71 Часть: Голосистая бабушка и обещание Сергея.

–АРСЕНИЙ!

Машина, которая неслась к ним, смогла немного замедлиться, но удар всё равно был, хоть и не смертельный, Попов отлетел и упал, сломав себе одну часть тела, – это ребро.

–ПАПА!

Собралось много народу, все были мягко говоря, – в шоке, некоторые испуганно наблюдали, а некоторые люди подбежали, чтобы помочь, к ним выбежали и врачи, Матвиенко взял друга на руки и быстрым шагом понёс его в отделение больницы.

Сейчас Арсений был в реанимации, под капельницей, следили за его сердцебиением через аппараты, за его самочувствием, могло быть хуже, но Попов сломал только ребро, тело покрылось шрамами и ранами, было много крови из-за чуть изуродованного тела.

–Как папа?...

Спросил мальчик, когда увидел, что Сергей вышел из реанимации, на нём лица не было, все было встревожены произошедшим.

–Он в порядке.

Сергей подошёл к юноше и снял маску, на нём была строго врачебная форма, медицинская обувь и шапочка, на руках были перчатки.

–Выпороть надо такого, выпороть!

Кричит бабка, которая сидела и ждала очереди на рентген, она была одета в черную юбочку, чёрные колготки, сапожки и кофточку на пуговицах, на голове был платочек, на глазах были очочки, рядом лежала трость, на которую она обопривалась во время ходьбы, уж сильно слабые суставы, да и спина подводила каждый раз.

–Вот, если бы он жил в наше время, неделю бы за такое не смог бы сесть, да что там неделю?! Месяц! Наши отцы нас розгой, быстро мозги на место вставали!

Присоединился один из дедушек, помахивая пальцем, сидя на против той бабушки, тоже на рентген, но после неё, иногда покашливая, точно, в лёгких проблема.

–Ну, что ж вы, пожалейте ребёнка, такой стресс пережил, отца чуть машина не сбила!

Поддержала молодая женщина ребёнка, она была в очереди на маммографию, на вид женщина сорока, сорока шести лет, не больше, она была в платьишке, золотом, со стразами, в теплых колготках, не август во дворе, всё же.

–А ты не защищай мальца, слишком уж самолюбивый, таких ремнём отходить надо!

Процедила женщина, поддерживая пожилых, те одобрительно кивнули, все были уже в курсе всего, и конечно, – винили в этом Антона, они считали, что из-за какой-то обиды рисковать своей и жизнью своего отца – было очень глупо, безответственно.

–Нас вот, за шалости крапивой били, ничего, живы, зато, теперь мы понимаем, что нельзя, а что можно, а молодёжь сейчас совсем не бережёт своих родителей, даже себя не бережёт, ему скоро и до наркотиков не далеко, нужно пока не поздно показать, что такое настоящее воспитание!

Голосит старушка, хмурясь, может она и была права, а может и нет, но кто знает, у каждого своё мнение на этот счёт.

–И нечего на меня таращиться!

Обращается старушка к Антону, который стоит и поглядывает на неё, услышав её слова, он сразу же опустил свою голову, пялясь на свои обувь, он чувствовал стыд за свой поступок...

–Пойдем, Антон.

Сергей взял его за руку и пошёл по коридору, Антошка шёл за ним, поглядывая на унылые стенки больницы, на плакаты с историями разных болезней, прописанным лечением, и т.д, видя, что на каждом кабинете, на каждой двери было число, а рядом написано имя, фамилия и отчество врача, и конечно, – его многоуважаемая профессия.

–Садись.

Сергей посадил его на кушетку, в процедурном кабинете в этот раз никого не было, Аня была занята в лабораторной, она тоже была осведомлена о произошедшем и была крайне удивлена, обеспокоена, в свободное время, она обязательно проведает многоуважаемого и добродушного врача – Арсения Сергеевича.

–Антон, то, что сказали эти люди...

Сергей не успел договорить, как вдруг, Антон сам его тут же перебил.

–Я виноват, но и отец тоже не промах, не нужно было принуждать меня.

Обиженно произнес он, опуская голову, он чувствовал вину в душе, но так же была противная обида, которая саднила у него в душе...

–Он сделал это для тебя, ты хочешь, чтобы твой стоматит дошёл до того, что пришлось бы оказаться на операционном столе?

Спросил Сергей, оскорбившись его наглостью, хватает же, ещё отца бедного винит в случившемся, хотя, тот для него же старается, наплевав на свои чувства и эмоции.

–Не оказался бы, помер, ну, и ладно.

Пофигистично процедил Антон, цокнув языком, мальчик поднял голову и встретился с хмурым взглядом старшего, он осёкся.

–Может, и вправду выпороть...

Сказав это, мужчина влепил парню звонкую пощёчину, оставляя след ладони на его щеке.

–А?

Антон просто не ожидал того, что Матвиенко посмеет его ударить, но в итоге, в одно мгновение, он почувствовал, как щеку обожгло от удара, он услышал звук смачного шлепка, она покраснела, отдавая болью.

–Серж?...

На глазах начали накапливаться слёзы, он взялся за щеку, всхлипнув, но мужчина ничего не сказал, он лишь подошёл, взял из шкафа перекись, бинты, вату и мазь.

–Штанину подними.

Твёрдым голосом проговорил Сергей, мальчик выполнять указания не спешил, он смотрел на него стеклянным взглядом, слезы так и намереваются пролиться...

–Подними сказал.

Металлическим тоном потребовал Матвиенко, в этот раз Антон послушался, он дрожащими руками поднял штанину, открывая вид на его ранененную коленку.

–Ууу...

Мальчик начал рыдать до того, как Матвиенко начал процедуру, но у старшего не было никакого настроения и желания с ним мелочиться, он был обеспокоен своим лучшим другом и в первую очередь, – он думал о его здоровье.

–Рано ревёшь.

Сказав это, мужчина взглянул на него холодным взглядом и взяв ватку и перекись, он немного капель налил на ватку и начал вытирать засохшую кровь.

–Больно...

Мальчик всхлипнул, чувствуя, как одинокая слеза побежала по белоснежной щеке, оставляя за собой влажную дорожку, ногу щипало, поэтому мальчик сжимал руками штанину, сдавленнно выдохнув.

–Поверь, ещё не больно, если твой отец не очнётся, я обещаю тебе, я воспользуюсь советом этой бабушки.

Пообещал ему Сергей, хоть он и был позитивным человеком, но сейчас в его душе был мрак, он боялся потерять того, ради которого был готов отдать жизнь, он вспоминал те моменты с Поповым, как в школе они веселились и дружили, сердце разрывалось от этого.

–В... В смысле?

Испуганно переспросил мальчик, он конечно понимал о чём он, но не хотел в это верить, не хотел этого говорить.

–Воспользуюсь крапивой.