6. Арка: "Загадочные События" 1. Лабиринт

  (Первая Арка 2-го Тома. Загадочные События 1. В этой арке не будет кадров из Пиковой Империи, но знайте, что Астрея вернулась туда. Эта Арка полностью посвящена расследованию заговора в замке Курограда.)

—Хм, он и не расскажет. Каждая смерть младшего информатора пронумерована. И инцидент 01 - это смерть первого младшего регента и "младшего брата" товарища Курона в результате нарушения прямого приказа короля трефовой колоды. Всё началось очень давно. Задолго до моего рождения, а может и до рождения моего отца. Первая Трефово-Пиковая Война произошла через два козырных сезона после объявления о существовании государств, которое произошло на Втором Съезде. И в записях о ней есть очень подробные сведения многие написанные товарищем Куроном от руки. Мы, по правде говоря, тоже хороши. Нашим приоритетом была поломка тяжёлой артиллерии и самолётов-бомбардировщиков.

  "Конституция Карточного Мира - это свод кодексов и законов, которые короли приняли на первых Съездах Правителей. Они подразумевают права и обязанности карт. Но Пику не нравился один факт. Кодексы действовали на всех без исключения. В том числе и на Правителей. Это значит отсутствие абсолютной монархии¹ как таковой. Куромаку в основном и предлагал законы, которым должны следовать как Правители, так и карты. Он, как знаток своего дела и знаток Пика, не промахнулся, включив в Кодекс Прав и Обязанностей Гражданина, "Правило Клейма". Эта особая печать - приблуда королей, как лидеров мастей, и доступна к использованию только им четверым. Она лишает карту способности к магии. Помимо этого король может переизбрать своего валета и даму, чего никогда не происходило. Кодекс учреждает гонение карты с печатью предателя, но и накладывает свои ограничения на короля. Король отныне не мог накладывать клеймо на невиновных, не мог переизбрать валета или даму без одобрения абсолютно всех Правителей без исключения. Это делает переизбрание невозможной процедурой. Но у Пика были свои планы. Он предлагал наложить печать на мирное население страны в целях лучшего контроля над жителями. Ведь карт с магической силой будет труднее контролировать, чем их же без неё. Его идея не была поддержана правителями. И это было не выгодно для Куромаку. Так как его Куроград нуждается в их каменной магии для строительства. По-другому, его план нельзя осуществить. Большинство правителей поддержали Куромаку в дозволении картам-цифрам использовать их магию. И накопив достаточно претензий, Пик объявил войну. Он выбрал удачное время. На тот момент у Куромаку не было союзников, кроме Зонтика и Клеопатры, которые были с ним с самого основания государств, а Пика к удивлению поддержали и Эмма, и Вару. Несмотря на то, что Варуленд и для жизни-то был не пригоден, а Эмма-сити был слишком слаб, они поднялись против Куромаку. Как мы уже знаем, Куромаку защитил их и потому, то, что они поднялись против него покажется вам странным. Но на самом деле, они собирались предать Пикового короля. Нанести ему удар в спину. Куромаку этого не знал. Он был уверен в своей победе. Но и у него были бреши в союзниках. Долина Фараонов находилась слишком далеко. Аж через пустыню. Зонтопия же почти не имела достаточно опытных в магии солдат. И располагается Зонтопия на границе с Пиковой Империей. Она и стала первой целью Пика для шантажа Куромаку. Пик напал на Зонтопию днём, и Зонтопия запросила помощи у Курограда, как у своего союзника. Куромаку немедленно отправил свой отряд во главе с Куроку, первым младшим информатором. Это были наиболее квалифицированные карты тогдашнего Курограда. Конечно, ни о каких 9-тках и 10-тках и речи не шло. Карты просто не могли найти себе столько подходящих соперников в мирное время, чтобы подняться до такого уровня. Как вы понимаете, этот отряд был полностью уничтожен пиковыми войсками. Но почему?

  В Зонтопии на тот момент уже был их сверх мощный купол-зонт - их главная гордость и защита."

