10. Арка: "Загадочные События" 5. Бракованные

   Прошла неделя с того момента, когда Военный Совет вывел вердикт предателям родины, предателям короля. Куроми лично назвала их имена, не забыв включить в свой список Куроказе и Куроитами.

—Да как ты смеешь ставить нас в один ряд с этими отбросами?! — рявкнул Куроказе, ударив по столу ладонью так, что грохот разнёсся по залу заседания. Но вопреки ожиданиям Куроми не села на место. Она сказала:—Более 20-ти солдат независимо и единогласно указали на вас и Куроитами, как подстрекателей волнений и бунта! На руках следствия есть показания, доказательства и право предъявить вам обвинения в государственной измене! — Куроказе обратился на короля, что оставался непроницаем и молчалив.—Есть ли доказательства, что эти карты не давали показания под пытками и давлением? — и Куроми утвердила:—Есть.—Вы запустили следствие против нас, не имея никаких оснований полагать, что это мы! Это тоже преступление! — Куромаку развёл руками, а Курон, со скучающим видом сказал:—Товарищ Куромаку тут ни при чём. Это я пустил следствие на проверку вас. И, кажется… — Курон оторвал взгляд от пальцев, сомкнутых в замок, поднял его на виновных и сказал, надавив голосом, — я не ошибся, — Куроказе бессильно указал на информатора:—Это просто возмутительно! Вы запустили тайное следствие на имена Советов, снабдив дознавательницу необходимыми привилегиями, которые не даются безосновательно, исходя из личной неприязни! Вы нарушаете закон! — Курон был спокоен.—Я не испытываю неприязни к вам. Моя неприязнь адресована вашим поступкам. Видите ли, вы поступили так же, как и в прошлый раз, — Куроитами сглотнул ком в горле. Курон развёл руками, немного откинувшись назад на стуле:—Слухи, заговоры, подхалимство и прочая гниль…

  "Курон знал, о чём говорил. После инцидента 01 Куромаку сообщил ему:—Курон, я собираюсь отправиться в небольшую экспедицию к Красным Горам. На это время ты за главного, — сказал король, магией погружая модуль реактивного ранца в багажник машины.—Так точно, — отчеканил регент. —Я не буду недоступен для связи. Над Красными Горами не стихают сильнейшие грозы и электромагнитные бури, исходя из данных. Я предпочитаю быть готовым ко всему, но это невозможно. И если… — он закрыл багажник, — если я не доберусь до Данте, если условия Красной Гряды окажутся суровее, чем я думал, то ты должен провести "красный протокол",  — сказал король, на сей раз поглядев на информатора, этим взглядом потребовав от него ответного взгляда. Он хотел убедиться, что Курон его понял. Курон через силу посмотрел на своего создателя. И в его взгляде король прочитал нежелание даже предполагать такое. Курон отвёл взгляд в сторону, сделав вид будто он о чём-то задумался. —Курон, посмотри на меня, — и информатор снова посмотрел на него.—Шанс этого очень мал, — милосердно сказал король, осознавая, что это лишь от части правда, — я сделаю всё, чтобы экспедиция увенчалась успехом, чтобы вернуться к вам, — Курон как-то дёргано кивнул головой, показывая, что он понимает, но он не мог справиться со своей тревогой. Сейчас может быть последний шанс сказать. Сейчас может быть последний шанс его остановить. Но Курон впервые даже не знал, как сформулировать, как сжать, как умерить роящиеся в голове мысли и сомнения.—Курон, Данте не даст мне погибнуть в его горах. Да и разве за даром меня назвали "каменным королём"? — сказал король, стараясь верить в это. Он пытался приуменьшить то, что сам с дрожью то ли нетерпения, то ли опасения, собирался совершить. Красные Горы - неприступная стена Сукхавати, горная территория, по его оценке: "Территория колоссальных размеров и похожая на поверхность Марса, но с незатихающими шторами, как на Юпитере," — выражался король. Курону такое сравнение было непонятно, но звучало угрожающе. Самое страшное - там было легко потеряться. —Курон, ты справишься, — сказал король. Курон ответил:—Так точно, — кажется, на секунду он забыл придать своему голосу обычную твёрдость. —Это не вопрос, — сказал король, проходясь глазами по списку и готовясь отправляться.

