov: Анжелика Анневская

Когда я переступила порог дома Люды и Вовы, то услышала свист, поэтому инстинктивно пригнулась. И не зря, как оказалось, когда я подняла голову, то увидела клинок, что торчит из двери, а возле двери стоял Бэн. Мое сердце начало биться как ненормальное. Я сразу же подумала о Тане и Дэниэле, видел ли их Бэн.

Он, как всегда, выглядел идеально. Черный костюм, белая рубашка и запах от лака для укладки волос.

– И тебе здравствуй, Бэн. Какое, однако, теплое приветствие от тебя. Предупредил бы, что приедешь, захватила бы по дороге тортик, – произнесла я, параллельно активировав силу, чтобы проверить, находятся ли Дэниэль и Таня в доме.

Дядя Володя меня когда-то научил проверять таким образом есть ли кто-то в здании, чтобы я была в безопасности и знала, чего ожидать. Когда активирую силу избранной, то она действует как рентген и показывает мне, где есть тепло людей. Если правильно поставить радар, то можно еще ощутить имеет ли человек силы, подобные моим. Я каждый день тренируюсь, чтобы улучшить свои способности, но после того, как я перестала заниматься с Дядей Володей и Виктором, моя успеваемость стала хуже.

Мне не хватает их знаний. Если Дядя Володя направлял меня в сторону моей безопасности, то Виктор направлял мою силу на то, чтобы она стала оружием. И какой бы сильной не была моя ненависть к нему, но только благодаря тому, что он из меня сделал первоклассного убийцу, я еще жива и способна дать отпор.

– Дай мне лекарство! – закричал Бэн.

Осознание того, что произошло, вызвало страх. Кэтрин пожаловалась, что я ее отравила. Тем самым выдав всем, что я жива. Мое прикрытие полностью раскрыто, а значит скоро и мои родители узнают.

– Почему я должна его тебе отдать? Не помню, чтобы я тебе была вообще что-то должна? – удивленно спросила я и, сняв с себя ветровку, повесила ее на крючок.

Кода я закончила осматривать силой дом, то поняла, что никого вообще нет в нем. Ни Дэниэля и Тани, ни бабушки и дедушки, ни прислуги. Дом был пуст.

Внутри меня уже собрался ком, что колотил изнутри и нагонял еще больше страха и беспокойства об их жизнях. Никто не знал, что может с ними сделать Бэн, тем более, когда он в гневе. Вот семью Кэтрин он убил, что будет с моей семьей – неизвестно.

– Отдай мне лекарство! – вновь закричал Бэн, начав двигаться в мою сторону.

– Где Люда и Вова? Почему дом пустой? – спросила я.

– Я их убил!

Сначала я не поверила его словам. Думала, он шутит, но вдруг мой взгляд упал на руки Бэна, они были полностью в крови. Мои руки начали дрожать от страха.

– Что? – только и смогла произнести я.

– Ты не слышала? Я их убил! Отдай мне лекарство и больше никто не пострадает!

– Зачем... Они... они же просто люди... – меня будто сковало, я не смогла ничего сказать.

– Мне было скучно. А они не говорили, где ты. Так же я почувствовал здесь силу моего брата. Хоть его здесь и не было, но мне и это уже говорило о том, что ты с ним заодно, укрываясь в этом доме.

– Скажи, что ты пошутил! Скажи, что ты просто пытаешься меня запугать и моя семья жива! – мой голос надрывался. Я не могла никак соображать, только смотрела на Бэна.

– А то что? Лекарство мне отдашь, если я их тебе верну? – насмешливо спросил Бэн.

– Да! Я его тебе отдам, если моя семья жива, – уверенно произнесла я.

– Ладно, они живы. Отдай мне лекарство, и я перенесу их в гостиную!

– Как я могу тебе доверять? Ты даже не был удивлен, что я жива. Как будто моя смерть была тебе на руку. Ты пришел сюда ради человека, что убивал меня несколько раз, но, несмотря на это, ты сначала говорил, что убил моих родственников, а сейчас, что они уже живы.

