Глава 17. Его сторона

Кровь стучала в голову со скоростью электрического заряда.Лицо закоченело от окровавленной гримасы боли, обагрившей все чувства, что я испытывала за последние мгновения. В глазах, походивших на алые маки, разгоралась искра бешенства, по конечностям била барабанной дробью дрожь. - Арчибальд! - неожиданно высокий голос разбил тишину, в которой прибывал мой Огненосец, который с преувеличенным вниманием рассматривал пожелтевшие страницы книги. - Ты знаешь Чейза Моргана?! На секунду, мужчина оторопел от той скорости, с которой я влетела в Зал Соглашений, будучи уверенная, что он точно останется здесь. Хорошо, что отец решил отойти и поговорить с мамой, она очень сильно была взвинчена. Пребывая ещё в потерянном состоянии, он медленно прикрыл книгу рукой. На сухом лице выступили капельки пота, побелевшая кожа неестественно стянула округлый череп. Именно тревога отражалась в его почерневших глазах, что метались из стороны в сторону подобно маятнику, качавшегося с чёткой амплитудой. Наконец, Арчи, резко отодвинулся от кресла и на шатающихся ногах, подошёл ко мне ближе : - Что ты сказала? - я была на девяносто процентов уверена, что он не мог поверить в то, что услышал. - Ты знаешь Чейза Моргана?Сердце вдруг заколотилось с бешеной скоростью, готовое вот - вот вырваться из груди. - Значит, вы его знаете... - твёрдо отчеканила я и в ту же минуту подернулась от собственной интонации. - Конечно, я знаю этого молодого человека. И очень хорошо. - Арчибальд чувствовал себя как человек, которому нанесли удар поддых, и теперь он корчился от потрясения. - Но о нем я предпочитал не распространятся раньше времени о нем. Глубокие морщины залегли у меня между глаз в момент, когда я густо свела брови к переносице. Самые худшие догадки подтверждались с каждым далее сказанным словом Арчи. - Что значит, раньше времени? - Но я не думал, что в этом есть нужда, раз ты не имеешь к этому отношения. По крайней мере, я думал, что не имеешь. - нервно дергая кончиками пальцев, Арчибальд начал мерить комнату гигантскими шагами. - Чейз Морган - Огненосец со стойкими моральными устоями, поэтому он не мог отказаться от предложения выйти на патрулирование пару месяцев назад. Однако, больше мы его не видели. - Чейз все знал. Он был частью всего этого, пока...- внезапно, язык перестал меня слушаться. Мои глаза бегали в поисках ответа, как слепой не может видеть ничего, кроме темноты и все равно отчаянно пытается найти хотя бы какой - то выход, только бы зрение вернулось. - Рейна, пойми, его исчезновение - невероятно, - говорил Тёрнер так, как будто ничего таинственнее он никогда не видел. Будто, исчезновение человека было нечто абсурдным и невозможным. - Он словно...- Стерся с лица земли. - зловеще и даже с неким приторным наслаждением пропел голос, причинивший мне столько боли, сколько не причинял никто. Волосы на затылке Арчибальда внезапно зашевелились. И для выяснения причины даже и стараться не надо было - он почувствовал появление зловонного врага : Роберт, иронично поднявший бровь, притулился к свободной стене и с наигранным пафосом, смотрел на меня сверху вниз. Словно омоченные в вине губы, они изображали улыбку дьявола. Но самое убивающее было то, что в этом извращающемся лице присутствовало то редкое очарование, которое удерживало всякую девушку от любой попытки избежать его чар. - Да как ты посмел! - задохнувшись от омерзения, я молниеносно врезалась в его твёрдую грудь, не поднявшей ни единого вздоха раскаяния. Терпкий запах его кожи тут же затуманил все чувства. Из под ухмылки проступили тихие смешки, перерастающие в издевательский смех, будто забавнее ситуации он не видел ранее. Будто все моё существование было