Глава 43. Не забывай, с кем ты находишься.

Начнём с неприятного. Что ж, меня обвиняют в плагиате. Хочу начать с того, что я с самого начала говорила, что не копирую ничьи работы, не пытаюсь написать их же, только другими словами - НЕТ. Во первых, сюжет и жанр, который я пишу, мне нравится с самых ранних лет. Этот жанр создала не я, и не человек, который тоже его пишет или писал раннее. О нём знают все люди, проживающие на этой планете. Во вторых, я начала писать фанфики по этой тематике ещё в далеком 2021 году. Ещё тогда, когда я начала пробовать себя в роли писателя, большинство писало банальные фф на тему любви. Мне, лично, тошно было такое читать, и по сей день также. Поэтому я создала свой первый фф по жанру триллера, т.к. не видела НИ У КОГО книг, написанных по этому жанру, но возможно я ошибалась. Сам факт, что не нашла. Закончила я его также в 2021, который залетел почти на пол миллиона просмотров. (Сейчас мне не очень нравится, как я его написала, т.к. повзрослела. И решила вновь попробовать писать. Только уже не в тик токе💀). С того момента я приняла решение прекратить проявлять себя в этой деятельности, поскольку это было не совсем разумно писать в приложениях по типу ватпада или фикбука  Но я продолжила читать. ЧИТАТЬ ИМЕННО ЭТОТ ЖАНР И ВДОХНОВЛЯТЬСЯ ЛЮДЬМИ, КОТОРЫЕ ПИШУТ ЕГО. А не читать о том, как они полюбили друг друга с первого взгляда. Нет. Я не обесцениваю данный жанр, иногда почитываю такой, если он прям завораживает. Но у каждого свой вкус, которым я бы не делилась, если бы не услышала такие слова в мою сторону. Именно поэтому у людей возник стереотип о том, что триллер пишут 0.1%, которые копируют друг друга. Что за бред? Я не имею право продолжить свою деятельность в этом? Считайте я пишу свой же прошлый фф, только уже грамотнее и с изменениями. Прикиньте, мышление развивается🤯В третьих, лично я, люблю когда люди пишут, пробуют себя в этой деятельности, даже если сюжет похож. Почему так быть не может? Если жанр один, боже мой. Это даже радует.Я понимаю, если человек будет в наглую скатывать чужую работу, выставляя автора за себя. Вот это уже неприемлемо. Я могла тоже начать говорить, что пишут похожее, как у меня. Но зачем мне это? Если я понимаю, что не я создатель такого жанра. Надеюсь теперь меня поняли. Если вам не хочется читать такое, то не читайте.Книга написана в другой интерпретации сюжета. Я могла не расписывать всё это, но я хочу донести, что я не пытаюсь скопировать чужие работы. Книга, которой я вдохновилась - это «Преследуя Аделин». Вдохновение - главный источник энергии человека. Спасибо за понимание, если оно возникло у вас, и за то, что выслушали.Мб Джарахов бы понял меня😔                          Наслаждайтесь.

Для атмосферы: Play with Fire - Sam Tinnesz, Yacht Money.Альбом Soft Blade (Осколочек - Soft Blade.)

Когда пара слилась в поцелуе, дождь решил лить сильнее. Капли увеличивались в размере, как и их количество. Под таким ливнем и заболеть можно, поэтому девушка пытается привести себя в сознание и начать действовать. Хоть ей и не очень хотелось идти домой, как и лежать под Пятым, она решается уведомить того об ухудшении погоды. Она пытается отстраниться, но его сила протестует этому. Он, лишь, углубляет свой поцелуй, в то время как Оливия пытается оттолкнуть от себя брюнета. Её руки находились на его груди, а ноги были заключены между его. —Мм! - истерично мычит она, применяя все свои силы против парня. Она понимает, что тот не собирается отстраняться, хоть ты разрыдайся тут. Ничего не выйдет. Поэтому, в конечном итоге, она вцепляется ногтями в его шею, оставляя красные отпечатки. —Шш, - болезненно шипит брюнет, отстранившись от девушки. —Ты что творишь?!Его тон неожиданно повысился, от чего сердце начинает биться до ста ударов в минуту. Он рычит, смотря злокозненным взглядом на девушку с волнистыми волосами. —Мне больно, Оливия, - рывкает парень, пытавшись донести до своей девочки информацию. —Так не делают послушные девочки.