  Курон знал, что последует за этим. Настоящая первая проверка его годности, как регента короля. О наличии потенциальных противников он уже знал. Он знал, что кто-то может попытаться побороться с ним за его место. И хотя Курон знал, что, на самом-то деле, своей доли он бы не пожелал и врагу, многие не видели обратной стороны. Многие не видели обратной стороны его работы, тяжёлой и опасной. Порой его самого ломило так, что даже ему казалось невозможным встать. Но у него не было выбора, кроме как продолжать. Ведь кто как не он способен на это? И он бы рад на день передать завистникам свою работу, чтоб те уже в начале взвыли, как брошенные собаки. Но он не может.

  Не прошло и двух дней с ухода короля, как на закате к строящемуся замку явились карты, недовольные раскладом инцидента 01, готовые бросить вызов Курону. И как бы его не отговаривали орлята (верные друзья и товарищи короля и регента), Курон сам вышел к негодующим.—Что за шум после отбоя? — спросил он, покидая тьму коридорам выходя на свет, не таясь, не страшась гнева тех, кого всегда будет видеть, как детей. —Мы требуем справедливости! Почему вы не понесёте наказания за опрометчивость младшего информатора? —Да! За гибель тех, кто погиб по его вине, по вашей вине!"

—И всё же. Я оказался красноречивее вас. Что в тот раз, что в этот. Идя на это вы должны были знать, чем всё закончится, — сказал Курон. Куромаку молчал в своё удовольствие. Ему было незачем встревать и рушить этот величественный, загадочный и бесспорно мощный занавес "принца". В некоторой степени его тоже удивляло то, с каким удовольствием Курон медленно зажимает их к стенке (для расстрела). Кажется, это конец. —Нам стоило сделать это раньше, но мы дали вам шанс измениться. Вы выбрали идти трудным путём. Все здесь присутствующие и в том числе прокуратура уже подписывали петицию о вашем разжаловании до нижайших чинов, а вместе с этим вы лишаетесь всех чинов, наград и привилегий. Конкретно вас ждёт ликвидация, — его голос отдался эхом в зале Советов. Это развязало Куроитами язык:—А как же суд?! Разве мы не можем рассчитывать на защиту своих прав, как граждан?! — король поднял руку и показал ладонь, намекая ему молчать. Курон продолжал: —Разумеется, но не думаю, что у вас много шансов выиграть в этот раз. Напоминаю, что прокуратура уже обработала ваше дело, — Куроказе воскликнул:—Без нашего ведома?! — он метнул взгляд на Куроми. Та продолжила:—На наших руках более 20 записей с признанием проверенных подозреваемых в связи с вами. 8-ой и 5-ый взводы королевской стражи, задержанные прямо во время свершения саботажа. Однако, я выдвину смелое заявление, — Куроми перевернула скреплённые бумаги:—Покушение на капитана Куроканши было совершено не членами 8-го взвода. Это сделала Куроханако, сотрудница подразделения Бета, под командованием Курохары. Возможно ли сотрудничество подразделения Бета с бунтовщиками, Куроказе? — повисло короткое, но напряжённое молчание. Куромаку понимал, что вопрос риторический. Куроказе решил продолжать первую тираду:—Факт бунта никто не отменяет, но прошлого не хватает, чтобы заявлять, что это мы стоим за всем этим? — он поднялся, прищурился и сурово спросил:—Госпожа дознаватель… Действительны ли показания?