Татуировка

Я, Уортон, взял каменный нож — тяжёлый и неуклюжий, словно зуб древнего зверя. Лезвие скользнуло по корню имбиря (しょうが) — жёлтого, с ярким ароматом, словно укус змеи, пробивающий нос. Каждый тонкий ломтик падал на стол, как чешуйки ускользающей рыбы.

Глиняные котелки (土鍋), шершавые и тёплые, будто спина старой черепахи, стояли над огнём. Вода в них начинала петь, пар поднимался, как дыхание разъярённого дракона. Я осторожно бросил ломтики имбиря в кипяток, и они закружились, как маленькие рыбки в пруду.

Заварка пошла. Пряный аромат разливался по комнате, острый и бодрящий, как лесной ветер после грозы. Капля мёда добавила сладости, которая разлилась, словно солнечный луч по утренней росе.

Через сито (こしき), сплетённое, как паутина, процедил настой. Я налил чай в маленькую чашку (茶碗) — круглую и гладкую, как камушек, отполированный течением. Пар медленно поднимался над чашкой, обвиваясь, как ласковая кошка, скользящая мимо ног.

— Аригато (ありがとう), — сказал я, беря чашку, — она тёплая, как шерсть котёнка под солнцем. Повернул её на 90 градусов, как журавль, кружащий в небе. Медные линии на чашке напоминали следы птиц на влажной земле, а глина — нежная и шероховатая, словно кожа ящерицы.

Подношу чашку к губам. Тёплый имбирный чай согревает грудь, острый, но нежный, как когти тигра, слегка касающиеся кожи. Лёгкая сладость растекается, как пчела, осторожно прикасающаяся к цветку.

Чашку передаю отцу, будто птица, покидающая своё гнездо.

— Шисуи, держи футон и халат в стиле демонической пижамы! — произнёс Уортон, передавая дары.

Шисуи взял их, как драгоценные сокровища. Халат, мягкий, как облако, окутал его тело, а узоры играли на ткани, словно лунные лучи. Материал — мягкий, словно шерсть котёнка.

— Спасибо, папа! Форма, как доспехи для ночных приключений, декор — как картины на небе, а цвета — как угольные тени.

Я, Шисуи, облачённый в пижаму, взял футон и пошёл в свою комнату, улёгшись, как медведь в берлоге. Но едва я закрыл глаза, странные женские звуки нарушили тишину, словно шорох крыльев птицы.

Анабель проснулась пораньше, чтобы навестить Шисуи. Выйдя из дома, она пошла к его жилищу, поднимая ноги высоко и раскинув руки за голову, как журавль, танцующий на ветру.

Она была одета в просторное одеяние мидзухики (水引), которое обвивало её, словно поток воды, изгибаясь и переливаясь при каждом движении. Широкие рукава развевались, как крылья птицы, а складки напоминали изгибы реки.

Рисунок на одежде — тонкие плетения, как следы лягушки на песке. Мальчики, тренирующиеся поблизости, с интересом наблюдали за её движениями, их глаза сверкали от смущения и восхищения, словно утренние росинки.

В деревне осень раскрасила мир золотом. Листья шуршали под ногами, а жители, протирая глаза, шли по своим делам. Анабель подошла к дому Шисуи и, как рысь, ловко заскочила в окно второго этажа.

На окне изображён демон Семеральд, сидящий в позе медитации среди рун, словно древний камень. Заклинание защищало дом, мерцая фиолетовыми и багровыми огоньками, как дюжина танцующих жуков, пропуская свежий воздух, но сохраняя тепло.

Шисуи сладко спал, обняв подушки, как медведь в зимней спячке, и Анабель прыгнула к нему, как в тёплое озеро в жаркий день.

Во сне Шисуи слышал голос:

— Пойми, что не так с татуировками Анабель!

Шисуи резко проснулся, почувствовав тяжесть на груди. Открыв глаза, он увидел Анабель, сидящую на нём, её взгляд был томным, словно сова, замерла в ожидании ночи.

— Доброе утро, Анабель. Ты что, эволюционировала? — спросил он, слегка прищурившись.

Анабель, как грациозный лебедь, подняла руки, демонстрируя свои новые "ноготочки", словно представляя перед ним танец.