«Да что ты говоришь. А мне? Мне до этого больно не было?»

Она бы продолжила смотреть на него потерянным взглядом, если бы он вновь не потянулся к её обветренным губам. Девушка подлетает с места, столкнув парня руками в сторону. Тот удерживает свой вес, облокотившись о землю руками. Его взгляд, который виднеется из-под лба, приобретал мрачность и серый характер. Зрачки остаются в своей суженной форме, а желваки начинают работать, так как нервозность превышала шкалу психопата. Оливия, отбежав от парня на несколько метров, посмотрела испуганно на того, который выглядел так, будто он находится в роли волка, у которого насильно отобрали пищу. Его вид пугал. Зачем она это сделала? Зачем она его разозлила? «Ты виновата. Только ты. Пятый прав. Оливия виновата в этом. Только она. Виновата только она.»

Проходит минута. Две. А парень продолжает смотреть на девушку так, словно убьет сейчас. —Пятый, - решает разнообразить атмосферу, воцарившую между ними. —Я не хотела. —Просто, - умалчивает она, когда реагирует на резкий подъем парня с земли. —Погода.. Портится.Парень выглядел так, как из какого-нибудь фильма ужасов. Его мрачный взгляд, который виднеется сквозь его мокрую челку, руки, сжимающиеся в кулаки, и работающие желваки настораживали Оливию, от чего у той, будто занемел язык, поэтому она не может сказать ни слова больше. Дождь продолжал лить сильнее, как и ветер набирал скорость, раздавая шелест листьев с деревьев. Дверь в дом была открыта, а ветер нёс опавшие листья в разные стороны, также попадая в домик. Девушка не знает, как она уже так быстро понимает то, что ей нужно бежать. Именно сейчас бежать. Раннее может ещё всё обошлось, но сейчас она чувствует, что наказания не избежит. Её ноги срываются с места, неся ту в сторону лесной глуши, в которую она бежала, когда впервые сбежала от него. Питерсон понимает, что зря. Зря. Зря она побежала. Зачем? Господи, дурочка, зачем? Давно адреналина не чувствовала? Хочешь вновь поиграть с огнём? Ты же знаешь, что проиграешь. Проиграешь! —Я принимаю твою игру, мышка.

В этот раз ей чуть легче бежать, так как она нормально одета и не с босыми ножками. Но не отменяется факт, что вероятность её проигрыша составляет девяносто девять и восемь десятых процента. Но, кто не рискует, тот не пьет шампанского. —Какая непослушная..Парень, понёсся за брюнеткой, не сбавляя ни на секунду скорость. Его быстрые ноги несут парня в глушь, в лицо которого вбиваются сильные капли дождя, а одежда извивается от ветра, от чего тот начинает мерзнуть, как и сама девушка. Пятый уворачивается от ёлок, не теряя из виду девочку, которая чуть не валится с ног перед ним. Гормоны страха попадают в кровь, а по венам идёт восходящий ток, будто непременно вводят наркотическое вещество. Клапаны сердца начинают работать усерднее, пропуская много ударов в минуту. Дыхание затрудняется, будто её горло сжимают какой-нибудь веревкой. Сердечко Оливии ухает вниз, попадая в самое чутье, как и усиливается паранойя с тревожным состоянием. —Обманщица! - кричит ей в след мужской дрожащий голос, от которого идут ужасающие мурашки по коже.

Слёзы начинают наворачиваться на глазах, но девушка стирает их кистью, чтобы пелена не мешала видеть путь. Она уже сто тысяч раз успела пожалеть, что побежала. Вновь сбежала от него, когда тот был в нескольких метрах от неё. «Боже, дайте мне уже оскар за смелость.»—Агх! - рычит брюнет, когда зацепился кофтой о ветку. За ту же чёртову ветку. Когда-нибудь он сломает её к чертям, но не сейчас. В данный момент ему нужно догнать свою мышку и поговорить. Пятый, словно зверь, набирает скорость, хоть бежит уже долго. Девушка же уже много раз подумала остановиться и сдаться, ибо она осознает, что тот догонит её и вытворит страшное. Это она прекрасно знает. Но что её останавливает сделать это? Этого она не понимает. Оливия продолжает нестись на всех порах, не замечая того, что парень был уже близок к ней.