—Почему же отряд Куроку не отступил под него, когда было понятно, что поражение неизбежно? — спросила Куроми.—Это и есть суть инцидента 01. Старый Совет повесил вину на товарища Куроку. Он выступил в поход без приказа - отряд погиб. Это приняли это за его оплошность и неграмотную оценку ситуации. Куроитами прямым текстом сказал, что он их и погубил. —Это ужасно! Они повесили на него смерти! Он… Он же, наверное, хотел как лучше? — и Куроканши без доли сомнений ответил:—Да, несомненно. Хотя в письменных источниках почти ничего не сохранилось о товарище Куроку. Старые Советы, несмотря на риск перейти дорогу товарищу Куромаку, позаботились о том, чтобы его имя было просто напросто вычеркнуто из истории Курограда. Ныне бо́льшая часть карт и не знают, что у товарища Курона когда-то был младший брат. Я сам этого не знал, пока не порылся в архивных данных и не нашёл то, до чего они не смогли добраться. Всё же большая часть архива находится под защитой Трефового короля. Сунься они туда, и он "откусит им руки". Официальная версия обвиняет Куроку в невыполнении задания и своего священного долга, непослушание прямому приказу короля треф и в бессмысленной смерти 15-ти карт, включая его самого. Из архивов, я знаю, что по этому инциденту возбуждали уголовное дело, которое товарищ Курон и Куромаку проиграли за неимением защитных доказательств. Со смерти Куроку на пост младшего информатора как будто легла тень проклятия. Никакой не служил больше года.—Это я слышала, но мне никто никогда не объяснял, почему эта должность проклята.—Я так-то в такое не верю, но всё говорило само за себя. Были и те, кто уходили раньше, чем прослужили год. Ведь им была дорога́ их жизнь. Каждый, кто не боялся проклятия, в итоге платил дорогую цену, своей жизнью. Именно потому нам сейчас известны 5 инцидентов.—5-ро погибли?!—Трое. Двое ушли добровольно, не прослужив год. Товарищ Куромаку тебе не говорил? Может не хотел напугать? — добавил Куроканши, — как бы удивительно оно ни было, но товарищу старшему довелось работать с многими, кто называл себя младшим информатором, но они все умирали. Даже покинув должность, они не жили долго. Умирали от болезней или были убиты наёмниками Пиковой Империи по устаревшим данным о занимаемом месте при короле треф. И все, как бы их не защищали, погибли страшной смертью, — сказал Куроканши. Они спустились на -8 этаж. Куроми сказала:—Тогда понятно, почему отбор на это место был таким жёстким, — Куроканши ответил:—Да, это тяжёлая и чаще всего смертельно опасная работа, с которой не каждый справится. Ты первая, кто прожил дольше года занимая этот пост.—Но… Тебе же предлагали это место? — спросила Куроми и Куроканши остановился. И Куроми поняла, что он в замешательстве между выбором сказать правду или соврать. Помнит ли он о том, что Куроми "читает карт, как открытые книги"? —Я не захотел, — неуверенно отмазался Куроканши. Куроми вздохнула. Они остановились на пролёте между -8 и -9 этажами, когда Куроми неожиданно схватила капитана за правую руку.—М? Куроми? — спросил он, когда Куроми заметила на его перчатке пятна… Пятна от чернил… Куроми показалось, что её сердце два удара пропустило. Перчатки Куроканши отличались от тех, что носили король и старший регент. У этих кожаных перчаток не было пальцев, а на внешней стороне ладони были стальные пластины, которые крепились ремнями к руке. И Куроми видела, что чернила смывали, но они остались тёмным пятном. "Нет! Нет этого не может быть! Я не верю в это! Куроканши не может быть нарушителем! Это просто глупо! Он же капитан королевской стражи короля и всегда был честен. Он… Он просто не мог бы лгать так долго и лгать мне".—Что-то случилось? — обеспокоенно спросил капитан, и Куроми решила, что должна спросить его. Кто мог его подставить? И кому это нужно? Куроми аккуратно подвела ладонь Куроканши к лицу и положила на свою щёку, ощущая горячие руки и холодные ремни перчатки. Лицо Куроми теперь изображало невероятную тоску. Она не могла донести на него. И она не собиралась. "Это просто не можешь быть ты…" — подумала Куроми, как будто ища в прикосновении утешение. Будто это могло ей сказать: "Это не он, ты права!" Но ничего. Надо было спросить прямо сейчас. Она знала, что он глубоко оскорбиться этому вопросу. —Канши, скажи мне правду.—Иначе и быть не может, — ответил он.

