Часть 8

На следующее утро Гарри проснулся рано. Первые лучи солнца пробивались сквозь толстые окна его новой спальни в Гриффиндоре, мягко освещая старинные деревянные полы и резные картины на стенах. Он потянулся и почувствовал, как его тело наполняет энергия — не та странная, тяжёлая магия, которая преследовала его раньше, а что-то новое, что-то свежее и светлое. Он был готов к новому дню.

В этот момент Гарри вдруг осознал, что он не один. Артемис спал на его подушке, свернувшись клубочком. Но кот проснулся с ним — в его глазах было что-то родное и спокойное. Словно не было ни тени тревоги, ни воспоминаний о том, что он пережил в своём прошлом. Здесь, в Хогвартсе, Артемис был так же спокоен, как и его хозяин.

Гарри скользнул взглядом по своей новой комнате. Письменный стол, несколько книг, окна с видом на зелёные просторы Хогвартса — всё выглядело так, как будто он только что начал свою новую жизнь, будто бы это всё не было чужим, а как-то давно уже знакомым. И всё-таки здесь было нечто волшебное — не в том смысле, что он мог бы колдовать, а в том, что само место словно дышало магией.

Встав с кровати, Гарри принялся готовиться к первому уроку. Он чувствовал, как внутри его растёт волнение. Он так долго ждал этого момента — момента, когда он будет не просто наблюдать за магией, а станет её частью. Его мысли сразу же вернулись к разговору с Артемисом и со всеми друзьями, которые были с ним, когда он ещё жил в Японии. Все они были учителями в магии, и Гарри помнил, как усердно они учили его управлять своим внутренним светом, как научили его чтению и магическим теоремам.

Гарри так любил учёбу. С раннего возраста он привык, что образование — это не просто обязанности, а путь к саморазвитию, путь к открытию новых возможностей. И хотя он учился в магическом мире, его семья всегда старалась привить ему дисциплину и любовь к знаниям, как и в обычной школе Токио, где Гарри учился до того, как его жизнь резко изменилась.

Он вспомнил, как Мичиру, Сецуна и Хотару терпеливо объясняли ему, как важно понимать магию и быть не просто её пользователем, а настоящим её мастером. И вот теперь ему нужно было освоить магию в школе, которая была основана на другом подходе — но Гарри не боялся этого. Он был готов.

Гарри начал одеваться, поправляя мантии и подготавливаясь к своему первому уроку. Он уже знал, что сегодня будет урок трансфигурации, и ему было интересно, что именно ему предстоит изучить. Харука всегда говорила, что трансфигурация — это не только манипуляции с предметами, но и со своей внутренней сущностью.

— «Просто будь внимателен,» — говорил он себе.

Он знал, что магия здесь иная. Но именно это его и притягивало.

Он взглянул в зеркало, уложив свои волосы, и снова почувствовал, как растёт уверенность в себе. После всего, что он пережил, — волшебный мир уже не казался чем-то чуждым. Он чувствовал себя как дома.

— «Готов к новым открытиям,» — подумал Гарри, а Артемис, почуяв его настрой, тихо муркнул, словно соглашаясь с ним.

Выйдя из комнаты, Гарри встретил Рона, который с широкой улыбкой приветствовал его у дверей.

— Ну как, не слишком тяжело было ночью? — спросил Рон, хотя это было скорее риторический вопрос. Гарри улыбнулся.

— Нет, нормально. Не так уж и страшно здесь. К тому же, я вполне привык к большим изменениям, — ответил Гарри, чувствуя лёгкость в голосе.

— Это точно, — кивнул Рон.

Гарри кивнул, хотя сам он не думал, что это будет так важным. В конце концов, он пришёл сюда не ради славы, а ради себя.

***

Гарри шёл по широкому залу, и сердце его трепетало от волнения. В первый раз за долгое время ему не было так спокойно, как здесь, в Хогвартсе. Он оказался в совершенно новом мире, окружённом магией, и, хотя этот мир был полон неожиданностей, Гарри чувствовал себя в нём, как рыба в воде.

