31. Арка: "Мультиотряд" 8. Железный Довод

   "После того, как мы зашли в тронный зал…"

—Итак, я объясню правила ещё раз…

   "Само время перестало двигаться для меня…"

—Чем правдивее и убедительнее вы расскажете и докажете вину, тем вам лучше. Мик будет защищаться сам, у него нет союзников в зале. Каждая сторона сражается за свои жизни. Вы должны рассказать дело и убедить присутствующих здесь присяжных в вашей правоте. Проигравшая сторона будет арестована и казнена. Дело открыто. Ход стороны обвинения, — объявил Пик, звонко хлопнув в ладоши и возвращаясь на своё место, на трон из чёрного золота. Поразительно, как легко абсолютно пустой тронный зал оборудовался в дал суда. Астрее стало понятно, почему тронный зал был больше бального. В особых случаях он обращался в зал суда и открывал из пола места присяжных и кафедры сторон. В Империи судебное разбирательство осуществляется непосредственно через короля, как верховного правителя и выбранного им суда присяжных. Однако короля нельзя было считать судьёй. Суд присяжных содержал в себе ровно 12 карт из которых 4-ро судей. Стороны в дебатах имеют право прибегать к помощи адвокатов и запускать независимые расследования. Коррупция в судах Империи - нарушение, которое карается смертью. Суд может проходить и несколько дней, такие случаи были, но в конце концов ни одно дело не было брошено. Все дела всегда были закрыты. Тип казни всегда выбирает король, после признания вины преступника он переходит в руки короля. Король Пик - очень исполнительный правитель. Он не бросает слов на ветер, не даёт ложных надежд и не даёт слов, которые не собирается держать. Слово в его руках имеет ценность. У короля Пика нет привычки лгать или увиливать. Он говорит так, как думает даже если это сделает кому-то больно или неприятно. Он выполняет свои обещания, как и условия своих угроз. Никто не сомневался, что жертв сегодняшнего суда король отправит биться на арене на потеху. Ведь ему по прежнему нужно чем-то питать свою эмоцию гнева. И лучшим способом было заставить кого-то испытывать гнев в запале битвы за свою жизнь. Пик не собирался более развязывать войну. Этому карточному Аресу ясно дали понять, что это только ему приносит какую-никакую радость в вечной жизни.

   Суд проходит по принципу битв - ходы. Слово по очереди переходит между сторонами. По правилам, прокурор(ы) должен(ны) предъявить обвинения. Сторона обвиняемых может признать вину по всем пунктам и дело будет закрыто быстрее. Если обвиняемый не признаёт вины, прокурор должен постепенно начать обосновывать свою доводы. Во время проведения доказательств суд присяжных имеет право задавать вопросы и уточнять детали. Обвиняемый имеет право прервать рассказ стороны обвинения при возникновении несостыковок. Тем же правом обладают и присяжные. Первый ход всегда делает сторона обвинения.

    Астрея вышла к кафедре. 14-ый стоял рядом. Его выражение лица было как никогда твёрдым.—Первый Министр Пиковой Империи, Мик, вы обвиняетесь во лжи, в нападении с нанесением ранений, в проникновении и хищении секретных данных архива, ущемлении достоинства и личности, шпионаже и измене, — объявила она. Мик сидел в виде кота в клетке, поставленной на округлой кафедре напротив. —Признаёшь свою вину? — спросила Астрея, зная ответ. Её переполнял гнев. Праведный гнев. "Если бы не он… 37-ой… Нет! Я выйграю этот суд и выбью из него информацию. Любым способом. Я не дам снова этому случиться! Я не буду стоять в стороне, когда от кого-то страдают любимые мне люди. Не снова…"