   Куроми знала, что далеко не все куроградцы искусные лжецы. Это было то, что у них не получалось, вроде отличительной национальной черты. А зная Куроканши, достаточно было всего взбудоражить его, чтобы даже если он и будет лгать, то сдаст себя с потрохами. Тот же приём, хоть и не так хорошо работал на Курона, хотя он не имел за собой привычки врать. Он не умеет. Любой, даже услужливой лжи во благо, он предпочтёт мёртвое молчание.

  Куроми сделала твёрдый шаг навстречу капитану, будучи лишь на пару-тройку сантиметров ниже, он отступил этот шаг назад. Снова и снова.—Куроми, в чём дело?.. — как-то встревоженно спросил он. Её вид действительно стал пугать его. Мягкий и задумчивый взгляд внезапно стал резким и колючим. Она чуть нахмурилась, прищурив глаза в точности так же, как это делали трефовый король или старший информатор и поджала губы в точности, как они. Болезненно-бледная кожа больше не казалась мягкой и шёлковой, скорее походила на полированный белый мрамор, холодный и твёрдый, на котором мутно пляшет свет ламп с соседнего этажа, ведь на столь низких этажах освещение было слабее в целях экономии энергии для чего-то более важного, чем этажей, которые, дай Высшая Сила, посещает хоть одна карта в день. Куроканши показалось, что свет на пролёте стал ещё темнее. Его Куроми, которую он точно знал, как свет, как факел, способный разогнать мрак, прямо сейчас сама клубила её вокруг себя, угрожающе и неведомо. Её мягкое еле уловимое свечение опасно затрепыхалось на ветру внезапной серьёзности. Она всё ещё крепко держала его за правую руку. Но теперь она сдавливала его запястье с такой силой, какую он бы никогда не присвоил ей, если бы не помнил, на что способна Куроми, а тем более Гарпия. Последний шаг и Куроканши сталкивается с холодной стеной. Куроми это особо не волнует. Ей нужно застать его в расплох, чтобы с помощью печати распознать любую ложь, если Куроканши вообще способен на это. Она искренне надеялась, что ошиблась. Ведь иначе он бы оказался вовсе не тем, кем она его считала.—К-Куроми! — позвал он снова, опасаясь, что столкнулся с Гарпией, которая рассматривала окружающих только как разве что свежие куски мяса. Но он, к своему счастью, ошибся. —Устроим маленький допрос, товарищ капитан, — сказала она холодно и властно, свободной рукой убрав волосы с левого глаза и активируя печать. —О чём ты? — спросил Куроканши. Он так-то не вникал в суть вопроса. Он даже не понял, что она его подозревает. Он неотрывно смотрел ей в глаза, ощущая, будто тонет в синеве, в бушующем море штормов.—Откуда пятна чернил на твоих перчатках? — спросила она.—Какие пятна? — тупо спросил он. Куроми ответила:—Товарищ капитан, позволь, но вопросы тут я задаю, — сказала она и заметила, что Куроканши отвёл взгляд от неё, краснея от смущения. Он бросил короткий взгляд на перчатку и с искренним удивлением действительно обнаружил там краску. —Я… Я не знаю… — тихо ответил он. И Куроми отступила, выдыхая: "Это не он. Фух, как гора с плеч". Она отпустила его руку и позволила ему отойти от стены. Куроми снова стала говорить, как прежде. Её взгляд снова стал мягким. Каменный холод на её коже уступил. —Фух. Спасибо. Это не ты, — Куроканши стоял, отвернувшись, закрывая рот ладонью и потирая пальцами пылающие щёки так, будто он мог пальцами стереть сдававшую его с потрохами краску. Куроми подошла к нему и сказала, положив руки на его плечи:—Канши, не сердись, пожалуйста. Мне нужно было точно знать. Прости мне малейшие подозрения на твой счёт. Разумеется, я не думала в серьёз, что ты… — но Куроканши тихо ответил:—Всё в порядке… Я п-понимаю, — Куроми милосердно не настаивала и ненавязчиво предложила продолжить путь до архива, если у капитана не изменились планы. Он согласился, но теперь шёл на две ступеньки позади.