одной сплошной иронией, над которой было так же сладко потешаться. - Что ты сделал с ним? - пригвоздив одной рукой его к холодной стене, я чувствовала, как в ладонь ударяется его прерывистое дыхание. Заскрежетав острыми когтями, мне пришлось сжать руку в кулак. - Учти, теперь я вооружена. - Да, напугала, ад поджилки трясутся. - длинная тощая рука легла на когтистую перчатку и с лёгкостью отодвинула от своей раскрасневшийся шеи, где не переставая, в лихорадке билась жилка. - Ой, кажется я забыл тебе поведать о своём замысле, правда? Вот пустая голова! Роб надменно поднял подбородок, в резкой полутени острые скулы стали выпирать так, как выделяются кости мертвеца на фоне пожелтевшей луны. Отточенный подбородок чётко указывал на место, где располагалась середина между ключицами,будто бы он метил точку, тщательно примерял, куда можно было вонзить смертельное орудие. Яркой вспышкой, перед глазами пробежала сцена : Закоченев от холода, в цепких лапах смерти лежало бездыханное тело, и только одни сверлящие глаза, не мигая, смотрели спокойно и хладнокровно. Багровые брызги так ярко выделялись на снежной коже, что это было одновременно и страшно, и красиво. Рука Роба, перчаткой из невинно пролитой крови, пылала красным цветом и сжимала блестящую рукоять револьвера. Он был направлен в рваное простреленное горло. В ту же секунду именно туда упёрся его хладный палец. - Боюсь, что ты ошиблась с противником : золотое правило - не посягай на того, кто втрое сильнее тебя. Тем более, если твой противник - сама смерть. - кончики пальцев запорхали вокруг моего горла, обвиваясь вокруг хладнокровной змеей. - Когда, ещё на мосту, я завидел твоего ненаглядного, в голове у меня сразу щёлкнула потрясающая мысль! Я знал, что его время гибели ещё не пришло, но опытный враг всегда знает, когда можно силы светлого направить в нужное русло. Содрогаясь от дикого удовольствия, юноша переместил пальцы, где он зажал влажной рукой пылающую артерию, словно хотел вдавить её обратно под кожу. А я не шевелилась, только большой ком подкатывал к горлу и царапал внутренности изнутри. В тени глаз залегла глухая злоба. - Поэтому отправить его в кому и заставить бедного мальчика потерять память : все, что когда - либо он знал о нашем мире, чтобы ты думала, будто он ни разу не предполагает о своём существовании, и посмотреть на твои ЖАЛКИЕ попытки спасти его - это такое наслаждение, что ты и представить не можешь! - его шепчущий голос перешёл в настоящий гневный ор. Все в его отвратительном образе трепетало жаждой причинить мне боль, уколоть меня за самое хрупкое, осквернить самые светлые надежды. Желание - вот что двигало им. - Ну конечно...- едко прошептала я, дрожа от осознания горькой правды. - Манипулирование - это все, что осталось от тебя, Роберт. На ресницах залегла соленая влага. Но вдруг, во мне словно взорвалась сверхновая : настигающие слезы высохли, а на место них пришла жажда отпора. - За что? За что ты так поступил со мной! - заверещала я, отдирая от себя его руку той, что была острой как бритва. На кисти Роберта остались едва видные розовые отметины. - ЗА ЧТО? - бросился на меня он, надвигаясь, как грозовая туча. - Не поняла ещё, Светлая?! - Только попробуй тронь! - руки Арчибальда распростерлись по разные стороны от нас так, что его ладони упирались в наши тела. Не прошло и доли мгновения, как он растолкал по разные стороны самых ненавистных друг другу врагов, но к сожалению, это было наибольшее, что он мог сделать. В хитро сощуренном взгляде Роберта вдруг запорхала искра слепого бешенства. Но этой искры вполне хватило, чтобы превратить его в некто другого.