Когда он вошёл в Большой зал, его глаза сразу же засияли. Столы, накрытые с изобилием пищи, привлекали внимание. Разнообразие, которое он видел перед собой, поразило его: несколько видов свежих фруктов, тёплый хлеб, ароматы жареного мяса, овощей, омлетов, но особенно его привлекли блюда, которые выглядели как идеальный завтрак для него — рис с морепродуктами. В Японии это было его любимое утреннее блюдо, и в Хогвартсе его ожидала небольшая радость. Без колебаний он наполнил тарелку этим сытным завтраком, наслаждаясь ароматом и тем, как он наполняет его душу теплом.

Гарри, с улыбкой на лице, наслаждался едой, не обращая внимания на удивлённые взгляды других учеников. Он был тут новичком, и это было его первое утро, так что он спокойно ел, не беспокоясь о том, что кто-то его может засмеять. Блюдо оказалось просто восхитительным — рис был идеально сварен, морепродукты вкусно приготовлены, и всё это сочеталось с лёгким ароматом зелени. Когда он закончил, он запил всё горячим зелёным чаем, который также был частью традиционного японского завтрака.

Рядом с ним сидела Гермиона, которая не могла скрыть своего удивления. Она несколько раз бросала на него взгляды, особенно на палочки, которыми он ел.

— Ты… ты правда ешь палочками? — не сдержалась она.

Гарри усмехнулся и посмотрел на неё.

— Да, в Японии все так делают, — ответил он спокойно. — Это просто привычка. Я привык с ними есть почти всё, даже суп.

Гермиона выглядела несколько удивлённой, но быстро поняла, что ничего такого в этом нет. Она снова улыбнулась и, не отрывая взгляда от Гарри, аккуратно взяла вилку, чтобы продолжить свой завтрак.

Тем временем, на другом конце стола появились старосты факультетов, и Гарри заметил, что один из них направляется прямо к ним. Это был мальчик с рыжими волосами и уверенной походкой, на котором висел значок старосты Гриффиндора. Он подошёл к каждому ученику и стал раздавать расписания. Гарри взял свою бумагу и быстро взглянул на неё.

Он почувствовал, как удивление на его лице сменяется легким замешательством. Почти все его уроки были с факультетом Слизерин. Вроде бы ничего необычного в этом не было, но он немного насторожился. Воспоминания о встрече с Драко Малфоем ещё свежи в его голове, и перспектива проводить время с этим мальчиком не радовала.

Гарри ещё раз внимательно осмотрел расписание, пытаясь понять, почему все уроки оказались так скомпонованы. Он вспомнил, как ещё в Японии его обучали, что всегда нужно быть готовым к неожиданным встречам, и даже если ты не можешь выбрать своих сокурсников, тебе предстоит научиться с ними взаимодействовать.

Он посмотрел на Рона, сидящего рядом, и поднял бровь:

— У тебя тоже так?

Рон скосил глаза на свой листок и прокомментировал:

— О, да, кажется, мы будем вместе на многих занятиях. Интересно, как всё пойдёт… В Слизерине ребята точно не особо жаждут дружбы с нами. Там практически все дети Пожирателей Смерти.

Гарри молча кивнул. Он понимал, что в этом мире магии и борьбы за силу конфликты неизбежны. И хотя он не был готов к ним, он знал, что ему придётся найти общий язык со всеми. В конце концов, здесь, в Хогвартсе, у каждого было своё место, и Гарри был уверен, что рано или поздно он найдёт своих друзей и союзников.

Поглощённый мыслями, Гарри продолжил изучать расписание. Ему предстояло узнать много нового, и, несмотря на некоторую тревогу по поводу соседства с Слизерином, он был готов идти вперёд.

***

Первый урок был, конечно же, трансфигурация, и Гарри с нетерпением сидел в аудитории, пытаясь настроиться на магию. Профессор МакГонагалл начала с длинной, но в целом скучной лекции о правилах трансфигурации, о теории превращений и их применении в магическом мире. Гарри, как и многие другие студенты, зевал, несмотря на то, что был не так уж и далёк от интереса. Он всё равно внимательно следил за каждым её словом, ведь, как ни крути, это было новое для него, и было важно хотя бы понять основы.

После долгого вступления она объявила, что они будут учиться превращать спички в иголки. Это было довольно простое заклинание для новичков, и Гарри, в отличие от многих, не волновался. Он был уверен, что справится. Профессор МакГонагалл продемонстрировала, как это делается, вытащив одну спичку и произнеся чёткое заклинание. Спичка мгновенно изменила свою форму, превратившись в маленькую серебристую иголку. Всё это было довольно впечатляюще, но Гарри всё-таки ощутил, что он способен сделать это лучше.

