11 - Плюс один.

Когда я вошел в комнату Наташка рассматривала стены нашего штаба, а пацаны открыв рот рассматривали ее отставленный зад. Саня боролся с затворной задержкой пистолета, и пока явно выигрывала она.

           

- Все вороны исчезли, - доложил я, выглядывая в единственное окно. Перьев по эту сторону не было. Странно. – Нет ни запаха гари, ни пепла.

- Ну и... хрен с ними... - пыхтел брат, дергая затвор.

Я забрал у него пистолет и изъял обойму. Затвор щелкнул и встал на место. Я протянул пистолет брату, но тот поднял руки вверх, отказываясь его принимать. Я пожал плечами и засунул его под ремень джинсов.

- Как вы узнали, что нам нужна помощь? – спросил Саня, и девчонка наконец-то соизволила повернуться к нам.

- Андрюха сказал, что нам надо соорудить факелы... - Серега поглядывал на меня и неуверенно топтался на месте.

- Ну, мы и соорудили, - добавил Стас.

- Да, но откуда вы узнали, что они вообще нужны? – не унимался брат, он встал предо мной и смотрел прямо в глаза.

- А откуда ты узнал, что надо ехать именно в штаб? – ответил я вопросом на вопрос, выдержав его взгляд.

Саня кивнул, он понял, что я имел ввиду. Ответ просто пришел сам. Он всплыл откуда-то из глубин сознания начал ярко сиять, привлекая к себе внимание. Как это объяснить? Да кто его знает. Сейчас и без того происходит много необъяснимого. Одним больше, одним меньше...

- Кто вы такие? – спросила девчонка.

- Твои ангелы хранители, - усмехнулся я.

Пацаны тоже рассмеялись, вспомнив эти недели безустанного наблюдения за этим семейством.

- А что было у вас? – поинтересовался Саня.

- Да ничего. - Я махнул рукой. – Ее мать не выходила из дома, и мы не знали что делать. Даже по очереди дежурили под дверью, чтобы среагировать вовремя если что.

- Вы что следите за нами? – Девчонка была сильно шокирована и вовсе не тем, что за ними гнался торнадо из ворон. Факт слежки ее задел куда как сильнее.

- И что же произошло? – Саня не обратил на нее внимания, и мы последовали его примеру.

- Да ничего. Просидели там час, пока не почувствовал... ну в общем пока не почувствовал.

Мне не пришлось ничего объяснять. Брат меня понимал, пацаны - нет. Ну, с этим ничего нельзя было поделать. Как объяснить людям свои предчувствия, в которых ты уверен на сто процентов, которые, к тому же, еще и сбываются. Интуиция? Шестое чувство? Высшие силы? Может быть и все сразу.

- Эй, придурки, обратите не меня внимание, - проревела девчонка, встав посреди комнаты и скрестив руки на груди. – Вы кто, мать вашу, такие?

- Мы тебе жизнь спасли, гном, - огрызнулся я. – Прояви уважение.

- А вот я сейчас проявлю уважение к твоим яйцам, мало не покажется! 

- Это что предложение?

Мы встретились взглядами и стали прожигать друг в друге дыры, как ковбои на диком западе.

- Ладно-ладно, тайм аут. – Брат встал между нами и поднял руки. – Уймитесь вы двое.

Он легонько оттолкнул меня в сторону:

- Ты успокойся. Все целы, все хорошо. Нечего тут кричать.

Девчонка усмехнулась. Саня повернулся к ней.

- А ты могла бы быть и повежливее с нами. Андрей прав, мы тебе жизнь спасли.

Наташка замолчала и ее горящий злобой взгляд потух. Она без сил опустилась на диван и сжала голову. Мне сразу стала понятна причина ее взрыва – девчонка была на грани истерики. Все эти крики лишь защитный механизм. Плавали, знаем. Ее глаза стали наполняться озерами слез, которые грозили вот-вот прорваться наружу. Нужно было что-то делать.

- Эм... а-а-а... Серега? – начал метаться я по комнате. – А где наши запасы?

- Запасы? – не понял он и посмотрел на меня удивленно.

- Ну да запасы... запасы!

- А-а-а, запасы! – наконец понял он и кинулся из комнаты вниз по лестнице.

Не было его с минуту, а когда вернулся, то мы увидели у него в руках коричневую переносную сумку-холодильник. Он поставил ее на пол посреди комнаты и довольно улыбнулся. Наташка подняла свой взгляд на сумку и тихо всхлипнула.

- У нас тут есть водка. – Серега, радостно улыбаясь, достал бутылку водки, которая прямо-таки кричала во весь голос о том, что она паленная.