– Ты дочь мужчины, что украл у меня любимую женщину. В твоем теле течет его кровь, твой характер копия его. Как бы я не пытался об этом не думать, но ты его копия не только характером, но и внешне. Будто вообще не дочь Натали, а только Сергея. У тебя нет ничего, что досталось бы от матери. А значит ты мне не дочь!

– А Кэтрин прямо тебе родня? Только не говори, что ты думаешь, что она твоя дочь от Тани? Я знаю, что ты убил ее и отца Кэтрин, уничтожив ее мир! Дэниэль мне рассказал все, что ты так стараешься скрыть, – я старалась не кричать и сдерживать свой гнев, но он нарастал и сила пыталась вырваться. Мне приходилось изо всех сил поддерживать холодный разум, чтобы не накинуться на Бэна и тем клинком, что он кинул в меня, вспороть сердце.

– Я ее вырастил и обучил всему. Она была мне всегда верна и выполняла все, о чем я ее просил. Кэтрин моя гордость и сила против твоего отца. Думаешь, она мне просто так нужна была? У твоего отца есть ты! Главное его оружие – это ты и твоя сила. А что есть у меня? Все, что я имел отобрала у меня твоя мать, наложив проклятье в прошлом!

– А нечего было изменять ей с ее сестрой! Ты это заслужил, если не умеешь мозгом думать и держать свой половой орган в штанах! Думаешь, раз ты Бог, то тебе все дозволено? Как бы не так! – раздраженно сказала я и посмотрела Бэну в глаза. Он уже был готов меня убить, но сдерживался. Его глаза горели синим пламенем, прямо как мои.

– Ты еще слишком мала и неопытна, чтобы понимать все реалии этой жизни. Кэтрин мое оружие и она уничтожит всех ради меня! – прошептал Бэн мне на ухо, наклонившись так близко, что я слышала его дыхание.

– Вот блин, к сожалению, так конечно бывает, но не думала, что с тобою это произойдет.

– О чем ты? – удивленно просил Бэн.

– Так бывает, когда человек старше тебя на несколько лет, а тупее на целую ступень Эволюции. Это прям про тебя, Бэн! – и я рассмеялась.

Это был мой защитный механизм. Когда мне страшно или я злая, то смеюсь. Это истерически устрашающий смех, который говорил о том, что я не умею нормально реагировать и происходит блокировка эмоций, чтобы не сойти с ума от всего, что со мною происходит.

– Вот... – Бэн замахнулся на меня, в его руке был клинок, который он прежде кинул в меня. Но я уже предусмотрела это и, призвав силу, выставила щит против него.

Когда Бэн ударил в щит, то на его лице возникло удивление.

– Это что еще такое?

– А ты думал, что я буду просто стоять и ждать, когда ты меня убьешь? – ответила я и, оттолкнув его, начала наступать на него.

– Как ты смеешь на меня нападать? Вообще страх потеряла? – закричал Бэн.

– А стоит? Ты бог, что уже почти исчерпал свою силу, так что вряд ли ты представляешь угрозу мне. У меня были потрясающие учителя, чтобы я научилась выживать. Знаешь ли, Виктор очень много старался надо мною и вот результат. Я была лучшим убийцей и тенью, которая следила за каждым твоим шагом.

– Ты не посмеешь меня убить! – глаза Бэна забегали, а ноги его отступали. Я и не заметила, как мы оказались в гостиной. Лишь когда Бэн был прижат к стене, я краем глаза заметила, где мы.

– Проверим?

Вдруг я почувствовала эйфорию, что разлилась по моему телу. Я кайфовала от того, что могу убить Бэна, не сдерживая свою силу. Когда здравый смысл попытался достучаться до меня, то я его откинула и продолжила наступать на него, призывая всю силу избранных, что у меня была.

Когда я поняла, что теперь я могу полностью его уничтожить, то в моей руке оказался меч, он был создан моей силой и напитанный моим гневом.

Раздался крик, и я подняла свой взгляд. Вдруг я заметила свое отражение в телевизоре и застыла. На меня смотрела Кэтрин, из ее глаз сочилась кровь, а в руках она держала лук с натянутой стрелой.

Pov: Кэтрин Харрисон

За пару часов до событий в доме Анжелики

Меня уже всю выворачивало от боли. Мои кости до хруста ломало, а тело ныло, я не понимала, что происходит.

Когда я наконец-то смогла открыть глаза, то увидела, что нахожусь дома у Бэна на диване. Адриана рядом не было, даже и следа о том, что кто-то меня сюда перенес, не было. Хотя я не была удивлена, было бы глупо если бы Адриан оставил намек о том, что он был в доме у бога. Спасибо и так ему за то, что не убил и домой принес, а не бросил там на растерзание журналистам и Сергею Анневскому.

Я постаралась встать с кровати, но от боли, раздавшейся по моему телу, я закричала.

«Гребаная Анжелика! Какой дрянью она меня накачала?» – подумала я и упала с дивана.

– Кэтрин, почему ты кричишь? Кошмар, что с тобой произошло? – воскликнул Бэн кинувшись мне на помощь.

– Я в порядке! Просто нужно отлежаться. Это пройдет! – я попыталась успокоить Бэна, но понимала, что выгляжу слишком жалкой для оправдания.

– Кто это с тобой сделал? – спросил Бэн.

– Бэн... Все нормально!

– Я спрашиваю еще раз, Кэтрин. Кто. Это. Сделал? – каждое его слово сопровождалось небольшой паузой и нарастающим гневом.

С одной стороны, я понимала, что говорить о том, что Анжелика жива, это отдать ее на верную смерть Бэну. А планы я недавно поменяла на ее счет. Раз она так хочет жить, то пускай так и будет. Только теперь она будет моей марионеткой, чтобы уничтожить Бэна.

Она все же его дочь, а кто еще может причинить самую сильную боль Богу? Только его любимая первородная ведьма и ее драгоценная дочь. Если правильно направить Анжелику, то она сама возненавидит Бэна и попытается его убить, забыв временно обо мне.

Поэтому рассказать о том, что она меня отравила, будет очень подозрительно и странно. Тем более, рассказав о том, что она жива, невредима и пылает от ненависти ко мне.

Вдруг я почувствовала, как мою голову сдавливает что-то, а в сознании появляются картинки о том, что было за последние 3-4 часа.

«Твою мать, он роется в моем сознании! Я же сейчас...» – не успела я додумать, как поняла, что это опасно.

За все время он никогда этого себе не позволял и доверял мне. А сейчас он роется в моем сознании, проверяя каждый момент. У меня не было опыта и нужных знаний о том, как спрятать важные мысли, и поэтому единственное, что я могла сделать, это ударить Бэна в реальности, чтобы он вышел из моего сознания.

– Черт, Кэтрин! Что ты творишь? Я же хочу помочь! – раздраженно произнес Бэн.

– Ты не имеешь права лезть в мою голову! Как бы мы не были близки, но это мое сознание. Ты должен уважать мои мысли и не переходить границу! – устало произнесла, почти из последних сил.

– Это была Анжелика? – спросил резко Бэн, чему я удивилась. Он не спросил меня о том, как она оказалась жива, что с ней.

«Он станет на ее сторону. Он просит сейчас меня, почему она меня отравила», - от страха меня заколотило изнутри.

– Да, – ответила я просто, ожидая конца.

– У нее противоядие есть?

– Да, – повторила я свой ответ, снова посмотрев на него удивленным взглядом.

– Хорошо, я тебя понял.

Бэн поднялся с колен, посадил меня на кровать и укрыл одеялом.

– Я скоро вернусь, пожалуйста, не вставай с кровати и не пытайся применять силу. Я не могу сейчас определить, что это за яд, но своей силой я его немного ослабил, чтобы тебе стало немного легче. Просто продержись до моего возвращения, пожалуйста.

– Ты даже не спросишь меня ни о чем? – вдруг спросила я. Это было очень глупо с моей стороны, но я не понимала, почему он так поступает. Он же всегда был за Мишель, позже за Анжелику.

– У вас явно были причины, чтобы поссориться. Но она не имеет права тебе причинять боль, – холодно ответил Бэн.

– Она же твоя дочь, Бэн! А я просто работаю на тебя...

– Не смей так говорить! Анжелика уже давно не моя дочь и никогда ею не была. Она дочь Сергея и Натали. В ней нет ничего от меня, и никогда не было.

– Почему ты так думаешь, Бэн? Ты же так искал ее, боролся за нее, защищал и оберегал?

Я ничего не понимала. Он сам себе противоречит. Потратив столько тысяч лет на то, чтобы найти любимую женщину и ребенка, и сейчас такое говорить – у меня в голове не укладывалось. Свою же кровь и плоть он должен любить.

– Я сделал предложение Натали, но она сказала, что всегда будет с Сергеем. А также то, что Анжелика не моя дочь. В ней нет ничего, что могло бы передаться ей от меня. Если и мы имеем схожесть в силах, это только потому, что Анжелика перерожденная избранная. Поэтому и ее сила изменилась. Натали уничтожила с помощью своей магии все, что было в Анжелике. Поэтому я не вижу смысла защищать эту девушку. У нее есть отец и мать.

– Но ты столько лет был рядом с ней. Ты был для нее как старший брат или любящий дядя. Неужели, ты это все делал только потому, что думал, что она твоя дочь? И как человек она не заслуживает любви? – шокировано спросила я.

– Да! Я думал, что она моя дочь, и поэтому так к ней относился. Я поддерживал ее семью и общался с Сергеем, только чтобы помочь моей, как я думал, дочери. Но сейчас я вижу реальную картину. Анжелика дочь первородной ведьмы, что меня бросила, и человека, который сошел с ума, чтобы добиться власти и денег!

– И что ты будешь делать? – спросила я.

– Заберу антидот у Анжелики и отдам его тебе, – жестко ответил Бэн.

– А если она его не отдаст?

– Убью всю ее семью и ее заодно! Она уже давно должна была лежать в земле. Но, к сожалению, она слишком живучая!

– С этим я не могу поспорить, – из моего горла вырвался кашель. Бэн подал мне салфетку и, когда я взглянула на нее, то увидела кровь.

– Мне нужно спешить! Пожалуйста, потерпи немного, – сказав это, Бэн вышел из комнаты, оставив меня одну с моими мыслями.

«– Нет, серьезно, только ты можешь мстить за свою семью не зная, что она переродилась и жива! Один очень важный член твоей семьи сейчас находится у меня...

– Что? Ты и правда думаешь, я поверю в этот бред?

– А жаль, что ты не веришь. Я бы поверила, тем более я приложила много усилий, чтобы их найти! Ты ведь знаешь, что мы с тобой двоюродные сестры по линии матерей наших, а значит и родственники у нас с тобой общие.

– Ты мне никто! Запомни это!

– Боже, ты прям нож мне в сердце всадила. Я же единственная твоя родня, с которой ты можешь поговорить! Не так, я думала, будет рада меня видеть моя сестрица! Но ты не переживай, у меня припрятан козырь в рукаве, которым я перережу тебе глотку!»

Почему-то слова Анжелики не могут покинуть мою голову. Я постоянно прокручиваю их и не могу понять, почему мне хочется в это верить.

«Я же единственная твоя родня, с которой ты можешь поговорить! Не так, я думала, будет рада меня видеть моя сестрица!» – по факту мы выросли вместе и веселились. Когда я забывала временно о мести, то Мишель и вправду была моей подругой, которой я все доверяла.

Она всегда меня поддерживала и старалась помочь в независимости от ситуации. И, хоть Мишель знала, что я от нее многое скрываю, никогда не давила на меня, чтобы я ей что-то рассказала. Всегда уважительно относилась к этому.

Что-то заставляло меня подняться, будто кошки на душе скреблись и я не могла спокойно лежать в кровати умирать.

Я взяла телефон с тумбочки, что стояла возле кровати. И набрала своего секретаря.

– Узнай, где сейчас Бэн. И какие у Мишель Анневской были ближайшие родственники. Мне нужно все узнать.

– Хорошо! Сейчас вышлю информацию, – ответил мне секретарь уставшим голосом. Но за те деньги, что я ему плачу, он готов в любое время выполнять мои поручения, не задавая никаких вопросов.

Спустя минут десять он выслал адрес дома бабушки и дедушки Мишель. Написав, что по их данным Бэн сейчас там, потому что они засекли по видеокамерам, как он выводит родственников Мишель из дома.

– Чтобы ты провалилась сквозь землю, Анжелика Анневская! Я сама тебя прибью, если ты попытаешься раздражать Бэна.

Я поднялась с кровати и направилась к выходу, чтобы перенестись по тому адресу, что мне выслали. Уже у выхода я увидела, что стоит лук со стрелами, которые я раньше использовала, чтобы убивать тех, кто не выгоден Бэну. Но теперь они пылились в шкафу.

Не успев все обдумать, я схватила лук, перекинула стрелы и покинула дом Бэна.

Открыв глаза, я увидела, как стою за гигантским домом, похожим на дворец по своей архитектуре. Я сразу же посмотрела на главную дверь, что была слегка приоткрыта.

Внезапно из окон раздался синий свет, что мог означать одно: Бэн активировал силу и Анжелика в огромной опасности.

«Ты ведь знаешь, что мы с тобой двоюродные сестры по линии матерей наших, а значит и родственники у нас с тобой общие», – голос Анжелики все еще был у меня в голове. Я не могла его игнорировать и заставить молчать. Она затронула тему моей семьи, а это самое дорогое для меня и самое ценное, что было за всю мою жизнь. Поэтому, к сожалению, я не могу позволить Бэну убить мою сестру.

Войдя в дом, я услышала крик Бэна:

– Как ты смеешь на меня нападать? Вообще страх потеряла?

«Черт, они куда-то направляются... Я не знаю этот дом, и могу опоздать!» – подумала я и, натянув тетиву, аккуратно последовала за голосами.

Они привели меня к гостиной, я стояла у входа, прислушиваясь к каждому их слову. Мое тело начало снова болеть и ломать. Скорее всего, магия Бэна перестала действовать.

– Ты не посмеешь меня убить! – сказал Бэн.

– Проверим? – голос Анжелики был холоден, что сразу же напрягло меня. Она не была зла, она была настроена на что-то другое.

«Убийство», – подсказал внутренний голос.

И я прижалась к стене от боли в глазах и висках. Все было будто в тумане, я не понимала, где я нахожусь и что со мною.

Вдруг я услышала раздирающий голос Бэна и, собрав остатки своей силы, я кинулась в гостиную и впала в оцепенение, когда увидела, что произошло.

Разрубленное тело Бэна лежало на полу, заливая его своей кровью, а над ним стояла Анжелика с мечом из синего пламени. Все ее тело было в огне, но самым устрашающим смотрелись ее крылья из синего пламени, что были распахнуты на всю комнату.

Я заметила телевизор, что стоял возле нее, и открыла глаза от шокирующего в нем отражения.

Анжелика стояла с улыбкой, натянутой как у психопата. Ее глаза горели синим пламенем, но из них стекали слезы. Страшно наблюдать, как человек, который всегда держал себя в руках, полностью потерял контроль над собою.

Вдруг тело Бэна начало восстанавливаться, не раздумывая, я выстрелила ему в сердце. Стрела попала прямо в цель, остановив восстановление его тела. Анжелика посмотрела на тело Бэна и сразу же поняла, что произошло.

