71. Арка: "Лабиринт Безумия" 2. Фестиваль

  Куроми начала докладывать Альфа положение дел:—Мы должны для начала забрать ваш инвентарь. Он находится в соседнем крыле, хотя я готова поспорить, что мой элемент неожиданности скоро исчерпает себя и комплекс активирует ловушки. Она там надолго, но эта комната не удержит её насовсем. В худшем случае - она выберется всего через минут двадцать, — Куромаку шагал позади. Он спросил:—Мы сбежали, но почему стража до сих пор не на хвосте? Разве она не должна так тщательно нас охранять?—Мы открыли дверь кей-картой, а открытие и закрытие дверей такими ключами никак не отслеживается системой в отличие от взлома. Пока мы не в Управлении, этой системе действительно лучше не попадаться на глаза, — Макуро с сомнением вышел вперёд и спросил:—А… Какая система управления комплексом? — он не был уверен в том, как смело может спрашивать у неё что-то. Она внезапно показалась ему совершенно незнакомым человеком. Куроми ответила:—Скажу то, что знаю. Управлять комплексом Энве помогает искусственный интеллект. Его зовут ТАЛОС¹ (Терминально-Аналитическая Логическая Охранная Система). Он создан тузом треф и контролирует входы и выходы, ловушки и даже некоторые стены. Помимо этого он координирует действия стражи. Это суперкомпьютер, который мне, признаться, без помощи не взломать. Пока ТАЛОС работает, Башня - смертельный лабиринт безумия для клонов. Тузы не сильно заботятся об количестве охраны, потому что можно часами бродить по одинаковым коридорам и не найти выхода. Этот ИИ всегда знает, где ты находишься, как если бы у самой Башни был мозг, — Куромаку уточнил:—И потому тебе было нужно, чтоб Макуро оказался здесь, — Куроми кивнула и ответила:—Мне ужасно стыдно, что мне пришлось так грязно сыграть, мой король, но на войне все средства хороши, — Курохико посмотрела на Куромаку. Его выражение лица точно смягчилось. —Хорошо, — выдохнул он, — тогда последний вопрос, — Куроми ответила:—У нас есть немного времени. И если это поможет вам доверять мне, то задавайте.—Почему ты не уведомила нас о своих планах? Почему и как ты укрыла то, что хочешь сыграть в предателя? — Куроми знала, что он задаст именно этот вопрос. И ответила:—Я… Я до последнего надеялась, что мне не придётся этого делать… Я надеялась, что смогу и дальше выполнять ваши указания и это приведёт к победе, но в конце концов практика показала, что тузы - не те, с кем можно биться "классическими способами". К ним нельзя просто заявиться с оружием и уповать на удачу или силу, даже стратегию, если она классическая, надежд не было. С нашими ставками в целый Мир, полный карт, просто нельзя играть честно. Тузы отступали при малейшем признаке неудачи. Чтоб их победить, нужно прижать их к стене, отрезать пути к отступлению и пленить, но для этого нужно было проникнуть в комплекс и узнать, как это сделать. Я договорилась о подмене, а сама отправилась к границе и пересекла её. Удивительно, но попаданцы могут спокойно проникать через Великий Барьер. После этого мне нужно было втереться в доверие к Энве и постепенно менять её рассудок. Моя легенда состояла в том, что я слуга, насильно обращённая в верность трефовому королю, — Куромаку не сдержался и наигранно оскорблённо заметил:—Вот и "спасибо" за годы хорошего обращения. Тираном меня выставила… То-то же она так на меня смотрела, — и король едва передёрнулся от отвращения. Ещё никто не вызывал у него большего отторжения, чем Энва. Особенно этот безумный, голодный взгляд, в котором померк и разум, и человечность, если они вообще там были когда-то. Куроми в ответ как-то странно хохотнула: —Хах, это правда. Она неопытна в эмпатической магии. Вернее, Энва вообще ничего о ней не знает. Энва - настоящий психопат, не способный любить, чувствовать, сопереживать. И тем не менее, я смогла создать некое подобие. С помощью своей способности ЭИ (Эмоционального Интеллекта), я внушила ей, что я её самый лучший друг и союзник, что лишь мне она может доверять. Я убедила её, что ненавижу Правителей не меньше её. Я рассказала о своём опыте в Варуленде и эта информация подтвердилась. Я внушила ей доверие ко мне. Мне повезло, это было довольно просто. Её разум никак не защищён, а действую я очень тонко. Я посеяла семена сомнения в верности остальных тузов. Она стала тревожна и раздражительна по отношению к ним. В некотором смысле она стала считать меня своей подругой, хотя и дружбу и любовь она понимает в очень и очень извращённой форме, — Куромаку сделал для себя какой-то вывод о силах Куроми и снова невольно вспомнил о предупреждении Клеопатры:

