Глава 16: В последний путь

Тёплый майский вечер. Мы идём с Таней по городу, обняв друг друга за талию. Мимо нас проходят, спешащие куда-то люди и проезжают машины, которые своими моторами сотрясают город. Улица довольно оживлённая, поэтому мы держимся близко друг к другу, чтобы не потеряться. Мы идём навстречу ветру, который сдувает наши волосы, заставляя их судорожно трепыхаться. Улица словно идёт в никуда, ведь на горизонте видно лишь уходящее солнце, которое слепит нас своими тёплыми оранжево-красными лучами. Я никогда не чувствовал себя так умиротворённо, как сейчас, в моей жизни будто бы появилось некое подобие гармонии, а если быть точнее, то человек, которого я безумно люблю.

- Фильм, конечно, был хороший, но, наверное, всё же надо было идти на ужастик, - с улыбкой произнёс я.

- Да ну? Сейчас же не ночь, эффект был бы совсем не тот.

- Зато я бы тебя попугал в зале! – прорычал игриво я, после чего протянул левую руку к Тане и начал щекотать её живот, прикрытый за тонкой голубой рубашкой.

- Ай! – взвизгнула она и тоже улыбнулась. Таня легонько стукнула меня по лбу, я рассмеялся и перестал её щекотать. – Нашёл же место!

- Стесняешься? – я приблизился своим лицом к ней и прошептал.

- А если скажу, что ничуть, - игриво протянула Таня и её правая рука оказалась у моей шеи. Она нежно сжала её своими пальцами и хитро посмотрела на меня. – Ты же помнишь, что героиня в фильме убила того, кого больше всего любила?

- Слишком много свидетелей, - уверенно ответил я. – Какой толк от убийства, если преступника сразу же раскусят?

- А может преступник хочет, чтобы его поймали? – сказала она и, убрав руку, остановилась. Я остановился вместе с ней.

Я медленно подошёл к Тане и подтянул её за талию к себе, она чуть не упала от неожиданности и выпятила немного руку вперёд прямо в мою грудь.

- «Неужели вы будете так жестоки со мной?» - спародировала она реплику из фильма и сделала грустную физиономию.

- «А я по-другому не умею», - продолжил я диалог из фильма и ответил грубым голосом, после чего потянулся к Тане и наши губы сомкнулись.

Это было дурманящее и приятное чувство. Её нежные губы были сладкие на вкус, скорее всего из-за попкорна, который мы ели в кинотеатре. Время будто вокруг остановилось, и я бы мог вечно наслаждаться этим моментом.

Таня легонько отстранилась от меня, после чего осмотрелась по сторонам, а я вместе с ней. Люди обходили нас и смотрели, как на прокажённых.

- Ни стыда, ни совести у вас, Роман Грешнов, - деловито проговорила Таня и покачала головой.

- Откуда же может взяться хоть одного из этих чувств рядом с такой прекрасной девушкой, - нежным голосом проговорил я и поцеловал её в щёчку.

Мы взялись за руки и пошли также в сторону уходящего солнца.

- Знаешь, а ты стал куда нежнее целоваться, - подметила она.

- В смысле? – недоумённо спросил я. – Раньше было также.

- Нет, - Таня хихикнула. – Обычно ты был куда грубее, сейчас я чувствую от тебя нежность...

Я ничего ей на это не ответил, лишь широко улыбнулся. Раз она так говорила, то значит хвалила, поэтому не было смысла допытывать её об этом.

Вдруг мой взгляд поймал небольшой остеклённый магазинчик, где женщина продавала цветы. Я отпустил руку Тани и попросил её посмотреть на дорогу и немного подождать. Она подозрительно на меня взглянула, но быстро согласилась и сделала так, как я и сказал.

Подойдя к магазину, я увидел, что там продавали очень красивые тюльпаны, которые запали мне сразу в душу, но узнав их цену я немного опешил, так как всё же бюджет мой не был безграничным. Я суетливо оббежал взглядом все цветы, пока на меня смотрела сердитая продавщица, после чего сказал:

- Дайте, пожалуйста, букет ромашек, - сказал я и протянул деньги.

