Глава X

– С тобой всё хорошо?

– А как ты думаешь? – огрызнулся Лев.

Виктор поднял бровь и поставил перед ним собственноручно приготовленную пасту болоньезе.

Братья сидели на кухне, наблюдая красочный летний закат: солнце медленно спускалось за хвойные деревья, погружая мирный пригород во мрак.

– Ешь. Мне кажется или тебе становится только хуже?

– Тебе кажется.

– Не груби.

Лев изо всех сил зажмурил глаза и выдохнул, успокаивая себя. Как сказал доктор, нужно больше общаться с братом, но почему-то сегодня парня раздражало всё, даже ни в чём не повинный, обеспечивающий его Виктор. Ещё и паста никак не хотела доесться: её было много и она была невкусной. Брат устроился напротив с таким же блюдом и тарелкой сезонных овощей.

– Слушай, пока лето, я думаю тебе надо уехать.

– Хочешь меня сплавить?

– Нет, хочу, чтобы ты отдохнул. Сейчас на море самый сезон, я бы хотел поехать с тобой, но работа не позволяет.

– Тогда и не предлагай. И так тошно.

– Да что с тобой сегодня?! — Виктор стукнул по столу двумя кулаками в нежелании терпеть необоснованные истерики, а Лев в свою очередь оттолкнул от себя тарелку с недоеденным ужином, так что упали приборы, вскочил и молнией унёсся в свою комнату.

– Вот и договорились! – крикнул ему вслед брат.

Лев хлопнул дверью в желании немедленно покинуть дом. Виктор не смог предложить ему ничего, кроме как избавиться от него. Он не хочет помогать восстановить память, как будто специально отстраняя воспоминания.

Мечась по комнате, собирая вещи в рюкзак и пока не понимая, куда и зачем пойдёт, Лев постоянно наступал на скрипящую половицу, которая сопровождала каждый его шаг голосящим треском.

– Да чтоб тебя!

В желании выплеснуть свою спелую злость Лев упал на колени и стал выламывать лакированные доски пола. Но поскольку силы в нём было не так уж много, ему удалось выломать только «говорящую» доску. И то только потому, что она оказалось тайником. В полу Лев обнаружил маленькое углубление, в которое была бережно помещена узкая коробочка, покрытая пылью.

В предчувствии чего-то ужасного Лев лихорадочно высыпал её содержимое на пол. И он не ошибся: на полу рассыпались смятый листок бумаги и плёночные фотографии. Смотря на них, Лев чуть не лишился сознания. Картины, что были запечатлены бездушным щелчком фотоаппарата, и правда будто делались в аду самим дьяволом.

Первый снимок, что Лев взял дрожащей рукой, изображал девушку в нижнем белье и в разорванной бирюзовой блузке, прикрывавшей плечи и спину. Она сидела на просёлочной дороге в неестественной позе, сложив ноги буквой W. Лицо девушки было искажено страхом и отвращением, она вытягивала связанные бечёвкой руки вперёд, будто фотоаппарат выстрелит в неё не вспышкой, а пулей.

Лев без труда узнал в несчастной жертве ту, что так желал найти. И хоть волосы Евы были всклокочены и склеены кровью, макияж размазан, а лицо опухло и покраснело, он сразу понял, что это она, конечно, не такая прекрасная и жизнерадостная, как на ориентировке.

Что почувствовал Лев, невозможно было передать словами. Он согнулся пополам и зарыдал в голос. Листая снимки, он просто кричал, как затравленное животное. Все снимки оказались одинаковой серией, но легче от этого не становилось. Лев не мог поверить в увиденное.

Вспомнив о Викторе, который вероятно услышал его крики, Лев собрал фотокарточки и бросил их на прежнее место, задвинув половицу. Оставалась бумага, на которой сбивчивым почерком, как будто писавший торопился, были начертаны несколько предложений. Парень не стал убирать листок и, снедаемый любопытством, быстро прочитал его содержимое:

«Лев! Нам нужно расстаться. Не хочу бросать тебя вот так, через записку. Завтра в 7:00 жду тебя в лесу на нашем месте. Обязательно приди! Е.»

– Пиздец.

От так внезапно  обрушившихся новостей Льва замутило, в глазах потемнело. Парень с трудом поднялся на ноги.

– Ты что там орёшь? — Виктор костяшками пальцев постучал по двери комнаты Льва с обратной стороны, заставив брата вздрогнуть от неожиданности. Он абсолютно бесшумно подобрался к двери и стоял там невесть сколько.

Лев поправился и, спрятав лист в карман пижамных штанов, приоткрыл дверь.

– Ты плачешь? – Виктор был обескураженным и ехидным одновременно.

– Разве что от того, что мне приходится жить с психопатом. Тебя не учили не подслушивать под дверью?

– Следи за языком. Слушай, твоё состояние похоже на отходняки. Ты опять принялся за старое?

– Ты совсем идиот?!

– Ты слишком много из себя стоишь, грёбаный наркоша!

Виктор хотел было ворваться ко Льву, но последний успел среагировать и, захлопнув дверь, запер её на замок–вертушку изнутри. Брат не стал настаивать и, кажется, ушёл, не предприняв попыток попасть во внутрь.

Может, он понял, что теперь Лев знает о том, что произошло с Евой? Но знает ли об этом брат? Кто делал фото? Замешан ли в этом Виктор или это сделал сам Лев? Почему она писала о расставании?

Парня снова затошнило и, схватившись за живот, он оперся о компьютерный стол, но через секунду, не в силах сопротивляться своему состоянию, Лев с грохотом рухнул без чувств.