Мысли путались. Она не знает, что ей делать. Бежать или остановиться? Вновь сдаться в его жестокие руки? —Ааай! - она обессилено валится на землю, начиная истерично отдышиваться. Когда она оборачивается, то не видит никакого силуэта, несущегося прямиком за ней. От этого становится никак не спокойно, а наоборот тревожность растет. Куда он делся? Питерсон начинает ползти на коленях дальше, смотря опустошенно в землю. Ноги тряслись, как и всё ее тело. Но она не сдаётся. Девушка даже не заметила, как перестали слышаться шаги позади неё. Вместо этого она видит перед собой чьи-то ноги, стопы которых выглядят большого размера. Она поднимает голову, на которой красовались растрепанные каштановые волосы, и видит парня с сумасшедшими глазами и умалишенной улыбкой. Питерсон съеживается, а ветер заставляет волосы взметнуться. После увиденного разум покидает все её связанные мысли, а паранойя всё и усиливается, не давая покоя ни на секунду. Его коварная ухмылка закрывает вид на все остальные объекты, а глотка работает всё хуже и хуже.

Резко Оливию хватают за волосы и тянут в противоположном ей направлении. Пятый разворачивается в обратную сторону, сцепив волосы в кулак, чуть не выдергивая их корни. Он волочит девушку по холодной мокрой земле, не говоря той ни слова из-за злости. Она извивается, словно червяк на крючке, и по паническому выражению на его лице Оливия видит, что он всё понимает.—ПУСТИ! - истерично кричит она, пытаясь помочь себе руками и ногами выбраться из его сильной хватки. Тянет он очень больно, до самых горьких слез, от самих которых хочется кричать. Оливия не поняла, как он так оказался перед ней, если она бежала впереди, но никак не сзади. —ОТПУСТИ МЕНЯ! - её громкие вопли разносятся эхом по лесу, когда обессиленное тело тащится по колючей земле. Пятый никак не реагировал на её просьбы, а лишь продолжал волочить девочку, не останавливаясь отдохнуть ни на миг. В жизни она и не могла представить такую яростную и сильную боль. Корни волос горят. Невыносимо горят. Так ещё на зло в промежности ощущается водопад, жидкость которого течет по внутренней части бедра, отдавая сильную боль в низ живота.—МНЕ БОЛЬНО! - хнычет она, схватив рукой его стальную руку, которая и тянет её по земле. —ПЯТЫЙ, ПУСТИ! - её пронзающие, воздухом, крики глушили в Пятом все адекватные реакции, которые он старался сохранить до их прихода домой. —Я БОЛЬШЕ ТАК НЕ БУДУ! ПУСТИ!

Харгривзу трудно удавалось сдерживать себя сейчас. Он так и хотел ударить её черепом о колючую ель, лишь бы она не издавала истеричные вопли, которые ездят по его ушам. Он не понимал одного, почему она не слушается его? Зачем она вновь сбежала от него? Разве он делал что-то плохое? Что сподвигло её обмануть его? Снова кинуть, как котенка! Что он делает для нее не так?!

Пока она хныкала от боли и билась в конвульсиях, пытаясь высвободить себя из рук психа, Пятый приобретал ненавистный гиперкинез. Её тело ныло, как она уже задыхалась от истерики. Господи! Ну всё же было хорошо! Как так резко поменялся исход событий?

Оливию начало волновать то, сколько он ещё будет её тянуть. Когда она бежала от него, ей казалось что минута проходит, как весь час, а сейчас наоборот. Такое чувство, что он тащит её уже сутки, тихонько убивая ту. Питерсон уже плевать, что она вновь окажется в этом доме, возможно теперь навсегда, ей нужно, чтобы он отпустил её. Иначе боль нарастала, которую терпеть невозможно. Горит. Горит. Невыносимо больно. Только плачь и слышится по тёмной лесной глуши, перебивая саму стихию природы.

За всё это время невозможной тягостной боли, Пятый не проронил ни слова. У него только и работали слуховые анализаторы, которые хочется отключить, ибо женский плачь уже резал его слух. Самому чрезвычайно больно. Но больше всего морально, а это не допустимо. Так как он папа в этом доме. Больно может быть только его мышке, но никак не ему. —Непослушная, крошка.