Когда пришёл его черёд, он с лёгкостью произнёс заклинание, как если бы это было что-то естественное. Спичка в его руках сразу изменилась, став идеальной иголкой, и он даже не почувствовал особых усилий. Это было так естественно, как будто сама магия просто потекла через него. Гарри заметил, что он не чувствовал никакой сложности в этом процессе. Его руки почти сами совершали все действия, и магия словно сливалась с ним в единую сущность.

Профессор МакГонагалл, удивлённая, посмотрела на него. Она не ожидала, что новичок, да ещё и из другого мира, будет так успешно справляться с этим заданием с первого раза. Хотя она лишь кратко улыбнулась и сказала:

— Прекрасно, Поттер. Это было впечатляюще. Но помните, что магия — это всегда баланс между силой и контролем. Не позволяйте себе расслабляться, когда будете работать с более сложными заклинаниями.

Гарри лишь кивнул, стараясь скрыть внутренний восторг. Он знал, что в нём есть особенная магия, приручённая и чистая, магия, которую он не раз чувствовал с детства. Его приёмные родители рассказывали ему, что его магия необычна, что она сильна и не зависит от внешних факторов, а сама по себе излучает свет и чистоту. Возможно, это был тот самый момент, когда он наконец-то ощутил, что такое настоящая магия.

После трансфигурации был ЗОТИ — защита от тёмных искусств. Этот урок оказался не таким ярким, но тоже довольно интересным. Профессор Квирелл, кажется, был совершенно не в своей тарелке. Он заикался, едва ли держал внимание студентов на предмете. Но это было не самое странное. Гарри, с его чутким восприятием, сразу заметил, что с профессором что-то не так. В его речи была какая-то несвойственная тревожность, а взгляд — странный, как будто за его спиной скрывалась что-то тёмное.

Когда Квирелл подошёл к доске, чтобы писать на ней что-то о методах защиты от темной магии, Гарри почувствовал, как его кожа покрывается лёгкими мурашками. Где-то глубоко в его сознании возникло ощущение, что этот человек скрывает нечто ужасное. Что-то было не так с этим преподавателем, и Гарри не мог точно понять, что именно.

После урока Гарри подошёл к Рону и Гермионе, стараясь не выдать своего беспокойства.

— Ты заметил? — спросил он тихо, понизив голос. — С профессором Квиреллом что-то не так. Я чувствую… какое-то напряжение в его магии.

Рон взглянул на него с удивлением.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он. — Он просто немного странный. Да, заикается, но, по-моему, ничего особенного.

Гермиона, напротив, внимательно подумала и добавила:

— Я тоже заметила, что он немного нервничает. Может быть, просто стресс из-за работы, кто знает? Преподавание в Хогвартсе — это не шутки.

Гарри не был уверен, что это просто стресс. Он мог чувствовать тёмные вибрации, исходящие от профессора, и это не было случайностью. Он знал, что здесь, в Хогвартсе, скрывается множество тайн, и, возможно, Квирелл был только верхушкой айсберга.

Тем не менее, уроки продолжались, и Гарри знал, что это только начало. Магия Хогвартса открывала для него огромные возможности, и он был готов узнать гораздо больше о своём месте в этом мире и о тёмных силах, которые могли скрываться в тени.

***

Когда Гарри зашёл в класс зельеварения, его сразу же охватило ощущение некой тяжести. Это было похоже на те моменты, когда он встречал людей, которые не могли скрыть своих намерений, когда их магия или энергия была слишком тяжёлой и тёмной. И вот он увидел его — профессора Северуса Снейпа. Мрачный, стиснутый, всегда в чёрном, с взглядом, который, казалось, может прожигать насквозь. Снейп, по всей видимости, не был человеком, к которому легко было подойти. Всё в нём было подавляющим, словно он сам был вечно в своей тени, и никто не должен был нарушать этот мрак.

Гарри интуитивно почувствовал, что этот урок будет тяжёлым, что всё здесь будет иначе. Снейп встал у доски, хмуро осмотрел всех студентов, не произнеся ни слова. Как только тишина стала невыносимой, он заговорил.