Она медленно покопалась внутри, после чего протянула мне небольшой букет ромашек, завёрнутый в газету. От цветов отдавало свежестью и запахом травы, ведь когда-то они нежилась под лучами солнца в поле. Я гордо принял букет и, развернувшись, пошёл прямиком к Тане мимо идущих по улице людей. Она стояла лицом к дороге и рассматривала небоскрёб на другой стороне улицы. Её красивые волосы обдувало тёплым ветром, и они качались на ветру, словно волны.

Я подошёл сзади к ней, после чего протянул перед ней букет, держа его в двух руках, тем самым обхватив Таню. Я медленно протянул голову вперёд, чтобы поравняться с ней взглядом и нежно прошептал ей:

- Самой лучшей девушке на планете...

Я увидел, как её щёки начали розоветь, и она стала счастливо улыбаться. Она развернулась ко мне и, закинув руки мне на плечи, обняла.

- Спасибо, - радостно прошептала она, после чего отстранилась и взяла букет ромашек. Она медленно поднесла его к носу и вдохнула, чувство наслаждения появилось в её глазах. – Ах, какие прекрасные цветы...

- Мадам, - позвал я Таню и протянул ей свою руку, она аккуратно вложила в неё свою руку, и мы пошли дальше.

Был ли я рад? Был ли я счастлив? Эти чувства невозможно было описать такими простыми словами, мы с ней были будто одно неразделимое целое, и я был безумно рад, что повстречал её.

- Ром, а ведь в фильме был поднят интересный вопрос, - вдруг вдумчиво сказала она.

- Какой?

- Что такое любовь?.. Вот ты сможешь ответить на этот вопрос?

- Хм... Это, наверное, когда ты всегда думаешь о человеке, - поразмыслив немного, ответил я.

- Значит ты всегда думаешь обо мне? – она улыбнулась, смотря прямо на меня. В её светло-голубых глазах были видны оранжевые лучи солнца, поэтому создавалось такое впечатление, будто я смотрел не в её глаза, а в необъятное небо, где светило прекрасное солнце.

- Думаю прямо сейчас. И буду думать... Я уверен, что моя любовь к тебе не угаснет...

- Ром, это очень смелое заявление, а что, если мы расстанемся? – серьёзным голосом спросила Таня и в этот миг нас окутал резкий порыв ветра.

Я выскочил вперёд Тани и прикрыл её телом от этого безумного воздушного потока. Она смотрела на меня влюблёнными глазами, как и я на неё.

- Ха-ха... Я уверен, что такого никогда не произойдёт, - медленно сказал я, после чего спокойно добавил, – но если подумать... Таня, а я ведь тебя так просто не забуду...не разбивай мне сердце...

- Ах, как ты плохо обо мне думаешь! – она посмотрела на меня удивлённым взглядом, в котором не было никакой обиды на сказанное мною. – Я бы ни за что...!

- Вот и нечего тогда обсуждать такую ерунду, - кивнул я, после чего вновь встал около её левой руки. Мы взялись за руки и пошли вперёд. – Главное, что мы с тобой счастливы...это самое главное.

Держась за руки, мы продолжили двигаться по оживлённой улице навстречу лучам солнца, которые согревали нас. У нас было огромное количество времени, которое мы хотели посвящать друг другу. Мы с ней наслаждались теми минутами, которые я никогда не забуду в своей жизни...

***

Влюблённые парень и девушка уходят с перрона. Они оба счастливы и от них так и лучится безумная энергия любви. Пару минут назад он подарил ей цветы, которые купил в магазинчике, стоящем рядом с железнодорожными путями. Я медленно перевёл на него взгляд и вновь вспомнил о минувших днях, которые уже никогда не вернуть. Вновь и вновь я вспоминаю Таню и с каждым разом я осознаю, что всё потерял.

- Тебя ведь даже нет рядом, а ты всё ещё заставляешь моё сердце болеть по тебе, - прошептал я сам себе, смотря на небольшой букет цветов, точно такой, который я подарил ей когда-то очень давно.

- Ты будешь покупать или что ты тут стоишь?! – прокричала продавщица цветов.

- Не буду, - отрицательно ответил я.

- Ну и вали тогда! Клиентов, итак, немного, ты ещё своей мрачной мордой их отпугиваешь!