—Уточните вопрос, — твёрдо потребовала Куроми. —Мы все здесь знаем о том, чем вы прославились в рядах армии, — в его глазах что-то зловеще сверкнуло, — кровожадностью. Во время столкновения с 8-ым взводом прошлой ночью и не только тогда, вы проявляли особую жестокость к противникам, зачастую… Кхм… Обгладывая их до костей… Ваша слава ходит далеко впереди вас, — Курон хотел возразить, но Куромаку незаметно стукнул перед ним пальцем по столу, намекая молчать. Он так и прочитал в этом: "Не торопись, Курон, она справится".—Показания даны по доброй воле без применения элемента пытки. Как уже упоминалось, у нас есть 20 с лишним записей допросов. Ваши адвокаты проиграли защиту. Они не нашли ни единого даже косвенного доказательства вашей непричастности, — Куроказе медленно сел на место. Курон продолжал:—Я озвучил ваш приговор за государственную измену. Ваши семьи получат полный отчёт о ваших деяниях и будут поставлены на учёт. Мы не предадим это дело широкой огласке. Ваши данные будут стёрты.  Если среди ваших друзей или родственников будут заговорщики, их судьба тоже будет незавидна. Вам тоже стоит это учесть. Никто из них уже не попадёт в за́мок на службу. Мы дадим вам увидеться с вашими семьями до ликвидации, по вашему запросу, однако вы предстанете, как заключённые и не можете передавать что-то им или принимать что-то. Вы проведёте свои последние дни до исполнения приговора в одиночных карцерах без допуска к общению и свету. И если товарищ Куромаку будет благосклонен, вас ликвидируют с помощью укола большой дозы сомния. Почти безболезненно. Если нет… — он сделал паузу и сказал то, о чём пожалеет, — вас ждёт участь быть добычей Гарпии. Как вы и сказали, её нужно кем-то кормить… — сказал он. Куроми не могла не признать то, что это застало и её врасплох. Она вдруг подумала об этом и во мгновение ей стало дурно. Она закрыла рот ладонью, опасаясь, что выплюнет свой желудок от отвращения. Благо он был совсем пуст. Куромаку заметил это и прищурился, не совсем понимая, точно ли он услышал? "Он хочет скормить их Грозовой Гарпии? Курон, это очень жестоко. И к ним, и к Куроми…" — мысленно сказал король, зная, что тот его не услышит. Курохико пробурчала:—Ой, как его прёт… — старший регент говорил о казни так легко, будто речь шла о курсе картлеров за последнюю неделю или о ситуации на рынке. Однако глаза регента горели огнём мщения. Он прекрасно знал, что они виновны: "Но смертный приговор они подписали себе сами, когда стёрли Куроку из памяти Курограда, но я всё помню…" И решив не дожидаться конца собрания, Курон сказал:—Стража, уведите их. Я скоро подойду, — от этого ледяного голоса Макуро тут же вжался в стул, от чего стал настолько маленьким, что еле выглядывал из под стола. Тема эта ему не нравилась. Он помогал собирать доказательства, упорядочивая их, но он подозревал, что не сможет комфортно себя чувствовать рядом с Куроном, когда тот учиняет расправы. —Я боюсь… — сказал он. Курокайхо чуть облизнула пересохшие от напряжения губы. Казалось, что в моменты гнева старшего регента, она сама забывала, как дышать, от страха. Стража увела Куроказе и Куроитами. Они бросили пару злобных взглядов, но отбиться не пытались. И как только двери захлопнулись за стражей, Курон выдохнул и снова его взгляд стал мягче, доверху наполненный душевными терзаниями. Куроки прервал тишину первым:—Ну и ночка! Выходит, только я спал?

