Глава 38. Тень.

К прослушиванию:too late to be sorry - CXSMPX

Питерсон двигает зрачками под закрытыми веками, жмурясь от первых ощущений. Она, стиснув зубы, непроизвольно сжимает мужскую руку, которая покрывала бюст девушки. Так бы она и лежала, если бы резким движением корпуса не ударилась о твердые колени постороннего человека в кровати. Девушка открывает глаза, когда уставилась в закрытую дверь спальни. Она сглатывает. Голова ужасно болела, чтобы резко начать понимать, что произошло между ней. Точнее между ними. Морщинки на лбу во всю красуются, а глаза чуть сжаты из-за резни в теле и режущей головной боли.Медленным движением головы девушка начинает рассматривать её положение на кровати. Она лежала, укрытая одеялом, а под ним были части тела психопата. Приподняв край теплого одеяла, Питерсон расширяет свои глаза, а мысли начинают метаться в голове. Она лежала полностью обнаженная. Ладно бы одна, но на её ногах лежит одна мужская, а половой орган плотно прижат к её заднице. Девушка дергается и осознает, что пора уже с этим заканчивать.

Поздравляю. Ты переспала с тем, кто тебе причиняет вред и боль.

«Нет. Нет.» - бегали эти слова в голове Питерсон.«Не может быть такого. Никак. Нет.» - она пыталась отрицать ранние выполненные ею и им действия, но истина покрывала все эти надежды. «Боже мой. Я не могла. Нет. НЕТ. НЕТ.» - её крайние мысли перебивает громкое недовольное рычание парня. Боковым зрением она смотрит на его щетину, которая покалывала её хрупкие плечи.Питерсон, не переставая, морщится. Но с начала этого момента было не так смущенно и стыдливо, но когда Пятый вновь сжимает грудь девушки, она громко вздыхает и начинает пытаться выкарабкаться из его мёртвой хватки.

На эти действия она слышит и чувствует грозные отрицания юноши. Он, лишь, прижимает ту ещё ближе к себе, до самого чувства входа головки пениса. Он утыкается носом в её волосы, которые веяли ароматом сладкого цитруса, который гипнотизирует человеческую натуру. Чтобы сказать хоть слово, девочке приходится набраться смелости, что является не таким легким действием.

Хотя этой ночью ты была смелее некого.

Поборов все свои внутренние страхи она приоткрывает рот, чтобы пробудить свои голосовые связки.—Пятый.. - хрипло протягивает она. Так тихо. Так умиротворенно. Что Пять приподнимает свои уголки губ. —Пять! - повторяет она, только уже повысив тон и убрав свою, некую, хриплость. Он недовольно фыркает, но не сдвигается. Он продолжает дышать ею, чувствовать её и питаться её душой.Оливия громко выдохнула, чувствуя противную ломоту в теле. Ее начало осенять. Всплыли воспоминания о их ночи. Первой совместной ночи, когда оба были не против, а наоборот за. От этого девушку, словно ударяет током. Она бы сейчас, вот честно, села бы на электрический стул, чем лежала бы в постели с извращенцем. Но таким красивым извращенцем.

Оо-о, нет, нет, ахаха. Питерсон, серьезно? Красивый? Настолько себя не уважаешь?

От его тяжелого и горячего дыхания у девушки по телу бегут мурашки, от которых она начинает содрогаться. Его касания, вдохи, выдохи, неестественное сердцебиение затуманивали женский разум, отправляя, будто в ссылку в Сибирь.

—Пятый! - еще раз выкрикивает девушка, дерзко пытаясь убрать его руку со своих грудей. —Пятый! - она судорожно выдыхает, понимая, что сейчас выглядит как попугай, но за личные границы нужно бороться. Никто не говорил каким способом. Она выбрала именно такой.

«И что вы мне сделаете?»

На этот раз парнишка приподнимает свою голову, медленно раскрывая свои заспанные глаза. Он смотрит на слегка трясущуюся девушку перед ним. Хотя можно сказать и под ним, так как даже в лежащем положении он был выше её на полторы головы. —Что? - недовольно задается он вопросом. —Что не так?