   Остаток пути никто так и не сказал ни слова. Куроми всё гадала, не оскорбился ли он её подозрением? Ей уж точно не хотелось обижать его. А сам гвардеец даже забыл подумать об этом. Наконец, дверь архива распахнулась после короткого пиликания замка на кей-карте. Куроми и Куроканши прошли в архив.—Так так та-а-ак. И где же мои крылья? Есть идеи? — спросила Куроми, радуясь, что можно заговорить о чём-то другом. Всё же, расследования, подозрения, допросы. Куроми это напрягало. Куроканши ответил:—Я не знаю, но Ястреб всегда хранился здесь, пока был приостановлен, — сказал он, указывая в сторону между рядами полок. Куроми вернулась к нему и тоже взглянула туда, в бесконечные стеллажи одинаковых железных ящичков. Казалось, что во все стороны сумеречный, а точнее вообще не освещаемый, архив простирался во все стороны на бесконечные квадратные метры. Стеллажи, будто странные стены лабиринта, были все одинаковые и уходили в казалось бы бесконечную высь, не встречая препятствий. Даже дверь, что привела их сюда как будто стояла без стены, а в бесконечном пространстве архива, будучи единственном источником скудного света из коридора, что тоже успешно пожирался властной тьмой. —Меня сегодня прямо таки тянет на тёмные подземелья и чужие тайны, — Куроканши спросил:—О чём это ты? — тут в его руках зажёгся карманный фонарь его луч, разрезал тьму, подобно лезвию поделив её пополам, ранив, отогнав в дальние углы. Куроканши сказал:—Туда. Там есть отдельная часть для разработок Дельты и Эпсилона и даже их предшественников, — капитан протянул ей руку. Куроми незачем было держать его, чтобы следовать за ним. "Ну раз настаивает. Никому же хуже от этого не будет", — подумала она, беря его за руку. И тут её посетила мысль: "Что если пятна на перчатке оказались с чужой руки?" Это была даже не мысль, это был яркий образ. Как Куроканши подаёт кому-то руку,  кому-то, чей образ в её голове пока расплывчат: "Да не важно, как я представляю злоумышленника. Но чтобы пятна отпечатались, Куроканши должен был столкнуться со злоумышленником сразу после того, как он покинул кабинет. Это значит, что в ночь происшествия он был на ночном дозоре". Картинка стала складываться в черновом варианте. Злоумышленник проник в кабинет, вскрыв замо́к, воспользовался печатью в попыхах, потому не удостоверился, что не оставил никаких улик, покидает кабинет и слышит шаги. Шаги принадлежали капитану. "И если бы злоумышленник попался, вопрос был бы закрыт на месте. Нет, его не поймали за руку. Значит они не пересеклись. Но может капитан видел силуэт того, кто это сделал?  Опасаясь раскрытия, уже после злоумышленник подослал посредника, чтобы перчатки Куроканши оказались с пятнами. Зачем? Чтоб подстрелить двух зайцев одним выстрелом! Чтобы ликвидировать возможного свидетеля и чтобы избавиться от капитана стражи. Это логично. Он враг всем нарушителям закона. Они решили убрать его, чтобы расчистить себе дорожку. Ха! Хитро. Но недостаточно", — подумала Куроми и вспомнила, как около года назад, рассматривая план врага, король треф сказал:

"—Хм. Хитро. Но недостаточно, чтобы обойти нас."