- Фу, - скривился я. – Убери это говно. А лучше выкинь за окно.

- Еще чего, - ужаснулся Серега и прижал бутылку к груди. – Моя прелесть.

Наташка робко улыбнулась и одинокая слеза все же скатилась с ее правого глаза. Что делать с плачущей девчонкой никто из нас не знал и потому я поторопил Серегу – нашего хранителя алкогольных запасов.

- Эм... вот тут есть... - Серега достал бутылку розоватой жидкости, которую мы распивали на чердаке соседнего дома в тот день, когда я снова увидел дом. – Ну... есть... такое розовенькое что-то... Похоже на мочу единорога.

Наташка тихо хохотнула.

- Давай ближе к делу, Серый, - настаивал я.

Серега вздохну и покачал головой, мол, не ценим мы его старания и совсем ничего не понимаем в выпивке.

- Тогда остается пиво. – Он достал со дна холодильника банку «Клинского» и кинул мне. Я поймал ее на лету и улыбнулся во весь рот:

- Вот с этого и надо было начинать. Пиво – напиток богов.

Серега раздал всем по банке, и Наташка робко взяла одну себе.

- Я никогда не пила алкоголь, - призналась она, вытирая рукавом глаза.

- Никогда не поздно начать, - весело поддержал ее я, открывая свою банку.

Все пацаны проделали то же самое  очень легко, и только девчонка очень долго возилась, болтая банку, пока та не хлопнула с громким «пш-ш-ш-ш» забрызгав ей лицо, руки и футболку. Мы глубоко вдохнули и задержали дыхание отводя глаза и прося бога дать нам сил и сделать сдержаннее в желаниях своих. Наташка этого не заметила и с легким недоумением протерла лицо. 

- Андрей, - представился я, протягивая к девчонке свою банку с пивом.

- Саня, - повторил за мной брат.

- Серега.

- Стас.

- А я... меня зовут... - рука девчонки с банкой дрожала, как и голос. – Наташка...

- Мы знаем, - хором ответили мы и она улыбнулась.

- Но я буду звать тебя Полторашка, - усмехнулся я, глядя на нее поверх банки.

- Полторашка? – не поняла девочка.

- Ну, вот, сколько в тебе роста?

- Метр пятьдесят, - ответила она, все еще ничего не понимая и хлопая своими большими глазами.

- Значит полтора? – Я хитро прищурился. – И зовут тебя Наташка?

- Ну да, - закивала наивная девчонка.

- Ну вот. - Я победно поднял голову. – Наташка-Полторашка. Смекаешь?

- Тебе что пять лет? – скривилась она, явно не довольная новым прозвищем.

- Хотелось бы, но нет. В пять лет можно было ни о чем не думать, все за тебя...

- О-о-о, понесло, - выругался Серега.

- Андрюха, сделай одолжение, - попросил мой брат.

- Какое?

- Заткнись, а? – Он улыбнулся. – Заткнись и давай выпьем.

- Отличное предложение, - оценил Серега и первым потянулся к нам своей банкой.

- Очень приятно, Полтарашка. – Я стукнулся своей банкой по банке девочки и все стали проделывать то же самое.

Мы сделали по очень долгому глотку и радостно поморщились. Пиво было слегка прохладным. Недостаточно, на мой взгляд, но все же лучше чем теплое. Наташка сделала неуверенный глоток, поморщилась, хмуро глядя на плескавшийся в банке напиток и глотнула еще. Наконец ее брови разгладились.

- Эй, а не так уж и плохо, - заявила она.

- Ну вот, - вздохнул Стас. – Растлили девочку.

Услышав это, я выплюнул целую струю пива в стену и остатки в окно и громко раскашлялся. Когда кашель сошел на нет, все услышали громкие завывания. Я надрывно смеялся, колотя в стену рукой. Стас удивленно смотрел на меня.

- Ты чего ржешь? – с обидой в голосе спросил он.

- Раст... ой, мама, не могу... Ты, наверное, хотел сказать – развратили? – предположил я, все еще давясь от смеха.

- А... - Раскрыл рот Стас, шевеля мозгами. – А... ну да, развратили. А я что сказал?

- Ну, даже не знаю как это помягче сказать. - Я закатил глаза и стал размышлять над ответом. – Как бы так чтобы пошло не вышло... ну... - Я встал напротив Стаса и выдал. – Короче там должен участвовать член.

Под всеобщий взрыв хохота мы смотрели, как лицо Стаса становится пунцовым и даже волосы на голове стают дыбом. Наташка смутилась и покраснела. Видимо она, не только впервые пробует пиво, но и слышит, чтобы кто-то вслух произносил слово член. Прямо день открытий какой-то.

- Мальчики, вы конечно забавные, но все же... что это было? – спросила Наташа, когда мы оставили бедного Стаса в покое и расселись по местам.

- Как бы тебе сказать... - начал я. – Мы сами пока толком не знаем, но это были не простые вороны.

- Точно, - согласился Саня, кивая головой как маятник.

- Не простые?

- Сверхъестественные, что ли.

- Ты веришь в сверхъестественное? – В голосе Наташи не было недоверия или издевательства, была какая-то неуверенность.

Я встал с места и, разведя руки в стороны, как статуя Христа-Искупителя заявил:

- Я хочу верить!

Комната погрузилась в тишину. Я приоткрыл один глаз и взглянул на свою аудиторию:

- Что не очень-то похоже на агента Малдера?

Саня сомнительно покачал головой.

- Прической ты на Мелдера не тянешь, - заявила Наташка, щеки которой уже пылали румянцем от выпитого пива. – Твои торчащие волосы скорее как у Шварценеггера или... или как прическа-колючки у Барта.

- Да, - грустно вздохнул я. – Как-то две совсем незнакомые девчонки подошли ко мне и закричали: «Барт Симпсон!», а затем свалили глупо хихикая. Взрослые дамы, ничего не скажешь.

Я опустился обратно в кресло и принялся рассказывать все, что мы выяснили по этому делу, иногда передавая слово брату или пацанам. Так мы постепенно и продвигались вперед, пытаясь объяснить Наташке что происходит, и что случилось с ней и почему мы за ними следили.  

- И вы что решили помочь абсолютно неизвестным людям? – удивилась она.

- Конечно, - кивнул брат.

- Но почему?

- А почему нет? – Я пытался выдавить из банки чуть больше пива, чем в ней было, и потому сейчас сидел, запрокинув голову в ожидании, когда мне на язык упадут последние капли.

Наташка удивленно взглянула на меня и снова перевал взгляд на Саню.

- Хватит с нас смертей, - ответил он за меня. – Мы уже видели достаточно и больше этого не хотели.

- Да и видения наши тоже для чего-то служат, - отозвался я, и Наташка снова развернулась в мою сторону. – Мы видим с братом...

- Мертвых людей, - подсказал он.

- Покойника из подвала, - предложил я свою версию. – И я не собираюсь верить в то, что это никак не связанно с домом и с тем, что происходит.

- Особенно, учитывая, что началось все в одно время. – Саня смял свою банку и кинул в ведро у входа. Точный бросок вызвал бурю оваций.

- И что вы собираетесь делать дальше? – Наташка сидела слегка потерянная, но, тем не менее, собранная. Она покручивала банку с пивом в руках, иногда из нее отпивая.  

- Покончить с этим, - ответил я, кинув свою банку вслед за братом. У меня не получилось такого броска, и банка стала кататься по полу, оглушительно бряцая. Я скривился и поднялся, чтобы выкинуть ее.

- Я могу чем-то помочь? – спросила Наташка, чем ошарашила меня, и я застыл, согнувшись с банкой в руках.

- Хочешь помочь? – переспросил я.

- Да.

- Но почему?

- Потому, что это правильно. Потому что этим я смогу отплатить вам за спасение. Потому что я тоже хочу защитить свою семью. И потому что... - она подняла на меня взгляд полный слез. – Мне страшно, одной мне страшно.

Мы сгрудились вокруг нее и слегка приобняли за плечи. Не сильно, ну понимаете, чтобы это не выглядело слишком пошло. Кажется, ей стало легче, и она с улыбкой шмыгнула носом. Ну вот, теперь нас стало на одного человека больше, и вечная четверка пацанов разбавилась одной девчонкой. К добру ли? Только время покажет.

Мы проводили Наташку до квартиры и попрощались. Она обещала, что завтра придет в штаб, несмотря на всех этих голых девиц, на стенах нашей квартиры. Хотя, если честно, она не столько обещала, сколько просила нас прийти. Девочка не хотела больше оставаться одна, особенно теперь. Теперь, когда она знала, что во тьме что-то скрывается.

- Нас стало пятеро, - произнес брат, когда мы стояли у подъезда нашего дома и смотрели на луну. – Что же будет дальше?

- Увидим, - ответил я.

И мы увидели. О, поверьте, мы увидели.

Наташка стала приходить к нам каждый день и проводить с нами все свободное время. Вскоре и она понемногу стала втягиваться в наше расследование, хотя первое время больше на словах, пока кормила нас едой, что приносила из дома. Затем она стала готовить сама и предлагать нам свою стряпню, а затем, положив руки на голову с глуповатой улыбкой наблюдать, как мы сметаем все со стола. Хотя было и такое, что мы плевались от ее блюд, и я в своей обычной манере хватался за шею и кричал: «За что? За что женщина? За что ты нас отравила?!». Наташка не обижалась и лишь весело хихикала.

