Глава 23

Даня решительным шагом направляется к Коту, я иду рядом, держась за его руку.

И — мы внезапно налетаем на моих подруг. Соня с Яной выныривают неизвестно откуда, обе с тарелками, полными всяких вкусностей. Вернее, у Сони на тарелке реально вкусности. А у Яны — одни оливки, маринованные помидоры и какая-то обгрызенная зелень. Вроде как хвостики от укропа или петрушки.Да, странные у беременных вкусы…

— Ты видела… — начинает Соня, — обращаясь ко мне.

— Она видела, — перебивает ее Даня.

— У нее такое же платье! — выпаливаю я то, что волнует меня с того самого момента, как я увидела Нику. И возмущает до глубины души.

— Один в один! — хором вторят девчонки.

Он ошарашенно смотрит на нас. Потом находит глазами Нику, которая сейчас болтает с Варламом.

— Я дальтоник? — спрашивает он. — Или я ослеп?

Мы с девчонками просто отмахиваемся от него.

— Твое в сто раз лучше, — заявляет Соня. — Сразу видно, что оно брендовое. А у нее так, дешевка.

— Да не в этом дело… — начинаю я.

— Объсните мне, — встревает Даня. — Я не понимаю логики.

— И не поймешь.

— У тебя зеленое платье, — рассудительно произносит он. — У Ники синее. У тебя с ромбиками, у нее вобще с каким-то цветком…

— Стиль тот же, — объясняю я. — И фасон.

— Да? — удивленно произносит Даня.

А я не могу отделаться от мысли, что становлюсь второй Никой.Медеведю нравятся скромные фиалки. В закрытых длинных платьях. Ника всегда носила такие. А теперь и я ношу! Это платье выбрал мне Медведь… Он что, хочет, чтобы я была похожа на нее?!

Он идет к Коту, оставив меня с девчонками. Но я упрямо иду за ним.Я не знаю, как он себя поведет, что-то он настроен слишком решительно, и мне это не нравится. Да, я не горю желанием видеть Нику на своем дне рождения. Но и скандала я тоже не хочу.

— Эй, Кошак, — Он берет Кота за плечо и утаскивает в сторону от гостей.

— Чего? — удивленно таращится тот.

— Рекомендую тебе прихватить свою даму и технично свалить с мероприятия.

— Кого?

— Ника с тобой?

— Ну вроде да…

— Вроде?

— Она сама позвонила и предложила вместе пойти на день рождения. А, когда дама мне что-то предлагает…

— Вот и ты предложи ей что-нибудь поинтереснее. Понял?

— Не понял…

— Мы не горим желанием ее видеть.Кот смотрит на меня. В его глазах, наконец, зажигается понимание.

— А… Как-то я не подумал…

— Думай! Полезно для здоровья.

— Ладно, — кивает Кот. — Я что-нибудь организую.

— Ну вот и молодец!

* * *Даня ведет меня за руку сквозь толпу гостей. Я всем улыбаюсь, со всеми перекидываюсь парой слов. Краем глаза вижу, как Кот подходит к Нике, обнимает ее за талию и что-то шепчет ей на ухо.

Кажется, сработало. И без скандала. Даня не такой уж отбитый. Не стал их вышвыривать. Молодец.

— Все хорошо? — спрашивает он меня.

— Да…

— Ты выглядишь уставшей.

— Есть немного.

— Может, тебя взбодрить? — предлагает он.

— В смысле?

— Ну… есть много разных вариантов. Например, расслабляющий массаж…Его рука ложиться на мою попу. Гладит ее. Сжимает через гладкий шелк платья. На мне стринги, поэтому я ощущаю эти его прикосновения особенно остро.

И, похоже, между моей попой и головой существует самая прямая связь. Как только Медведь сжимает попу, из головы сразу вылетают все мысли.

А, когда он прижимается ко мне сзади, почти втыкаясь своей железной эрекцией, мои мозги просто превращаются в горячее желе.

— Пошли! — он тянет меня за руку.И я не могу сопротивляться.Мы проносимся по каким-то коридорам, залетаем в первую попавшуюся дверь — и оказываемся в знакомом зале.

— Это же наше место! — Медведь утаскивает меня обратно. — Здесь было наше первое свидание. Надо табличку повесить.

— Табличку?

— Ага. “На этом самом месте Кошка довела Медведя до заикания…” Помнишь, что ты творила?

— Помню, — внезапно смущаюсь я.Да уж… Я тогда точно была не в себе.

— Надо зафиксировать. Будем потом детям рассказывать.

— Каким детям? — растерянно переспрашиваю я.

— Нашим, — спокойно отвечает Медведь.

И заталкивает меня в какую-то подсобку с полками, уставленными посудой и бытовой химией. Я слышу щелчок закрываемой двери.

— Что ты делаешь? — пищу я.

— А чего ты хочешь? Есть много вариантов…

Его рука уже у меня под платьем.

— Поговорить… — лепечу я.И в ту же секунду остаюсь без трусиков.

— Давай поговорим, — похотливо рычит Медведь.

Разворачивая меня спиной к себе и задирая платье.

— Ты такая мокрая. Так хочешь меня…

— А-а-ах!

Он уже во мне. Я собираю последние остатки плавящегося мозга и выдаю:— Я серьезно. Нам надо поговорить.

— Я тоже серьезно. Давай поговорим. Пока нам никто не мешает…

***— Быстрее? — хриплю я.— Нет… — стонет Кошка, выгибая спину так похотливо, что я рискую продержаться не дольше минуты.

— Медленнее?

Я замедляюсь, оттягивая приближающуюся кульминацию.

— Нет… — отзывается Кошка.

— А как ты хочешь?

— Хочу… поговорить.

— Серьезно?

— Да…

Я выскакиваю из нее, поворачиваю ее лицом к себе, усаживаю на стол, предварительно сметая с него какую-то дребедень. И снова вхожу.Но теперь я смотрю не на ее шикарную попу. А в ее огромные распахнутые глаза. Целую мягкие нежные губы. Кайф… Какой же это кайф!

Произношу, делая паузы между толчками:— Все будет хорошо. Это если вкратце. А если подробно… Хочешь подробно?

— Да… — стонет Кошка. — Я хочу… подробно.

Я опрокидываю ее спиной на стол и кладу ее ноги себе на плечи. Пытаюсь собрать мозги в кучу, чтобы сказать что-нибудь осмысленное. У меня в голове уже вертятся какие-то фразы…И тут Кошка делает то, чего никогда раньше не делала: начинает сама ласкать пальчиками свои соски, глядя мне в глаза. У меня окончательно сносит башню. Я вдалбливаюсь в нее со скоростью отбойного молотка.Какие нафиг разговоры…

Я наваливаюсь на нее, целую и кусаю ее губы, хочу просто сожрать ее всю… Кошка стонет, впивается своими острыми коготками в мою мгногострадальную спину, и эта сладкая боль становится последним аккордом в нашем бурном финале…

* * *Мы с Кошкой одеваемся. Я помогаю ей застегнуть платье. Поправляю взъерошенные волосы. Целую припухшие от моих яростных поцелуев губы. Она смотрит на меня затуманенным взглядом.Не просит поговорить. Забыла обо всем на свете…

Я понимаю, что уже пора расставить точки над “и”. И я к этому готов на двести процентов. Я надеваю пиджак, в кармане которого лежит коробочка с кольцом.

Юлька ждет от меня признаний и слов любви… А я сразу сделаю ход конем! Чего мелочиться?

Я люблю ее.

Не просто люблю — я готов продемонстрировать это самым наглядным способом. Я хочу жениться. Хочу быть с ней навсегда.Мы выходим из подсобки, Юлька испуганно озирается по сторонам. И шарахется от проходящего мимо официанта.

— Ты как? — спрашиваю я. — Взбодрилась?

— Не знаю… — лепечет она.

Я останавливаюсь, поворачиваю ее к себе лицом и смотрю в глаза.

— Юль, все в порядке? Тебе понравился день рождения?

— Да. Все классно. Спасибо тебе за этот праздник.

Она теребит колье на своей хрупкой шейке.

— Договаривай! — командую я.

— Что? — Юлька растерянно отводит глаза.

— Я вижу, что есть какое-то “но”.

— Видишь?

— Вижу.

— Я просто не особо люблю шумные праздники, — выдыхает она. — Всю эту суету… Пафосность.

Вот как? Ничего себе. А я думал…

— Понял. А чего бы ты сейчас хотела? Только честно.

— Оказаться в лесу. С тобой. Вдвоем.

— Мое ты хвостатое солнышко! Обожаю тебя.

Юлька улыбается.

— А я тебя…

— Сейчас телепортируемся, — говорю я. — Быстренько разберусь с организационными вопросами. И вызову водителя.

— И надо попрощаться с гостями.

— Это необязательно. Уверен, им и без нас весело.

— Девчонки меня потеряют…

— Ладно. Давай попрощаемся.* * *Прощание затягивается. Как это обычно бывает, под финал праздника всем вдруг становится особенно весело.

Но Юлька какая-то необыкновенно задумчивая. Разговаривает с подругами. Болтает с Варламом, который к ним присоединился. И время от времени бросает на меня странные взгляды. Оценивающие. Как будто пытается что-то понять…

Не нравится мне это. Моя чуйка говорит, что это не к добру.Я в это время занимаюсь оплатой счетов, которыми меня загрузил администратор. Он мне что-то втирает, я лишь прикладываю карточку к терминалу. Мне пофиг на счета! Я хочу побыстрее увезти Кошку отсюда.

У меня по плану сегодня предложение. Я хотел сделать его на празднике. Хорошо, что не сделал! Теперь знаю, что Юле бы это не понравилось.

Ну и прекрасно. Мне тоже будет приятнее признаваться ей в любви наедине.

Но я почему-то думал, что Юльку впечатлит яркое публичное действо. Оказывается, нет… Да, я не все о ней знаю. Разберемся…

* * *— Все готово. Помчали.

Я беру ее за руку и веду к машине.

— Помчали, — отзывается Юлька. — Но сначала я хочу задать тебе один вопрос.

— Можешь даже два, — скалюсь я.Она молчит несколько секунд, и они кажутся мне вечностью. Потому что она слишком серьезная. Слишком напряженная. И чуйка втыкается мне в задницу раскаленным гвоздем…

— Я тебе сначала не нравилась, — начинает Юлька.

— Неверная информация, — перебиваю ее я.

— Подожди. Не перебивай. Так вот. Я тебе не нравилась. Ты говорил, что я для секса на одну ночь…

Вот и припомнили мне ту неосторожную фразу. Ладно. Я готов. Я извинюсь, оправдаюсь и заглажу вину. Я знаю тысячу и один приятный способ сделать это.

— Почему твое отношение ко мне изменилось? — продолжает Кошка. — Что случилось? И когда именно это произошло?

Мля… А вот это очень сложный вопрос. Если я скажу правду… реакция будет непредсказуемой.

***— Юль, разве это имеет значение?

— Имеет.

— Я так не думаю. Неважно, что я говорил в начале. И что ты делала.

— А что я делала?

— Ну, шкуру мне попортила. Битым стеклом.

— Вот не надо переводить стрелки! — сердито пыхтит она. — Это было уже после твоих слов…

И правда. Не надо. Не по-пацански это.

— Юля, извини меня, пожалуйста. Я давно должен был это сказать. Но что-то как-то… просто я тормоз! Мне казалось, что все недоразумения между нами остались позади.

— За что ты извиняешься? — переспрашивает Юлька.

— За те свои слова. Глупые, жестокие, дурацкие слова. Что ты на одну ночь. Я так не думал. Просто… Злился на себя, что не могу справиться со своим желанием. Я дико хотел тебя…

— И что в этом плохого?

— Ничего.

— Почему с этим желанием надо было справляться?

Так… Я умело отвел удар. Сначала. А теперь снова подставился. Идиот.Я судорожно подбираю слова. Чувствую себя, как сапер перед бомбой с часовым механизмом. Не тот проводок перережешь — бахнет. А проводков передо мной немеряно… И бахнет так, что мало не покажется.

— Я подумала, — произносит Юлька. — Повспоминала. Ты пригласил меня на свидание после того, как мы встретились у Варлама.

— Да, — киваю я. — Я вернулся из командировки и приехал к нему. А там ты.

— В тот день я болтала с девчонками, — продолжает Юлька.И смотрит на меня.

Та-ак…

Я напрягаюсь. Уже понимаю, что не отвертеться. Ну и пофиг. Я не буду вертеться, как уж на сковородке.Не мое это — выкручиваться. Скажу прямо. Дальше разберемся.

— Я слышал твое признание, — выпаливаю я.

Держа дикую Кошку за руку.Чувствую, как по ее телу проходит волна. То ли гнева, то ли возмущения.

— Ты слышал… — выдыхает Юлька.

— Так вышло. Я случайно оказался в нужный момент в нужном месте.

— В нужный момент… — эхом повторяет она. — Вот почему ты сразу стал вести себя по-другому!

— Юль, это правда неважно. Получилось так, могло получиться по другому. Все равно мы были бы вместе.

— Думаешь?

— Конечно. Все было ясно с самого начала.

— Кому было ясно?

— Судьбе. Я не сразу допер. Просто дурак. Был. Исправился.

— Я тебе не нравилась…

— Я запал на тебя с первой секунды! Я хотел тебя так, как никогда и никого в своей жизни!

— Хотел. На одну ночь. А жениться собирался на Нике.

Мля… Что сказать? Как убедить ее?

— Я не собирался на ней жениться! Я сказал это, чтобы… чтобы… задеть тебя. Потому что ты выворачичвала меня наизнанку. Я не мог сопротивляться твоим чарам. И мне это не нравилось. Я был дебилом. Я очень-очень извиняюсь за это….Но Юлька на своей волне. В своих мыслях. Она как будто разговаривает не со мной, а сама с собой.

— Тебе всегда нравились скромные фиалки… — произносит она.

— Ты и есть фиалка! Вернее, ромашка.Юлька снова дергается. Кажется, я что-то не то говорю. Блин… Почему так сложно-то? Все же ясно. Все очевидно. Мы должны быть вместе. Почему она этого не понимает?

— Ты ромашка, ты дикая роза, ты безбашенная Кошка… Ты — это ты. Я люблю тебя!

Вот я и сделал главное признание.Но… Юлька его как будто не услышала.

— Поехали, — говорю я, прижимая ее к себе. — У нас будет время поговорить. Обсудим все подробно.Но Юлька отстраняется.

— Я поеду домой.

Мля…

— Нет, — вырывается у меня.Она отстраняется еще сильнее. Отодвигается он меня на метр и пытается освободить свою ладошку из моей руки. Но я не могу ее отпустить!

— Юль, у нас с тобой все замечательно. Нам хорошо вместе. Разве нет?

Она пожимает плечами.

— Да…

Она сказала “да”. Но как-то неуверенно. Но — сказала…

— Так какая разница, кто что говорил и думал в начале?

— Не знаю.

— У нас все хорошо? — задаю я глупый вопрос.

Я вообще веду себя очень глупо. Делаю и говорю что-то не то. Но я не знаю, что говорить! Я готовился к предложению. А не к этому…

— Даня, все нормально, — отвечает Юлька. — Просто мне надо побыть одной.

Нельзя оставлять ее одну. Я чую это всеми своими печёнками. Я сейчас должен быть рядом. Во что бы то ни стало.

— Юль, знаешь, какое самое лучшее место для одиноких философских размышлений?

— Моя комната.

— Не угадала. Лучше всего сейчас в лесу. В нашей избушке. Я не буду тебе мешать. Клянусь! Буду сидеть на чердаке или в погребе. Как мышь. А ты наслаждайся одиночеством. Раз тебе так надо.

Она качает головой. Но, кажется, сомневается.

Не говорит сразу “нет”. Она сама хотела в избушку! Если я сейчас чуть-чуть поднажму, то смогу ее уговорить. А, если не смогу… то просто закину на плечо и отволоку в свою берлогу.