—Куроми, кажется, я нашёл, — окликнул Куроми голос и она обернулась. Действительно. Ящик был помечен её знаком - печать глаза, окружённая двумя парами крыльев. Куроми приложила карту к слоту и ящик с шипением сам выдвинулся. Куроми вытащила спинной модуль на чёрных пересекающихся лямках со знаком треф. Она вытащила из ящика коробку с наночастицами, что больше напоминали мелкий песок. Куроми сказала:—Вот так. Вещички забрали. Можно возвращаться. Спасибо большое, что проводили меня, — сказала Куроми, осознавая, что, как бы она ни храбрилась, как бы не была решительна, предупреждение Дакимакуро заставляло её опасаться остаться в одиночестве. О том, кто она такая, картам-заговорщикам, скорее всего, давно известно. Куроканши они пожелали устранить, а лезть на Курона им, скорее всего, будет кишка тонка, ведь на какую бы легенду они не изощрялись, Куромаку не поверит, если кто-то скажет, что Курон замешан в чём-то незаконном. Он сам создал Курона и точно знает, какие программы закладывал ему. Он чисто физически не может ослушаться. Куроми находится ровно посередине. Она не могла знать, хватит ли наглости у стукачей пытаться оклеветать младшего информатора, который, как они не знают, но тоже на короткой ноге с королём треф.

   Куроми и Куроканши покинули архив и Куроми сказала, складывая добро в Ящик Пандоры.—Чтож. Куроканши, спасибо ещё раз. Но я должна буду спросить тебя. Накануне, не подавал ли ты кому руки? — Куроканши сразу понял, что Куроми хочет знать, кого проверять. Он ответил:—Накануне взлома - никому. Хм. А вот после… Дай-ка припомнить. Ко мне приходила новенькая из Беты, чтобы подать заявку на поступление в королевскую гвардию. У неё было красивое имя. Что-то с цветами, — ответил Куроканши и Куроми поняла о ком пошла речь. —Куроханако, — почти млея от неожиданности и ужаса, ответила Куроми. —О, точно! Мы обсудили тонкости и она показала мне разрешение от Курохары на перевод в подразделение Этта, или как нас называют "королевская гвардия". (Это название чисто символическое,) — Куроми кивнула. —Я только рад, если ко мне кто-то хочет перепрофилироваться. Но. Кажется, на конверте что-то было, — услышав это, Куроми поняла, что это не может быть случайность. —Хах. Подниматься на 10 с лишним этажей тяжко, — сказала она, поднимая голову вверх, на бесконечные пролёты.—Может коротким путём? — Куроканши спросил:—Погоди, мы могли использовать телепорт с помощью колдовского ящика, но при этом топали 10 этажей вниз? — Куроми ответила, пожав плечами:—Это не совсем телепортация. Это короткий путь. Я не могу сократить путь куда-то, где никогда не была. Я должна чётко помнить место, знать где я, и куда хочу отправиться коротким путём. В противном случае мы зависнем в Зазеркалье, — она подкинула ящик так, чтобы он упал на пол. Ящик задрожал, запрыгал и открылся. Куроми сказала:—Держи меня за руку. А-то, ха-ха, придётся вылавливать тебя оттуда, как предмет в инвентаре! — —Ты же сможешь это сделать, если что? — Куроми загадочно ответила, делая шаг над ящиком:—Как знать, — и они исчезли.

  Куроми и Куроканши скользили в то ли липкой, то ли душной темноте Зазеркалья сквозь обволакивающий, холодный дым без запаха. Эта пустота была либо во все стороны видна до бесконечности, то ли в ней ничего не видно дальше носа. Путешествие закончилось слишком быстро, чтобы Куроканши успел что-то разглядеть. —А вот и моя остановочка, — сказала она, выпрыгивая из ящика. Куроканши вывалился за ним, жадно глотая воздух. Он непроизвольно задержал дыхание.—Во! И никаких лестниц. Мне отсюда один поворот, — сказала Куроми, отпуская его, — было очень приятно снова с вами поболтать, — сказала она, ступая по ковру и глядя ей вслед, Куроканши заметил, что на её спине был модуль Гарпии: "Когда она успела надеть её? Мы были там от силы пару секунд".

(1 Абсолютизм / абсолютная монархия - полная власть единоличного Правителя без ограничений. То есть правитель по своему желанию может менять законы, казнить и миловать и так далее. Средневековый политический строй.)