Она судорожно выдыхает, начиная разворачиваться к нему лицом. Он был не против, поэтому хватку слегка расслабил. Когда между их лицами оставались считанные миллиметры, Пятый начинает тянуться к её сладостным губам, чтобы вновь покусать их до кровавого оттенка. Но как только он приблизился к ним, так девушка вольно дергается и отдаляется от него назад.—Ты что творишь? - испуганно говорит брюнетка.

Он хмурит брови и вглядывается в её расширенные зрачки. В такие, какие были у неё всегда. Этим девушка ухудшает ситуацию, поэтому Пятый сжимает её запястье до остановки кровотока в венах. —Отпусти меня, - лепечет девушка, сдерживая поступающие слезинки. У двоих от стресса появляется испарина и колющие мурашки, которые гложут их нервы.Он фокусирует свой взгляд на ней, начиная пожевывать внутренность скул. Парень, приподнявшись на локоть, начинает тяжко посапывать. Пока он, вновь, тянул девушку на себя, то успел почувствовать все собранные её отрицания. —Мышка, - грозно обращается он к ней, пока та тяжело дышит. —Хватит кочевряжиться уже.

Девушка жалко скулит, начиная сдаваться ему. —Что ты со мной творишь, Пять.. - лепечет она сладким голосом, на что парень приподнимает свою нахмуренную бровь. —Что?

Она смотрит на него с надеждой на то, что тот отпустит её. В смысле домой. Исчезнет из её жизни навсегда. Даст ей волю жить по-своему. Господи. Как же она мечтает об этом.Он, молча, совершенно без слов, пододвигает её к себе, прижав к своему жаркому телу. Она внедряется в его грудную клетку, держась за его предплечье. Его рука перемещается на корни волос девушки, начиная нежно поглаживать их, чтобы та расслабилась. —Ну, чего ты, - парень целует её в макушку. —Чего ты плачешь, моя любовь? - от таких слов девушку коробило.

«Любовь?»

Когда он произносит такие слова, ей хочется рассмеяться в голос. Ибо эти слова он не заслуживает, так как не исполняет их обязанность. Её рваный всхлип окутывает пространство, а тело дрожит. Он не обращает внимания, но когда их становится много, он приподнимает голову девушки, и возмущенно вглядывается в её, объятые трепетом, глаза.—Ну, что такое? - бесится парень. —Что тебе не нравится? На это Питерсон промолчала, жалобно кряхтя - от боли - себе под нос.Он покачивает головой и склоняется прямо над её личиком с красным носиком. Он, как и хотел, касается её дрожащих губ. На этот раз нежно и ласково. Когда слышит ответный поцелуй Пятый запрокидывает девушку на себя. Она ложится на него, втыкаясь вагиной в его вставший член. Оливия стонет и пускает слёзы. Это больно. Очень больно.

Шипя от её прикосновений, парень не мог остановиться. Он целует её бережно, словно ангела. Медленно, переходя на шею, он продолжает одаривать её нежными прикосновениями своих жестких губ. Внизу, у девушки, начала вызываться невыносимая чесотка. Хотелось занырнуть пальцами во влагалищное отверстие и проводить кругами, чтобы успокоить набухшее пространство.

Снова сдаешься?

Осознав вышесказанные слова девушка моментально подскакивает с Пятого, завалившись на холодный пол.Он вопрошающе, одновременно сердито, смотрит на неё, не двигаясь от шока. Оливия, словно вкопанная, сидит на полу и смотрит на реакцию своего похитителя. Её сердце начинает пропускать больной ритм удара. На что хочется почесать и его. Кровь, будто застывает в венах, и блокирует доступ к мозгу.

Потупив взглядом ещё так минуту, Пятый решительно встает с постели и направляется к ней. Она, инстинктивно, начинает отползать от того. Когда тот хочет взять её, она подлетает с места и бежит. Но бежит не долго, так как Харгривз успевает словить её за икроножную мышцу и потянуть уверенными действиями на себя, скорчив лицо до самого блика психической улыбки. Улыбка открывает вид на его зубы, покрытые засохшей кровью, которую Пятый ещё не успел слизать. —Почему ты убегаешь от меня? - он тянет ту на себя, когда она пытается вцепиться ногтями в линолеум, тяжко мыча от телесной боли. Слёзы капали на пол, которые девушка протирала своими ездящими пальцами, создавая засохшую слезную линию.—Отпусти!! - кричит невыносимо девушка, не переставая всхлипывать. —Отпусти меня! Пусти, пожалуйста!!

Никто её не услышит, уж тем более и Пятый. Он слышит её, но не слушает. И не собирается.—Моя девочка начинает себя плохо вести? - вопрошает издевательски он. —М?

Она, глотнув и почувствовав, все моменты, которые пробежались в голове, начала отбрыкиваться. —Нет! Нет! - он до сих пор тянет её, только уже вверх. —Не трогай меня, Пять! —ПОЖАЛУЙСТА!!

Пятый ухмыляясь, раздает первый шлепок по её сладкой попе. Он разместил девушку на кровати, а сам прильнул к ней, садясь на её двуглавую мышку заднего бедра. —Хорошая девочка, хочешь сказать? - он дважды шлепает, на что та истерично вскрикивает.—Отвечай! - раздается ещё один громкий удар по заднице, оставив после себя сине-фиолетовую отметину.

—Мм.. - мычит та от пульсации. Как только она хочет сказать, так ощущает ещё один сильный удар, поэтому застывает в протяжном болевом стоне. С каждым новым тычком, боль становилась сильнее. —Я не слышу! - он, стиснув свой ряд зубов, ударяет ягодичные мышцы дважды одной рукой. Так по новой. Удар. Крик. Удар. Крик. Замах. Удар. Крик. Удар. Удар. Удар. И ещё раз удар.Она плачет. Девушка уже устала пропускать слёзы, одну за другой. Ей богу. Хватит. Ей надоело.—Да! - кричит нетерпеливо та. —Хорошая!—А я бы не сказал, - он раздает смех, но не прекращает ударять, лежащую под ним, девочку.Он слышит её резные вопли, которые отдают эхо истерики. —ХВАТИТ! - всхлипывает она. -ПРОШУ!Она внедряется носом в подушку, а руками сжимает пододеяльник, пытаясь успокоить жар в ягодицах.

Ударив в последний раз, оставив кровавый след от своей руки, когда женские ягодицы сверкают красным пламенем и содрогаются от мужской силы, Пятый встает с девушки и тяжко выдыхает.Он смотрит на Оливию, как она, кряхтя, пытается встать с кровати, оперевшись кистями о постель. Истерика пробивается сквозь её отверстия, предоставляя выходу мычаниям наружу. Приподняв ненавистный взгляд на жестокого человека, она ловит его усмехающееся выражение лица, на что хочет пырнуть его ножом.

      ***

Оливия сидит на боковой стороне бедра, провожая взглядом парня, который покидает комнатку, не проронив ни слова. На секунду это её успокоило. Только она задалась вопросом: куда он пошёл? Зачем?Протерев глаза одной рукой, девушка попыталась встать. Но с этим она неимоверно шипела, так как мешала жуткая боль в теле. Особенно в ягодицах. Они ужасно горели. Почему он так поступил снова.Почему?

Погладив одной рукой одну ягодицу и прохрустев шеей, девушка подняла с пола испачканные, собственной смазкой, трусы.Она всё размышляла: надеть ли их или попросить у Пятого новые?Оба варианты были жуткими для девушки. У каждого есть причина её страха. И в них углубляться не нужно, так как они связаны между собой, как Оливия с Пятым.

Взяв их в руки девушка последовала по следам парня. Когда она тихонько открывала дверь, то уже успела шепотом рыкнуть от боли в теле. Лоно невыносимо болело, как и все мышцы. Они были напряжены, хотя должны быть расслаблены. Боже мой. Оливия даже боится представить, как она выглядит сейчас. Питерсон даже не хочет видеть зеркало, лишь бы не разглядывать свое измученное состояние.Она испугается его, то есть себя. Испугается себя, черт возьми!Что этот парень делает. Кто он. Почему он стал таким? Почему он выбрал её? В чем её изюминка?

«ПОЧЕМУ Я ДОЛЖНА СТРАДАТЬ?»

Сделав первый шаг из комнаты, её пульс ускорился. Она вспомнила день, когда впервые оказалась здесь.

*Открыв полностью дверь ногой, девушка шокировано стояла на одном месте. Вдали она видит темный пустой коридор. Будто сейчас войдёт в пустоту, из которой никогда не выберется.

