Глава 88. Сдержанность

　Сцена в ложе на мгновение была очень шокирующей.

Вероятно, потому, что Шэнь Хунъюань только что слишком искренне продвигал своего сына, хотя запах вина был немного странным, старый Лино всё же, не раздумывая, сделал большой глоток. В результате... Струя жидкости со странным вкусом вырвалась из его рта и пролетела долгий путь. Через обеденный стол, мимо Шэнь Хунъюаня который сидел рядом и у которого вот-вот выпадут глаза. Жидкость попала прямо на Шэнь Синрана, который сидел напротив старого Лино.

　Хотя двое его сыновей выпили меньше, они тоже были не в лучшей форме. Как только жидкость попала Яну в рот, она была тут же разбрызгана повсюду. Как будто богиня разбрасывала цветы. И если старый Лино атаковал в конкретном направлении, то Ян просто швырял их без разбора. Джину нужно было всегда помнить о своём стиле и стараться изо всех сил сохранять элегантность, не выставляя себя напоказ. Но перед вкусом этого «вина» не мог устоять никто. Так «винная жидкость» была выплюнута почти на самого себя и бесшумно стекала по уголкам его рта и подбородку. На элегантном костюме виднелись мокрые полосы.

　Шэнь Хунъюань был ошеломлён. Он посмотрел на Шэнь Синрана, затем на семью Лино, быстро встал и спросил:

- Что случилось?

　Старый Лино ударил себя в грудь и указал на Шэнь Синрана напротив, не в состоянии произнести хоть слово. Он и двое его сыновей поспешно схватили стаканы с водой, стоящие на столе. Быстро набрав воды в рот, они не знали, выплюнуть её или проглотить, поэтому так волновалась, что бегали вокруг стола. Наконец, старый Лино подавил привкус во рту и сразу же указал на Шэнь Хунъюаня, затем на Шэнь Синрана и сердито сказал:

- Что вы даёте нам пить? Туалетную воду?!

　Ян вторил:

- Правильно, чем мы тебя обидели? Посмотри, какой бардак ты сотворил!

　Шэнь Синран тоже был ошеломлён. Гордость в его глазах ещё не рассеялась, поэтому он тут же попытался защититься:

- Нет, я не...

　Шэнь Хунъюань также сказал:

- Это какое-то недоразумение! Мой сын всегда всё делал правильно...

　- Недоразумение? - Старый Лино разозлился. Он поднял руку и вылил оставшиеся полбокала «вина» на лицо Шэнь Хунъюаня: - Я тебя неправильно понял? Попробуй сам!

　Раздался звук «Ух». Шэнь Хунъюань поднял руку, чтобы вытереть лицо, и замолчал. Через минуту он указал на Шэнь Синрана и заорал:

- Ты, недобросовестный человек, какое вино ты наливал? Кто сказал тебе подавать что-то подобное, чтобы вызвать отвращение у людей?

　Видя, что даже Шэнь Хунъюань ругает его, Шэнь Синран внезапно запаниковал. Он ничего не сделал! Он вообще ничего не сделал, просто принёс вино, приготовленное Лу Раном! Лу Ран был в ванной, когда он подумал о том, чтобы самому принести напитки. Шэнь Синран внезапно замер. Он посмотрел на «винные» подтёки, которые только что были распылены на его одежде, осторожно поднял её и понюхал. Его лицо внезапно позеленело. Глядя на троих членов семьи Лино и Шэнь Хунъюаня с сердитыми лицами напротив себя, Шэнь Синран в данный момент не мог ни о чём заботиться. Он быстро признался:

- Мне очень жаль, дядя и два моих брата. Я не наливал это вино. На самом деле его налил мой брат Лу Ран. Я просто принёс его...

　- Ты пердишь! - Старый Лино выругался и указал на него пальцем: - Ты только что сказал, что налил это сам.

- Я не... - Шэнь Синран всегда клеветал на других. Разве он когда-нибудь попадал в такую ​​ситуацию, когда вообще не мог защитить себя? У него не было другого выбора, кроме как стиснуть зубы и признать свою ошибку: - Это была моя вина. Я солгал вначале.

　Но что бы он теперь ни говорил, люди напротив него просто думали, что он уклоняется от ответственности, и совершено ему не верили. Джин посмотрел на него и усмехнулся:

- Ты сказал, что это твой брат налил это? Я столько раз пил вино, которое наливал твой брат, и оно было в порядке. Почему что-то произошло, когда ты пришёл сюда?

　- Правильно! - Сердито подтвердил Ян: - Может ли моча, которую ты наливаешь, сравниться с прекрасным вином, которое наливал Лу Ран?

　Шэнь Синран в гневе топнул ногами:

- Но Лу Ран налил именно это!

　Трое членов семьи Лино вообще в это не поверили:

　- О, мы все пили вино, которое наливал твой брат. У вина странный и слегка горьковатый аромат. Как оно может быть таким же, как эти вещи, которые на вкус, будто их вытащили из унитаза?

⁕⁕⁕⁕

　Лу Ран вышел из ванной и обнаружил, что поднос, который он отставил в сторону, пропал. В этот момент он на мгновение замер. Он не хотел допустить, чтобы ни в чём не повинные люди выпили это. Но немного подумав Лу Ран быстро догадался, кто мог быть виноват. Он тихо вернулся к ложе и приоткрыв дверь, увидел, как старый Лино выплёвывает «вино». Лу Ран немного расслабился. Логично, что правильные напитки пьют правильные люди. Он стоял возле ложи и некоторое время молча наблюдал. И только когда Шэнь Синран начал безумно проявлять себя, он открыл дверь и вошёл и тут же с отвращением обмахнулся руками:

- Эй... почему здесь пахнет туалетом?

　Когда Шэнь Синран увидел его, он сошёл с ума. Указав на Лу Рана, он сказал:

- У тебя хватит наглости сказать, что это вино, налил не ты?

　Лу Ран удивлённо посмотрел на него. В его глазах мелькнули растерянность и недоверие. Наконец, он вздохнул и сказал тоном обиды, который мог услышать любой:

- Раз вы с отцом так думаете, то просто считайте это моей виной.

　Шэнь Синран был совершенно сбит с толку явным ароматом чая*. Впервые в жизни ему подали чай другие!

*«Зелёный чай» стал сленговым обозначением женщины внешне милой и нежной, но на самом деле коварной, корыстной и расчётливой.

　Как и ожидалось, Джин Лино через круглый стол тут же с негодованием сказал:

- Шэнь Синран, ты всё-таки его оклеветал!

　Старый Лино, наконец, не смог усидеть на месте. Он встал, указал на Шэнь Хунъюаня и выругался:

- Посмотрите на хорошего сына, которого вы вырастили, он ни в коем случае не может жениться на нашей семье Лино! Наша семья Лино никогда не проявит снисходительности в борьбе за этот проект!

　Сказав это, он махнул рукой и быстро покинул ложу вместе со своими двумя сыновьями. Увидев, что дела идут не так, Шэнь Хунъюань быстро погнался за ними. Но прежде чем выйти, он не забыл дать пощёчину Шэнь Синрану:

- Посмотри, какие хорошие дела ты сделал!

　Шэнь Синран тяжело пережил это.

　Вскоре Лу Ран и Шэнь Синран остались единственными людьми в некогда шумной ложе. Шэнь Синран прикрыл щёку и сердито посмотрел на Лу Рана. Его глаза были ясны:

- Ты ожидал, что я заберу налитое тобой вино, поэтому намеренно сделал это, чтобы расправиться со мной!

　Лу Ран помолчал, а потом искренне сказал:

- На этот раз всё действительно было не так.

　Но, конечно, Шэнь Синран не поверил этому. Он был твёрдо уверен, что Лу Ран спланировал всё заранее.

⁕⁕⁕⁕

　Когда Лу Ран вышел из ресторана, он увидел машину Цзи Мина, ожидающую снаружи. Сев в неё он удивлённо спросил:

- Босс, почему ты здесь?

　Цзи Мин взглянул на него и сказал:

- Мимо проходил.

　Дворецкий Чен, водитель: «...» Ваше «прохождение мимо» действительно извилисто.

　Лу Ран не обратил внимания на эти детали. Уже сидя в машине, он не мог сдержаться и схватившись за ручки инвалидной коляски Цзи Мина, взволнованно рассказал историю о том, как Шэнь Синран напоил членов семьи Лино «оригинальной жидкостью». Всё рассказав, он вздохнул с сожалением:

- Зачем он забрал эти бокалы?

　- Ты недоволен? — Спросил Цзи Мин.

　- Конечно, лучше напоить их своими руками! — Ответил Лу Ран.

　Цзи Мин, осмелившийся прийти сюда в спешке из страха, что кто-то понесёт потерю: «...» Очень хорошо. Он просто слишком много думал.

⁕⁕⁕⁕

　Оскорбив семью Лино в тот момент, Шэнь Хунъюань и Шэнь Синъюй, возможно, в следующие дни были очень заняты. Шэнь Хунъюань не беспокоил Лу Рана несколько дней. Однако очень скоро произойдёт ещё один инцидент, о котором уже говорили в высших кругах Пекина. Скоро двадцать девятый день рождения Цзи Мина. Семьи, связанные с семьёй Цзи, а также компании, имеющие деловые отношения с семьёй Цзи, давно начали подготовку. Но не каждый мог прийти на вечеринку по случаю дня его рождения.

В последнее время дом Цзи был необычайно занят. Для планирования банкета приехала профессиональная команда. Но в этот период времени Лу Ран снова был занят, бегая весь день, даже не касаясь земли и никого не видя. В двух редких случаях он даже забывал выгулять Ревеня и оставлял его на дворецкого Чена. Утром выходного дня Цзи Мин, наконец, не выдержал этого. Закончив завтрак, он взглянул наверх и спросил дворецкого Чена:

- Чем он был занят в последнее время? Он вернулся вчера очень поздно?

　Дворецкий Чен улыбнулся и ничего не ответил. Цзи Мин опустил глаза и снова сделал глоток чая, нахмурившись:

- Как ребёнок может оставаться на улице так поздно?

　- Может быть, он готовит тебе подарок на день рождения, — сказал дворецкий Чен.

　Цзи Мин был поражён.

　Через некоторое время с верхнего этажа зевая спустился Лу Ран. Вчера вечером он вернулся поздно, его волосы до сих пор торчали во все стороны, а голос был хриплым, как будто он только что проснулся.

　- Доброе утро, босс. - Лу Ран потёр глаза.

　Цзи Мин подумал о том, что только что сказал дворецкий Чен, и быстро отвернулся. Слегка кашлянув, он сказал:

- Чем ты был так занят в последнее время?

　В его голосе было неуловимое ожидание. Но молодой человек за столом лишь поднял голову и отпил воды, неопределенно ответив:

- Ну... кое-что произошло недавно.

　Цзи Мин краем глаза сосредоточено наблюдал за ним. Мальчик поднял голову, чтобы выпить воды, его светлая шея вытянулась, обнажая маленькую красную отметину сбоку, спрятанную под воротником. Больше одной. В просвете воротника смутно проглядывали и другие тёмные следы. Ярко-красные отметины, наложенные на молочно-белую здоровую кожу молодого человека, были чрезвычайно ослепительны. Цзи Мин на какое-то время был ошеломлён, затем поспешно отвёл взгляд и выглянул в окно. Он подсознательно задавался вопросом, были ли в последнее время комары или неподходящие ткани постельного белья и одежды вызвали у мальчика аллергию. Но такие вещи могли случиться снаружи, но совершенно не в доме Цзи Мина. Если исключить эти возможности, а также недавнее позднее возвращение Лу Рана, готов был появиться ещё один ответ. Цзи Мин сжал пальцы на стакане с водой. Заметив это, он снова расслабился. Но это создало у него дискомфорт, поэтому он поднял руку и поставил стакан с водой на обеденный стол. В этот момент Цзи Мин чувствовал себя очень сложно. Неизвестная эмоция вспыхнула, разрывая сердце в груди. А ещё была волна гнева. Злость на человека, который мог оставить эти следы на теле мальчика. Но под давлением этих сильных чувств он вспомнил, что Лу Рану уже девятнадцать лет. Хотя он всегда чувствовал, что Лу Ран был ребёнком, но он был уже юридически признанным взрослым. Дети в богатых семьях, как правило, очень рано развиваются, а подростки часто попадают в неприятности. Как и с Лу Раном, было уже слишком поздно сожалеть.

Сердце продолжало разрываться на части. Пальцы Цзи Мина слегка дрожали, желая хоть что-нибудь сделать. Например, притянуть юношу к себе на руки. Прижать кончики пальцев к отметине на боковой стороне его шеи, чтобы закрыть эти следы хоть чем-нибудь. Цзи Мин был бы очень счастлив сделать это. К счастью, Лу Ран сидел дальше, и, к счастью, инвалидная коляска ограничивала его движения, удерживая от совершения этих ужасных вещей.

　Цзи Мин снова подумал, что он всегда думал о себе, как о старшем Лу Рана, всегда считая его ребёнком. Итак, как старейшине, что ему следует теперь сказать? Что молодым людям, необходимо беречь своё здоровье? Цзи Мин чувствовал, что должен что-то сказать. Импульс в костях, мышцах и нервах было необходимо подавить словами.

　- Ты... - Цзи Мин услышал свой сухой голос и спросил: - У тебя есть девушка или... парень?

　- А? - Лу Ран откусил половину креветки и поднял голову.

　Цзи Мин изо всех сил старался сохранить нормальный тон и с трудом произнёс:

- Будь осторожен.

　Сказав это, он быстро развернул инвалидное кресло собираясь уйти. Но прежде чем он успел сделать хоть одно движение к двери, он увидел, как загорелись глаза молодого человека за обеденным столом. Отложив палочки для еды, мальчик подтащил себя со стулом к креслу Цзи Мина, перегородив выход. Мужчина хотел отступить. Он хотел сказать не подходить к нему так близко. На случай, если он не сможет себя контролировать... Но молодой человек раскрыл свои глаза, и вдруг дёрнув свой воротник, приблизился к нему и спросил:

　— Босс, ты это видел?

В следующий момент молочно-белая кожа, источающая тепло, приблизилась к глазам Цзи Мина. Он даже мог видеть волнистые синие кровеносные сосуды под кожей. И даже лёгкое дрожание кожи, вызванное биением сонной артерии. Жевательные мышцы Цзи Мина на мгновение напряглись, он смущённо наклонил голову и сдержанно стиснул зубы. В это время он услышал, как ребёнок перед ним сказал, как будто беря на себя ответственность:

- Босс, посмотри, как хорошо я себя ущипнул!

　Цзи Мин: «?»