Тело девушки больно ударяется о твёрдую землю, когда Пятый кидает её, не пожалев ни одну частичку её тела. Она мигом пытается хоть как-то отползти от психопата, который смотрел на её жалкие попытки вновь убежать от него. Как бы она и хотела встать, всё равно у неё это не получалось, поскольку парень, яростным движением руки, перевернул ту на себя, придавив девушку ногой о запястье. —ААЙ! - и ветер пронзает её задушенный крик, когда её тонкая кожа срывается с тела, высвобождая проход крови.

—Обманула меня! - злостно шипит парень. —Бросила меня! Непослушно себя повела! - девушка замерла, смотря на рассерженное выражение лица психа. —Как ты могла?!Пятый вновь берет девушку за волосы и грубо швыряет в сторону густых елей, которые были обложены иголками да шишками. Она кричит. Именно от её крика птицы распахивают свои крылья и улетают прочь из леса. Из мёртвой глуши, о которой никто не знает.

Девушка кряхтит от боли, когда видит, как тень человека ползет по обшарпанным деревьям. Он приближается к ней, начиная расстегивать кожаный ремень с брюк. Из-за ливня плохо был слышен щелчок расстегивания пряжи, но про шаги сказать могу обратное. Они играли оркестром в ушах Оливии, от которых колотилось сердце.Питерсон задыхается, когда чувствует, как его руки сдирают с неё одежду. —Твою ж мать! - сердится юноша, когда заела молния на кофте девочки. —Не надо! Не надо! - кричит она сквозь истерику. —Пожалуйста! Пять! —Пошли домой, пожалуйста! - пытается она убрать его руки со своего тела. —Мне холодно!Он хмыкает, но затем сдирает с неё кофту. Она карабкается ногами и руками о землю, чтобы отползти, наконец, от него. Но все старания лишние. Её плачь заел, словно пластинка, в голове парня.

Питерсон кричит, когда ощущает, как его зубы царапают её плоть — небольшое предупреждение перед тем, как он сожмет их до скрипа. От острого неудовольствия девушка прикрывает глаза и болезненно издает стон. —Почему ты так поступила со мной? - выругивается парень. —Снова.Веки девушки трепещут, в то время как Пятый сдирает её штанишки до голень. Его глаза распахиваются, а слюноотделение повышается. Он видит кровавые внутренние части бедер девушки, включая ее сладкую промежность. Его ладонь перемещается на её клитор и сильно надавливает, тем самым вызвав ещё больше потока крови. —Мм.. - мычит она от мерзости и боли. —Не трогай!Умелые пальцы психа поднимают её выше, а оргазм уже закручивается в её животе. А затем он делает одно точечное нажатие, и её колени дрожат от смешанных чувств.—Ох, - стонет она от неловкости и взъерошенности внутри. Дыхание Оливии такое неровное и сбивчивое, которое можно слышать только в реанимации. Его рука спускает её стринги, пока кончик среднего пальца погружается внутрь Питерсон. Он издает низкий, глубокий рык, когда чувствует, насколько его девочка была непослушна. Его пальцы выскальзывают, а когда они погружаются обратно, к ним присоединяется третий палец. Девушка же изгибается под ним, всё ещё держа себя в силах и надеждах слинять с этого места и от самого владельца берлоги - психопата. Она вскрикивает, и когда изнутри неё поглощает бездонное наслаждение, вскрик Питерсон срывается с высокой точки неба. Она бесстыдно бьется о его руки, подгоняемая бесконечными ливнями. В тот момент, когда его член погружается во внутрь, её охватывает леденящее чувство. Будто дождь, который образовал речку, девушка плавала в ней, а её течение рассердилось и бросило её тело в бездну. На какой-то миг она затихает, так как все силы были уже истрачены. Ей страшно смириться с тем, что она будет вновь изнасилована. Только уже не дома в тепле, а где-то в лесу, на колючей, мокрой, твердой земле под сильным ливнем и бешеным ветром. Дождь же смывает менструальную кровь с её тела, даже когда образовывается новая, а ветер сносит кровавую воду восвояси.

Питерсон прикусывает нижнюю губу и замертво замирает, не переводя своего взгляда на неуравновешенного счастливчика. Зажмурившись она терпит его резкие болевые толчки, от которых хочется бесконечно блевать и рыдать. Он злопамятно смотрит на неё, делая вновь грубый толчок пенисом. Пятый ощущает незнакомую ему жидкость на своем члене, но не придает этому никакого значения, ибо ему это нравится. Её тело содрогается под ним, а грудь прыгает в такт движениям полового органа парня, что забавляет психопата. Он, грубым движением, снимает лямки бюстгальтера, как и самого его, и яростно кусает её набухший, от прилива крови, сосок. Она вскрикивает и истерично хныкает. Слёзы катятся по её щекам, капая на землю, оставляя после себя маленький водоносный путь. Здесь царит мрак, если не считать уличного света и тёмного неба над ними, но у неё ощущение, что будто она находится в душной комнате, залитой огнями гнева Пятого. Она не видит, трахающего её, силуэта из-за густой пелены на глазах. Но точно чувствует его в себе. Вся эта ситуация.. Она возбуждает Питерсон так же сильно, как и пугает. Если она переживет этот день, ей стоит обратиться в психиатрическую больницу. Потому что её психика в ярости. Она обещает, что как только выберется отсюда, то сразу наймет себе психолога, который попробует спасти её. Иначе она суициднится, наведя порчу на психа. Убить Оливия его не может, хотя хочет. Попросту, потому что она не убийца. Девушка не хочет становиться им! Точнее бездушным монстром! Никогда! Слышите? Никогда.

Парень замечает утихомиренное состояние мышки, поэтому делает вновь резкий толчок, от чего она стонет на весь лесной мрак.—Аагх! - её сдавленные крики со стонами мог бы услышать каждый неподалеку, но увы. Они здесь одни.Обнажая зубы в диком оскале, от которого даже у дьявола пробежал бы холодок, она плачет. Хотя почему «бы», так оно и есть. —Еще одно отвратительное поведение с твоей стороны, и я убью тебя, Питерсон, - он разбрасывается угрозами, сквозь удовлетворенные стоны, словно пулями, но вместо этого они превращаются в пыль на ветру. Но она не производит на неё впечатления, более того она даже не долетает до неё из-за повышенного уровня усталости, тревожности, страха, возбуждения и чёртовой резни внутри и снаружи. Низ живота пульсирует, как и клитор. Это просто невыносимо. Ужасно больно, что она поддает бедрами, расширяя проход для нужного размера члена парня. Она устала бороться. Оливии кажется, что сопротивления наоборот приносят большую боль, чем само трахание Пятого. Хотя непонятно.

На кончике её языка дрожит вздох, пот покрывает её кожу, а волосы липнут к щекам, шее и спине. Сердце бешено стучит, и затуманенные сном женские глаза блуждают по окружающей среде. Несмотря на все усилия Питерсон, она все же испускает дрожащий стон. Дышит мелко и учащенно, когда мужские толчки начинают снижать свою скорость. Кажется, проходит целая вечность, но Оливия знает, что это длится всего каких-то пять минут. С её губ срывается вскрик, когда парень вновь делает удушливый её половые губы толчок.Парень ухмыляется, его рот растягивается в зловещую улыбку. Дыхание сбивается, когда Питерсон решается посмотреть на него, а легкие наполняются огнём. Ненавижу.Прежде чем она успевает сообразить, как ей остановить его, он страстно вцепляется в её губы, грубо начиная обсасывать тех. Мысли Оливии устремляются вниз по спирали, как ДНК и РНК, существовавшие в ней.

Иногда наблюдая за его пытками, через которые проходит Оливия Питерсон, мне хочется вспороть собственного психа и сделать так, чтобы он испытывал ту же самую дикую боль. Я хочу облегчить её боль, создав собственную Харгривза.

«Может быть, если Пятый будет истекать кровью на алтаре, то Оливия не будет чувствовать себя такой униженной и одинокой жертвой?»Но она не сделает этого, так как это желание не оправдано. Так же? Или нет?Она осознает, что ей нужно быть сильнее, а не ослабевать от потери крови и своего психического состояния, висящего на волоске и ходящего по тонкой нити над бездной. Питерсон помнит слова своих родителей:

*—Несмотря на все трудности, препятствовавшие в твоей жизни - Оливия, ты обязательно справишься! Ты сильная, боевая девчонка! Никто не посмеет снизить твой уровень борьбы за свое место в этом мире. Ты должна думать всегда о себе и о своих способностях. —Знай выход есть из любой ситуации, даже самой критичной. Ты обязательно его найдешь. Запомни наши слова. *