— Конечно! Зацени мои ногти, а ещё моё тело стало более элегантным и грациозным! Кстати, что я тебе обещала? — произнесла она, с лёгкой улыбкой на лице.

— Как ты могла забыть? — Шисуи нахмурился, глядя ей в глаза.

Анабель, словно игривая кошка, растрепала его волосы, её лицо стало красным, как котёнок, греющийся на солнце.

— Прости, просто у меня в голове сейчас только новый навык — Очарование! — проговорила она, отводя взгляд.

— Обещание — это поединок. Ты собираешься встать с меня, чтобы мы могли начать? — с улыбкой напомнил Шисуи.

Анабель грациозно встала, потянулась, как кошка, вытягивающая свои когти после сна.

— Точно, идём на полигон! Попробуй догнать! — она улыбнулась и стремительно исчезла из комнаты.

Шисуи вскочил с кровати, быстро оделся и помчался за ней, как волк, преследующий свою добычу. На полигоне его встретил Намэюки, который с вежливым поклоном произнёс:

— Приветствую, хозяин. Вы помните, что хотели со мной отработать совместную атаку?

— Помню, но сначала… — начал Шисуи, но его прервал внезапный голос.

— Призови самураев, иначе вы с Анабель не сможете понять свои ошибки!

Закрыв глаза, Шисуи сосредоточился, и вскоре силуэты двух самураев медленно материализовались перед ним. Их доспехи сверкали на солнце, словно отражения водопада на склоне горы.

— Когда ты успел столько фамильяров найти, Шисуи? — восхищённо спросила Анабель, обернувшись к нему.

— А ты когда успела сделать татуировку на лбу? — ответил он, прищурившись.

Анабель удивлённо подняла руку ко лбу, её лицо наполнилось растерянностью. Она огляделась и заметила Зеркало Си-дзё (四面鏡), стоящее возле камня. Зеркало, с четырьмя отражающими поверхностями, сверкало, как лунный свет на поверхности тихого озера.

Подойдя к нему, Анабель посмотрела на своё отражение и заметила на своём лбу закрученные вены, похожие на бурлящий вихрь.

— Не знаю, откуда это взялось… Вчера этого не было! — воскликнула она.

— Понятно… А что насчёт самураев? — спросил Шисуи, переключаясь на другую тему. — Они служат мне в знак благодарности за спасение.

В этот момент два бронированных самурая, словно статуи, ожили и встали рядом с ним. Рэйко, один из самураев, тихо и спокойно заговорил:

— Конничива, こんにちは (Добрый день), Шисуи-сама. Чем могу служить? — Вежливо поклонившись, Тэнучи выпрямился, как ствол бамбука, и устремил взгляд в глаза Шисуи.

— Рад вас видеть! Время, проведённое в деревне, не оставило и следа на вашем облике. Ваша задача — наблюдать за поединком и указать на наши ошибки, — ответил Шисуи с уважением, словно старший, передающий мудрость младшему.

— Жаль, что я не смогу испытать своё новое тело в бою. Но это шанс увидеть сражение с другой стороны, — заметил Рэйко, как воин, стремящийся к новым вершинам.

— Понял, хозяин, — кивнул Тэнучи.

И в тот момент их взгляды встретились, как два сокола, готовые к схватке. Они стояли неподвижно, словно статуи, лишь лёгкий ветерок играл с их одеждой.

Аура Анабель вспыхнула, как тигрица, готовая к прыжку, в то время как Шисуи, подобно могучему носорогу, напрягся перед решительным рывком.

Они рванули вперёд, словно звери в погоне. Анабель, как молния, мчалась вперёд, её скорость поражала, в то время как Шисуи, тяжёлый, как черепаха, оставался позади.

Когда расстояние сократилось, они столкнулись в яростном обмене ударов. Шисуи, как лев, нанес резкий режущий удар, двигаясь по прямой линии, сосредоточив внимание на остроте и точности. Его удар раскрылся в конце движения, но Анабель, гибкая как лиса, уклонилась, сделав изящную подсечку.

Она мгновенно применила Никкё (二教), ловко повернув запястье и одновременно надавив на сустав, завершив бой одним движением, как орёл, захвативший добычу.