Глава 10: Последствия

Я ничего не вижу. Мой затылок безумно болит, будто по нему ударили со всей силы кулаком. Я продрал глаза и понял, что лежу в полной темноте, какой-никакой свет исходил по всей видимости только от луны. Я напряг мышцы спины и всё же смог сесть, помимо головы у меня болело всё тело. Я машинально потрогал свой затылок, нащупал шишку и сразу же вытянул руку перед собой, смотря на ладонь. Крови нет. Я облегчённо выдохнул. Развернув голову в сторону улицы, я удивился. Деревня была полностью поглощена во мрак, и лишь в некоторых домах можно было увидеть зажжённый свет.

- Неужели...фонари больше не горят? – болезненно прошептал я и, применив всю свою силу, всё же смог медленно подняться и облокотиться на перила.

Хоть они и чувствовались хлипкими и даже проскрипели подо мной, на удивление, я снова не упал. Меня если честно абсолютно не удивил тот факт, что я провалялся здесь до ночи. У меня была слабость во всём теле, я даже думать толком не мог, поэтому просто принял это как факт. Единственная проблема с который я лишь столкнулся – мне негде ночевать. Я приложил кулак к своему лбу и чуть помассировал против часовой стрелки.

- Чёртово кресло...! – злобно прошипел я, как змея, после чего легонько ударил вновь его и ощутил боль в ноге. - ...Ай!

Смирившись с тем, что это кресло непобедимо, я медленно сошёл с веранды и, чуть качаясь из стороны в сторону, вышел на улицу. Свежий ночной воздух как никогда был приятен и расслаблял моё тело. Зевок вырвался из моего рта, и я понял, что хочу спать. Вскинув голову вверх, я увидел полную белую луну, которая светила безумно ярко, что даже не нужны были фонари. Маленькие негустые облака проплывали по небу и периодически загораживали свет, тускнело буквально на пару мгновений, после чего луна вновь окутывала деревню своим беловатым светом, который скользил по крышам домов и, доходя до земли будто бы менялся, становился бледным.

Идти я мог только в одно место, поэтому неспеша двинулся в путь. Пришёл я туда, как мне показалось, довольно быстро. Благо в доме ещё горел свет, а значит не пришлось бы никого будить.

Я подошёл к двери и постучал три раза. Я услышал какие-то шорохи за дверью, взглянув на неё, я понял, что на ней был глазок, из которого видимо меня решили осмотреть, после чего дверь открылась.

- Рома...что с вами случилось? – обеспокоенно встретила меня Ира. Она была одета в льняную тёмно-голубую пижаму, которая была достаточно большая для неё, она в ней выглядела словно в мешке.

Её чёрные волосы были красиво уложены, и сама она выглядела очень мило, когда меня так встретила, словно я вернулся с работы, а меня встречает жена. Поняв, какой бред мне пришёл в голову, я ею немного потряс, выкидывая глупые мысли, и сказал Ире:

- Я ушёл и как-то даже не подумал, что мне негде ночевать... Ты была бы не против, если...?

- Ночевать...? – прошептала она так тихо, что я еле разобрал.

- Если ты, конечно, против, то я не буду настаивать, - добавил я, после чего уже собирался развернуться, но Ира схватила меня за рукав пальто. Я повернулся к ней, она сразу отдёрнула руку и чуть сжалась.

- Нет-нет...простите, что неправильно поняла...я не против, - сказала она и отошла в сторону, давая мне пройти.

- Спасибо, - благодарно кивнул я. – Я не доставлю проблем.

Я вошёл внутрь, после чего она закрыла дверь и встала справа от меня.

- Можно...? – она глазами указала на моё пальто.

- Ты хочешь помочь мне снять его?

- Угу, - кивнула она, опустив голову.

- Буду благодарен, - выдохнув, ответил я и почувствовал маленькие руки на своих плечах.

Ира аккуратно спустила пальто с моих плеч, после чего я достал руки, и она ахнула. Я сначала удивился тому, что она что-то разглядела в этой тёмной прихожей, ведь даже свет из зала нормально не освещал это место.

- Что же случилось? – непонятливо спросила она, смотря на пальто таким взглядом, будто ей было очень боязно за него. Я увидел, что всё пальто было грязным.

- Ночью по деревне тяжело ходить, можно навернуться, света же толком нет, вот и я испытал это на себе, - отшутился я. Она одарила меня горестным взглядом, после чего подошла к двери, которая находилась левее вешалки. Свет из ванной более-менее осветил прихожую, и я увидел, что зайдя внутрь, Ира аккуратно уложила пальто на ванную, после чего вышла ко мне.

- Я почищу его...если вы не против...

- Я буду только за, спасибо! – оптимистично ответил я, после чего увидел её взгляд на моих джинсах. Смотря на них, она закусила губу. – Они тоже немного грязные...

- Тогда мне тоже надо их почистить...

- Хорошо, - тяжело я вздохнул, после чего снял с себя джинсы. Достав оттуда деньги, ключи и телефон и остался стоять перед ней в своей чёрной водолазке и трусах.

Она смущённо смотрела на меня, да я и сам начал странно чувствовать себя, находясь в таком состоянии перед девушкой, которая только-только закончила школу.

Взяв мои джинсы, она отнесла их туда же, куда и пальто.

- А, точно... Ир, достань зажигалку и сигареты из пальто, - окликнул я её, пока вспомнил.

Она покопалась в карманах моего пальто, после чего вышла из ванной, выключив там свет, и протянула мне зажигалку и сигареты, которые я сразу же взял.

- Спасибо, - сказал я.

Ира зашла в зал, а я последовал за ней. В зале был довольно тусклый свет. Я сразу же увидел, что на диване была подушка около подлокотника и развёрнутая книга. Значит я прервал её во время чтения.

Увидев мой взгляд, она суетливо взяла в руки книгу, после чего зашла в свою комнату, я же расположил на столе все свои вещи. Теперь здесь лежала довольно приличная сумма денег, но боязни за неё никакой не было, ведь я в доме со старухой и с довольно тихой девушкой, которая точно воровать не будет.

Ира вышла из комнаты и протянула мне какие-то чёрные спортивные штаны.

- Это...это...

- Я понял, спасибо, - спокойно ответил я, после чего подошёл к ней и, забрав их, сразу надел. Штаны были коротковаты, они заканчивались где-то на середине моей икры. Я подумал, что очень хорошо, что в доме было не сильно прохладно.

- Вы...кушать хотите...? – неуверенно спросила она.

- Не отказался бы, - ответил я, проглотив слюну.

- Бабушка уже спит, поэтому подождите немного...пожалуйста...

- Хорошо.

Когда она ушла на кухню, я пошёл в ванную и помыл руки, после чего сбросил все свои вещи на диван, оставив лишь на столе телефон. Я посмотрел время, 22:47. Также два пропущенных вызова от Вики. «Что ей надо от меня?» - задался я вопросом и зашёл в переписку с ней. Там я увидел гору сообщений, где она предлагала мне куда-нибудь сходить вместе, после того как она уйдёт с работы, ведь сейчас у меня отпуск, а значит мы могли бы с ней повеселиться. Я сразу же закрыл с ней переписку и, отбросив телефон в сторону, поставил правую руку на стол и облокотил на неё голову, а левой просто легонько постукивал по столу.

Через какое-то время, когда я уже почти заснул за столом, с кухни тихими шажками вышла Ира и, подойдя ко мне, поставила тарелку с ложкой. На ужин у меня было мясо с картошкой, где картофелины были разрезаны на четыре части и посыпаны какими-то приправами.

- Простите, что заставила долго ждать...

- Нет, ничего страшного.

- Рома, вы тогда будете спать в зале...подушка уже есть...подождите секунду, я сейчас принесу одеяло.

После этих слова она удалилась в свою комнату, а я принялся поглощать пищу. Через пару минут она притащила в зал серое шерстяное одеяло и уложила его на диван.

- Прости за неудобства, - сказал я, проглотив вкусный кусок мяса.

- Нет от вас никаких неудобств, - ответила она с слабой улыбкой и в её глазах загорелся маленький огонёк. Видимо она была счастлива. – Я пойду тогда в свою комнату...уже спать пора. Если что-то случится, то...заходите ко мне...

- Хорошо, а тарелку?

- Оставьте на столе... Спокойной ночи, - проговорила она шёпотом и ушла в свою комнату.

- Спокойной ночи, - сказал уже я в уже закрытую дверь, после чего зевнул.

Тело всё ещё болело, но, по крайней мере, не так сильно, как когда я очнулся. Доев вкусный ужин, я положил все свои вещи на стол, немного взбил подушку и растянул одеяло на всю длину дивана. Выключив свет, я забрался под тёплое одеяло и почувствовал наслаждение и блаженство. У меня было такое чувство, будто я весь день занимался важными делами и теперь наконец-таки встретился с кроватью. Поставив беззвучный режим, я погасил экран телефона и бросил его на стол, после чего расслабился. Подушка нежно приняла меня в свои объятия, и я почувствовал слабый запах сирени, исходящий от неё, видимо таким шампунем пользуется Ира. Вдохнув поглубже этот приятный запах, я почувствовал, что больше не могу удерживать веки, этот запах в совокупности с усталостью просто уморили меня и я погрузился в небытие...

***

Сон на грани бреда. Я чувствую себя мокрым, словно лежу в луже. Моё тело морозит, как при ознобе и чувствую я себя просто отвратительно. Мне скорее всего что-то снилось, но этот сон быстро ускользал от меня в бездну, и я просто не мог его уловить. Я вроде бы бежал по мощённой дороге, которая тянулась в даль и конца её не было видно, где-то в дали, минуя тёмное поле с обеих сторон, виднелись многоэтажные здания, из которых можно было видеть свет. Меня немного пугало то, что я явно ощущал чьё-то присутствие рядом с собой, но никого не видел. Я продолжал бежать, освещаемый блеклым лунным светом, который озарял только меня, так обычно свет падает на человека в каком-то выступлении, чтобы всё внимание было сфокусировано на нём. Я всё бежал и бежал, пока не начал видеть вокруг себя слабую дымку, моё зрение будто начало немного шалить, и я, остановившись, протёр глаза. И вдруг раздался звук, словно включили прожектор и где-то неподалёку от меня, на дороге, был освещён ещё один человек. Он был весь чёрным, и я попросту даже не мог разглядеть какую-либо одежду на нём, поэтому угадывать то, мужчина это или женщина я даже не стал. Подул слабый ветер, который принёс мне маленькой нитью, начавшей обвивать меня, до боли знакомый запах, который был сравним с запахом матери или чего-то такого родного, отчего сердце начинает безумно стучать и в тебе просыпается радость. Я, отдышавшись, с новыми усилиями побежал к силуэту, хоть он и стоял на месте, я не чувствовал какого-либо приближения, хотя я вроде бы не стоял на месте и явно ощущал, что несусь, как антилопа.

- Почему ты не пришёл...? – послышался знакомый голос со всех сторон.

Я от страха сразу же остановился и огляделся во тьме. Многоэтажки в дали пропали, пропали тёмные поля, осталась лишь дорога и луна, освещающая её.

- Что значит не пришёл...? Кто ты?! – выкрикнул я вверх, но инстинктивно перевёл взгляд на силуэт человека.

- Неужели ты меня забыл...? Как ты мог меня...забыть?! – последнее слово прозвучало очень ужасающе, словно было воспроизведено из старого телевизора, который еле доживает свои годы, поэтому звук в нём отвратительный и пробирает до костей.

- Как я тебя мог забыть? Я даже не знаю кто ты! – прокричал я силуэту.

- Правда не знаешь? – прозвучал до боли знакомый голос. У меня от него перехватило дыхание, и я затрясся.

- Т-Таня? – еле я выдавил из себя.

- Почему же ты не хочешь со мной поговорить...? Мы же любили друг друга...

- Таня, Таня, подожди, я люблю тебя! – понёсся я к ней, крича во всё горло. Но вдруг раздался щелчок и место, освещаемое впереди меня, пропало. – Таня-я-я-я-я!!!

Я кричал так долго, пока не закашлялся. Я потёр своей холодной рукой горло, после чего медленными шагами вновь пошёл в её направлении, но сразу же остановился. Я услышал странное хлюпанье под своими ногами и направил свой взгляд вниз. Подо мной была странная багровая жидкость, от которой очень сильно разило металлом.

- Я ненавижу тебя...! – послышался сзади ненавистный скрипучий голос.

Я развернулся к нему и увидел в бледном свете луны силуэт. Он был такой же тёмный, как и другой, но главным различием было то, что он просто был в чёрной одежде и освещён малым количеством света, поэтому чем ближе он подходил ко мне, тем отчётливее я мог видеть его.

У него были короткие волосы, зачёсанные набок, кроваво-красные безумные глаза и улыбка, словно у Чеширского кота. Одежда была его порвана во многих местах и там, где дыры были максимально большими, я мог разглядеть куски гниющей плоти, из которых сочилась желтовато-коричневая жижа вперемешку с алой кровью. Всё его телом немного вздрагивало, будто в слабых конвульсиях. И тут мой взгляд упал на его правую руку, я сделал несколько шагов назад. Я увидел там большой кухонный нож, чьё лезвие было таким острым, что при ходьбе можно было слышать слабый звук от разрывающегося воздуха.

- Кто ты...? – спросил я, вглядываясь в лицо этого человека, усеянного шрамами и язвами, из которых сочились черви. Всё это вызывало у меня рвотный рефлекс.

- Неужели ты не узнал себя? – ехидно спросил он.

- Себя...? – продрогшим голосом переспросил я.

- Так ничего и не изменилось, - со вздохом нудно сказал он, после чего вновь взглянул на меня. – Ты никогда не меняешься...ты всегда был жалким и беспомощным...меня это всегда в тебе раздражало.

- Я не понимаю...

- Умри, ничтожество! – проговорил он сквозь зубы и бросился на меня. Я резко развернулся и бросился бежать изо всех сил по дороге.

И резко в воздухе раздался громкий звук разрывания плоти.

- А-а-а-а-а-а! – закричал я от боли в правом боку. Взглянув на него, я увидел, как из меня начала с безумной скоростью вытекать кровь и моё сознание начало меркнуть.

- Ты не достоин жизни...ты должен был умереть!

Моё тело зашаталось, после чего я упал плашмя на живот, боли на удивление от такого падение не было. Но вот рана от ножа болела так сильно, словно там горело пламя.

Из моего тела достали нож, и я сжал зубы со всей силы, чтобы стерпеть боль. Тело больше не слушалось, и я точно понимал, что умираю. К моему лбу прикоснулась леденящая рука, пропитанная моей горячей кровью, которая стекала мне на глаза. Чуть приподняв мою голову, он занёс лезвие ножа около моего горла, я ничего не мог ему сказать в ответ.

- Избавь себя наконец от этой ужасной жизни, хватит влачить своё ничтожное существование! – со смехом проговорил он и перерезал мне горло.

***

Я дёрнулся на кровати, после чего принял сидячее положение. Я начал тяжело дышать, пытаясь проморгаться, чтобы на чём-то сфокусировать взгляд. Моё сердце безумно колотилось в моих висках. Я приложил свою горячую ладонь к груди и попытался успокоиться, начав медленно дышать. Когда я наконец немного успокоился, я перевёл взгляд на стол и увидел, как за ним сидела испуганная Ира, смотрящая на меня, как на какого-то монстра из ужастиков.

- Кошмар приснился, - объяснил ей я. Она понимающе кивнула, после чего уставилась в открытую книгу, которая лежала на столе.

Я плюхнулся обратно на кровать и направил свой взгляд на белый потолок. Я пытался вспомнить тот ужас, который мне снился, но все образы просто вылетали из моей головы. Не то чтобы я был толкователем снов, но мне в некоторой степени стало интересно, что я такое мог увидеть, что проснулся весь вспотевший и испуганный.

Пока я смотрел на потолок, я краем глаза заметил, что Ира не особо то и читает книгу, а если быть точнее пару секунд смотрит туда, после чего разглядывает меня. Я пытался не показывать ей то, что увидел её взгляд, чтобы не смущать, поэтому скинул с себя одеяло и сел на диван.

- Доброе утро, - мило улыбнувшись сказала Ира.

- Доброе, - кивнул я, после чего взял телефон со стола и посмотрел время, 10:13. Весь день ещё впереди. Обычно, когда так говорят, появляется некоторая мотивация, но не в моём случае, когда мне толком даже нечего делать.

Я пошёл в ванную, после чего сделав все утренние процедуры, вышел вновь в зал. Жаль, конечно, что я не мог смыть прохладной водой свою унылую физиономию, но я, по крайней мере, пытался.

Оказавшись в зале, я взглянул в окно. Было светлее, чем вчера. Видимо сегодня была облачная погода с прояснениями, так как пока я смотрел в окно, я увидел, как в него начали проникать небольшие лучики света, которые доставали до самого пола, пронизывая всё вокруг, что только было возможно. В самих же лучах маленькие пылинки кружили небольшой вальс, летая так странно, будто они оказались в эпицентре небольшого торнадо.

- Ир...я, конечно, не нахлебник, поэтому мог бы заплатить за проживание здесь.

- Что вы, нет-нет...не надо, - неуверенно сказала она, замахав головой как кролик, которому на голову попала капля росы. – Бабушка не против...да и я...

- О, нахлебник проснулся! – звонким голосом прервала бабушка Иру. Я стоял в некоем ступоре и не мог понять, я был нахлебником или нет?

- Я как раз только что с Ирой и говорил по этому поводу. Давайте я вам заплачу за проживание, - я схватил пачку денег.

- Тьфу ты! Брось свои бумажонки, Ромка! Сразу видно городской...ничего видимо у вас там по доброте душевной не делают...

- Раньше покупали людей, теперь покупают их труд и услуги, которые они могут предоставить. Тут уже ничего не поделаешь, ведь за деньги можно купить что угодно...что угодно, кроме человеческих чувств...

После моих слов, я увидел, как Ира неловко опустила свой взгляд. Это выглядело довольно забавно и мило.

- Вот он...философ! – рассмеялась бабушка. – Есть то будешь, философ?

- Не откажусь, спасибо.

- Айда за мной, - бабушка махнула в сторону кухни, и я пошёл за ней.

Зайдя туда, я очень удивился планировке. Ведь кухня была достаточно длинной и совмещала сразу же в себе и спальню. На полу был расстелён красный махровый ковёр. После входа, с правой стороны, находилась кровать с тремя подушками на ней. Позади кровати стоял шкаф с фотографиями и прочим барахлом. Около параллельной стены стояли холодильник, плита и длинный стол с кухонными приборами, посудой и другими необходимыми вещами. Рядом же со всем этим стоял обычный стол со стульями, место, где можно было покушать. Так же я увидел тот самый телевизор, который вещал вчера, он висел около окна, на довольно большом расстоянии и не то, чтобы был очень большим, видимо, у бабушки было очень хорошее зрение, несмотря на преклонный возраст.

Она подошла к столу и указала рукой на гречневую кашу с молоком.

- Ешь хоть такое? – хитро спросила она.

- Я всеядный, - пошутил я, после чего подошёл и взял тарелку. – Ещё раз спасибо.

- Да не за что, - отмахнулась она рукой.

Я вышел из кухни и бабушка, захлопнув дверь, включила телевизор – зазвучали новости. Мировой кризис всё ещё процветает. В Европе до сих пор продолжаются конфликты, начавшиеся пять лет назад. В мире как всегда стабильно беспорядки...поэтому о перемирии стран речи быть не может, а значит грядёт третья мировая.

Я попытался отвлечься от услышанного бреда и, подойдя к столу, поставил тарелку и сел на диван. Быстро перекусив, я отнёс тарелку обратно на кухню, после чего решил с утра навестить одного человека.

- Ир, ты уже почистила мои вещи?

- Да, конечно, - ответила она, оторвавшись от книги и посмотрев на меня.

- Спасибо огромное. Я на какое-то время выйду, позже вернусь.

- Хорошо.

Переодевшись и, забрав все свои вещи, я вышел из дома.

Меня встретил чуть морозный, но свежий воздух, которым хотелось дышать полной грудью. Я достал сигареты и зажигалку, закурил и пошёл искать нужное мне место. Я решил найти девушку, которой я тоже когда-то давно причинил боль и думаю, что неменьшую, чем Тане. Не то, чтобы я решил уже прекратить поиски Тани, просто сейчас я всё равно ничего не мог сделать, не единой мысли о том, где она может быть, поэтому можно сказать, что я остановился ненадолго в этой деревне.

Я вышел на площадь, на которой бегали детишки. Смотря на них, мне будто становилось легче, ведь эта деревня всё сильнее была похожа на мёртвое место.

Я прошёл одну улицу, потом другую, осматривая каждый дом и пытаясь вспомнить, где она жила. Конечно, я прекрасно понимал, что, наверное, из той рок-группы все уже давно перебрались в город, но в том доме я бы может мог попросить её контакты и созвониться с ней, хотя я точно знал, что она меня ненавидит и вряд ли будет слушать, но я хотел хотя бы попытаться наладить с ней контакт.

И вот недолго проходив, я всё же остановился около небольшого серого дома, на территории которого стояло небольшое деревце и за домом был сарай. Бросив сигарету на землю, я его тщательно осмотрел. «Видимо это он», - подумал я, ступая к дому. Я подошёл к тёмной металлической двери, которая уже давно осыпалась, поэтому можно было проглядеть на ней ржавчину. Я занёс кулак и постучал три раза. Ответа никакого нет. Отойдя от двери, я увидел рядом с ней окно и, подойдя к нему, заглянул внутрь. Занавески абсолютно всё перекрывали, и я не мог ничего разглядеть.

- Неужели никого...? – прошептал я.

Я, наверное, не был готов к тому, что в доме не может оказаться жильцов в принципе, поэтому развернулся и медленно пошёл в сторону сарая, чтобы ещё раз убедиться, что я не перепутал дом.

Остановившись в пяти метрах от сарая, я точно убедился, что это был именно он, так как увидел ту самую балку, на которой сейчас сидел дед. Лицо его было хмурым с множеством морщин, у него была белая козья бородка, которая затмевала его невзрачные серые глаза. У него был небольшой горизонтальный шрам на лбу, прямо над густой седой бровью, который лишь немного прикрывался чёрной шапкой на его голове. Он был одет во что-то наподобие тулупа чёрного цвета. Сидел и безынтересно читал газету, легонько качая своими тощими ногами.

Я невольно ступил назад и под моим ногами с громким треском сломалась ветка. Я посмотрел себе под ноги, после чего вновь перевёл взгляд на старика. Он уже смотрел на меня своим безжизненным взглядом, который будто высасывал всю мою душу.

- Чего тебе? – грубо спросил он. – Грабить у меня нечего, а одежду я свою не отдам...если хочешь, то лучше сразу убей меня, я сопротивляться не буду.

- Что вы такое говорите? – удивился я.

- А что такое? Ты думаешь здесь кто-то просто так, вроде тебя, ошивается? Конечно, нет. По тебе видно, что ты не здешний...да и людей не так много в деревне осталось, с моей памятью я прекрасно всех помню...ты не из них. Так чего тебе надо?

- Я же не ошибся...это дом в котором жила Кира? – спросил я. Старик удивлённо вскинул бровь, после чего отвернулся от меня и недовольно плюнул на землю.

- А ты кем будешь, чтобы интересоваться? – с подозрением спросил он, видимо не доверяя мне.

- Я...кхм, её давний друг, хотел встретиться с ней.

- Когда ты с ней последний раз виделся?

- Больше десяти лет назад.

- Понятно, - кивнул старик и облизал своим языком обветренные губы, после чего спустился с балки и встал на землю. – Нет её...

- А где можно её найти? – поинтересовался я. – У вас может номер телефона её есть или вы знаете где она живёт... Кира же вроде хотела стать рок-звездой, она сейчас где-то на гастролях небось, я прав?

- Говоришь так, будто ты видел её выступления, - прокряхтел старик, выпрямляя свою спину.

- Да, я видел её выступления...

- Интересно, - замычал он, поправляя шапку и зашёл в сарай. Я подошёл ко входу в сарай.

- Что именно?

- Ты же нездешний, а она никогда не любила играть городским. Скорее всего она тебе доверяла, либо же ты пришёл в компании человека, которому можно доверять...музыка для неё всегда была чем-то сокровенным...

- Не любила играть городским? – непонимающе замотал я головой. – Значит она не в городе?

- Не в городе, - откашлявшись, ответил старик и вышел из сарая, держа молоток в руке.

- Так где же она? – волнительно спросил я. – Я действительно хочу с ней встретиться.

- Это невозможно, - тяжело вздохнул он и медленным шагами пошёл к дому.

Меня начало немного злить отношение деда ко мне. Я быстро оббежал его и встал прямо у него на пути и недовольно сказал:

- Где Кира? Ответьте мне уже наконец!

Старик хмуро посмотрел на меня, после чего вытянул руку вперёд, указывая направление.

- Левее деревни... Идёшь вдоль реки по прямой куда я тебе указал...минут десять отсюда надо идти...придёшь туда, где она покоится...

Старик прошёл мимо меня. У меня что-то ёкнуло в груди после его слов и я не мог понять, послышалось ли мне что он сказал или нет.

- Что значит «покоится»? – еле-еле проглотив слюну, я всё же решил спросил у старика.

- Нет её...десять лет уж как...

- Что...? – сорвался тихий вопрос с моих промёрзших губ, и я немного задрожал.

Небо прояснилось и стремительные лучи солнца осветили сутулую спину старика, которая очень долго вздымалась и медленно опускалась. Я стоял и ничего не понимал, вновь я слышу то, что попросту разрывает мне сердце. Слабый ветерок подул мне прямо в лицо, сдувая мои волосы назад, и будто начал покрывать моё лицо маленькой ледяной корочкой.

Старик шваркнул ногой и повернулся ко мне. Его густые белые брови нахмурились пуще прежнего, а на его лице читалась полная безысходность, ведь мне сама Кира говорила, что она единственная кто остался из их семьи.

- Убила она себя... А я проглядел! – он со всей силы ударил пустой рукой себя по груди, после чего закашлялся. – Старый дурак...! Так ещё и слепой...даже не смог понять, когда ей было плохо...когда ей была нужна поддержка...

- Как?..

- В ванне я её нашёл... наполнила её до краёв горячей водой и вдоль руки сделала огромный порез... Я, конечно же, ничего не мог успеть сделать, даже если бы вызвал скорую... Она умерла, со слезами на глазах и с горестным взглядом, в воде наполненной собственной кровью... (Старик зашипел и со всей силы сжал оставшиеся зубы) А потом в комнате её я нашёл записку: «Спасибо, Роме, потому что за такой короткий промежуток пребывания здесь, он смог мне доказать, что жизнь просто отвратительна, и я не хочу жить с такими ублюдками, как он...»

Услышав это, я сделал несколько шагов назад. Моя голова пошла кругом, и я почувствовал, как абсолютно перестаю чувствовать своё тело. «Она...убила себя...из-за меня?» - повторял я этот вопрос у себя в голове.

- Эй, что с тобой? – спросил обеспокоенным голосом старик.

Я опёрся рукой о дом, после чего развернулся к старику спиной и прикрыл свой рот холодной рукой, хотя чувствовал, что это не поможет, ведь весь мой завтрак уже поднимался наружу. Убрав руку, я сблевал на землю, моё горло и рот словно жгли изнутри. Выплевав остатки изо рта, я стал жадно дышать воздухом, пытаясь охладить свои внутренности, но это дало лишь противоположный эффект и жжение внутри меня усилилось.

- Как ты? – старик положил мне свою руку на спину, пока я находился в согнутом состоянии.

- Хреново, - сквозь зубы проговорил я.

- Не печалься насчёт Киры...я уверен, что она хотела, чтобы про неё вспоминали только хорошее, она сейчас в лучшем мире, - тяжело вздыхая, проговорил старик.

- Как же вы можете спокойно так говорить? – с усилием спросил я, после чего выпрямился, всё ещё опираясь рукой о дом.

- Хм, спокойно? Я остался один без каких-либо родственников и умру в полном одиночестве... Поверь, парень, я знаю о чём говорю. Ты хоть представляешь, что чувствует человек, который пережил собственного сына, его жену, а также внука и внучку...? (Спросил он, прикусив губу. По нему было видно, что он безумно хотел заплакать, но сдерживал свои слёзы, так как пытался всё время вспоминать о своих родственниках только хорошее и старался не горевать) Я потерял абсолютно какой-либо смысл на существование...

- И как же вы тогда...? – в непонимании спросил я.

- Потому что Я, всё ещё живой! – он сделал акцент на я, схватившись за свой тулуп. – Несмотря на то, что я всегда жил ради своей семьи, у меня также была своя собственная жизнь. Я не имею какого-либо морального права самолично забирать её у себя, я был удостоен того, чтобы прожить её. Ты, наверное, сразу же подумал о Кире...но вот что я тебе скажу. Каждый человек волен выбирать сам, но ты также должен понимать, что твоя жизнь всегда находится в твоих руках... Я вижу, что тебе плохо и прекрасно понимаю тебя, но запомни главную вещь... Люди приходят и уходят, но ТЫ, всегда остаёшься один. Ты сам должен поддерживать себя. Ты рождаешься, живёшь и умираешь в одиночестве. Человек никогда не должен равняться на других, ведь каждый из нас уникален. Каким бы ты весельчаком по жизни не был и даже если у тебя было множество родственников, которые смогли проводить тебя в мир иной... Умрёшь ведь ты один, с тобой никто не уйдёт. Поэтому извлеки из смерти Киры хотя бы небольшой урок, ведь человек должен прожить такую жизнь, чтобы, умирая, он вспоминал счастливые моменты, а не думал о том, чего он не успел сделать...

Договорив, старик закашлялся, после чего развернулся и, подойдя к двери, открыл её со скрипом, зашёл внутрь и захлопнул за собой.

Я стоял, пытаясь отдышаться и обдумать его слова.

- Что за бред? Он живёт только потому, что ещё живой...

Я оттолкнулся от стены и вышел на дорогу. Небольшой ветер поднимал пыль с земли, закручиваясь в торнадо, и шёл зигзагами вдоль улицы. Где-то вдали послышались радостные крики детей, к которым добавился лай собаки. Я шёл к площади, шаркая ногами, и думал о Кире. У меня ведь была какая-никакая симпатия к ней и по итогу во что это вылилось? Я довёл её до самоубийства? Настроение было паршивее некуда, что я невольно начал задумываться о том, что моё существование лишь приносит беды людям и никак иначе. Последняя наша встреча с Кирой закончилась тем, что мы жестоко поругались и она сказала мне, что я её больше не увижу. «Неужели она говорила именно об этом?» - посетила мою голову мысль и у меня сразу же разболелась голова. Всё ведь вышло именно так, что я был полным говнюком, который просто воспользовался её телом, говоря, что люблю её, после чего сразу же бросил. Но я ведь попросту не мог тогда ей признаться в том, что она мне была симпатична, ведь я любил Таню. Да и никакого смысла, наверное, в этом не было. Ситуация была отвратительная, а я ещё и продолжал говорить ей то, что она просто не могла слышать... Нет, не ситуация была отвратительная...я был отвратительный... Ненависть к самому себе росла в геометрической прогрессии. «Может я заслужил все эти страдания? Может я тоже должен убить себя, как Кира?» - задавал я логичные вопросы себе, так как дальше с таким грузом я уже просто не смогу жить. В этот момент я даже не мог представить, как человек может убить человека и жить спокойной жизнью... Ведь я безумно мучался от того, что причинил огромную боль Тане, а теперь ещё и узнаю, что Кира убила себя из-за меня...

Погруженный в мысли я вышел на площадь и осмотрелся. Было несколько младших ребят и рядом с ними взрослые. «Неужели смысл жизни в продолжении рода?» - спросил я сам себя, смотря на бегающих рядом со взрослыми детей. Но о своём собственном ребёнке я даже и не мог думать, ведь я сам был как маленький ребёнок, который абсолютно ничего не понимает и до сих пор не может избавиться от своих тараканов в голове.

Я направился к речке, после чего вышел на небольшую возвышенность, медленно пошёл туда, куда мне указал старик. Солнце слепило мне глаза, но мне было всё равно. Обычно люди радуются тому, когда выходит солнце, но в моих глазах было всё серое и безжизненное, даже река, протекавшая справа, казалось мёртвой. Попутный ветер дул на меня, отчего мой шаг немного ускорялся. Я шёл и смотрел на абсолютно пустые поля с левой стороны, где земля уже давно спит и ждёт тепла. В этой уснувшей природе лишь одни камыши всё также качались на ветру, пытаясь разогнать тоску.

Где-то в дали я уже начал видеть какое-то прямоугольное очертание с небольшими точками в нём, которые скорее всего являлись надгробными камнями. Деревню отсюда уже было еле видно, поэтому чем ближе я подходил к кладбищу, тем больше ощущал некую тревожность и негодование.

Спустя пять минут я подошёл к кладбищу и меня встретило одинокое деревце. Оно было настолько тонкое и хрупкое, что качалось при каждом дуновении ветра и издавало звуки, похожие на завывания, словно какой-то зверь потерял своё дитя и не мог сдержать горя. Я подошёл к дереву и положил свою руку на ледяную калитку, после чего открыл её и вошёл в землю мёртвых. Дышалось мне здесь тяжело и чувствовал я себя некомфортно. Все могилки были расположены в ряды, без какого-либо разделения, поэтому я решил обходить ряды по горизонтали, пока не найду нужное имя.

Пока я шёл, я пересёкся взглядом с бабушками, дедушками, женщинами и мужчинами, девушками и парнями, и даже смог найти могилки детей, которые, исходя из даты смерти, видимо родились мертворождёнными. Я никогда особо не любил кладбища, поэтому и не посещал их. После того, как у меня умерла бабушка в десять лет, родители меня позвали на похороны, где мне просто с ничего стало плохо при виде её трупа, и я упал в обморок. Я просто не мог переносить вида мёртвых людей и с этим поделать ничего нельзя было. Хотя, когда я шёл мимо надгробий, ситуация была ненамного лучше. Мёртвые и абсолютно бездушные лица смотрели на меня с широко раскрытыми глазами, кто-то улыбался, кто-то был хмурым, но все они вызывали тревогу в моём сердце. У меня было дикое желание взять и убежать, но я пытался его подавить, ведь все эти люди будто смеялись надо мной, смеялись из-за того, что я ещё живой.

Медленно переставляя ноги, я перешёл в очередной ряд и тут я увидел человека. Через один ряд от меня, некто в плаще стоял над чьей-то могилой, держа в руках цветы. У него были прекрасные белые пионы, которые шелестели при дуновении ветра. Я шаркал ногами по земле, смотря на имена могил, и периодически взглядывал на него, но он будто был не здесь. Человек был весь погружён в себя и, наверное, даже не слышал меня.

Вдруг он нагнулся и голой рукой начал разгребать землю, отбрасывая промёрзшие ледяные куски. Откопав достаточно нужное расстояние, он посадила туда пионы, после чего начал с усилием сваливать землю в эту небольшую ямку. Я стоял смирно и пытался понять около чьей могли он стоял, но он перегораживал имя, а на надгробном камне не было фотографии. Более-менее закопав пионы, он похлопал немного рукой по земле, утрамбовывая её, после чего встал и я наконец увидел чья была эта могила...

- Кира...? – выдохнул я весь воздух из лёгких.

Незнакомец сразу же дёрнулся и обернулся на мой голос. Я перевёл на него взгляд и увидел исхудалое лицо с впалыми щеками и только после этого я заметил сутулость этого человека, поэтому я понял, что это мог быть только он.

- Никита? – неуверенно спросил я, так как мог ошибиться.

- Откуда ты меня зна...? – он оборвал фразу на полуслове, после чего приоткрыл рот и смотрел на меня, словно поражённый.

Я понял, что он узнал меня, а значит он считал меня виноватым в её смерти.

- Как ты посмел прийти сюда?! – дрожащим голосом спросил Никита. – Почему ты вновь явился в эту деревню?

- Я узнал и хотел навестить её... - я стыдливо опустил взгляд, так как чувствовал, как он пожирал меня своими глазами.

- И ты считаешь, что у тебя есть на это право? – спросил он неуверенным голосом. Я слышал в его голосе нотки ненависти, будто он находился в отчаянном состоянии.

- Нет, - твёрдо ответил я.

- Почему...? – чуть ли не плача спросил он. – Что ты такого сделал что она решила покончить с собой?!

Подул ветер, сдувая мои волосы на лоб. Мы стояли рядом с местом, где была похоронена начинающая рок-звезда. Ветер начал усиливаться, поэтому его безумные потоки стали превращаться в целые завывания, так как мы стояли в открытом поле без единого препятствия для него. Солнце скрылось за тучами, поэтому вся близлежащая местность вновь погрузилась во мрак.

- Ты думаешь я хотел такого исхода? – выдавил я из себя, чуть ли не смеясь истерическим смехом.

- Откуда я знаю, что ты хотел?! – сквозь зубы процедил он. Я слышал его прерывистые вздохи, он нервничал. – Всё было нормально до твоего появления...она сама написала, что в этом замешан ты...!

- И, по-твоему, я захотел её убить?! – не выдержав выкрикнул я, и почувствовал как мои глаза начали чуть щипать и моим щекам медленно начали стекать слезинки, сдуваемые потоком ветра, который развеивал их в воздухе. – Ты думаешь я доволен своей жизнью?! Доволен тем, то я убийца?! Да я просто жалкое ничтожество, которое ни на что не способно! ( Моё дыхание начало перехватывать из-за нехватки воздуха ) Моя жизнь превратилась в ад, после поездки в эту чёртову деревню!

Холодные слёзы стекали по моим щекам, ноги затряслись. Я медленно пошёл к Никите, аккуратно переставляя ноги, и несмотря ему в лицо. Оказавшись рядом с ним, я упал на колени, так как совсем обессилел, после чего склонил голову к полу и стал ощущать мерзлоту от земли.

- Прости меня...! – взахлёб произнёс я. – Я никогда и никому не желал зла! Просто я полный ублюдок...который разрушил сам себе жизнь...и другим! (Прокричал я и ударил со всей силы промёрзшую землю. Мой кулак затрясся, и я ощутил холод в руке) Я...я не хотел ничего этого...! Я не могу... Прости...прости...прости...прости...прости...прости...прости...прости...прости...

- Почему ты извиняешься передо мной...? Ты не меня убил...ты убил её... Я не бог и не судья, чтобы судить тебя, поэтому и не могу простить... Если же жизнь действительно тебя наказала, то это заслуженное наказание, - сказав это, Никита ушёл.

Я поднял свою голову, передо мной была её могила. Я сжал от злости зубы и зашипел. Я медленно подполз к могиле на четвереньках, после чего сел на бок, около цветов, стараясь их не задеть и протянул свои дрожащие руки к леденяще-мёртвому могильному камню. Я перед своими глазами не видел ничего, так как их полностью заливали слёзы. Мне было очень холодно и больно в сердце.

- Прости...меня...Кира... - прошептал я, прерывисто вздыхая, и поглаживая камень. – Мне правда было хорошо...с тобой... Я не хотел... Ах...я ничего не хотел делать с тобой... Прости, что соврал при последней встрече...я соврал...ты мне нравилась, но... Какой же я идиот! (Прошипел я и прикоснулся своим разгорячённым лбом к ледяному камню) Я не могу...Кира...я устал...я очень устал жить...Ах... Я очень устал жить в таком аду...! Почему ты убила себя...зачем?! Я ведь того не стоил...в мире есть ещё много хороших людей, помимо такого урода, как я... Почему ты это сделала...? Ты ведь должна была стать рок-звездой...почему ты загубила свой талант...? Я же даже не мог подумать о том...что ты действительно искала поддержки... в лице такого ничтожества, как я... Почему именно у меня...?! Я не верил твоим чувствам... прости...прости, пожалуйста, меня... Нет! Мне нет прощения...но... Почему ты решила убить себя?! Я должен был умереть! У меня нет смысла жизни...! Ты должна была жить! Ты! Не я! Почему ты убила себя?! Почему-у-у-у...?! Я должен был умереть вместо тебя...я...не ты...

Я обнял могилу и больше не смог сдерживать себя. Слёзы хлынули с новой волной, и я закричал от отчаяния, я погрузился во мрак, в ужас, который собственноручно создал и из которого сам я точно уже никак не выберусь...

***

Я стоял под мелким дождём, который будто пытался отчистить меня от грехов, омывая моё порочное тело. Прохладный ветер нежно ласкал мою кожу и погружал меня в некое спокойствие. Я был полностью подавлен. Моё горло болело, как и мои глаза. Было чувство опустошения в груди, словно у меня там была зияющая дыра. Я засунул себе сигарету в рот, после чего поджёг её и затянулся дымом.

- Будешь? – спросил я Никиту, протягивая ему пачку сигарет.

- Не курю, - он покачал головой.

- Как хочешь, - ответил я, вскинув брови, после чего вновь затянулся и прикрыл свои глаза, направил голову вверх.

Моё лицо окропило прохладными каплями, которые приятно текли по моей разгорячённой коже плавной линией, после чего доходили до моего подбородка и, свисая там, задерживались буквально на пару секунд, потом стремительно летели на мою водолазку, параллельно попадая на пальто.

Я вновь поднёс сигарету к своим губам, и назойливая капля всё же поразила её, затушив. Я попытался затянуться, но было уже не то. Недовольно цокнув, я отбросил сигарету в сторону и, засунув руки в карманы, стал смотреть на протекающую мимо реку, где капли дождя устраивали своеобразный танец, заставляя воду покрываться небольшими волнами от их ударов.

- Как сам-то? – решил спросить я.

- Да потихоньку, не жалуюсь, - ответил он, тоже смотря на реку. Вдруг он немного поёжился, после чего поднял плечи и ещё больше ссутулился, видимо ему попала капля за шиворот. – А ты как?

- Серые непроглядные будни, - мрачным тоном проговорил я.

- Понятно...

- Ты один остался из группы?

- Да. Жора переехал отсюда лет семь назад, а Лиза...примерно через полгода после ухода Киры...она больше просто не могла находиться здесь, говорила, что всё напоминало о ней.

- А ты...

- А я остался, живу с родителями, помогаю им.

- Молодец, - похвалил я его. – А я вот своих давно уже не навещал, хотя прекрасно понимаю, что они невечные...

- С этим лучше не оттягивать...сам понимаешь, - поучительным тоном сказал он.

- Ага...

Между нами на недолгое время повисла тишина.

- А чего ты сюда то приехал, спустя столько лет? – вдруг решил спросить Никита, взглянув на меня. – Что-то случилось? Просто я помню, когда Таня приезжала хоронить своего дедушку тебя с ней не было, а мои расспросы насчёт тебя привели в никуда, она просто на них не отвечала... Я тогда ещё горел желанием поговорить с тобой, но вскоре оно кануло в небытие.

- Ну сейчас то я перед тобой. Ты, наверное, хочешь ударить меня, и я прекрасно понимаю, что заслужил это... Я бы сам себя избил да толку только никакого не будет. Врежь мне...

Я полностью развернулся к Никите и расставил руки. Я был абсолютно серьёзен и говорил без тени сомнения, но он лишь скептически обвёл взглядом меня с ног до головы, после чего ответил:

- Не буду.

- Почему? – непонимающе спросил я. – Вот же виновник в смерти Киры, стоит прямо перед тобой. Ударь меня со всей ненавистью!

- Даже если я тебя ударю, что изменится? – скучным голосом спросил он. – Киру уже не вернуть, а я толком даже никогда и не дрался, поэтому ударить не смогу. Или же ты думаешь, что так тебе станет легче? Это вряд ли...

- Значит не будешь бить?

- Нет.

- Ха-ха...меня даже бить не хотят, - горестно прошептал я сам себе.

Никита тяжело выдохнул, после чего развернулся в сторону деревни и медленно пошёл. Увидев, что он уходит, я догнал его и поравнялся с ним.

- Я приехал в надежде увидеться с Таней, - начал я.

- С Таней?

- Да, мы отвратительно порвали с ней и это меня терзает уже долгое время...можно сказать, что я набрался сил и решил-таки действовать.

- Ехать сюда, чтобы найти Таню, - недоумённо проговорил Никита. – А не проще ей позвонить или написать?

- В том то и проблема. Она пропала со всех радаров, и я даже элементарно не знаю её местонахождения.

- Понятно, - тяжело вздохнул он, после чего задумчиво добавил, - и ты думал, что здесь будут какие-то зацепки?

- Ага, - обречённо ответил я, после чего где-то вдалеке послышался раскат грома.

- Я бы тебе помог, если бы мог, но...тут я бессилен...

- Ничего, я и не ожидал изначально от тебя помощи...

- Думал, что я буду сердиться на тебя?

- Нет. Просто в принципе не ожидал, что ты останешься в деревне, так как видно, что вашей деревне недолго осталось существовать.

- Эх, это точно...может действительно пора сказать родителям, что пора переезжать в город...

- Делай тогда это поскорее, зимой будет трудно переезжать.

- Спасибо за совет, - по-доброму улыбнулся он.

- Да не за что, - усмехнулся я, махнув рукой.

Мы шли ещё какое-то время, после чего дождь наконец перестал капать и в относительной близости от нас уже была видна деревня. Я вновь достал сигарету и поджёг её, закурил. Первая затяжка была такой долгой, что я аж закашлялся и мои глаза заслезились. Никита остановился и похлопал меня по спину, но я ему ответил, что всё нормально и мы пошли дальше.

- Ты, кажется, недавно обмолвился о том, что твоя жизнь превратилась в ад, - решил сказать Никита и после этих слов у меня пробежали мурашки по телу. – Неужели ты думаешь, что после разговора с Таней тебе полегчает...?

- Я всё ещё люблю её и всегда любил... Я не могу знать о том, как бы прошла наша встреча, но во всяком случае...я был бы рад, если бы увидел вновь её улыбку и понял, что с ней всё хорошо.

- Говоришь так, будто уже отчаялся найти её, - с подозрением сказал Никита.

- Не отчаялся, - я помахал головой. – Просто принял реальность...было не так уж и много мест, где я мог бы найти её. Во всяком случае её там нет, как и какой-либо информации о ней. Я сорвался ради того, чтобы найти её, но это не представляется возможным...поэтому с каждой минутой я всё больше понимаю, что спешить уже некуда. Наша страна огромная, всей жизни не хватит, чтобы объехать её.

- Это ты верно подметил, - мечтательно проговорил он, смотря в серое небо.

- Поэтому, наверное, погощу немного у вас и отправлюсь домой...

- А у кого ты, кстати, остановился? – с диким интересом спросил Никита.

- У...Иры, - неуверенно ответил я.

- Иры? – нахмурил брови он. – Иры...Красновой что ли?

- Я не знаю её фамилии, - покачал я головой.

- Она ещё с бабушкой живёт, чёрные волосы у неё...и по характеру довольно тихая... Она?

- Она самая, - кивнул я.

- Ром, ты только не обижай её, - предупредил он меня.

- Ты за кого меня принимаешь, Никита? – недовольно посмотрел я на него.

- Ну знаешь ли...

- Это всё уже в прошлом... Я тридцатилетний лоб или ты думаешь я совсем безмозглый?

- Я ничего не думаю. Просто будь аккуратнее и не доставляй им проблем.

- Спасибо за напутствие, - безразлично ответил я.

***

Я нахожусь в полулежачем положении на диване. В доме полная тишина. В моих руках книга, которую я читаю с неким трудом из-за слабого света, хотя я в любом случае читал бездумно, и только для того, чтобы хоть как-то отвлечься от реальности. За окном был непроглядный мрак в вышине которого были видны маленькие белые точечки, сравнимые с крохотными пылинками и кажущимися настолько ничтожно малыми, что мне приходилось чуть щуриться, чтобы они не сливались в единую массу. В деревне было настолько тихо, что моё дыхание в совокупности с каким-то треском, исходящим от лампы, были единственными звуками, которые я слышал в комнате. Сна не было ни в одном глазу, хотя недавно, когда я смотрел время на телефоне был уже час ночи. Моё тело было морально истощено, но я просто не мог уснуть, бешенные мысли, словно плотоядные микробы пожирали мой разум.

Когда же в моей жизни всё пошло наперекосяк?.. Когда я перестал слушаться маму? Когда перестал слушать советы отца? А может всё началось с самого детства, когда меня избили старшеклассники? Может я просто тогда должен был бороться изо всех сил, чтобы они убили меня? Возможно, так бы я доставил меньше проблем людям вокруг себя...

Но...Если бы...если бы я мог только всё изменить на теплоходе...и сказать ей правду...