Он надел поверхностный образ безумного, одержимого эгоиста, ослеплённый тем, что сидит у него в черством сердце и разлагает его изнутри. Роберт Аллисон сам позволял жрать самого себя. Юноша подался вперёд, заскрежетав зубами от всепоглощающей гордыни : - Потому, что я - Тёмный. - парень направил скрючившиеся пальцы, расположенные в хватательном движении, к середине груди. - А ты - мой враг, который когда - нибудь убьётся меня. Если я не сделаю это первым, тогда я навечно буду гореть в Аду.Я резко замерла. Вообще никакого признака на движение. Шок и испуг сковали моё тело, я ничем не могла пошевелить. И только рот мог высказать истину, пронзившую Роберта туда, где едва билось его крохотное сердце :- Насколько бы я не хотела, чтобы твое существо сгинуло, я не опущусь до твоего уровня. Я. Не. Убью. Тебя. - отрешённо отчеканила я, все ещё потрясённая и почти не соображающая. - Не. Убью. Последние слова, словно гром грянул между нами, разломив почву под ногами, загнали молодого человека в ступор. Обескураженный, он стоял и часто моргал, длинные ресницы то и дело отражали тень на высоких скулах. - Почему? - промямлил Роб мне в спину, язык его не слушался совершенно. Отвернувшись от него, я глядела в пол и лихорадочно соображала, что же мне ответить. Но, наверное, в тот момент мною руководила безотчётная разочарованность. Я не удостоила его ответом. - Ответь мне! - голос, которым закричал Роб, сорвался на последней ноте. Звук превратился в вопль - такой же горький и до ужаса страшный. Таким голосом кричат раненные люди, истекающие последней жизненной энергией. Так кричат в предсмертным муках птицы, но точно, не сама смерть, стоящая позади меня в облачении всего лишь молодого человека, знающего меня с детства. Худшее, что я могла сделать - пригреть на груди змею. Все ещё не поворачиваясь к предателю, я , в порыве чувств, закрыла лицо заледеневшими руками. Из под сомкнутых ладоней похрипел усталый стон. - Я не знаю...Я не знаю как поступить, Арчи! - полностью игнорируя Роберта, я бросилась к Огненосцу с мольбой. - Что - нибудь можно сделать с Чейзом? Помочь ему чем - то? Подтолкнуть его на то, чтобы он все вспомнил! - Рейна, прости, но...- Разве ничего нельзя сделать! - Чтобы это никому не навредило - боюсь что нет... - с горечью огласил Тёрнер, нервно проведя узкой ладонью по волосам. - О Боже! - не веря своим ушам, я села на корточки, зажав голову руками. Череп был сжат железным кольцом, нервы уже начинали подводить. Перед глазами все кружилось, реальная ситуация рябила и маячила, словно говорила : " Ты провалилась, выхода нет, выхода нет." Ужасные. Ужасные последствия пробегали перед глазами, изрезали душу, пока я не услышала три слова, прочистившие незримую дорогу к цели. Но риск был слишком велик, каждое мой неверный шаг мог возвести ещё одну проблему, а потом следующую, и следующую. Все, что я построила за все это время могло рухнуть в бездну забвения и навсегда я могла остаться с покалеченным разбитым сердцем внутри. Чтобы что - то получить, ты должен что - то отдать взамен. Так вот я не была готова к такому раскладу. - Зато я знаю. - играя желваками, Роберт полностью отошёл в тень. Во впалых глазницах виднелся только мрак. В темноте сверкали только светящиеся зрачки и такие же подсвеченные скулы. Чернота, поглотившая все остальное оставила только эти две черты лица на виду. Одна приподнятая бровь изгибалась под таким же чётким углом, как и в первый раз, когда я его встретила у себя дома после школы - мокрого от дождя, и такого же надменного. Вот те три слова. А вот ещё другие три слова : ещё более страшные, которые рано или поздно собьют меня в пропасть. И выбраться оттуда я уже не смогу самостоятельно потому, что я буду уже зависима от того, кто меня туда скинет. Я была влюблена.

Очерненная ткань сползала до уровня щиколоток. Высоко задранный ворот касался мочек ушей и впивался в тонкую шею. Под длинным драпированным пальто прятались от солнечного света чёрные обтягивающие джинсы и водолазка с горлом, по плитке раздавались раскатистые удары каблуков - это назвалось формой Огненосцем. На усеянное болью лицо падали пряди волос, а после снова взлетали от того, что я как зверь, загнанный в клетку на потеху зрителям, ходила взад и вперёд, размахивая окончаниями накидки, пока в поле моих раздумий не ворвался Арчибальд. Две тощие руки опирались на круглый стол, в местах, где выпирали кости, кожа приобрела неестественный белый оттенок.- Рейна, давай не будем торопиться с решением. - эта фраза уже несколько раз прозвучала за то время, пока я справлялась с бешеным чувством, что кипело и будоражило все внутри меня.Я оторопело подняла на него взгляд. Подняла и никак не могла узнать в нем прежнего Арчибальда, который оставил след в моей памяти как человек, знающий все тонкости этого мира и с таким же тонким хладнокровием стремился помочь мне влиться в течение, в котором они все живут. А сейчас, от старинного как мир наставника оставался лишь призрак, вместо которого дрожал преданный Огненосец, готовый отдать что угодно, ради служения высшему. - Не будем торопиться? Серьёзно? В эту минуту чёрная тень подала признаки жизни и заговорила с нотой томительной сладости : - Не хочу отвлекать от томных раздумий, но это единственный выход спасти твоего несчастного. - Роберт развалился на кресле, приложив прохладные кончики пальцев к пунцовому покрову губ. Пылающие яблочки его щёк горели лихорадочным ожиданием моего решения.Лицо моё было настолько напреженно, что я могла только одними глазами переместиться в сторону молодого человека. И это стоило мне дорогих усилий : как только я посмотрела глаза в глаза, позвоночник пронзила странная тёплая боль. - Рейна, послушай...- снова взмолился Арчибальд, безутешно бросив кисти рук на стол. - Арчибальд! - я жестом притормозила его слова, подняв руку вверх. Было слишком сильно заметно как по пальцам бьет нескончаемая дрожь. На болезненных глазах полопались капилляры, глаза горели с каждой секундой все больше и больше. Повернувшись в сторону Роба, я всем весом навалилась на стол, будто грозовая туча. - Условия сделки таковы : мы идём к мойрам за помощью, так? А теперь ответь на вопрос. Чем мы должны заплатить? Он закрыл глаза. И меня это не на шутку напрягло. С таким выражением лица молятся грешники в церквях, с таким лицом запертые за решёткой просят вдохнуть каплю запретной, и от этого будоражащей свободы, так жаждут любовники вернуть друг друга, даже когда расставлены все точки. На мужественном лбу пульсировала мягкая венка, как бы он испытывал сильное чувство боли. Веки сильно зажмурены, а под тонкой кожей дрожали глазницы. - Плата - это уже моя прерагатива. - отозвался Роб, не открывая век.- Ты увиливаешь от ответа, Аллисон. - я дёрнула влево голову от того, что он вдруг распахнул густые ресницы, приоткрыл занавес соколиных глаз. На секунду, когда он облизнул губы и лёгкая ухмылка снова вернулась на своё место, он привстал и его железный стан неожиданно вытянулся, я впервые пожалела о своём решении вернуть память Чейзу. Это сомнение начинало подкрадываться в мой мозг после того, как я задумалась о том, что возможно, он даже не хотел бы возвращать все на круги своя. Не всегда прошлое приносит что - то, кроме терзаний и горечи. Но с такой же скоростью, с какой пришла эта мысль, я заставила её испариться из моей головы. - Видишь ли, у мойр есть то, что по праву принадлежит мне. - Роберт выдохнул клубочек пара, что обжег мою ледяную шею. - А никто никогда просто так моё не отбирает. Воздух между мной и ним неестественно дрожал. Накалившаяся обстановка затуманивала зрение и отравляла ум, и чем дольше он исследовал меня глазами, тем дольше мы оба понимали, что зашли слишком далеко. Непозволительно далеко. - И это чревато последствиями. - продолжил он и его голос едва не дрогнул. Чересчур было похоже на то, что он имел ввиду не отобранные вещи, а про последствия нашей вражды, под которой скрывалась нечто другое, чем просто ненависть, гнев, и даже власть. Данные определения были лишь предлогом. - Так что эту вещь я любезно заберу и тогда у нас есть шанс всё исправить. - Нет, Роберт. Не у "нас". - на