Слезы продолжают пробиваться в глазные отверстия, как и усиливаться толчки Пятого. Он трахает её до посинения, чтобы она поняла, что играет с огнём. Он будет вводить головку своего твердого члена до тех пор, пока она не признает свою вину и не поклянется ему, что будет всегда послушной девочкой. Её голова низко опускается, напряжение пронизывает каждую её измученную мышцу в теле. Чёрное облако над ней сгущается, засасывая её ещё глубже, когда парень кусает её губы, переходя на шею. Она продолжает стискивать зубы, едва сдерживая горестный стон, который грозит сорваться с её губ. С такой судьбой тяжело жить, поэтому Оливия едва удерживает себя от тяжести жестокого парня, лежащего на ней. Но она знает одно, что если она покончит с собой, то её прожитая жизнь окажется бесполезной, и получается, что она терпела все его выходки напрасно.                                                                                       Пятый, ощутив глубокий вдох девочки, делает последний толчок и медленно выводит свой затвердевший член с её мокрой кровавой промежности. —ААЙ! - удушливо кричит брюнетка, сжимая глаза до самых заломов век и лба.Он усмехается и смотрит на свой, покрытый кровью и женской смазкой, пенис. —Смотри, что ты натворила, негодяйка, - берет он её за волосы и, приблизив её лицо, показывает той свой член. —Ты должна за собой убрать, бессовестная! В её щеки поступает прилив крови, а грудь продолжает вздыматься, так как она уже заикалась от истерики.

Хнык. Вздох. Хнык. Вздох. Хнык. Вздох.

—Я жду, - повелительным тоном заявляет психопат, приближая её плаксивое лицо к своему органу. Она морщится и жутко брезгует. Ей так хочется ощутить, что всё это было кошмаром. Она не хочет слизывать свои же выделения. Боже. За что. За что мне всё это? —Трижды повторять не буду, - это предупреждение о том, что он может вновь изнасиловать её.Она сглатывает и сквозь слёзные заикания открывает свой послушный рот. Парень запрокидывает голову назад, закатывая глаза за веки и ощущая её нежный язычок на своем члене. Он рычит, а затем издает дьявольские смешки, на которые девушка реагирует, поглядывая на того исподлобья. Он поддает поясом так, что член продвигается во рту девушки, касаясь небного язычка. Она откашливается, задыхаясь, и пытается высунуть половой орган психа из её ротового отверстия. Возникали такие звуки, как в туалете при неправильной диете после еды. —Ну же! - кричит парень, сжимая сильнее корни её волос, на что та дергается, как бешеная. Оливия обсасывает языком его орган, не открывая ни на миг глаза, мысленно крестя себя. Когда она полностью ощутила всю свою жидкость в своей полости, девушка чуть прикусывает его, чтобы тот вытащил его. —Ай! - гневно выкрикивает парень, достав свой пенис с её ротика. —Ах ты..Парень втыкает девушку лицом в землю, начав ласкать свой орган одной рукой.Она бездыханно кашляет, громко хныкая и раздавая глухие, но такие шумные, вздохи.Её лицо покрылось мокрой землей, а губы неимоверно трясутся, словно их взбивают электронным венчиком беспрерывно.

Пятый крайний раз швыряет девушку о землю, а сам чуть отходит от неё, покачиваясь с одной ноги на другую. Он устал. Устал воспитывать. Это оказывается забирает много сил. Как он этого раннее не ощущал?

От лица Оливии.

Моё тело покрылось острым инеем, как и горели глаза от истерики, которая наложила руки на мои нервы. Я вам обещаю - это самый страшный день из всей моей коллекции. Быть изнасилованной посреди лесной глуши под сильным дождем каким-то психопатом, не самое приятное ощущение. Последнее, что я увидела перед ударом по голове — это опавшую шишку с ёлки, от которой пошли грязевые брызги в мою сторону. Я делаю глубокий вздох и хныкаю перед тем, как отключусь. Прогулка вышла сущим адом, хотя изначально я так не могла сказать.Чувствую, поход к гинекологу мне обеспечен, если, конечно, дотяну. Каким образом он вообще не убил меня?

"Repeat to me, how much longer will she put up with this?" —Author.

"Повторите мне, сколько она еще будет терпеть его?" — Автор.