"—Папа! Папа, остановись! — в слезах молила маленькая Яна, выскакивая наперекор жилистой, но крупной фигуры своего отца. Одержимость этого человека алкоголем выветрили не только остатки рассудка, но и былую форму этого существа, которое разве что давным давно можно было назвать человеком. Сейчас перед ней возвышался монстр с чайником в руках. В этих старых стенах с пожелтевшими обоями, грязными окнами и скрипучим полом некуда бежать, негде прятаться. Пару прошлых раз Яна пряталась под кроватью, собирая пыль одеждой,  надеясь зажать уши, закрыть глаза, молиться и на секунду забыть, что она здесь, что в соседней комнате летит посуда, бьются бутылки, раздаются крики и ругань. На её памяти так было всегда. Она знала когда "пахнет жареным", куда прятаться, как вести себя в зоне риска. Но в тот день что-то было не так. Это надоело ей. Надоело так сильно, что злость пересилила страх. Она всё ещё была ребёнком, но ребёнком уже сделавшим первое взрослое решение. И оно было неверным. Мать сбежала из дома, а Яна получила в лицо кипятком.—Брысь! Маленькая дрянь! Ещё смеешь перечить мне?!

   Яна не придумала ничего лучше в тот момент, кроме как выбежать на улицу и бежать в соседний подъезд к своей лучшей подруге. Больше было не к кому. Элен и её семья помоги ей, обработали ожог, свозили показать врачу и позволили отсидеться, в это время беседуя с полицией. Полиция и проверила дом, найдя следы домашнего насилия. Отцу предъявили штраф. Закона о пресечении домашнего насилия нет, да и мать Яны забрала девочку и отозвала заявление в суд. После этого жизнь Яны, по капризу нерадивого отца, превратилась в Ад, но этот Ад вместо боли и отчаяния, злобы и ненависти породил в её сердце вечное пламя, стремление добиваться успеха, жаждать правосудия."

    Потому на правом глазу Астреи осталось темноватое пятно от ожога, и Карточный Мир оставил при ней этот страшный шрам. Как напоминание о клятве данной ей.