"—Второй, я желаю предупредить тебя. Это на счёт Куроми… Не недооценивай мощь эмпата. Тем более уровня Куроми… С уровнем её способности многократно возросли. Я общаюсь с ней, как наставник с учеником, достаточно долго, чтобы делать выводы… Её печать никогда не отключается… Даже во сне. Как бы крепко она не спала на первый взгляд, можешь не сомневаться, что "третьим глазом" она вас видит и даже знает, что вы чувствуете, догадывается о чём вы думаете…—Полезная способность. Её нельзя застать врасплох. Мне бы пригодилась.—Я не об этом. Если печать всегда активна, это значит, что и способность эмпатии работает постоянно. Она постоянно излучает психо-энергию, которая влияет на самочувствие окружающих. И благо, если она добра. Худо, если негативные эмоции захлестнут её. Тот, кто контролирует эмоции, в высшей степени контролирует людей. Даже ты от этого не защищён. Ты не можешь знать, не находишься ли ты под контролем печати?.. Я хочу, чтоб ты понимал, с каким огнём играешь. Огонь может греть, а может обжечь…"

   "Она внушила Энве самое тёплое отношение к себе, при том, что Энва - чудовище. Могла ли она сделать то же с нами?" — теперь это предупреждение трефовой дамы играло совершенно новыми красками.

   Куроми продолжала пояснять: —Простите, мой господин, но мне пришлось сделать с вами обратное. В момент, когда я якобы предала вас, мне нужно было, чтоб это выглядело убедительно. Вы бы никогда не поверили, что я предательница. Я ничего не сказала вам, потому что Энва успела украсть у похищенного жителя Долины Фараонов способность к телепатии и даже немного развить её (хотя она всё ещё профан в этом). Даже при всём желании, вы не смогли бы подделать эти чувства от предательства и этот гнев. Она ничего не должна была заподозрить. Иначе она бы убила меня, и вы бы оказались без защиты, — Курон наконец сказал:—Это же получается!.. Настоящий Троянский Конь², — Куроми ответила:—Называйте, как хотите. Я называю это просто Большой Обман…

  Альфа пробирались по коридорам и уровням Башни, оставляя за собой след из праха и крови солдат. Уже подняли тревогу и стали блокировать некоторые проходы, однако сил телекинеза Куромаку, Курона и Курохико хватало, чтоб ломать двери, которые были необходимы. Стража попадалась им, однако без лишних прелюдий, трефовые солдаты устраняли угрозу. Внезапно Куроми дала сигнал стоп, останавливая группу, вытащила Ящик Пандоры и поставила на пол.—Вот. Мы уже совсем близко. Архив уже в конце коридора. Я перенесу нас в архив. Мне хватит сил. Простите, мне придётся пропустить инструктаж, — но карты, уже знакомые с Ящиком Пандоры и её Зазеркальем, взялись за руки и скрылись в Ящике.