моем лице застыло трагичное подобие улыбки, с которой обычно люди понимают, что пора все пути между ними отрезать. И к сожалению, он это понял. И больше у него вопросов не возникло. Роберт смотрел внимательно и в самый последний момент он заметил изменившуюся вещь во мне, к которой он был уже готов и которую он ожидал с самого начала, зная, что рано или поздно такое произойдёт - я возвела невидимую стену между нами. Как когда - то я сумела разглядеть защитный "панцырь" Роба - преграду перед близким общением с людьми. Он никогда не доверял никому. И теперь я ему не доверяла. С этой секунды теперь он должен был преодолевать мои стены. О существовании Арчибальда я вспомнила только тогда, когда он задал вполне объективный и важный вопрос, стараясь избегать взгляда, соприкасающегося со мной : - И что за вещь? - А вот это - не твоего ума дела. - надменно рассмеялся Роб, отойдя от меня на безопасное расстояние. - Рейна, прошу! Выслушай! - Огненосец снова обратился ко мне, ища силуэт черными блестящими глазами. - Мойры - опасные существа и с ними сделки заключать не дороже, чем заключить сделку, к примеру, с Тёмным Фениксом. Это никогда ни к чему хорошему не приводит! - Мне все равно насколько скользкими они могут быть. Если такова цена риска, то я готова пойти. - со странным хладнокровием промолвила я, поставив вооруженную руку на отполированное стекло стола. Тихий скрип когтей раздался возле ушей.Глядя на мою уверенность, Арчибальда мгновенно пробил пот, и ему ничего не оставалось делать, как в последний раз пытаться повлиять на меня и моё решение : - Рейна, - мужчина заглянул прямо мне в глаза. - ты делаешь большую, очень серьёзную ошибку! Тем более...- А ещё ты пойдёшь с Робертом : ты ведь это хотел сказать, Арчи? - так наигранно перебил его Роберт, не отрывая от меня противоречивого взгляда. А я безлично делала вид, что не замечаю натиска его глаз, не замечаю того, как он относится ко мне и как борется со своей внутренней природой, разрываясь между чувствами человеческими и долгом Тёмного Феникса. И большего всего на свете я хотела бы, чтобы он не понимал, как я терзаюсь, когда испытываю перед ним самые лучшие ощущения и самые худшие одновременно. Как жаль, что он видит это и страдает ещё больше, поэтому играть роль безразличия - проще всего, чем страдать от того, как внутренние органы пожирает бесконечная боль, словно живущая сама по себе. - Дело в том, что территория мойр находится в эпицентре демонов. И только я могу все уладить. - Роберт решил переключить тему и надев пафосную маску, вынул бескровной рукой своё оружие.Именно этот клинок мне запомнился своим отзвуком стали, когда серебристое лезвие перерубило демона, пытавшегося убить меня. Острие заключалось на двух концах, поэтому его хозяин мог отнимать жизни сразу с двух сторон, смотря жертве между глаз, вонзая лезвие по рукоятку, как нож входит в растаявшее масло. Совсем как в обмякшее человеческое тело. Провертев его между цепкими пальцами, он переложил его в другую руку. - Почему ты? - подозрительно сощурившись, спросила я, чувствуя в его тоне какой - то подвох. - Все просто - мойры в подчинении смерти. А стало быть...Я не дала ему договорить, болезненно прикрыв глаза : - Они под твоей властью...Набухшая венка на его шее перестала дёргаться, а в мертвых глазах потух блеск. - Хорошо, я соглашаюсь на твои условия. - скрипнув стальными когтями по столу, твёрдо отчеканила я. - Учти, посмеешь обмануть меня...- Нет. Ты не убьёшь меня. - внезапно хрипло рассмеялся Роб, снова приложив тонкие пальцы к губам. Внутри меня забурлило, закипело и выворачивало чувство, которое нельзя описать словами - когда ты не можешь сам себе признаться в том, что ты не должен любить кого - то ; испытывать влечение. Плотно сжатые губы начинали подрагивать, и из - за нервного сбоя было ощущение что я схожу с ума. - Ты прав, Роберт. Не убью. - бесцветным голосом я подтвердила его слова. - Но ты, как никто другой должен понимать, что смерть - не самое интересное извращение над врагом. - Все твои слова - сплошной блеф. - А это уже мне решать. Возможно, он мог скалить зубы от такого отпора, ведь зло не терпит, когда кто - то может бросить ему вызов, но он только чопорно проронил : - По рукам. Не волнуйся, я составлю тебе хорошую компанию. Ухмыльнувшись куда - то в пустоту, я покачала головой : - Не сомневаюсь.