    В ответ на обвинение, Мик отвернул уши назад. Он метался в сомнениях. Так казалось Астрее. Хочет ли он признать вину или же будет медленно проигрывать? —Я не виновен, — сказал Мик. Пик развёл руками, понимая, что веселье гарантировано. На секунду, взглянув в его морду, он даже подумал, что всё закончится, так и не начавшись: "Пф, думаешь, что я не знал, Мик? Твоя судьба уже решена. Ты ошибся, если подумал, что я привязался к тебе. Я без сомнений казню любого в этом зале. Я не Куромаку, я не собираюсь терпеть боль потери других. Честное слово, он стал такой сентиментальный. Его будто и в самом деле заботят их смертные души. Меня аж выворачивает. Он изменился… А я же хорошо его помню. Он был готов без лишних сомнений перерезать глотку любому, кто встанет на его пути. Дай ему пистолет, и он выстрелит. Что-то изменилось. А меня устраивает жизнь бога, иммунного к слабостям смертных. Мне не нужны лишние привязанности, мне не нужно ни кусочка жизни тех, чьи дни сочтены ещё в первый день на свете". Астрея начала доклад:—Прежде всего ложь. Мик - оборотень, — Астрея не прибегала к помощи своих записей. Мик спросил:—И что с того? У меня есть свои причины не принимать облик карты, — Пик вмешался:—Какие например? — Мик ответил:—Я так хочу, — Пик хохотнул:—Хотеть или не хотеть тут - роскошь, которой обладаю только я, — Астрея ответила:—При занесении Мика в базу данных для присвоения ему серийного номера, должен был выложить все свои способности, однако об оборотничестве Мик умолчал. Это сильно повлияло на дальнейшее восприятие Мика. "Кот" не может знать о важности архива, "обычный кот" не сможет даже открыть ящик. Для этого нужны пальцы карты, — Мик ответил:—Я сразу сказал, что я довольно умный кот, — его мех распушился. Терять лицо он не собирался. Астрея ответила: —Тем не менее, это значит, что Империя не располагала полным набором данных о тебе и о потенциальной опасности, — Мик ответил:—Обладает ли Империя полными данными о тебе? — Астрея механически переспросила:—Что?—Есть ли у Империи полные данные о тебе? — Астрея ответила:—Разумеется. Не переводи стрелки, Мик. Оборотничество - способность, данные о которой у Империи должны быть, однако ты умолчал её. Зачем? Чтоб использовать, очевидно. А как можно это использовать? Никто не подумал бы на тебя. Но твоя первая вылазка на кражу была замечена нами. Тогда я и узнала, что ты никакой не "кот", а оборотень. Ты направлялся к хранилищу, перевоплотился, не боясь камер. Как и в последний раз, но тем не менее данные об этом были удалены, иначе ты бы попался и в первый день. Кот не может дотянуться до ручки и уж тем более воспользоваться ключом. Ты смог открыть ящики недосягаемые для кота. Ты смог. Моё заявление на дело не дошло до суда. И ты, на посту Первого Министра, вполне мог найти и уничтожить заявление. Никто за тобой не следил и некому было тебя остановить. Лишь поймав тебя за руку я смогла добраться сюда, — Мик задрал голову и сощурил янтарные глаза, его взгляд стал презрительным. Тут один из присяжных поднял руку. Пик жестом передал слово ему, а сам подумал: "Ну наконец-то, а то, какой толк от совета присяжных, если они ничего не оспаривают?" Присяжные именуются иначе, нежели солдаты. Их отличает маленькая буква "j" (джей) английского алфавита. Четыре судьи носят нашивку в виде большой буквы джей, а после идёт порядковый номер от одного до двенадцати. Первые четыре номера принадлежат судьям. Все остальные - присяжные. Руку поднял j-7. Получив возможность говорить, он встал и сказал:—Позвольте уточнить. Вы сказали, что заметили проникновение в архив первыми и подавали заявление. Как давно это было? — Астрея ответила сразу:—Это было через три недели после появления Мика в замке, — j-7 ответил:—Это значит, что с момента происшествия прошло два месяца, почему вы не подали новое заявление? — Пик, что всё это время сидел, скучающе подпирая рукой щеку как-то цокнул языком, закатывая глаза: "О, а вот и нелогичность Астреи. А-то я уже заволновался".  —Какой резон? Став Первым Министром, Мик тщательно проверял наши действия. Он, разумеется, уже знал о том, что мы следим за ним, но… — Пик снова цокнул языком: "А вот это было зря…"—Вы установили слежку не предъявляя обвинений. Это можно расценивать как нарушение прав личности. Вы не имели права за ним следить без прямого приказа его величества. Ваше величество, — обратился он к Пику. Пик посмотрел на него с его обычным взглядом, спрашивающим: "чё надо?" Присяжный j-7 спросил:—Поступал ли от вас приказ информаторам следить за Миком? — Пик тут ответил, даже не глядя на присяжного:—Приказа не было, — Астрея закрыла глаза ладонью, тихо что-то прошипев себе под нос. Мик уловил это. Вопросы продолжались:—Это значит, что… — но тут ещё одна рука взметнулась вверх. Пик передал слово. J-3 отобрал инициативу:—Они действительно нарушили запрет, но зачем-то это было нужно, верно? Значит имелись какие-то причины, основания для установления незаконной слежки, — Астрея благодарно кивнула, но это не сильно помогало ей и 14-ому. Главным основанием для слежки до сих пор Астрея считала плохое предчувствие. —Да… Основания были. Одна из моих способностей называется Глаза Правды. Я могу оценивать карт взглядом, — j-7 развёл руками:—Ваше величество, вам знакома эта информация из личных данных Астреи Justness? — Пик ответил:—Нет. В её данных не происходило обновлений с самого момента регистрации, — Астрея обратилась к Пику:—Подожди! Тогда это значит, что в данных Я по-прежнему 9-тка? — j-7 поразился такой наглости и хотел шикнуть на Астрею, но Пик ответил:—Ну, получается, что так. Данные в паспорте вообще-то обновлять надо, как и снимать зарплату, — Астрея спросила:—А… Точно, у меня есть зарплата. Никак не привыкну, — Пик закатил глаза с тихим: "и почему я до сих пор тебя не казнил?" 14-ый нервно поджал губы. j-7 наклонился к столу и спросил:—Это значит, что вопреки вашим словам Пиковая Империя не располагает полными данными о ваших способностях так же, как и о Мике. Сколько раз вы пропустили повышение уровня и сопутствующую необходимость обновления данных? Делает ли это вас настолько же вероятным предателем, как и Мика, информатор Астрея? — Астрея ответила:—Позвольте объяснить. В Карточный Мир я пришла 9-ткой. Свой 10-ый уровень я получила в Битве с Джокером и армией зомбированных карт. После победы над Карточным Богом я вернулась в Реальный Мир, — j-7 развёл руками:—В самом деле? Тогда какими судьбами вы здесь? — Пик вступил в беседу:—Ни одна карта не способна покинуть Карточный Мир навечно, — признавать это ему самому было неприятно, но пока что это был факт, чтоб опровергнуть который у него нет ни единого доказательства, — попаданцы, судя по всему, - не исключение. Астрея вернулась в Карточный Мир.—И я не обновила свои данные по случайности. Данные Мика обновлялись под присмотром короля. И Мик умышленно не сообщил о способности к оборотничеству, ——И тем не менее это значит и довод о Глазах Правды может быть причиной. Данные о подобных способностях, тем более не задокументированных должным образом, должно восприниматься судом весьма скептически. Мы не знаем и не можем проверить… — Астрея воскликнула:—Вы можете проверить! Приведите солдат, а среди них преступников! Я без единой ошибки укажу на обвинённых, — j-7 опешил, но после добавил:—М-м, если его величество позволит потратить время на… — Пик прервал его:—А если позволю? Займись этим, j-7. Отбери на своё усмотрение, м-м-м, да хотя бы 8 карт, из которых сколько тебе угодно будут преступники. Раз нам нужны доказательства, то позаботьтесь о том, чтоб они все были одинаково одеты, сокройте лица и их номера. Ни единой подсказки. А раз вы пока готовитесь, перерыв! — Пик первый сорвался с места и удалился в левый от себя коридор, как не сомневалась Астрея - за выпивкой или у него перекур: "Он никогда не отличался терпением…"

    Но, вопреки обыкновению, Пик направлялся не выпить. Он не сомневался, что куда бы он ни пошёл, если он желает увидеть Данте, то он его найдёт.—Данте!—Я здесь, дорогой брат, — Пик отскочил в сторону от ближайшего окна. Король бубен стоял в коридоре, облокачиваясь об стену рядом с окном. —Чтоб тебя, Данте! Когда же ты прекратишь эти шутки? — выдохнул Пик, отходя от противоположной стены. Данте ответил, выдыхая в сторону ярко-алый дым:—Если хочешь спрятаться - прячься на самом видном месте. Так ты искал меня чтобы?.. — Пик ответил: —Искал, потому что… Ты заходил в лазарет? — Данте кивнул. Пик не мог заставить себя спросить: "Как там Зонтик и Куромаку?" — но Данте его и так понял. —Зонтик полностью оправился от яда. Целители его отпустили.—Чтож, это хорошо и…—Вера - половина исцеления. Без веры и панацея окажется ядом, ——Данте, не начинай сно…—"Сон - бальзам природы"¹, то, что не лечится сном и верой - неизлечимо,  — Пик вздохнул, выдохнул и относительно мягко сказал:—Ла-а-адно, я понял, спасибо, — Данте выдохнул и сказал:—А Куро… М, Николь проверила его. Кажется, у нас проблемы… — Пик медленно убрал руку с лица:—В каком смысле?.. — бледный лик короля бубен стал мрачнее. —Николь обследовала его. У него серьёзные повреждения внутренних органов, похоже, Гарпия швыряла его об препятствия, — Пик спросил:—И вот зачем ты это мне говоришь? Мне ж теперь завидно…—Пара глубоких колотых ран, и он потерял много крови. Я восстановил вывих и трещины в костях, стабилизировал его.—Угу. Серьёзно, нам стоило бы держать Хелен поближе к нам. Особенно в последнее время, особенно в присутствии Курона в моём замке.—Но он в коме. И не проснётся в ближайшее время. Я тоже проверил. Боюсь, что… — и тут заискрили фиолетовые молнии. Пик схватил Данте за плечи и дёрнул к себе:—Не смей… Не смей терять решительность! — Данте ответил:—Я и не…—Я не закончил! Этот идиот ещё должен объясниться за такие не_трефовые выкорёживания! — Пик отпустил Данте и всплеснул руками, — как он вообще смеет заставлять других так нервничать из-за него! Какая наглость! Наглость наглость! Я всё ему выскажу, когда он очнётся, помяни моё слово, Данте!—Я и не сомневаюсь. Вдох… И выдох.—О карты…

—Ты в самом деле забыла обновить паспорт? — без всякого укора, скорее с любопытством спросил 14-ый. Астрея и 14-ый сейчас направлялись к кухне, чтоб взять поесть. Астрея выглядела подавленно.—Да, я забыла. И что с того? Тоже сейчас начнёшь? — её тон звучал немного грубовато, но 14-ый спокойно ответил:—Нет, просто было интересно, — Астрея запрокинута голову, потирая виски пальцами, сокрушаясь:—Чего он прикопался? Всё же так очевидно! — 14-ый ответил:—Для них - нет. У них есть базовые данные, но о происшествии мы должны рассказать им, — Астрея повернулась на него. —Что с тобой такое? — 14-ый растерялся от такого вопроса:—А? А что?..—Ты такой тихий сегодня с утра, — 14-ый ответил, стараясь как можно более непринуждённо пожал плечами и придать своему голосу обычную лёгкость. —Ох, это… Наверное, всё нервы. Знаешь, до этого мне как-то не приходилось участвовать в суде, в котором нельзя проиграть. Я не рисковал своей жизнью, а в единственный раз, когда хотел быть полезен, оказался ранен и стал для вас обузой… Серому не составило никакого труда найти нас. Вы пострадали из-за того что не могли убежать… И всё я… — Астрея спросила:—Серьёзно?! — в её тоне было что-то странное. Радостное, непонимающее и даже сердитое.—Ты думаешь, что это из-за тебя мы не смогли избежать с ним стычки?! Да я бьюсь об заклад, что седой чёрт сам искал нас. Да и ты думаешь, даже будь ты здоров, мы могли бы мы сбежать от него? Нет! Курон - машина для убийств. Если он хочет отправить кого-то к праотцам, он что бы то ни стало это сделает, — 14-ый сглотнул ответ: "но ведь 37-ой выжил". —Астрея…—М?—Я говорил с господином Данте вчера ночью, — Астрея поперхнулась воздухом. —Кх-кха! Как ты его поймал?! —Скорее, это он меня поймал. Он был там, когда я вернулся домой. Он рассказал мне правду, — рука 14-го нырнула под кофту и выудила оттуда аметистовую подвеску, — показал моё прошлое, — Астрея аккуратно спросила:—Да?.. И что там было?—Точно не то, что я думал… Мои родители были повстанцами. И мама, и папа сражались за установление власти 8-ми консулов и разрушении диктатуры короля пики, — эти слова ему нелегко дались. —Это значит… Самая Чёрная Ночь… — 14-ый продолжал дрожащим голосом:—Да, они были там, и я там был в Самую Чёрную Ночь. Я был слишком маленьким, я не помню почти ничего с той ночи, когда, по воле Императора, я… Я потерял последнюю возможность встретиться с родителями. Я из детского дома. Этот кулон был последним, что отдала мама перед тем как оставить меня на пороге. Я не предаю эту вещь из-за памяти, — Астрея судорожно вздохнула, осознавая, что это значит. 14-ый спрятал кулон и сказал:—Если они отроют эту информацию, его величество без колебаний казнит меня, — Астрея остановилась и сказала:—Не отроют. Ох, чёрт. Мне не стоило втягивать и тебя в этот суд, но я выиграю его ради тебя, ради 37-го и ради всех, кого похитили с его помощью. Нам нужно это остановить, — 14-ый как-то судорожно кивнул и спросил:—И ещё кое-что. По поводу Глаз Правды, — Астрея как будто знала, что он спросит именно об этом. —Ты сможешь доказать это? — Астрея остановилась и ответила:—Даже не сомневайся. К тому же 37-ой не единственный. Мик убрал 37-го, но у нас есть свидетель, о котором нет ни в одной базе данных.

—Возобновляем процесс. Ход стороны обвинения, — объявил Пик. j-7 без злорадства, скорее с исключительным холодным, расчётливым интересом пригласил Астрею подойти к поставленными перед ней картами. На их головах были надеты тканевые мешки, одеты они были совершенно одинаково, стояли спиной к залу присяжных перед тремя ступеньками, ведущими к трону короля. Пик указал на них:—Давай, Астрея, покажи фокус. Кто из них - осуждённый преступник. Из всех присутствующих лишь j-7 известно кто есть кто и сколько их, — Астрея смело вышла из-за кафедры. Её глаза засияли ярче. Дело даже было не в цветах и не в формах, а в чём-то незримом, но чём-то, что можно было пощупать взглядом. Дело было снова не в лицах, не в чертах, а в чём-то, что можно лишь почувствовать. Астрея вышла к ряду и объявила:—Среди них осуждённые есть, — она подошла к третьему слева и хлопнула его по спине:—Осуждён за незаконную торговлю запрещённых веществ и мошенничество, — она прошла ещё двоих и хлопнула ещё одного по спине:—Осуждён за четыре спланированных нападения с особой жестокостью, состоял в группировке, —  ещё одного и хлопнула последнего осуждённого:—Грабёж, — она обернулась на j-7.—Доказано, — ответил он, попутно отдавая приказ увести подопытных. Пик потёр ладони:—Это было весело. Продолжаем, — Астрея двинулась на место, проходя мимо клетки Мика получила:—Ты следующая… — по спине прошлись жуткие мурашки. 14-ый это заметил. Он не знал, что он сказал ей, но это было не важно. Она встала за свою кафедру, и 14-ый тихо прошептал ей на ухо:—Это пустые угрозы. Продолжай, — Астрея сказала:—Мик крал данные и делал это регулярно. Последняя его удачная вылазка случилась как раз на днях. Именно тогда…— Мик прервал её, вставая на ноги. Его макушка почти доставала до потолка клетки. Он прошипел:—И скажи мне, даже если я оборотень, то как я воспользуюсь компьютером, если даже читаю по слогам? Информацию с железных тараканов мне не снять никак. То же и с камерами. Я не смогу даже включить компьютер, не говоря уже о том, чтоб взломать камеры, а вот у тебя это вполне получится, ——Ложь. Я не называла тебя инициатором. Ты лишь чья-то пешка. Ты таскал данные кому-то другому, кому-то, кто карта, кому-то, кто хорошо владеет кибер-технологией и достаточно умный, чтобы взломать сеть камер, — J-3 вмешалась:—Однако камеры не подавали сбоев всё это время. Расследование показало это, — Астрея ответила:—А если некто не перехватывал камеры под свой контроль, а желая остаться незамеченным подсоединился к сети? По причине своей продвинутости, некто не составит труда выудить информацию с флэшек. Мик - инструмент добычи этих данных, который должен быть остановлен!—Кого вы хотите обвинить во взломе? — спросила J-3, — Имперских Теней? Повстанцев? — Астрея, в отличие от 14-го, даже обрадовалась этому вопросу и ответила с лёгкой улыбкой:—Мик систематически крал сведения и относил их по одному и тому же маршруту в одну и ту же сторону. И пока ему это удачно удавалось. Но в его последнюю вылазку, которую я уже упоминала, он не остался незамеченным. А вот теперь… Свидетель в студию! —  Пик потёр лицо ладонью: "Где она успела найти свидетеля за день?!"

   Двери зала открылись, и Пик не сдержался:—Чтоб меня молнией шарахнуло…

(1 "Сон - бальзам природы" © Уильям Шекспир)