— Зельеварение — это искусство, на которое способны немногие. — Его голос был низким и настойчивым. — И здесь мы не будем терпеть слабаков. Все вы хотите стать магистерами в своём деле? Тогда начните с самого начала: с осознания, что зелья требуют дисциплины, знаний и, самое главное, уважения.

Он произнёс речь, которая была больше похожа на перечень правил, чем на настоящую лекцию, и затем начал задавать вопросы. Все ребята, сидящие в классе, заметно напряглись. Чувствовалось, что вопросы были не простыми. Вопросы, которые задавал Снейп, могли бы быть ответами на сложные загадки, такие, что не каждый мог бы их расшифровать с первого раза.

Гарри сразу же заметил, что вопросы были больше чем просто теоретическими. В них было что-то скрытое, будто за каждым из них стояло нечто большее — послание, которое только он мог расшифровать. Некоторые фразы заставляли его насторожиться, и его ум сразу же начал обрабатывать каждую подсказку. Он чувствовал некое напряжение, как будто за всеми этими вопросами стояли не только знания, но и какие-то угрозы или намерения.

Когда пришёл его черёд отвечать, Гарри, не теряя времени, сразу же начал говорить, отвечая на каждый вопрос с точностью. Он интуитивно почувствовал, что Снейп пытался не просто получить правильный ответ, а как-то прощупать его психику, проникнуть в его голову. Магия, которую он ощущал от профессора, была темной и проницательной. Но Гарри, зная свои силы, не поддался. Он не забыл уроки, которые ему давали Сейлор воины. В памяти всегда стояли магические щиты, те самые, которые они поставили вокруг него, когда он был ещё маленьким. Эти щиты не были обычными заклинаниями — они были связаны с магией вселенной, с природной магией. Это было нечто гораздо более сильное и глубокое, чем простая защита. Эти щиты могли защищать его от любого внешнего вмешательства, и они не подвели.

Снейп заметил, что Гарри спокойно выдерживает его пытки, что мальчик не нервничает, не поддаётся, как другие. Он пожал плечами и продолжил опрос, пытаясь выяснить больше.

Задания по зельеварению начались не сразу, но профессор всё же переключился на практику. Появилась тишина, и все сосредоточились на варке зелья. Профессор объяснил основы техники безопасности, добавил несколько указаний, и все начали готовиться к своей задаче. Гарри с интересом наблюдал за материалами, которые ему нужно было использовать. Но, к своему удивлению, всё шло как по маслу. Он словно уже знал, как нужно работать с ингредиентами, как их смешивать и в какой последовательности.

Как только он начал варить своё зелье, он понял, что у него получается с лёгкостью. Это было удивительно. Он не думал о том, что делал, всё шло как-то само собой, будто его руки действовали независимо от его мыслей. Гарри не успел даже заметить, как быстро он справился с задачей. Он стоял, смотрел на результат — зелье было идеально приготовлено. Даже не верилось, что это произошло так быстро и легко. Казалось, что его магия была настолько встраиваемой, что даже здесь, в зельеварении, она помогала ему действовать, словно он интуитивно знал, как обращаться с каждым ингредиентом.

Когда Снейп подошёл к столу Гарри, он не сказал ни слова. Просто внимательно посмотрел на зелье и на самого мальчика. Его взгляд был острым, проницательным, но при этом каким-то… оценивающим. Он сказал:

— Не каждый день встречаешь тех, кто так хорошо справляется с этим. Не будь слишком самоуверенным, Поттер. Это — только начало.

Гарри улыбнулся в ответ, но на самом деле внутри него было что-то большее, чем просто гордость за то, что он справился. Он чувствовал, как сила магии продолжала расти в нём, как он становился частью этого мира, частью силы, которая его вела.

Так или иначе, урок продолжался, и Гарри понимал, что, возможно, не всё здесь будет так легко, как зельеварение. С каждым днём Хогвартс будет открывать перед ним новые горизонты, и он должен быть готов к тем, кто готов вмешаться в его судьбу.

***

Вечер в Хогвартсе уже погружался в тень, но Гарри всё ещё не мог усидеть в своей комнате. Вместо этого он вышел в коридор, где было тихо и почти пусто. За его спиной мягко ступали шаги Артемиса, который, несмотря на свою белоснежную шерсть и спокойный вид, был настороже, как и всегда. Они вдвоем двигались вдоль длинного коридора, чуть не исчезая в тенях, чтобы не привлекать внимание.

