Глава 83. Последняя просьба

Алиса даже не стала открывать книгу четвертого мира. Ведь тогда она окончательно убедится в том, что Ви - всего лишь книжный персонаж, несуществующая личность, так сильно омрачившая разум и сердце девушки. Лишь уселась на колени перед картиной и дрожащей рукой погладила холст.

Уходить не хотелось. Хотелось быть рядом с Ви.

Алиса просидела так минут двадцать.

Это было выше ее сил. Да, страсть к немцу была обычным увлечением, влюбленностью, симпатией. Может быть, она могла бы перерасти в нечто большее, но ведь Ви больше нет, а есть лишь книга о нем и пыльный холст, закрывшийся навсегда.

Алиса по-прежнему была в багровом платье. Не было ни сажи, ни крови на руках, волосы снова в аккуратной прическе...

Но все-таки девушка взяла из этого мира многое. Храбрость, мужество, жестокость. Теперь она перестала быть девицей, начитавшейся ванильных романов и греющей розовые мечты о будущем.

Теперь она - другая Алиса.

Не сказать, что она превратилась теперь в мужика, совсем нет. Она стала серьезной, властной и деспотичной - совсем как Эрика Вячеславовна. Скорее всего, мать не побоится оставить на такую дочь особняк.

Алиса, поджав губы, вышла из тайной комнаты и, не допуская себе такой слабости, как стремление схватить четвертую книгу и с жадностью начать ее читать, захлопнула дверь и торопливо покинула библиотеку.

Все такое знакомое, родное... Богатое. Как же девушка отвыкла от этой роскоши, скитаясь по руинам четвертой картины.

В кухне ее ждал дворецкий Станислав.

- Вот вы где! - восторженно крикнул он. Молоденький, глупенький. Пытается выслужиться... - Денечка доброго, Алиса Игоревна. Я везде уж вас обыскался... Вас Эрика Вячеславовна зовет к себе.

Девушка со вздохом сковала руки в замок.

- Здравствуйте, Станислав, - холодно произнесла она. - По какому вопросу? Мы же беседовали с ней... тридцать минут назад. Она мне еще подарки забрать приказала.

Дворецкий замешкался.

- Ну ей, того... Худо ей. Голова разболелась, так она пошла прилечь. Вас к себе потребовала, сказать что-то хочет.

Алиса вздернула брови.

Судя по всему, это "что-то" было очень важным.

Неужели ей настолько плохо?!

Девушка торопливо поднялась по лестнице и толкнула дверь комнаты матери.

Она лежала, положив себе на лоб мокрую тряпку. Тяжело дышала.

- Ты не могла еще медленнее сюда идти?! - рявкнула Эрика Вячеславовна. - Глядишь, и не застала бы мать живой.

Что ж, теперь Алиса с облегчением осознала, что Эрика в полном здравии. Или не совсем в полном, но уж точно не при смерти.

- Здравствуй, мам, - вздохнула девушка.

- Здоровались уже, - окрысилась Эрика Вячеславовна. - Присядь. У меня для тебя новости. Одна хорошая, а другая... решай сама, какая она.

Алиса послушно уселась на краешек кровати.

Мать с минуту помолчала, затем задумчиво произнесла:

- Я написала завещание. Нет, конечно, скорее всего, меня вылечат, я даже последние дни на поправку шла, сейчас только вот голова заболела... Но подстраховаться надо. Тебе отходит все мое имущество, включая особняк, машины, деньги и драгоценности, а также дача в пригороде, в которую мы в позапрошлом году ездили за вещами.

- Мам, - Алиса тряхнула волосами. Как ни странно, но факт о наследстве ее мало впечатлил. - Прекрати постоянно говорить о смерти. Это всего лишь головная боль, и...

- Ты больна слухом?! Я говорила не о смерти, а о завещании. Это хорошая новость. А теперь...

- Неопределенная? - хмыкнула Алиса. - Я тебя слушаю.

Мать вдруг закашлялась, глотнула из стакана воду и сбросила со лба мокрую тряпку.

- Я нашла для тебя супруга, - хрипло произнесла Эрика Вячеславовна. - Достойный человек, обеспеченный...

Алиса закатила глаза.

Ну опять старая песня! И почему мать так безумно волнует этот вопрос?!

- Ты слишком озабочена этим, - тихо напомнила девушка.

- Конечно! Конечно, я озабочена! Ведь особняку нужен достойный хозяин! Не на тебя же, дурочку, дом оставлять. К тому же, я опасаюсь, чтобы ты не вышла замуж за какого-нибудь охотника за наживой...

Алиса встала с кровати и подошла к окну.

- Я прошу тебя, - прошептала она. - Позволь мне сделать собственный выбор!

- Знаю я тебя, выберешь ты, как же! Найдешь какого-нибудь алкоголика или наркомана!

Эрика Вячеславовна замолчала, перевернулась на бок и обняла край одеяла.

- И кто же он? - обреченно спросила Алиса.

- Хороший человек. Галантный, обходительный, состоятельный.

- Ты про всех так говоришь! Лагмарин по твоим словам тоже был галантным, обходительным...

Эрика Вячеславовна тяжело вздохнула и взвыла:

- Господи, дай мне сил... Значит, так. Если ты не выйдешь за этого человека - о наследстве можешь и не мечтать. Останешься без копейки, я тебя уверяю. Потому как не могу я больше выбирать... Тот не нравится, этот не нравится! И если я вдруг умру, то моя последняя просьба окажется тобой не выполнена!

Алиса запрокинула назад голову.

На жалость давит... Впрочем, у нее действительно нет выбора. Желание подыскать особняку хорошего владельца очень велико.

- Чего ты хочешь? - выдохнула девушка.

- Я, кажется, ясно озвучила тебе свое желание! Хочу, чтобы ты стала достойной хозяйкой особняка, Алисой Игоревной Соколовой.

Девушка оцепенела, резко развернулась к матери и прижала дрожащие ладони к груди.

Нет, быть этого не могло... Она ошиблась... Глупые надежды...

- Ты про какого Соколова? - осторожно спросила Алиса.

- А ты знаешь двести Соколовых?! Мирон Львович в последнее время обрел знатный капитал. Да и хозяином особняка он будет порядочным. Этот-то не пропьет, не продаст, за десять лет у меня сформировалось к нему доверие. Хоть и родители его - редкостные плебеи, но сам он дворянской породы. Не пытается выслужиться и подлизаться, самовластен, императивен, деспотичен. Определенно, ему я симпатизирую в плане будущего владельца. Правда, иногда он чрезмерно остр на язык. Но это говорит о его храбрости и умении с вызовом отвечать другим.

Алиса потрясла головой.

Да мать... Она сделала лучший подарок на Новый год!

- То есть, ты желаешь, чтобы я вышла замуж за Мирона?! - восхищенно воскликнула девушка. Глаза ее воссияли. - А... А вдруг он не захочет?

- Что значит - не захочет? Заставь! Ты, в конце концов, его начальница.

- Но ведь... он же может уволиться...

- Да куда он денется? От особняка, что ли, убежит? От денег? Ой, боги, никогда не думала, что сделаю владельцем дома гувернера своей дочери... Никогда. Вообще никогда. И в голову даже не приходило.

- Почему именно он? - задыхаясь от восторга, спросила Алиса.

Эрика Вячеславовна хмыкнула.

- А кто? Дворецкий Станислав? Садовник? Охранник Анатолий Михайлович? Или наш шофер Вова? Кошмар, лучше не пугай меня, пожалуйста...

- Ты знала! - воскликнула Алиса. - Ты же все знала!

Мать промолчала.

- Откуда? - прохрипела девушка.

- Я слепая, по-твоему? Мне кажется, в нашем доме уже все об этом знают. Просто не говорят, по крайней мере, при мне.

Алиса зарылась лицом в ладони.

Стук сердца отдавал чуть ли не в горле.

- Спасибо! - сдерживая слезы нахлынувшего счастья, жарко произнесла Алиса.

Эрика Вячеславовна закуталась в одеяло сильнее. Вздохнула.

И вдруг очень-очень тихо начала:

- Мне было семнадцать, когда Игорь познакомился с нашими родителями. Он был приятелем отца, его знакомым по работе. Как раз в тот момент он развелся. Отец возгорел желанием убить трех зайцев: помочь Игорю заполнить душевную пустоту, найти особняку порядочного хозяина и выдать дочь наконец замуж. Меня никто не спрашивал, люблю я его или нет. Не спрашивали меня, как я отношусь к двадцатилетней разнице в возрасте. Я, как маленькая романтичная дурочка, начитавшаяся любовных романов, считала, что это неправильно. Мое мнение, конечно же, никого не интересовало. Мне очень сильно тогда нравился... наш дворецкий. Молодой, красивый... Но я четко понимала, что он никогда не станет хозяином. Более того, когда отец узнал о моих увлечениях, он избил меня железным прутом. Сильно избил, испачкав в крови всю мою одежду. Нет, меня, конечно, неоднократно пороли и раньше, но в тот день он превзошел сам себя. К счастью, после этого я и думать боялась о... глупых фантазиях. Я подходила к делу всегда серьезно и вдумчиво.

Мать вновь вздохнула, зевнула, прикрыв рот, и отрубила:

- Покинь мою комнату. Я желаю отойти ко сну.

***

Жалость к матери была просто невыносима.

Алиса сидела в кресле своей комнаты и вытаскивала из недр памяти обрывки воспоминаний, связанных с Эрикой Вячеславовной.

Ведь если дать им объяснение, то можно сказать о вполне себе добрых намерениях матери... Она могла бы наплевать на дочь - ну, пусть живет с Танечкой, есть нянька - уже хорошо. Но нет, она наняла образованного гувернера, желая, чтобы Алиса знала все науки и была грамотной, достойной. Она огораживала ее от общества, потому что боялась, что оно может испортить дочь. Мать тщательно выбирала Алисе супруга - да, в частности из своих целей, но ее мысли были заняты лишь этим.

Ведь Эрика Вячеславовна любила Алису. Да, не слишком явно и не кричаще. Она любила, но не могла выразить свои чувства, потому что попросту не умела и не знала, каково это. Но стремление дать ребенку светлое будущее - уже любовь.

Алиса не заметила, как задремала прямо в кресле.

Разбудил ее осторожный стук в дверь.

Девушка разлепила сонные глаза, бросила взгляд на часы и поразилась, насколько долго спала.

Уже восемь часов вечера!

- Войдите, - хриплым спросонья голосом крикнула Алиса.

Дверь распахнулась.

Странное дело - за какую-то неделю пребывания в четвертом мире она уже успела позабыть его внешность.

Однако... он поистине был прекрасен... Как и всегда...

Алиса вскочила с кресла. Девушка боялась, что Мирон злится из-за происшествия утром до сих пор.

- Привет, - осторожно кивнула Алиса, сковав руки в замок.

Его глаза сверкнули. Он вдруг широко улыбнулся и поправил пиджак.

- Привет, Алиса, - доброжелательно сказал он, подошел к девушке, обнял ее и жарко поцеловал в щеку. От него сильно пахнуло вином. - Ты что, спала? У тебя помятый вид.

Девушка слегка смутилась, растерла щеки и пожала плечами.

- Немного задремала... Как прошел вечер с писателями?

Мирон рассмеялся и покачал головой.

- Да какой вечер... Алис, ты ведь не злишься на меня за утрешнее? Я правда был не в себе, раздражителен и вспыльчив. Я лишил тебя Нового года! Да, мы встретили его вчера, но сегодня я, как бездушная скотина, взял и уехал, бросив тебя в особняке. Я хочу это исправить. Да, мы обменялись подарками двадцать девятого декабря, но это были не совсем все. Просто я ждал начисления гонорара... А отметим мы полноценно, когда вернутся родители. Всей семьей, как всегда! Мне... мне очень стыдно, правда.

Алиса почувствовала, как розовеет от наслаждения и смущения. С обожанием она взглянула на мужчину.

Нет, все-таки никакой немец никогда не сравнится с Мироном, ее Мироном...

Влюбленностей много.

Любовь - одна.

- Закрой глаза, - подведя Алису к зеркалу, попросил Мирон.

Та послушалась.

Осторожно и трепетно мужчина коснулся ее шеи. Ключицы охладило какое-то изделие...

- Открывай, - тихо позволил Мирон.

Шею Алисы оковывало прекрасное ожерелье из белого металла. Цепи переплетались между собой, как серебряные змеи, украшение искрилось под светом лампы.

- Восхитительно! - выдохнула Алиса. - Оно... оно прекрасно!

- Я подумал, - смущенно начал Мирон. - Что из украшений у тебя собственных-то и нет. Только те, которые достались от матери.

Алиса уперлась взглядом в прекрасное ожерелье в зеркале. Неуверенно коснулась украшения.

- Потрясающе! Серебряное, да?

- Бери выше, - усмехнулся Мирон.

Девушка замерла.

- Неужели...

- Именно, - он кивнул. - Платина.

- Но...

- А ты думаешь, для чего я гонорар ждал? Еще раз извини за испорченное первое января и мое вспыльчивое поведение. Я постараюсь все исправить.

Алиса от наслаждения закрыла глаза.

Порыв обнять Мирона был силен, но безрассуден. У него и так, похоже, уже нехорошие мысли... Не надо усугублять ситуацию.

- Спасибо тебе большое! - проронила девушка.

Мирон вновь улыбнулся и сел в кресло, жестом пригласив Алису подойти к нему.

Обнял девушку за талию и притянул к себе, усаживая на подлокотник.

- Что-то Станислав с кофе опаздывает, - Мирон вздохнул. - Я сказал ему принести напиток сюда... Кстати, помнишь тот портфель, который я купил себе на той неделе? Так вот, представляешь, Станислав сегодня с него глаз не сводил, говорит, такой же себе приобрести хочу. Ну чего он нашел особенного? Обычный портфель. Хотя и вместительный.

Мирон задумчиво начал перебирать на шее Алисы ожерелье.

Каждое его прикосновение током ударяло по нервам девушки. Она прерывисто дышала, опасаясь сделать хоть что-то не то.

И что она нашла в том механике, когда тот, кто всегда был ей нужен, здесь, рядом?

Алиса аккуратно поправила ему галстук.

Мирон виновато поднял на девушку взгляд и с сожалением спросил:

- Алис, ты... Ты не обидишься, если...

Она вздохнула.

- Тебе снова нужно куда-то ехать? - понимающе улыбнулась девушка.

- На этот раз - к редактору. Понимаешь, Семен Николаевич завтра уезжает, мне необходимо срочно с ним переговорить. Хотя он, возможно, будет не рад - праздник, все-таки, а я заявляюсь к нему домой...

- Прямо домой? - изумилась Алиса. - А он тебя не выгонит?

Дверь вдруг открылась, и в комнату вошел дворецкий, поставил поднос на стол и деликатно удалился.

Девушка взяла чашку кофе и бережно подала Мирону.

Тот благодарно кивнул и прихлебнул горячий напиток.

- Мы с Семеном Николаевичем с недавних пор приятельствуем, - улыбнулся мужчина. - Не слишком-то уж сильно, но вполне на том уровне, чтобы явиться к нему домой.

Алиса вздохнула и коснулась его часов.

- Я рада, что ты посвятил себя этой благородной сфере! - откровенно сказала девушка. - Ты достоин этого.

Мирон улыбнулся еще шире и погладил ладонь Алисы.

Что ж... Приказы Эрики Вячеславовны возражений не терпят.

Кажется, время пришло. Алиса должна скзать ему. Пока он в таком хорошем расположении духа...

И будь что будет. Теперь нет смысла это скрывать.

Да и наверняка Мирон уже знает об этом. Раз все давно в курсе, отчего же ему оставаться в неведении?

- Меня сегодня вызывала к себе Эрика Вячеславовна, - осторожно начала Алиса. - Она настаивает, чтобы я нашла себе в супруги человека, который смог бы владеть особняком.

Мирон тихо рассмеялся.

- Опять она за старое взялась? - весело выдал он. - Что, Кирилл уже отпал после ссоры с Лагмариными? Ну что ж, Эрика Вячеславовна держалась долго... Да, хозяин действительно нужен. Тебе помочь с выбором?

- С выбором?

- У нас часто появляются все новые и новые лица. В данный момент в коллективе полно молодых писателей. Они еще новички, но весьма старательные. Их ждет большое будущее. Многие из них - сыновья богатых родителей. Полагаю, они придутся по вкусу твоей матери. Хочешь, завтра возьму тебя с собой, познакомишься там с кем-нибудь?

Алиса поджала губы.

Страха не было. Волнения - тоже.

Четвертый мир почти полностью убил в ней все характерные для девушек чувства.

До картины она бы не призналась. Не смогла.

Но сейчас... Она стала сильнее. Храбрее.

- Не нужны мне они, - махнула рукой девушка. - Я уже остановила свой выбор на одном человеке. Он тоже писатель. Очень красивый. И люблю я его... до потери пульса.

Мирон склонил набок голову. Снова хлебнул кофе.

- И ты мне только сейчас это сказала? - ухмыльнулся он. - Я-то думал, ты от меня никаких тайн не держишь... Что это за человек? Надеюсь, он порядочный? Думаю, тебе не нужно напоминать об алкоголиках и аморальных личностях. Как зовут его, когда вы познакомиться успели?

Алиса вскочила с места.

Нет. