Акт 3. Глава одиннадцатая, в которой проходит «Чёрно-белый бал»

Похороны Монахана прошли в четверг, перед самыми выборами.

Многие отдали голоса Салливану Чендлеру, так как второй кандидат, Элегба, добровольно выбыл из состязания. На место прошлого комиссара полиции пришёл новый, и на этот раз это была женщина. Темнокожая, с плотным телосложением, лет тридцати с лишним. Характером она оказалась куда строже. И она же решила поменять систему в полицейском участке: кого-то уволить, а кого-то назначить, но место шерифа занять не давал Стив Лейтор, упорно преданный прошлому шерифу, что не раз заявлял.

— Учтите, комиссар Кэрри, Вы не сможете меня уволить за то, что я не допускаю никаким образом никого на должность шерифа. Она занята.

— Это видно... Вы заставили уйти уже третьего шерифа за эти две недели... Почему бы тогда Вам им не стать? У Вас опыт есть, вы ответственный человек...

— Я... Я так не могу, — хоть и предложение было весьма привлекательным, Лейтор отказывался от такого. — Это предательство, я считаю. Он вернётся, и...

— Мистер Лейтор, — от стального тона женщины, что сидела за столом перед ним, парень невольно вжался в кресло, сжимая пальцами подлокотник. — Я тут обнаружила одну очень интересную деталь... У Вас раньше были проблемы с полицией?

— Э-это несчастный случай... — нервно ответил дрогнувшим на мгновение голосом.

— Лишь благодаря чуду, Вас не стали таскать по судам родители сбитой вами девочки, — закончила шеф полиции, возвращаясь затем к документам. — Можете быть свободны.

Стив подскочил с места и быстро удалился из кабинета. Болезненные воспоминания отозвались в его памяти снова... Он просто обязан поговорить с Ласло снова.

***

Какое-то время назад, Ласло целыми сутками занимался своей работой, но теперь он, в более подавленном состоянии, весь обросший уже, сидел перед телевизором и поглощал всякие вредности. Даже Эфер, которая потом ушла по своим делам, не смогла вытащить отца из этого состояния. Потому она и впустила в дом Энни, что решила заглянуть в гости.

— Ууу... Мне конечно сказали, что у вас тут всё запущено, но, я не ожидала что настолько, — хмыкнула она, осматривая свой будущий фронт работ. — Это вообще ты, мужчина с которым я имела отношения?

— Его сейчас нет дома. Оставьте своё сообщение.

Отчеканил Ласло, прикрываясь пледом, думая что спрячется. Энни закатила глаза, резко стягивая плед, отчего мужчина прикрыл лицо руками. Женщина направилась в сторону ванной.

— Так, вставай! У нас с тобой есть несколько часов!

— До чего? Конца света? — с явной надеждой хмыкнул Ласло, всё же принимая сидячее положение вновь.

— Два приглашения на «Чёрно-белый бал». Чендлер раздобыл, когда я его попросила, — начала пояснять учительница, притащив из ванной небольшую, глубокую миску полную воды, бритву, пену для бритья и полотенце на своём плече. — И нет, ты не отвертишься. Хватит уже меня и всех прочих динамить.

Пэйдж ничего в ответ не сказал, но во взгляде так и читалось: «Ладно, делай уже что хочешь». Так как его охватила хандра, то женщина решила помочь. Размазав по половине лица пену, она взяла одной рукой подбородок мужчины, а другой бритву, стала разбираться с растительностью на лице, при этом осторожно, дабы не порезать кожу. Их взгляды встретились: опустошённый взгляд Ласло и тёплый, в соответствии с улыбкой, взгляд Энни Перл.

— Неужели вся причина твоей хандры кроется только в уходе из полиции? — решила поговорить она.

— Не только из-за этого, если честно... — довольно тихо начал он. — Возвращаясь из участка домой, я заметил на пороге вскрытое, дохлое тело своего кота. Это был последний подарок отца, прежде чем он...

Он не закончил фразу. Но женщина и так всё поняла.

— А так же на двери была надпись кровью: «Будь хорошим мальчиком и твоя дочь не будет лежать в таком же состоянии»... Видно, это означает бездействовать...

Заканчивая бритьё, Энни провела рукой по слегка шершавой коже и продолжала улыбаться, отложив бритву.

— Эфер сможет себя защитить. Тем более, пока в окружении есть мы, мало шансов, что Линда что-то сделает, — произнесла она, сев напротив мужчины, положив руки ему на колени.

— Так что тебе вдруг на бал захотелось? — вспомнил первоначальную тему их разговора Ласло.

— Вечеринку устраивает Элегба. Мне кажется, что-то в этом есть подозрительное... Да и к тому же, нам не помешает развлечься.

— Ладно, ты всё равно не отстанешь от меня...

— Чур я тогда в чёрном!

***

Вечером того же дня, Энни, разодетая в чёрное, вечернее платье до колен с глубоким декольте, поджидала своего партнёра по танцам напротив его дома, разбираясь с тёмными перчатками, длинной по локоть. Она даже первоначально думала, что он передумал куда-либо идти. Но двери открылись, а на пороге показался он: тёмные волосы, длинной по затылок, уложены; идеально гладкое лицо, даже синяков под глазами не было; белая рубашка, с расстёгнутыми несколькими пуговицами, что обнажало ключицу; поверх был такой же белый, расстёгнутый пиджак и белые брюки.

Энни сперва слегка покраснела, а потом лучезарно улыбнулась, пока мужчина, приглаживал волосы, подходя к ней, уже начиная ворчать.

— Ты не представляешь сколько Эфер делала мне марафет, дабы скрыть эти мешки для картошек под глазами...

Энни хихикнула, заметив как из дома вышла и сама Эфер, в белом платье в стиле лебедя. Видимо, женщины должны были приходить в белом, а мужчины в чёрном. Последнее она учла при Райане.

— Уломали папашу Нэнси на ещё два пригласительных, — проговорила Пэйдж. — Жаль конечно, что сама она не хочет идти...

— Ладно, барышни, все в машину! — ворчливо отозвался Ласло, подходя к машине, отпирая её и сев за руль. — Собираетесь по пять часов, а мне из-за вас краснеть...

— Тоже мне, мессир, — язвительно ответила его дочь, расположившись со своим красноречиво молчавшим парнем на задних сиденьях автомобиля.

Машина тронулась с места. Все прибыли на место назначения как раз вовремя, ибо гости уже собирались, высыпаясь из своих автомобилей и предъявляя пригласительные перед входом для осмотра охраны. Все четверо прошли особо без проблем, чтобы попасть внутрь, где и проходило веселье.

Помещение было, естественно, подходящим под стиль бала: огромное, с каменными колоннами, уложенной чёрно-белой плиткой и раздвоенной винтованной лестницей из жемчуга. На стенах висели картины людей, которых знала точно Энни, припоминая параграфы из учебников по истории: все они относятся к семье Маккоуйд, что и основала этот город, и пусть главный основатель и является монстром, это не заставит больше убрать о них данные.

Уже играла музыка. Эфер подплыла ближе к фуршетному столу, нежели к искусству.

— Вы только посмотрите! — изъявила восторг Перл, — Всё это было построено ещё четыреста лет назад, но отлично было сохранено, — после она подняла голову вверх и ошеломилась. — Какая красота... Хрусталь был подарком самого китайского императора!

Над ними висела огромная, невероятно красивая и сверкающая люстра из хрусталя.

— Неужели? — удивился подобному факту Райан, поднимая голову.

— В те времена, Кроу-Хилл являлся самой крупной шахтёрской компанией, в которой добывались разные, даже самые редкие, полезные ископаемые. И не только... У нас к тому же и самые заболоченные участки. Прежде всего болота используют для добычи торфа. Его сфера применения довольно широкая - это и топливо, и сырье для получения смол, парафинов в промышленности, подстилка для скота на фермах.

— А ещё Мортимер лично знал китайского императора... — добавила Эфер, держа в руках тарелку с наложенными пирожными и так же смотря на люстру. — Хах, а действительно красиво...

— Да. Красиво.

Проговорил Ласло с небольшой, печальной улыбкой, невольно посмотря на Энни. Та почувствовала чужой взгляд на себе и взглянула на Ласло. Мужчина поспешно отвёл взгляд на свою дочь.

— Серьёзно? Ты пришла сюда поесть?

— У меня жестокий отец. Он не даёт мне есть шесть раз в день, а у меня растущий организм, между прочим, — с набитым ртом, притворно обиделась та, обплевавшись крошками.

Повисло молчание в данной компании. Салливана, хозяина мероприятия, пока нигде не было видно. Но зато был прекрасно уловим Лэйтор, что видимо искал ребят. Энни заметила сосредоточенность своего партнёра на помощнике шерифа и схватив за руку, потащила в центр танцпола, как раз когда заканчивалась одна песня, из раздела Элвиса Пресли.

— Я немного не настроении танцевать, знаешь ли... — проговорил Ласло, всё же положив руки ей на талию и ведя в танце.

— Так может это и поднимет тебе настроение? — усмехнулась женщина, положив руки ему на плечи.

Честно признать, это даже помогало некоторое время, пока первая песня Пресли не кончилась.

В этот же момент, Ласло заметил среди гостей довольно знакомые лица: недалеко от входа стояла приодетая в белый костюм Линда, а рядом с ней стоял кто-то в чёрном платье, словно на похоронах, но не мог понять кто из-за чёрной вуали. Она просто стояла рядом, сложив руки перед собой. А на балконе находились Мортимер и Элегба, у которого была чёрная повязка на правом глазу, наблюдая за всем. Незнакомка или эти двое не так сильно напрягала, как его сестра. Линда была здесь... Воспоминания о ночи в школе и в полицейском участке невольно ударили в голову.

— Ласло? — сквозь звон в ушах, мужчина услышал голос женщины. Энни положила руку ему на плечо, когда тот резко остановился, тяжело дыша. — Всё нормально? Ты бледнее обычного...

Линда тоже заметила его. И ухмыльнулась. Сердце бешено застучало и Энни это ощутила, смотря на панический страх в его взгляде. Ни говоря больше ни слова, она обняла его, поглаживая по спине и желая хоть как-то успокоить. Он закрыл глаза, стараясь не замечать то, как его сестра о чём-то переговорила с незнакомкой в тёмной вуали. По потолку и полу стали разрастаться зелёные корни, и это замечали отнюдь не все гости.

Ласло, ощущая как сердцебиение успокоилось, мягко отстранился от Энни и снова взглянув на сестру, стиснул зубы и, замечая мимо проходящего официанта с бокалами, схватил один бокал и выпив, бросил его в сторону. Он разбился. Заиграла другая музыка, а именно песня Gipsy Kings "Bamboleo". Незнакомка стояла напротив в нескольких метрах от них поднимая руки вверх, отчего корни отделились от пола, блокируя людям все возможные выходы.

— Энни...

Он протянул ей руку, приглашая на танец. В глазах играл знакомый азарт. Та только кивнула, беря его за руку и кладя другую руку на плечо. Беря партнёршу за талию, он повёл её в танце. Кружась и отделяясь друг от друга, они избегали всякого контакта с растениями, пытаясь подобраться всё ближе к девушке в вуали. Во время того, как Ласло подбросил Энни в воздух, дабы лиана её не поймала, её волосы растрепались. Словив её, Пэйдж снова глянул в её глаза и затем сосредоточился на цели. Вместе они двигались очень захватывающе, чувственно и профессионально, что остальные аж засмотрелись, ища способ выбраться отсюда. Эфер смотрела шоу и ела китайскую еду.

Ласло отвлекал внимание, прыгая по растениям, пока Энни снова взлетела, путём подбрасывания в воздух, и сделав пируэт на пути к противнице, она врезала ей ногой по лицу. Хищные растения словно завяли, падая на пол, пока Ласло снова словил свою партнёршу. Оба тяжело дышали, возбуждённо смотря друг на друга, но затем удосужились глянуть на незнакомку. Тот, кого они увидели за вуалью, заставило обоих впасть в шок.

— Корди? — пролепетал Ласло.

С пола поднялась, словно кукла, пропавшая Корделия. Глаза у неё полностью горели зелёным, а кожа приобрела бледно-салатовый оттенок. В гневе, мужчина обратился к своей сестре, хватая за ворот.

— Что ты с ней сделала?! Со своей дочерью...

— О, я всего лишь то улучшила её, дорогой братец, — с небольшой улыбкой ответила та, будучи после отпущенной.

— То есть по твоему это улучшение? — хмыкнул, не разделяя её интересов мужчина, отведя взгляд в сторону. Мортимера и Легбы больше не было на балконе. — Что ты вообще задумала теперь? Ну часть про «уничтожить меня» я уже знаю...

— О, Ласло, ты скоро всё прекрасно поймёшь. Процесс уже давно запущен и Корделия — это только начало. Это только мать, — загадками ответила Линда, указывая потом на стоящего у стены Салливана, у которого была широкая улыбка и стеклянные глаза. — Я попросила его пригласить вас всех. Я придумала куда худший способ тебе причинить боль... Что может быть смотреть, как твой родной человек болен, а так же быть разорванным на кусочки близкими людьми?

Зловеще смеясь, она удалилась из здания. Корделия направилась за ней, словно выполняя работу. Ласло остался стоять и поражённо смотреть ей вслед. Кажется, его снова настигла хандра...

***

— Может теперь расскажешь, что произошло?

Задавала вопросы Энни, когда они пришли к мужчине домой, в его комнату. Дабы никто не подслушивал их. Она сняла свои перчатки, а он избавился от пиджака.

— Почему ты действительно решил уйти из полиции и... Что произошло тогда, на балу?

Ласло выдохнул. Не очень хотелось рассказывать и раскисать перед ней ещё больше. Но разве был выбор?