Она сглатывает, но проходит дальше. Трусы сжимает крепко в руке, словно рукоять ножа.Осмотрев пространство, девушка прошла дальше, но остановилась посреди коридора. Она закрывает грудной отдел руками, как бы грея себя. Ей холодно. Ужасно холодно. В двух смыслах она мерзнет здесь. Ноги еле как удерживают её вес, они сотрясаются от каждого её шороха или движения. Руки тоже были не лучше. Мышцам трудно было удерживать их в одном положении, поэтому она сжимала их, чтобы затуманить разум другой болью.

*Адреналин заставил девушку впасть в истерику, она начала сопеть и задыхаться в свою же потную, от страха, ладошку.

От прежних ощущений её ещё раз передернуло. Взгляд был одарен разочарованием, усталостью и апатией. Глаза уже выплакали всё что могли. Пятый действительно смог добиться этого.Интересно, сможет ли он вновь заставить их сверкать?

                                             ***

                                От лица Пятого.

Я покинул комнату, в которой царствовала интимная атмосфера. Та, в которой страдает моя мышка. Моя любимая мышка. Я её удовлетворил дважды, как и она меня, за что я ей благодарен. Я не знаю, что я чувствую с самого детства. Я не понимаю, что такое любить. Она мне намекала на это, я помню те слова.

*Я не хочу быть твоей любимой, я не хочу любить тебя, Пятый.

Но почему она так выразилась? В чём причина? Если ей нравится быть со мной. Зачем она играет на моих чувствах?Ладно. Если уж причина и есть, то только я имею право не любить свою жену, напарницу, любовницу, девочку, мышку, ЛЮБИМУЮ МОЮ КРОШКУ.ТОЛЬКО Я. ЧЕРТ ВОЗЬМИ. НО НЕ ОНА. НЕ ОНА. НЕ ОНА. НЕ ОНА.Он повторял себе эти слова, бив себя по голове ладонью.

Я отошел в ванную, чтобы смыть оставшуюся кровь тех ублюдков, которые хотели украсть моё счастье. Я чувствовал это. Я не допущу такого никогда. Она всегда будет рядом со мной. Рядом со своим папочкой. Я её муж. Навеки.

Когда я смывал красную жидкость с себя, то она перетекала в ванную, создавая ручеек. «Хаха. Через запад на восток..»Ухмыльнувшись, я вытер свой удовлетворенный член, который до сих пор хотел большего. Жутко избалованный. Но ему можно. —Как и мне, - он смеется.

Надев на себя тянущиеся трусы, сквозь которые был виден пенис, я направился обратно к своей возлюбленной. Я точно решил, что с этого момента, мы ходим голые. Не носим эту лишнюю одежду, которая мешает нашему сплетению тел и генов. Ну, разрешу нижнее белье, но никаких лифчиков! Или бюстгальтеров, как ей угодно. Теперь она будет эти названия только слышать, но не носить. При мне не носить.Я хочу чувствовать на постоянной основе её тепло. Её внутренности и внешние изюминки. Она должна дарить себя мне каждый день. Оливия обязана.

***

Девушка хлопает глазками и стоит, не двигаясь, так как боится резкого появления одного человека. Человека с мрачной душой и опасной натурой. Он разламывает её психику за считанные секунды одним взглядом. Поэтому с ним в спор и конкуренцию вступать не стоит. Все равно проиграешь.

Точно ли уверенна, что ты проиграешь, Питерсон?

Она ухмыляется. Пальцы похрустывают от напряжения костей и мышц, а нос шмыгает от избытка соплей от долговременных истерик. Шатенка вскидывает свой взгляд на металлическую дверь, которая покрыта различными видами замков. Выдохнув, она приоткрывает рот, когда чувствует тяжесть сзади себя. Мрачный свет льётся на невиданный силуэт живого, от которого исходит жар. Она ощущает мучительно-тяжкое дыхание. Когда вдох, перекрывает выдох. И наоборот.Оно приближается. Или он?

Питерсон поворачивает голову на сто восемьдесят градусов и видит мужской силуэт, который стоял в нескольких сантиметрах от неё. Он, наклонив голову набок, всматривается в оголенный образ кудряшки, когда та ловит вид его тени.___________________________________

Скоро создам плейлист фанфика, может так удобнее, ежели слушать песни по отдельности. Приписываю саундтреки к главам исключительно те, которые подходят именно под написанную главу.