Не выдержав боли, я почувствовала, как тело предает меня и я теряю сознание.

– Кэтрин! – закричала Анжелика.

Pov: Анжелика Анневская

Кэтрин начала падать и, бросив меч, я кинулась к ней. Дело было в яде, он убивал ее и высасывал из нее все жизненные силы. Моя личная разработка, когда работала на Виктора и думала, как его по-изощреннее убить.

Единственное противоядие от него – моя кровь, налитая на место, куда вкололи яд. Поэтому я достала нож из кармана и сделала маленький надрез на руке. Разорвав ее рубашку и найдя место, куда я всадила Кэтрин отравленный нож, я начала сжимать руку, чтобы кровь начала капать на рану.

Когда я заметила, что жар спал и Кэтрин себя уже лучше чувствует, почувствовала спокойствие и облегченно выдохнула.

Я не знала, что стоит за ее действиями и почему она меня спасла, когда пыталась раза три точно меня убить. Если было больше попыток, то я и думать об этом не хочу.

Подойдя к трупу Бэна, меня начало тошнить. В моей голове начали мелькать моменты, когда я по приказу Виктора убивала людей, а позже избавлялась от их тел. Смотреть на то, как разрубленное тело напополам со стрелой в сердце и с открытыми глазами смотрит на тебя, до дрожи жутко. Стеклянные глаза Бэна будто прожигали мою душу.

Тошнота становилась все сильнее и сильнее, а пол уже полностью был в крови. Я все стояла над телом и думала, что мне делать с ним и как правильно обыграть, чтобы не попасться на его убийстве.

Вдруг мне не пришло ничего лучше, как просто спалить тело, просто с помощью силы перенести тело в относительно людное тело, чтобы труп обнаружили.

Поэтому медленно я начала призывать силу, параллельно обдумывая, куда переместить тело, чтобы спалить.

– Эй, ты долго еще будешь стоять и смотреть на труп этого козла? – неожиданно послышался голос Кэтрин и я обернулась в ее сторону.

– Ты уже пришла в себя... Как жаль! Думала, яд будет дольше причинять тебе боли, – холодно ответила я.

– Что ты делаешь? – удивлённо спросила Кэтрин, когда увидела, что я поднимаю тело Бэна силой избранной.

– Собираюсь из Бэна сделать красивый шашлычок и пожарить его на костре.

– Ты сейчас шутишь?

– Ага, конечно! Не шашлык это будет, а гриль! – нагло ответила я.

– Ты ведь понимаешь, что если спалишь тело, то вся твоя одежда пропитается костром. Молчу о том, что частицы сгоревшей одежды будут на твоих волосах, в ушах, носу, на теле.

– А что тогда с ним сделать? – спросила я с сарказмом.

– Заморозить? – от предложения Кэтрин я рассмеялась.

– Может, мне тебя заморозить? Бэна должны обнаружить рано или поздно. А так как он важная шишка, то и дня не пройдет, как его тело обнаружат. Учила бы ты биологию, то знала бы, что печень человека держит свою температуру до 25 часов. Поэтому определить время смерти не будет проблем!

– А по-твоему спалить тело намного гениальнее?

– Ну как бы да! Знаешь ли, от тела останутся только зубы, что почти не потеряют формы. По ним Бэна и опознают, а значит соберётся совет нирманакайев, стражников и остальных существ, чтобы найти преступника и покарать его. А, напомню, что ты может его убила от части! – холодно ответила я Кэтрин, подойдя к ней, чтобы помочь устоять на ногах.

– Черт, они все равно поймут, что мы его здесь убили, – разочарованно произнесла Кэтрин.

– А если его как через мясорубку перемолоть и выбросить? – почему-то не обдумав предложила я.

– Ага, ты что, головой ударилась? Это тупо, все равно не получится! – удивлено сказала Кэтрин.