— Это началось, когда я, Лэйтор, Нэнси и детектив из столицы проникли в школу Рэйвен для расследования. Там начали происходить странные вещи, были призраки убитых и видения... Одно из них было моей семнадцатилетней сестрой, которая говорила правдивые вещи, — он на несколько секунд замолчал, а затем прикрыл глаза и продолжил. — Я не смогу никого защитить от своей сестры. Она бессмертна, а я нет. Она владеет способностями, а я нет. Она, чёрт возьми, гениальна! А я... Я не хочу умирать...

От последних, тихих и отчаянных слов, внутри Перл что-то дрогнуло. Казалось, он заплачет, но нет. Когда не стало отца, он был единственным мужчиной в доме и брал на себя всю тяжесть, дабы хоть как-то помочь матери и сестре не падать духом. Но вот кто помог бы ему тогда, не сломаться от давления? Беря мужчину за руки, Энни посмотрела тому в глаза, с уверенностью и любовью в голосе говоря следующее:

— Да, может она и сильна, но у неё есть слабое место: её же жажда самоутвердится. Это её и погубит. Да, ты простой человек, но... Я ни разу не встречала человека сильнее морально. Когда все теряли надежду, ты продолжал искать свою дочь, веря что она жива. Ты потащил нас в другой штат, опираясь лишь на свою веру! Ты потрясающий человек, хоть это и не признаёшь... Не опускай руки сейчас, но и не бери всё на себя. Я, Эфер, Стив... Мы все рядом и поможем всем чем сможем.

Ласло всё это время молча слушал её. Слабая вера разожглась где-то внутри от подобного. И вот, Энни добралась до самой важной части, которую выпалила на эмоциях, но имела ввиду всерьёз:

— И я бы хотела задать вопрос... Ты станешь моим мужем?

Искра пробежала между ними. Вместо ответа, подразумевающего «да», он впился в её губы страстным поцелуем, на что та отвечала взаимностью, расстёгивая его рубашку, пока он целовал её шею и ключицы. Женщина издавали тихие вздохи, расправившись наконец с пуговицами, обнажив торс, который она целовала, пока Ласло расстегнул молнию на спине и приспустил платье женщины. Она повалила его на спину и села сверху, сбрасывал с себя бельё.

Первые тихие стоны раздались, когда она избавилась от ремня на брюках мужчины и обнажив его половое достоинство, осторожно на него села. Энни умело двигает бёдрами, сидя на чужом члене. Её волосы подлетают в зависимости от её движений. Женщина всячески пользуется своими внешними данными. Ласло тоже тихо стонет и стон этот вызывает у женщины все самые положительные эмоции. Этот звук был прекрасен, ласкал слух, доводил до приятной, едва ощутимой судороги где-то в груди и окончательно мутил остатки рассудка.

Приложив лоб ко лбу и прижавшись, Энни ускорила движение бёдрами, чувствуя как скоро кончит. Дабы как-то заглушить последовавший громкий стон, Ласло заткнул ей рот поцелуем, ощущая и сам приятную дрожь по всему телу. Теперь, скорее всего, она может забеременеть, а может и нет...

Интимность. Что для вас означает подобное слово? Это слово имеет гораздо больше всевозможных значений и примеров, чем вы только что представили. Видеть человека в самые сокровенные минуты его сна, понимать, что человек пришёл к вам, расплакавшимся, слабым и бессильным. Осознавать, что слова «самый близкий» у него ассоциируются в первую очередь с вами, а у вас с ним. Слышать самым первым все его истории, мысли, моменты из жизни. Находится вместе часами, ни произнося ни слова, но чувствовать умиротворение и комфорт. Видеть смущённую улыбку после приятных слов.

Пожелание добрых снов и доброго утра, напоминание о том, что вы любимы и значимы, знание того что нравится или не нравится человеку, понимать этот мир с точки зрения данного человека, знать его мнения по поводу миллиона вещей, слышать слова заботы по отношению к себе, чувствовать боль и переживания этого человека, смотреть на то как человек погружается в дело, которое он любит всем сердцем, и в глазах горит тот самый огонёк — всё это интимность, всего этого бывает трудно добиться, но не ценя, так легко потерять. Интимность во всём.

Подлинная близость в отношениях всегда характеризуется возможностью говорить и показывать свои теневые стороны близкому человеку без страха быть отвергнутым и «рассекреченным». В подлинно близких отношениях страх просто блокируется раскрывшимся чувством любви и ощущением единения с любимым человеком. Уходит социальное привитое всем нам желание приукрашивать себя, свои достижения, а значит врать: просто нет смысла в этом – есть желание быть увиденным другим таким, каков ты есть.

Энни понимала, что ближе Ласло для неё никого нет. Смотря на наконец заснувшего мужчину, она чувствовала его боль, гладя того по голове. Она ощущала эту тяжесть. Усталость. Подавленность... Она должна разобраться с тем, что его беспокоит, что не даёт покоя. А именно с его собственной сестрой...