Сделав глубокий вдох, я отошёл подальше от женщины, которая была недовольна мной. На перроне уже было не так много людей, так как все давным-давно зашли в поезд и ожидали его отправления. Конечно, поездка во Владивосток знатно сказалась на моем бюджете и свободному времени, учитывая ещё то, что я еду не один; так ещё и ехать целых шесть дней с одной пересадкой. Благо нам с Ирой ещё успело повезти с билетами, и я урвал двухместное купе, а значит хоть всю эту долгую поездку можно будет провести спокойно.

Вдруг передо мной вскочила ворона, отчего я остановился, ведь она преградила мне путь. Она повернула свою голову набок и чётко стала смотреть мне в лицо своим чернющим глазом, который выглядел как необъятная бездна. Я стал внимательно разглядывать чёрную птицу, как и она меня. Ворона каркнула.

- Хм...пошла прочь! – махнул я ногой и спугнул её. Она ещё раз каркнула на меня, после чего улетела в вечернее небо.

Так как перрон был окружён с разных сторон деревьями, лучи солнца сюда не поступали, и я, можно сказать, находился в своеобразной клетке из этих мрачных деревьев, сбросивших свою листву. Чуть выше деревьев на горизонте я видел огромное облако с небольшими прожилками в нём, откуда всё же сочились оранжевые лучи солнца. Время шло, а в этой местности всё было, как и прежде. Я повернулся к зданию, которое являлось здесь вокзалом. Когда-то оно было бежевого цвета, теперь же всё это здание стало серым, впитав в себя грязь с улицы, также на цвете ещё сказалось время, так как участками здание было откровенно чёрным, словно эти места обмазали нефтью. Это было одноэтажное здание с надписью на другой стороне: «Ж/Д вокзал», с помощью него можно было покинуть это забытое всеми место.

Я взглянул на небо и увидел над вокзалом много серых туч, которые в скором времени хотели низвергнуть на него накопившуюся воду. Всё вокруг было слишком удручающим. Треснувший асфальт под ногами, мусор, валяющийся рядом с мусорными баками, которые расположены прямо рядом со входом в вокзал; мрачные опоры контактной сети для железной дороги, которые сопровождают поезда на протяжении всего пути. Хоть в какой-то мере тут и был спрос на всё это, казалось, словно всё же здесь не вокзал, а еле живое место, и что всё в округе здесь никому не было нужно. Продавщица цветов тому была наглядным примером, ведь после того, как она один раз смогла продать цветы, она вышла из магазинчика и выкуривала уже подряд не первую и не последнюю сигарету.

Просидев здесь весь день в ожидании этого треклятого поезда, за который я заплатил достаточную сумму, у меня уже немного сдавали нервы, и я был будто сам не свой. Я разгуливал по перрону вперёд и назад в ожидании Иры, которая отошла в туалет. До этого она ещё успела поделиться мыслями насчёт этой поездки и сказала мне, что ехать целых шесть дней будет скучно, поэтому она за свои деньги купила шахматы и несколько журналов с кроссвордами, чтобы как-то скрасить поездку. Мне было очень приятно от того, что она так заботилась о нас. К поезду идти далеко не надо было, так как он стоял около первой платформы и ждал, наверное, только нас.

Я залез в карман и достал пачку сигарет. Открыв её, мне пришлось разочароваться в увиденном, ведь сигареты у меня закончились. Тяжело вздохнув, я пошёл к мусорным бакам, шаркая ногами по асфальту. Дойдя к ним, я выбросил пачку чётко в мусорку, в отличии от других людей, которые просто бросали мусор рядом. И тут я услышал, как открылась дверь и с вокзала вышла Ира, держащая чёрный пакет в руках.

- Идём? – спросил я её.

- Угу, - сдержанно кивнула она, и мы пошли к открытой двери вагона.

Перед входом стояла проводница, которая должна была проверять билеты. Я засунул руку в карман и протянул ей два наших билета в спальный вагон. Проводница сжала билеты пальцами и пристально уставилась на мою руку, которая была обвязана бинтом, после чего она зыркнула на Иру.

- Пройдёмте, - развернувшись, она пошла внутрь, а мы за ней.