Гарри остановился возле одного из больших окон, которое выходило во двор, где сумерки рассеивались в ночном небе. Тихо вздохнув, он повернулся к Артемису.

— Это был странный день, — сказал Гарри, опершись плечом о стену. — Я думал, что в Хогвартсе будет… ну, немного проще, но, похоже, я только начинаю понимать, что тут творится.

Артемис мягко проскользил мимо, обвив хвост вокруг ноги Гарри и с лёгким покачиванием головы взглянув на него. Он знал, что Гарри переживал, хотя мальчик и старался это скрывать. Чувствовал, как его мысли всецело заняты чем-то важным. Мальчик вообще оказался довольно интуитивным — и вот это и было для него одной из загадок.

— Ты прав, Гарри, — сказал Артемис голосом, который звучал даже спокойнее, чем обычно. — За всеми этими магическими чудесами и великими школами скрывается что-то более… серьёзное. Я постарался наладить связь с остальными, чтобы проверить, как всё прошло и что нового. Сейлор воины следят, но есть несколько моментов, которые они не могут мне точно передать. Одна из причин, почему я решил поговорить с тобой — мне тоже стало странно от Снейпа.

Гарри мгновенно повернулся к коту, его внимание привлекло то, как легко Артемис говорил о чём-то, что ему явно не давалось.

— Ты тоже заметил? — спросил Гарри, его голос немного понизился. — Я не могу точно понять, что это за чувство, но он… не такой, как все. Я уверен, что он скрывает что-то, может быть, даже слишком.

Артемис поднял голову и взглянул на него. Белые глаза кота не выражали ничего, кроме сосредоточенности, но в этом взгляде было больше, чем просто спокойствие.

— Да, я почувствовал нечто странное. И я пытался пробраться через магические фильтры, но он очень сильный в этом плане. Его аура… она не просто тёмная, как я ожидал, но в ней скрыт какой-то хаос. Как будто он либо подавляет что-то, либо не может контролировать какую-то свою силу. Возможно, он манипулирует чем-то — может быть, магией, которая в нём присутствует, или же кто-то пытается его использовать.

Гарри задумался. Вся эта информация будто вгоняла его в ещё большую неопределённость. Он знал, что ему не стоит доверять всему, что происходит в Хогвартсе. Ведь он сам только учился здесь, и, несмотря на все разговоры и рассказы, магия этого мира была ему пока ещё чужда.

— Как думаешь, это что-то серьёзное? — спросил он наконец, стараясь скрыть тревогу в голосе.

Артемис немного покачал головой, его хвост зашуршал, когда он подбирался ближе к Гарри.

— Я не уверен, но уверен в одном: твоя интуиция насчёт него правильная. И я постараюсь узнать больше. Я могу исследовать его, с его позволения, конечно, но будь осторожен с этим человеком. Я бы не стал лезть в его голову слишком часто. Он не такой простой, как кажется на первый взгляд.

Гарри кивнул, его пальцы немного дрожали, но он сам не знал, как именно быть дальше. С одной стороны, он знал, что должен следить за тем, что происходит в Хогвартсе, но с другой — был уверен, что Снейп не просто так вызывает у него такие чувства.

— Спасибо, Артемис. Я доверяю тебе. Правда, не знаю, как мне вообще с этим справляться, если честно. Но ты прав, я должен быть настороже. Снейп, кажется, не единственная угроза здесь.

Артемис немного приподнял голову и мягко шипнул, что для него было даже немного забавным.

— Гарри, ты не один. Ты всегда можешь рассчитывать на нас. Мы с тобой, и всегда будем рядом. Это не просто слова — ты знаешь это.

Гарри улыбнулся, не обращая внимания на то, что тень сомнений всё ещё оставалась в его мыслях. Он знал, что если ему нужно было пройти через это, то у него есть не только сила, но и поддержка. Его семья, его друзья, даже если некоторые из них находятся далеко, были с ним.

Пока они продолжали двигаться по коридору, Гарри подумал о том, что ему предстоит не только учиться магии. Ему предстояло столкнуться с чем-то гораздо более важным, чем какие-то школьные предметы. И, возможно, именно здесь, в Хогвартсе, он узнает больше о том, что на самом деле ему нужно знать.

Продолжение следует…