   Куроми по призыву старшего регента пришла, чтобы опознать и убедиться, что здесь все, кто им нужен, чтобы провести "воспитательные работы". И она никогда не забудет лицо Куроханако, чьё имя тоже оказалось в списке по обвинению в покушении на жизнь капитана Куроканши и содействии 8-му и 5-ому взводам в свершении ночной бойни.—Ханако… — обратилась к ней Куроми, подойдя ближе. Куроханако подняла на неё опущенный взгляд и увидела, что она смотрит на неё с бездонной тьмой. Со злостью.—Ханако, как ты оказалась… Здесь?..  — но Ханако не смотрела на неё. Отводила глаза, презрительно поджимая губы.—Что случилось? Почему ты сделала это? — спросила Куроми, но Ханако ответила:—А какое тебе дело, "младший регент"? — Куроми ответила:—Ты зла на меня? Я что-то сделала тебе? — Ханако процедила:—Думаешь, что никто не знает правду? Думаешь, что вот так же легко можешь и дальше вертеть всеми как хочешь, ведьма? — Куроми продрогла, будто ледяной водой окатили. Это была не та Ханако, которую она знала.—Почему ты так говоришь? — спросила она, — я пытаюсь помочь, — Ханако ответила:—Себе помоги, когда все узнают, кто ты такая, ни король, ни регент, ни капитан тебе не помогут. Попомни мои слова! — Куроми отшатнулась на шаг назад от скованной в наручниках Куроханако. Она сглотнула горечь в горле и отошла к информатору. —О чём ты говорила с ней? — спросил Курон, а сам подумал: "Начнём партию. Пешка на e4". Куроми неловко помялась и ответила:—Да так, мне показалось, что она здесь случайно. Я подумала, может её заставили? — информатор сказал себе: "Решила идти рыцарем на c6? Увиливает".  Курон ответил:—По-настоящему хороших невозможно заставить сделать плохой поступок. Если это произошло, то он либо предатель, либо трус в заводских настройках. Перед тобой сейчас яркий тому пример. Убийцы и предатели родины. Бракованные, — "Рыцарь на c3". Куроми опустила взгляд и спросила:—Тогда, я тоже "бракованная"? — спросила она, провожая взглядом отводимых стражей.—Что? — машинально переспросил Курон, хотя прекрасно слышал: "Пешка на e5?.. Без комментариев. Пешка на f3".—Я оставила подругу, чтобы попасть сюда, оставила своих родителей по той же причине.

  "Рыцарь на f6?.. Дурацкая партия", — Курон ответил:—Ты сделала это ради своего дома. Сейчас ты дома, а мы теперь - твоя семья, — а сам мысленно подвинул фигуру на воображаемой доске: "Рыцарь на e2. Неудачно зашёл. Зачем я вообще говорю это? Не думаю, что это то, что она хотела услышать. Это не отвечает на её вопрос". Куроми ответила:—Тогда зачем вы сказали, что используете меня, как способ казни? Как способ устрашения? — спросила она, кажется ощущая, как на глаза наворачиваются слёзы. Курон опешил, но поспешил взять себя в руки: "Пешка на d5 - я двигаю на d4?" Куроми просипела севшим голосом:—Будто я животное, которому можно бросить своих врагов на растерзание!.. — "Рыцарь на e4… П-пешка на g4… Нет… Зачем? Это тупо…" — Курон ответил так, будто не понимает её обид:—Гарпия бы оценила такое сравнение, — Куроми снова повернулась на него:—А кто вам больше по душе я или Гарпия? — Курону пришлось признать, что она застала его врасплох: "Посол на e7. П-посол на d2. Ч-чёрт, что я делаю?! Надо отступать… Нет".—Ты и ты это знаешь. (Пожалуй, ты знаешь это даже слишком хорошо), — её рука в стальной перчатке сомкнулась на кофте на груди, и она сказала:—Я каждую секунду подавляю в себе эту тварь. Это тяжело и больно… Она постоянно хочет есть, а я не хочу кормить в себе это чудовище… — всхлипнула она, — и когда они сказали, что я монстр, я ожидала этого, но когда это сказали вы… — Курон обратил на неё взгляд. На её глазах наворачивались крупицы слёз.—Когда сказали, что будете кормить ими это чудовище… Я… Мне стало так мерзко от самой себя, — она приложила руку ко рту, а второй коснулась живота, ощущая, как внутри поднимается вихрь. —Куроми… — но она не закончила.—Я занималась собой: медитировала, принимала таблетки, проходила курсы психотерапии, вела дневники, чтобы отслеживать провалы в памяти, которые в последнее время случаются реже и реже. Я шла на поправку. И всё это, чтобы вы чувствовали себя в безопасности рядом со мной. —Куроми, я… — она отвернулась, чуть подняла голову и проморгалась. Он не знал, делала ли она вид, что что-то увидела наверху или же просто держала слёзы усилием воли.—Я хотела быть самой собой. Быть Куромико, которую все могут звать Ангелом. На которую могут положиться, которую не боятся её семья и друзья, — она шмыгнула носом и снова повернулась к нему, — но вам видно нужна Гарпия… Нужно ваше оружие, а не я, не надо больше говорить мне, что вам нужна я и делать мне одолжения, — Куроми взмахнула крыльями и поднявшись в воздух, скрылась. "Посол на h4. Шах и мат… Идиот…" Он потёр пальцами глаза, не зная от чего: от усталости или от раздражения. —Я так устал… — сказал он, когда проходя по территории заметил, что Куроканши куда-то направляется. Он шёл к воротам. —О, товарищ Курон, добрый день? — Курон подумал: "Был бы добрый".—Добрый… — ответил Курон и Куроканши почувствовал себя ещё более неловко. Вообще он надеялся, что сможет прошмыгнуть мимо информатора не будучи замеченным. Но тот, не сказать, что желал погружаться в свои мысли. —Куда ты? — спросил Курон, желая выглядеть заинтересованным, как оно от части и было, да забыл немного изменить выражение лица. Потому выглядело так, что он спрашивал из вежливости, чтоб поддержать разговор, но оставался безучастным и даже откровенно раздражённым. Куроканши неловко признался:—Эм… Мне пришло письмо от мамы. Она хочет меня видеть после случившегося. Наверное, прочитала в Вестнике о заговоре и битве в корпусе стражи, — Курон понимающе кивнул, всё ещё не осознавая, что (из-за уставшего и раздражённого выражения лица) выглядит он так, будто сейчас пойдёт и убьёт кого-нибудь. Куроканши побоялся, что это ему, потому неловко оправдавшись, поспешил ретироваться. Старший регент не возражал. Он вообще понял, что сейчас ни с кем разговаривать не хочет.

  Он побрёл прочь, невольно в сторону ботанического парка. Именно здесь стояли статуи, здесь выводились новые сорта растений, Йота игрались с генетикой, чтобы вывести нечто новое и потенциально полезное. Регент хотел отвлечься от любых мыслей, но всё думал и думал про Куроканши. Курон знал, из данных, которые у него были, что у Куроканши нет ни братьев, ни сестёр, он у своей больной матери единственный сын. Курокусари работал с Куроном и Куроиоши, но трагически погиб, потому что ослушался прямого приказа и предпринял попытку вызволить Куроиоши [на тот момент младшего информатора] из плена пиковых. Курон сам не мог поверить, что собирался бросить Куроиоши. Но возвращение за ним могло значить захват всего ослабленного отряда, допрос, выдача драгоценной информации и последующая смерть всего отряда. Ценнее одной жизни только две жизни.

"—Он увёл их от нас! Мы должны его спасти!—Товарищ Курокусари, прямой приказ товарища Курона! Нам нужно отступать!—Но мы не можем его бросить! Товарищ старший, прошу вас! Он же ваш напарник, он наш друг! — но в ответ Курон повернулся к нему и ответил почти по слогам:—Всем отступать к северо-восточному бастиону! У нас нет ресурсов, чтобы возвращаться и провести спасательный рейд на первый лагерь, — у Курокусари был разбитый вид. —Я не могу в это поверить… Вы бросите его?!—Чтоб жили другие! — сказал Курон, теряя терпение. Курокусари ощущал боль потери, но не кичился кричать. Курон же молча и болезненно давил в себе желание поддержать Курокусари. Он не мог терять самообладание. Ему не положено. Курон отвернулся, жестом давая остальным команду идти за ним.—Товарищ Курон! — позвал Курокусари. Но поняв, что тот не реагирует, он выставил руку на него и схватил его телекинезом. —Я не уйду без него! — он подтянул информатора к себе телекинезом. Кто-то из отряда воскликнул:—Кусари, что ты творишь?! — теперь Кусари схватил Курона за шиворот и ответил по слогам:—Я не уйду без него! — глаза Курона засветились и уровень взял своё. Курокусари был всего-то 3-кой, пусть даже с огромными для тройки телекинетическими способностями. Курон был 6-кой повышенного уровня мастерства. Одна боевая аура разбила телекинез, и Курон ответил:—Тогда ты умрёшь.—И пускай! Я не брошу своего товарища в беде!"