Так как это был спальный вагон, все купе в вагоне были закрыты и являлись двухместными. Она нас провела к третьему купе, после чего открыла дверь, и мы вошли внутрь. Выглядело купе в принципе неплохо, было две кровати, которые отделены белым столиком. Само же купе было бежевого цвета, над каждой из кроватей был небольшой телевизор. На окне висели серые шторы в жёлтую крапинку, а само же оно выглядело немного заляпанным. Пока мы с Ирой осматривались, проводница быстро сходила и принесла нам спальные принадлежности, после чего вкратце объяснила о том, когда подают еду, где можно налить воды и сколько нам ехать. Так как мы ехали до конечной остановки последний пункт нас мало интересовал. Она пожелала нам удачной поездки и сказала, что через несколько часов будет ужин, а также предупредила, что на телевизоре работает только три канала и рядом с кроватью на небольшой полочке есть встроенная подзарядка для телефонов, на всякий случай.

Мы расстелили спальное бельё, точнее его расстелила Ира, я же просто бросил простыню на кровать, сдвинул одеяло в ноги, а подушку поставил около стены. Я снял с себя пальто, после чего повесил его на вешалку, расположенную рядом с дверью и сразу же лёг, облокотившись на подушку. Поезд лишь через несколько минут должен был тронуться, поэтому мы ещё стояли в полной тишине, и я просто смотрел на закрытую дверь нашего купе, ведь это так непривычно ехать в поезде в такой обстановке. В последний раз я катался на нём с Таней, и тогда мы ехали в полностью забитом купе, где было очень шумно и, откровенно говоря, ужасно, ведь тогда там было ещё два других места с не самыми лучшими людьми, но теперь когда я думаю об этом, мне кажется, что даже так это была просто прекрасная поездка, ведь тогда я был с ней и это было самое главное.

Ира сидела на кровати и пристально смотрела на меня, в её взгляде читалось желание о чём-то спросить меня, но она никак не решалась, поэтому я первый изъявил сказать.

- Что такое? – я повернул голову набок и посмотрел на неё. Ира аккуратно взяла чёрный пакет и поставила его под столом.

- Вы думаете о Тане? – боязливо спросила она.

- Думаю, - кивнул я.

Хоть у нас уже образовалась определённая связь с Ирой, я не мог позволить себе большего. Да, она была очень заботливой и доброй девчушкой, хоть и немного скромной, но это не мешало ей не сдаваться в отличии от меня. Я был слабее Иры, ведь она пережила нападение, её избивала и оскорбляла мать, а также она общалась со мной – человеком, который тянет сам себя на дно, и у меня создавалось впечатление, будто бы за все эти случаи она становилась сильнее, она ведь ни разу мне не говорила о том, что её жизнь ужасна, в отличии от меня. Даже её признание, которое я отверг, она приняла хоть и со слезами на глазах, но очень гордо, я бы так не смог. Ира поехала со мной, зная, что я хочу найти любимого человека, зная, что я воспринимаю её лишь как подругу и не более того. Я восхищался ею и понимал, что в любом другом случае, наверное, смог бы полюбить её, также как она полюбила меня.

- Слушай... - задумчиво произнёс я.

- А...? – отвлеклась она от телефона и подняла на меня взгляд.

- А в деревне есть что-то типа полиции? Я просто задумался об этом, когда увидел полицейского на вокзале... Почему ты не обратилась к ним, когда мать тебя принуждала выйти замуж?

- В деревне никого уже нет... Точнее есть один старик, который обычно урегулирует конфликты либо же проверяет подозрительных личностей, но проверяет он очень в редком случае, когда поступает много жалоб. Он раньше служил в полиции, но сейчас уже годы не те, поэтому можно сказать, что деревня пустует в беззаконии, точнее там все друг друга знают и хаоса уж точно не допустят.

- Не допустят говоришь...? – тихо и насмешливо произнёс я, смотря в потолок и вспоминая то, что, если бы я не пришёл на помощь Ире, это могло бы всё очень плохо для неё закончиться.

Я выставил перед собой две руки и осмотрел бинты. Руки ещё немного побаливали, но больше всего болело предплечье, которое мне ранил Максим. Я аккуратно закатал рукав водолазки и посмотрел на бинт, вроде бы он кровью не пропитался, а значит рана всё же затянулась.

- Болит? – грустно спросила Ира, поглядывая на мою руку.

- Немного...но всё пройдёт, не переживай, - отстранённо ответил я, после чего Ира тяжело вздохнула.

- Рома, а вы можете мне рассказать...?

- Что? – непонимающе похлопал я глазами.

- Кем вы работаете?

- Я? В книжном издательстве, редактором...

- Ого, это, наверное, очень интересно, - заинтересованно сказала Ира.

- Ничего интересного, сидячая работа, от которой хочется спать.

- Как же так?

- Это просто работа с текстом, составление, проверка и исправление содержания в соответствии с требованиями к жанру. По большей части это скрупулёзная работа, где ты очень много читаешь...иногда интересные текста, а иногда просто нудные, что можно умереть со скуки. Я пошёл туда не потому, что мне это нравится, просто посчитал, что я очень усидчивый и справлюсь с ней, но даже мне это оказалось в тяжесть...но я всё равно остался.

- А кем же вы тогда хотели работать?

- Кем хотел? – задумался я. – Не знаю...я никогда об этом не задумывался, кроме бренчания на гитаре у меня не было чего-то к чему бы я так сильно тянулся.

- Вы умеете играть на гитаре? – радостно спросила Ира. – Вы обязаны мне хотя бы раз сыграть.

- Как только мне под руки попадётся гитара и ты будешь рядом...я обязательно сыграю, - смеясь, ответил я. Ира мило улыбнулась мне в ответ.

Вдруг вагон немного тряхнуло, и я почувствовал, как мы начали двигаться. Я опёрся на руки и выглянул в окно. Вокзал медленно начал удаляться от нас, а я же стал слышать отчётливый звук поезда, ритмичное «чух-чух». Сначала ритм был довольно слабым и не уверенным, но после поезд начал разгоняться и звук становился всё громче и начал действовать, как сказка на ночь, ведь ничего так не успокаивает в мире, как звуки поезда, в котором ты лежишь и понимаешь, что тебе ехать ещё очень и очень долго.

***

Я смотрю на шахматную доску и понимаю, что я в плачевном положении. Ира походила так умело, что я этого даже не заметил. Куда бы я не походил в данном случае уже ничего не изменилось бы, мой король находится в безвыходном положение, а это значило лишь одно – я проиграл.

- Шах и мат! – улыбнулась Ира и прикоснулась указательным пальцем до моего короля.

- Разве это честно? – нахмурившись, спросил я и облокотился на стену. – Почему я не знал о том, что ты так хорошо играешь? Я уже проигрываю тебе третий раз, какой смысл против меня тебе играть?

- Ну как же? – удивилась Ира. – Мы ведь спорили на то, что тот, кто проиграет, нальёт чай. Рома, вы проиграли!

- Вот же попадалово, - почесал я свой затылок, после чего встал и взял две кружки на столе, в которых уже была заварка. – Ты надеюсь с чаем уже определилась? Я просто не хочу, как в прошлый раз, ходить и заново просить налить кипяток.

- Вы же сами говорите, что у вас спина затекает сидеть и лежать, так вот вам небольшая прогулка, - хитро сказала она.

- И когда ты успела стать такой врединой? – спросил я, после чего открыл дверь и вышел из купе.

Ритмичное покачивание поезда сопровождалось на протяжении всего пути. Нам осталось ехать пять часов, и мы наконец прибудем во Владивосток. Эти шесть дней оказались безумно долгими, благо мне их скрасила компания Иры. Если говорить честно, то находиться в поезде уже на третий день мне надоело, поэтому с каждой секундой мне всё было здесь невыносимее и невыносимее. Особенно учитывая то, что я не в лучших отношения с проводницей. В первый раз, когда я наливал кипяток у неё, она мне залила такую горячую воду, что как только я взял кружки за ручки, ошпарил себе пальцы и уронил их на стол, на котором валялся её телефон. Тогда я услышал много криков и матов в мою сторону, поэтому я был очень недоволен тем, что поражение в шахматах заставляло меня вновь идти и видеться с ней. И каждый раз она припоминает мне тот случай...

Я подошёл к двери и постучался в неё. Дверь открылась и выглянула чуть полная проводница, чья синяя рубашка была в каких-то небольших пятнах и чьи засаленные волосы заставляли чувствовать меня рядом с ней некомфортно.