   Энва обрушила удар на стену, но та ударила её обратно зарядом энергии, отбросив назад, в центр комнаты с её машиной смерти. Её руки покрыты ранами и ожогами, хотя пальцы, ранее обращённые в камень трефовый королём её плохо слушались и крошились. Она бы не провозилась так долго если бы её руки были как прежде. —Грах! Не могу поверить! Мне стоило догадаться сразу! Сволочь! Я убью эту сволочь!

   Альфа проникли в архив и стали сразу искать нужные ящики. Курохико спросила:—Почему ты сразу не перенесла Правителей сюда, раз могла? — Куроми ответила:—Опять же. Это всё из-за Великого Барьера. Он накладывает ограничения, которые и мне не под силу обойти. Попаданцы могут с лёгкостью пройти сквозь барьер и пронести что угодно с собой, но Зазеркалье - не телепортация. Это лишь ход, вроде кроличьей норы. Я проверила и барьер существует даже в Зазеркалье, — трефовый король заметил: "А Фёдор более предусмотрителен, чем я думал. Он предсказал, что мы будем пытаться создавать проходы через барьер, несмотря на то, что сам мало что понимает о нашем мире. Чтож, он угадал".—Комната управления на следующем этаже, если поторопимся… — но тут прямо перед ними проход был закрыт. Стальной заслон сомкнулся, будто челюсти.  —Закрыто!— испуганно сказал Макуро, но обернувшись на короля увидел пламя. —Нас ничто не остановит… — он, Курон и Курохико вытянули руки. Метал болезненно заскрипел. Тут Курокайхо положила руки на пол, пригнувшись:—Солдаты! Трефовый туз почти выбралась! — Курохико ответила, опираясь об Дакимакуро:—Нам нужно время, чтоб сломать двери! Даже с пилюлями мы ещё не восстановились полностью, — Куроми выразилась отходя в конец группы:—Проклятие! — она раскрыла крылья и её печать третьего глаза стала светиться ярче. Послышался приближающийся топот. Куроми сорвалась с места так резко, будто исчезла из поля зрения. "Нужно атаковать их раньше, чем они выйдут из-за угла и откроют огонь! Быстрее! Резче!"

   В одном клоны были правы. Солдаты тузов очень похожи на большинство людей. Пока клоны заботились о том, чтоб делать непобедимыми своих солдат, тузы - о том, чтоб становиться непобедимыми сами, не ведая о том, что один в поле - не воин. Это породило слабость в рядах солдат братства, сделав их слабостью своих вождей. Они не были готовы столкнуться с кем-то тренированным, с кем-то, кого закалила война и бесконечные трудности. Куроми расправилась с ними и поспешила обратно к своим. —Куроми! Пойдём! — позвала Курокайхо. Им удалось проделать в дверях дыру и все уже перебрались на ту сторону. Куроми нагнала их.—ТАЛОС был активирован раньше, чем я думала. У нас начинаются серьёзные проблемы. Мы отстаём по графику, — Курохико заметила: —Зачем ты это сказала? Теперь я буду нервничать, — Дакимакуро ответил, поддерживая её под плечо:—Ты всегда нервничаешь, Хико, — она ответила: —Да! Да, я нервничаю! Потому что не могу бежать! Потому что задерживаю группу! Потому что… Потому что мы всегда попадаемся из-за меня!..

   "Во времена их преступного прошлого скорость Дакимакуро всегда была его "визитной карточкой" в обществе тех, кто пренебрегает законом по тем или иным причинам. Пока многие в этом сообществе пытались нажиться на грабеже, Дакимакуро и Курохико просто пытались выжить.

  Для них это не был вопрос гордости, статуса или алчности. Это был способ выживания в стране, что когда-то оставила их без крова, без родных и без друзей. В военное время до беспризорников в тени разрушенных и недостроенных панельных домов мало кому было дело. Курохико знала, что со скоростью Дакимакуро, его ни разу не "хватали за руку".

  Он мог обчистить нескольких сразу и не попасться ни одному. Он сосредоточен, быстр и ловок. Дакимакуро всё и всегда делал очень быстро. Он думает быстрее других, он двигается быстрее других и быстрее других принимает ответственные решения, не допуская ошибок. Неуловимая Серая Молния был бы неуязвим для правоохранительных органов, если бы работал один, сам по себе. Однако он был не один.

  Курохико обладает большой физической силой, вызывавшей уважение даже среди мужчин, которые должны быть по биологии сильнее, но будущая Железная Леди была другой. Она сильна и решительна, она умеет идти на риск, когда это нужно. Дакимакуро порой считал её немного необдуманно храброй, безрассудной, но он всегда знал, что она единственная - на кого он может положиться без всяких сомнений. Ради этой дружбы осторожный скороход был готов идти на риск.

   И парочка не могла не быть замечена. Стражи порядка обратились выше к своему великому лидеру с просьбой выслать за неуловимыми лучшего. Дакимакуро сразу понял, кто был их противником в ту ночь. Любой другой с его возможностями скорее всего бы скрылся, бросив товарища на растерзание "королевским гончим", но Дакимакуро остался, зная, что они попались.

    Пусть это было лучшее решение для них обоих, Курохико знала, что это значит."

    Куромаку со вздохом повернулся на Куроми:—Куроми, если тебе не сложно, можешь отправить Курохико к проходу. Она же сможет им воспользоваться? — Куроми ответила:—Если у Короля Императора Пика не возникло накладок, то Курохико сможет отступить под Барьер, — Курохико возразила:—Э-э! Никуда я не уйду! — Дакимакуро принялся убеждать:—Хико, пожалуйста. Мы не можем продолжать задерживаться, — Куроми обратилась к ней:—Хико, пожалуйста, не заставляй нас себя упрашивать, — она протянула руку, но Курохико отбила её ладонь от себя:—Ты вообще меня не трогай. Это всё из-за тебя! Только потому что ты захотела сыграть в кукловода. Это всё из-за тебя, — Куроми сказала:—Когда всё закончится, я получу своё наказание за это. И я извинюсь столько, сколько нужно, но сейчас я не могу отступить, — она протянула Ящик, — правители ждут. Прошу, передай королю Пику, что фестиваль начнётся в шесть вечера, — Куромаку поймал эту странную фразу: "Фестиваль? Это кодовая фраза? Сейчас без десяти шесть вечера. Неужели Пик обо всём знал? Они всё спланировали с самого начала? Нет… Пик не смог бы сам раздобыть такие данные о Башне и ТАЛОС. Он слишком заметная фигура. Хотя у него есть наёмники Имперские Тени… Нет… Они тоже не смогли бы этого… Неужели?.. Куроми командует операцией?!"

   Курохико фыркнула, но прошла через ящик. Куроми вернула печать на место. —Не будем терять времени, — твёрдо заявила Куроми. Группа двинулась дальше.

   У Куроми не было ни единой доли сомнений, что Энва уже сбежала из своей импровизированной тюрьмы. Но до комнаты управления совсем рукой подать. "Вперёд! Нужно захватить ТАЛОС раньше, чем она доберётся до комнаты управления иначе всё пропало!"

   Они поднялись на ещё один этаж. Куроми сказала, показывая вперёд:—Здесь! На этом этаже комната управления! Макуро, готовься! — Макуро ответил:—Я так-то всегда готов! — Курокайхо заметила:—Как мне тоже быть такой уверенной как ты, Макуро? — Курон ответил:—Не теряй решимость, — как тут всё содрогнулось от удара. Карты присели. Показалось, что вибрация была такой силы, что стены зашатались. Пока остальных это испугало, Куроми широко улыбнулась:—Отлично! Фестиваль начался! — Куромаку про себя заметил:—Ровно шесть…

—А теперь-то что?! — спросила Энва, болезненно хромая по коридорам. —ТАЛОС! Данные о повреждениях! — компьютер ответил:—Уровень опасности: "красный". Барьер повреждён на двадцать пять процентов. Несанкционированное проникновение на территорию Башни.—Чтоб его! ТАЛОС! Что не этот раз?! — но ТАЛОС не ответил. Он не оснащён продвинутыми датчиками, потому "не знает", что его повредило. —Проклятие! ТАЛОС, заблокируй комнату управления, отправь Рудольфу и Мидасу сигнал тревоги. Пусть остановят их! Седовласым шайтаном я займусь сама! — охранная система приняла приказ. —Грах! Ты обошел меня, признаю, но это ещё не значит, что ты победил! Ты не победишь меня! Только не сейчас, когда я так близка к цели!

    По определённым причинам, Мидас и Рудольф не живут в самой Башне. Им были отданы крылья комплекса под их собственные предпочтения.

   Крыло Рудольфа было типичным отражением его завоевательской и грозной натуры. Карты в его подчинении не имели ни прав, ни возможности поднять головы в присутствии своего лидера. Несомненно, все они были солдаты поголовно, чем Рудольф гордился. Они были убийцы, но были ли они войнами? Это не так однозначно. Если бы жители Грозной Пиковой Империи, славящейся своим спартанским режимом, узнали о том, как обращается со своими подданными Рудольф, то на его фоне Пик бы показался им настоящей душкой. Это сложно и опасно, но с Пиком возможно спорить. Ему сложно что-то доказать, но это не невозможно. Несмотря на своё тотальное неверие в окружающих и одиночную натуру, Пику не чужды морали, принципы и понятие чести. Несмотря на его свирепость, диктаторство и жестокость Пик - тот, кого без оговорок можно назвать войном. Рудольф был другим. Потакая во всём своему нарциссизму, он создал культ собственной личности, совсем как Вару, но как если бы Вару в ко всему ненавидел своих людей. Карты Рудольфа и сами не идентифицируют себя как личности. Любой, кто восставал супротив него и его режима встречал бесславную судьбу, вместо того, чтоб вдохновить других на восстание, лишь укрепляя веру карт в то, что Рудольф - бог и одолеть его невозможно. По правде говоря, вся эта игра в бога затянулась настолько долго, что и сам Рудольф поверил, будто совершенно неуязвим. Пик этого не знал, но это дало ему начальное преимущество в битве у Места Съезда. Слепая вера туза пики в свою непобедимость сыграла с ним злую шутку, когда против него вышел Грозный Король. Это было не так заметно, но когда Пик нанёс ему удар и первым пустил ему кровь…

  "Больно… Как больно! Я что?.. Я что ранен?! Этот жалкий червяк…"

   Но победа Пика была не в самом ранении. Пик победил ещё в тот момент, когда Рудольф испугался. Один удар, одна рана, одна мысль. Это породило в душе Рудольфа настоящую бурю сомнений и страха смерти. Глядя на врага, опрокинувшего его в пыль, туз пики впервые допустил мысль, что может быть убит. И это было всё, что нужно Пику для победы. Устрашение пересилило самоуверенность Рудольфа. И как бы он не пытался вернуть контроль над собой, в их психологической дуэли Пик одержал победу, вынудив Рудольфа впервые в жизни сбежать. Он сам этого не хотел, всё, что мог - поддерживать бесстрашный вид, хотя Устрашение уже взяло вверх над ним.

   "Этот король… Что он сделал со мной?.. Почему в тот момент?.. Почему я не смог ничего сделать?" — спрашивал себя Рудольф. Как раз тогда комнату наполнил неприятный вой сирены. Рудольф зажал ладонями уши с раздражением подумав о том, что сейчас вытащил пистолет и расстреляет установленные здесь динамики ко всем чертям. Но сирена уже смолкла. Её сменил искусственный и лишённый всякой интонации голос ТАЛОС(а):—Срочное сообщение из штаба. Мы атакованы, — и каким-то образом Рудольф понял кем. —Он здесь! — и на лице туза появилась безумная вынужденная ухмылка. Он едва заставлял себя улыбаться, чтоб самого себя убедить, будто всё под контролем. Но его улыбка больше была похожа на сардонический оскал. Усмиряя внезапно нахлынувших тремор, он процедил, вынимая папиросу и зажигалку:—Готов поспорить, что ты пришёл, Грозный Король, — туз сделал глубокую затяжку и выпустил клубы ядовитого дыма, — так покажи мне как ты кричишь от боли…

    В то же время в противоположном крыле башни просторный зал огласило предупреждение ТАЛОС(а) о вторжении. Просторный чёрный зал, будто целостно собранный из обсидиана. Его шторы были задёрнуты. Вдоль стены с интервалом в пять шагов стояли золотые колонны с которых свисали лозы растений целостно из золота. Под куполом висела массивная золотая люстра. Зал не был пуст, но и кроме Мидаса здесь никого не было. Его окружали золотые статуи карт. Все они застыли в моменте. Кто-то пытался сбежать, кто-то закрывался руками, а кто-то смиренно стоял, немного приподняв руки, смирившись с поражением. Были среди них и те, кто рвался в бой, намереваясь нанести последний удар, которого так и не случиться. Мидас - царь без подданных, без своего народа, но что куда важнее - пустой внутри. Всё, что вокруг него должно было восполнить его внутреннюю пустоту, но на деле лишь лишний раз ему доказывало недавно услышанные им слова от бубнового короля.

   "Почему?.. Почему он выглядел таким счастливым? Таким удовлетворённым? — спросил себя Мидас в очередной раз, но снова не получил ответа, — даже в битве со мной, он был спокоен. Он что-то знает? Его взгляд… Он не был зол, не был испуган. Почему? Он знал, что победит или?.."  На вой сирены Мидас не отреагировал никак. Его куда больше занимали его собственные мысли.—Тревога. Вторжение на территорию…—Ясно… — сипло сказал он без инициативы, поднимаясь с трона целостно из золота. Его взгляд обратился к высокой стойке для статуи. Она была пуста. Он приблизился и кинжалом выцарапал на статуе:

Р ЮД А Н Т Е

—"Не всё то золото, что блестит"? Так? Хм, видимо, мне придётся это выяснить.

—Продолжаем-продолжаем, они должны нас заметить, — подбодрил Пик. Николь вытащила из своей сумки ещё один снаряд и подкинула его, словно для подачи. Пик отбил снаряд и тот взорвался ударяясь о силовой барьер. И тут прямо на их пути к барьеру приземлился Рудольф и следом - Мидас. Рудольф воскликнул:—Пик!—Рудольф!—Данте!—Привет! — невинно ответил Данте, легонько помахав рукой и улыбаясь.

   "Снова эта странная улыбка…  Он точно что-то скрывает, — подумал Мидас, срывая с рук увесистые золотые перчатки, — и я непременно выясню что". 

   "Снова это идиотское чувство страха. Он даже не начал атаковать. Чёрт я прикончу тебя, фиолетовый дьявол! Прикончу!"

   Пик обратился к Данте шёпотом:—Слушай, а ты не знаешь случайно? Чего они на нас так пялятся? — Данте пожал плечами и загадочно ответил:—Кто знает? Кажется, мы их напрягаем, — при этих словах глаза Пика вспыхнули алым огнём и значки сузились, будто щёлки:—Тоже верно. Эй, туз! — Рудольф показал, что слушает. —У тебя есть выбор. Либо ты сразу отвечаешь куда нашего очкарика стащили либо… Я побью тебя так сильно, что он будет рыдать как младенец!

(1 Та́лос - в древнегреческой мифологии бронзовый автоматон, созданный богом ремесла Гефестом и данный Зевсом Европе для охраны острова Крит.)

  (2 Троя́нский конь - в древнегреческой мифологии огромный деревянный конь, построенный по инициативе Одиссея, чтоб обманом ахеяне смогли сокрушить город Тро́ю.)