– Ну почему же? Кинем его, где можно перемолоть и все. Нет тела, нет дела! – легко ответила я.

– И это ты мне говоришь, что я не учила биологию? Совсем из-за убийств мозги заплыли? Куда ты кости денешь? Их не перемолоть. Окей, предположим это сделать можно. Но куда ты денешь пять литров крови? И это минимум пять литров. Ты представь, сколько с ней возни. Мы не только будем полностью в крови, но и пропахнем ею. Ты думаешь, никто не догадается, что мы с тобой убили Бога. Будет не просто расследование. Убийцу будут искать все миры!

– Подожди... А кто будет заниматься этим делом, если обнаружат Бэна? – меня вдруг осенило, и я попыталась подвести к этому Кэтрин.

– Ну, кто... Твою ж! – по лицу Кэтрин можно было понять, что она так же осознала, о чем я говорила.

– Вот о чем я и говорю! Нужно сделать так, чтобы это дело получил Маттео. А также сделать так, чтобы я вышла из числа подозреваемых. Тебя и так не будет, поэтому тебе повезло.

– Почему это я не буду в числе подозреваемых? – удивленно спросила Кэтрин.

– Если бы не мой яд, то ты бы не смогла убить Бэна. Думаешь, я не поняла, почему ты так старательно настраивала всех против Бэна? Ты не можешь убить Бэна, потому что он заставил тебя дать обет верности. Ты не можешь ему навредить, не можешь убить. Он заставил тебя защищать его и быть ему верным слугой. Поэтому ты и начала вести двойную игру от безвыходности.

– Ты специально вколола мне яд...

– Ага, немного его усовершенствовав, я сделала так, чтобы за время его действия ты была свободна от обязательства перед Бэном. Разумеется, у меня были сомнения на счет твоего замысла, но думаю по ситуации уже видно, что я была права, – гордо произнесла я.

– Ненавижу тебя! – тихо сказала Кэтрин.

– Ненавидела бы, позволила бы умереть! А так мертв Бэн! – рассмеялась я. – Кстати, такой вопрос, ты почему пришла в этот дом? Понять, как ты нашла, не трудно, я просто не понимаю твоего мотива. Ты не знала, что яд снимет с тебя обязательство перед Бэном. А значит ты осознанно пришла сюда...

– Ой, только не начинай это, а то еще подумаешь, что я пришла ради тебя! – отмахнулась от меня рукой Кэтрин.

– Я не только так думаю, я говорю, что ты прибежала сюда ради меня. Рисковав своей жизнью, зная, что если нарушишь обязательство, но умрешь.

– Давай еще поговорим часа два, а потом вообще от тела Бэна не избавимся! – переведя тему, Кэтрин посмотрела на тело Бэна, что все еще лежало и смотрело на нас пустыми глазами.

– Черт, но выглядит он жутко. Слава Богу он умер! – по моему телу пробежали мурашки и я отвернулась. – Давно ему пора было на покой.

– Почему это? Он разве не был твоим любимым дядей? – не могла не подколоть меня Кэтрин.

– Ты тоже была мой лучшей подругой, а уже пыталась меня убить четыре раза.

– А еще спасла!

– Тогда что, 4:1? К сожалению, статистика все еще показывает, что ты стерва, которая хотела меня убить! – огрызнулась я на Кэтрин и подошла к телу. – Что же нам с тобой сделать... А? Бэнжемин Винсент?

– Обставить как самоубийство не выйдет, к сожалению, – сказала Кэтрин.

– Свалить на моего отца тоже не выход, если что, – остановила я сразу же мысли Кэтрин в другую сторону.

– Тогда как все обставить?

– Замять тоже не получится.

– Давай так, сейчас переносим тело на что-то, что нам не испортит поверхность, и отмываем комнату, проветриваем и убираем все улики. После этого придумаем, что делать дальше.

– Поняла, начинаем, – я дала пять Кэтрин и мы приступили к делу.