- Опять ты, вредитель, - буркнула она.

- Я уже сотню раз перед вами извинился, что я ещё должен сделать, чтобы вы меня простили?

- Давай кружки, сама налью, - она отобрала их у меня, после чего захлопнула дверь, будто больше её и не собиралась открывать.

Я тяжело вздохнул и покачал головой, я слишком устал от этого места. У меня было дикое желание курить, но сигарет у меня не было, так ещё, как назло, проводница не курила, и в тамбуре я никого не видел. У меня уже вошло в привычку каждые два часа выходить и проверять тамбур на наличие курящего человека, чтобы найти того, кто утолит мою жажду к курению.

В очередной раз я пошёл в тамбур с надеждой на то, чтобы найти человека, который даст закурить. Я подошёл к двери и приоткрыл её, после чего вновь оказался в сером помещении, где звуки поезда были гораздо громче, чем в любой другой части вагона.

Оказавшись в тамбуре мой нос учуял знакомый запах табака, отчего мне сразу стало немного дурно. Я протёр рукой своё лицо и огляделся. Около двери, через которую я заходил в поезд, стояла женщина в сером свитере и тёмных джинсах. У неё были каштановые пышные волосы, которые перекрывали всю её голову и падали на лоб, прикрывая её левый глаз. Её взгляд был холодным, спокойным, сам же глаз был лишь приоткрыт немного, будто она курила в полудрёме. Она медленно поднесла к своим небольшим розоватым губам сигарету и затянувшись, перевела свой взгляд на меня и выпустила дым.

- Гм... Не поделитесь сигареткой? – указал я глазами на её сигарету.

Она тяжело вздохнула, после чего достала из кармана сигарету с зажигалкой и протянула их мне. Я поджёг сигарету, после чего затянулся и испытал такое расслабление, какого я не чувствовал давно, каждая клетка моего тела наслаждалась никотином.

- Спасибо, - протянул я ей обратно зажигалку.

- За смерть спасибо не говорят, - грубо ответила она.

После такого холодного ответа я нахмурился и подошёл к другой двери, уставился на бескрайние осенние поля, которые проносились за окном. Все эти пейзажи выглядели очень мрачно, так как там не было не единой растительности, лишь голые деревья и опустевшие поля. Но даже этот пейзаж не был лишён лучей надежды от утреннего солнца, которое парило в чистом небе и словно так и говорило мне, что скоро всё изменится.

- Впервые едешь во Владивосток? – спросила женщина, её голос был немного с хрипотцой, не считая того, что сам по себе он звучал достаточно грубо.

- Ага, - повернулся я к ней и ответил. Затянулся сигаретой и словил слабое приятное головокружение, после чего медленно выдохнул дым.

- Один?

- Нет, с подругой...

- Тогда советую быть аккуратнее... - поучительным тоном сказала она и встала боком рядом с дверью, смотря на проносящийся пейзаж. – А то твою подругу уведут. Я как-то давно ехала туда со своим парнем, возвращалась уже с другим...

- А...нет, вы меня неправильно поняли, - покачал я головой. – Мы не пара.

- Брат и сестра?

- Тоже не то.

- Коллеги?

- Нет.

- Неужели просто подруга? – спросила она, выпуская дым изо рта.

- Я ведь изначально говорил, что она подруга, - недовольным голосом ответил я. – Правда...она ещё сама не знает, чего хочет...

- М? – она вопросительно посмотрела на меня.

- Она увязалась за мной и думает, что выбрала правильный путь... - удручённо сказал я и посмотрел на свои бинты на руках.

- А ты считаешь, что это не так? – безынтересно спросила она.

- Ага, от меня одни проблемы, а эта девчонка так ко мне привязалась...что абсолютно не замечает этого...

- Любовь?

- Да...

- Так скажи ей, что не любишь её. В чём проблема?

- Уже говорил, – тяжело вздохнул я. – Я хочу, чтобы она шла своим путём, но она уверенно отказывается от этого.

- Да-а-а, - протянула она, почёсывая свою щёку. – Тяжёлая ситуация...у меня было что-то похожее, как-то я встретила мужчину, который прилип ко мне как банный лист...

- И что же вы сделали? – поинтересовался я.

- Убила его, - спокойным голосом ответила она, взглянув на меня холодным взглядом.

- Если это шутка, то не смешно, - поморщился я.

- А это и не шутка, - фыркнула она, после чего она приподняла волосы со лба, которые закрывали её левый глаз.

То, что я увидел вызвало у меня противоречивые чувства. Из левой оболочки глаза на меня выглядывал полностью стеклянный и неживой глаз, который будто смотрел прямо мне в душу. Зрачок в нём был зелёного цвета, неестественного для этой женщины, поэтому это с каждой секундой выглядело всё более пугающе, когда один глаз смотрит на тебя и моргает, а другой не сводит с тебя взгляда и смотрит так пристально, что волосы встают дыбом.

- Это сделал тот мужчина... Я не захотела быть с ним, и он в отместку выколол мне глаз, после чего я убила его, - всё также спокойно проговорила она, прикуривая сигарету. – Не смотри на меня такими безумными глазами, я добровольно сдалась в полицию и приняла наказание.

- Вы сидели в тюрьме? – удивился я. – Сколько же вам тогда лет?

- А как ты думаешь? – хитро спросила она меня и по её лицу расползлась неестественная улыбка, будто она не умела абсолютно улыбаться.

- Думал около тридцати пять... - почёсывая затылок, ответил я.

- Ха, больше...

- Сколько? – серьёзно спросил я.

- А тебе никто не говорил, что ты бестактный? Никогда не спрашивай у женщины возраст... - сказала она, после чего добавила с ноткой иронии. - И как твоя подруга влюбилась в такого не джентльмена.

- Ну, уж простите, - недовольно ответил я, выпуская дым изо рта тонкой струйкой.

- Я же шучу, не обижайся... Хочешь дам тебе совет?.. Хватит считать, что ты доставляешь своей подруге проблемы, просто полюби её, если эти чувства взаимны. Думая лишь о плохом, ты заставляешь и себя и её страдать.

- Будто это возможно, - поникшим взглядом уставился я в пол.

- Жизнь куда проще, чем тебе кажется. Люди сами привыкли её усложнять.

Меня удивило то, что я слышал эти слова от человека, который сам выглядел мрачнее тучи.

- Тут не только в этом проблема... Я люблю другую женщину...

- У-у-у, а ты у нас прям донжуан, - саркастично произнесла она. – На меня можешь не рассчитывать, ты не в моём вкусе.

Она замолчала, будто ожидая того, когда я продолжу. Я же стоял и думал над всей этой ситуацией, было очень странно рассказывать всё это первой встречной, но я будто бы хотел, чтобы она посоветовала мне что-то, что облегчит груз, висевший на моей душе.

- Я люблю женщину, с которой я расстался очень давно... - грустно произнёс я, вспоминая вновь те дни, которые приносили боль моему сердцу.

- Так сильно любишь её? – серьёзно спросила она.

- Нет и дня, чтобы я не думал о ней...

- Это плохо... В чём смысл односторонней любви? Собери же тогда всё своё мужество и вновь добейся её.

- Не могу, - тихо произнёс я и мои слова растворились в шуме поезда, но она их услышала.

- Почему?

- Я ни разу не видел её после расставания и даже не знаю толком, где она, лишь одни догадки...

- И зачем же тебе такая любовь? – пристально начала смотреть на меня она.

- Будто я могу приказать своему сердцу, - насмешливо произнёс я.

- Значит ты просто ещё не осознал, - тяжело вздохнула она.

- А?

- Не осознал, что должен отпустить её. Я не говорю, что ты сможешь за сию секунду её забыть, возможно, ты не сможешь забыть её всю свою жизнь, но... Ты должен попробовать, попробовать начать жить новой жизнью...

Эти слова были как гром среди ясного неба. Начать жить новой жизнью, позабыв Таню? Разве я способен на такое? Я не первый раз уже слышал о том, что люди советовали мне начать жизнь с чистого листа, но разве я мог...? Что значит начать жизнь с чистого листа? Вновь попытаться стать другим человеком? Или же просто отбросить все свои воспоминания, которые создали из меня ту личность, которой я являюсь? Всё это было тяжело и непонятно... Лишь одна мысль о том, чтобы прекратить любить Таню вызывала у меня в груди спазм, моё сердце немного покалывало и заставляло сжимать меня зубы от боли. Я ведь жил последние десять лет думая лишь о ней, о том, что я всё потерял... Неужели это просто была слепая одержимость? Как бы я не хотел это признавать, факт остаётся фактом, все те моменты, которые меня связывали с Таней были как некая болезнь, которая с каждым разом пожирала меня, ведь я думал о ней и думал, никогда не забывая... Неужели если бы я мог набраться сил, чтобы отпустить давно ушедшую её, я бы смог исцелиться?

- Вы думаете это так легко сделать?

- Конечно, нелегко, если ты так сильно привязан к ней, но ты сам должен понять, что ты из-за за этого страдаешь, ведь ты грезишь о человеке, который мог уже забыть о твоём существовании. Подумай хотя бы о своей подруге, которая влюблена в тебя. Как ты думаешь, каково ей, когда её любимый человек постоянно подпитывает себя надеждой о том, чтобы найти какую-то женщину, которая непонятно где, и постоянно думает о ней? Ты должен начать обращать внимание на тех людей, что рядом с тобой и которые хотят, чтобы ты жил лучшей жизнью. Человек, который отходит от реальности и начинает жить прошлым, сам загоняет себя в такие рамки, где он слаб и ничтожен и не пытается сделать какого-либо вывода из произошедшего... Всё что ты пережил должно стать для тебя уроком, после которого ты окрепнешь и наконец сможешь почувствовать себя счастливым. Конечно, ты можешь сейчас просто начать думать о ней и пропустить мои слова мимо ушей, ведь я просто обычная женщина, которая дала тебе прикурить... Но просто задумайся о своей жизни... Все те моменты, когда ты думал о ней...что если бы ты в эти моменты уделял внимание тем людям, которые окружают тебя...?

Она подошла ко мне и похлопала меня по плечу, после чего уверенно добавила:

- Надеюсь, что ты примешь правильный выбор, незнакомец из поезда, который попросил у меня сигарету. Я буду верить, что у тебя всё наладиться. Удачи!

Я остался один в тамбуре с тлеющей сигаретой в руках. Моё самочувствие было отвратительным, была слабость, как при температуре и мне будто становилось с каждой секундой всё хуже и хуже. Я подошёл к двери и зашёл внутрь вагона. Шум поезда уже не был таким громким, отчего мне становилось легче. Я начал глубоко дышать, так как почувствовал тошноту, желудок придавило. Я подошёл к двери туалета, который был рядом с тамбуром и, открыв её, зашёл внутрь. Подойдя к унитазу, я выбросил туда сигарету, после чего подошёл к зеркалу и посмотрел на себя. У меня был нездоровый цвет кожи, я будто побледнел. Я открыл кран и, налив в руку немного прохладной воды, ополоснул своё лицо. Вода была неимоверно холодной, а это значило лишь то, что у меня поднялась температура. Я согнулся над раковиной и стал глубоко дышать. Я чувствовал, что меня тошнит, но еда всё не выходила, поэтому ощущения были ужасные, меня будто пытали. Я закашлялся, кашель был громким и лишь усиливался. Моё горло содрогалось и болело. В глазах начало двоиться, и я почувствовал, как по моей разгорячённой спине пошёл холодный пот. Я понял, что мне надо попросить помощи, так как мне очень плохо. Смотря в зеркало, я нащупал ручку двери и открыл её, после чего неуклюже вышел из туалета, качаясь из стороны в сторону и чуть ли не падая. Я закрыл за собой дверь и опёрся на стену. Мои вдохи были очень глубоки и тяжелы, лёгкие начали наполняться горячим воздухом. Комната проводницы была буквально в двух шагах. Собрав все свои силы, я сделал один шаг, потом ещё один. Картинка перед глазами превратилась в полную неразбериху. Я вложил всю силу в удар и стукнул по двери проводницы. Я услышал недовольный говор, после чего дверь открылась и передо мной предстал расплывчатый силуэт. Мои ноги задрожали, и я почувствовал, что моё сознание начало угасать, словно выключили старый телевизор, который после выключения ещё небольшое количество времени воспроизводит остаточное изображение. Я немного поморгал глазами, после чего я перестал чувствовать своё тело и полетел прямо вниз...