Вскоре она захотела полностью вступить в нашу компанию и делать все то же самое, что и мы. Она хотела полевой работы. Хотела выходить на дежурства. И мы приняли ее. Ну а как иначе? Она и так уже стала членом семьи. Мы сделали ей еще один ключ от штаба и один от гаража. Да-да, мы закончили устанавливать дверь гаража, и теперь эта решетка фиксировалась перекинутой цепью через кусок стены с арматурой и навесным замком.

Наташка предложила нам воспользоваться «игрушками» ее отца. Помните, я говорил, что он бывший военный? Вот и «игрушки» у него были соответствующие. Когда мы пришли к ним в гости (а отец жил от них отдельно), то этот высокий, стройный, суровый мужик склонился над нами и уставился прямо в глаза. Эта мысленная баталия проходила минуть пять, а затем он выпрямился и сказал: «Нормальные мужики, они тебя не тронут, дочура». Что он имел ввиду под этим вот «не тронут», мы не знали, но догадывались. С тех пор он отпускал ее всюду с нами и никогда ничего не говорил, когда Наташка возвращалась домой позже положенного срока. Но это было, когда дочь оставалась у отца. С матерью проблем тоже не было, она полюбила нас с первого взгляда, а точнее с того момента когда мы назвали ее еду самой вкусной на свете. 

Однако не об этом я. Отец выделил нам четыре рации, гордо заметив, что они сделаны в России. Это были довольно большие черные коробочки со съемными антеннами, фиксатором для одежды и головными наушниками. Наташка нам что-то долго и увлеченно рассказывала о шести каналах и 27 МГц, про мощность в четыре вата, про сигналы, в сколько-то там мкВ, про экономичность и дальность в восемь километров. Мы ничего из этого не поняли, но зачарованно кивали головами.

Так же мы тайно увели несколько непонятных штуковин с умело запрятанными проводками и две переносные радиостанции. Мы думали, что это простые радиостанции, но Наташка объяснила, что маленькие «штуковины» - это жучки, и нам надо их установить у нее дома и дома у ее бабушки, так как она тревожилась за нее, ведь именно старушка первой нашла тело Вовы в тот день. А эти радиостанции позволят нам прослушивать все, что будет происходить в доме. Правда кому-то придется быть в непосредственной близости от прослушиваемых объектов.

Она установила по жучку в каждой комнате своего дома и в доме бабушки, и мы выработали смены. Каждое около-двадцатое число каждого месяца (в среднем это три-четыре дня подряд, чтобы наверняка) мы проводили в засаде, прослушивая, что происходит в квартире, а Наташку держали всегда рядом, так как точно знали, что она цель жуткого хозяина дома. Связь мы держали по рациям. Слава богу, расстояние между точками наблюдения не превышало восьми километров, и мы могли спокойно общаться.

Так же мы выбрали позывные. Выглядело это примерно так:

- Может нам стоит взять позывные? – предложил Саня. – Чтобы было... ну... прикольнее?

Он подумал, что его засмеют, но идею приняли с восторгом.

- И что это буду за позывные? Спросил Серега. – Можно я буду Красавчик?

- Это уж вряд ли, - ответили все хором.

- Ну, тогда что?

- А может как в детстве? Помните, когда мы играли? – как всегда неуверенно и робко предложил Стас.

- Fatal Fury? – догадался Саня и Стас кивнул.

- Отлично! – обрадовался я. – Отличная идея, здоровяк.

Я выстроил ребят в линию и стал раздавать им рации.

- Саня, ты у нас Терри. – Я протянул рацию ему. – Я Энди, Стас – Джо, Наташа – Май, ну а ты Серега – Аноним.

- Чт... чего? – поперхнулся он. – Почему у всех крутые имена, а у меня какой-то «ананист»?

- Ты сам его выбрал, - парировал я. – Так что заканчивай там «анонимировать».

- Но я не выбирал.

- Выбирал.

- Но не было такого...

- Ничего не знаю.

- Но я...

На этом перепалка и закончилась, хотя мы еще не раз возвращались к этому вопросу. Рации было всего четыре, а нас пять. Но это не было проблемой, так как мы решили, что с Полтарашкой кто-то всегда должен быть на дежурствах, потому рация и выдавались на двоих. Девчонка не возражала, а парни так и вовсе были на восьмом небе от счастья, когда она во время разговора по одной рации слегка прикасалась к ним необъятной грудью.

Так началась новая глава нашей истории, и поверьте мне, все самое интересное еще впереди.