—Это был последний раз, когда я видел его, — сказал сам себе Курон, — они единственные, кто поступил по чести. Видно, я тоже бракованный, — информатор опустился на траву среди деревьев и лёг на сырую землю. —И всё за мирное небо над головой, — сказал он, сняв фуражку и кладя её рядом. Он посмотрел на небо. По нему плыли облака, будто парусники в океане голубого небосвода весеннего дня. Которая весна это на его памяти? Эту же дату год за годом он встречал в Курограде, но как сильно изменился город. Из одного шатра в могучую мировую державу и всего за 4 с половиной года. А меняется ли он сам? Полностью ли сознаёт то, кем является для этого города, для этих карт, то, каким он должен быть для них?

  Он пролежал там достаточно долго, впервые почувствовав свинцовую тяжесть в мышцах. Он не заметил, как уснул. День сменился вечером. Информатор открыл глаза и увидел, как пурпурное небо заливает пламенем вечернее солнце. По виду неба, он понял, что сейчас, вероятно, конец рабочего дня.—Ох, это не очень хорошо, — но тут  по лицу его полоснула тень, вторая. Он открыл глаза, решив, что это Куроми, но это была Така. Ручная самка ястреба, которую использовали для разработки крыльев Куроми, а после отпустили, но та не пожелала уходить и теперь она живёт на территории замка. —Вроде как Куроми её в птичник водила, чтобы она нашла себе пару, — и как будто в ответ на это поблизости показался второй птичий силуэт. Они кружили вместе над головой регента. Их охота была в самом разгаре. —Хм. Так вот куда исчезли все полёвки, — рассудил в слух Курон, но после понял, что лично ему эта информация ни о чём не говорит, потому он снова закрыл глаза, решив позволить себе на секунду забыть обо всём, что происходило и что происходит вокруг.

  Но из краткой нирваны его вырвало шипение рации. Раз. Пауза. Два шипения. Срочный вызов. Курон снял рацию нажал на кнопку и сказал:—Старший информатор Курон на связи… Да?.. Что?!. Вы что?!. Понял, уже иду, — Курон поднялся на ноги, присел, напрягся как пружина и стрелой взмыл в воздух над верхушками деревьев ботанического сада. Да, может у него и нет крыльев, но прыгать он точно умел. Он перемахнул в два прыжка деревья сада и вышел на открытое пространство. Рация снова зашипела и неразборчивый голос сказал Курону что-то от чего он и вовсе побледнел, как белый мрамор. —Направляюсь к вам, — ответил Курон, забыв подвести висевшую на на поясе рацию ко рту. Не останавливаясь на бегу Курон взмахнул рукой и прямо перед ним будто огромная лестница появились пятигранные полированные плиты. В коротких прыжках он перемахнул через высокие стены, отделяющие территорию дворца от остального города. Курон замер на верхней плите и увидел, что над городом в сторону от замка, на юго-запад летит Куроми?.. И, судя по всему, в её когтях в бессознательном состоянии карта! У регента промелькнула мысль: "Куроми? Нет. Это Гарпия! Нет нет нет нет! Что если это по моей вине?"

"—А кто вам больше по душе я или Гарпия?"

—Нет… Я не могу поверить, — сказал он.—Да, жесть, — Курон резко повернулся на правое плечо и чуть не столкнулся лбом с Куроми.—А-А-А-А!—А-А-А-А! Ха-ха! Джокер вас побери! — сказала Куроми, отворачиваясь. —К-Куроми?! Т-тогда это… Курокарасу?! — Куроми прищурилась:—Курокарасу в Хелленде по заданию, помните? (Возможно, на его последнем задании), — Курон снова ощутил страх неизведанного. Честно, он думал, что лучше это будет Курокарасу, чем осознание, которое его сейчас посетило: "Неужели кто-то ещё владеет технологией Ястреба?"—Ну так что? Мы пойдем в погоню, или спасение утопающих - дело рук самих утопающих?—Что? О карты! Куроми, за мной!—Да-да, всегда за вами…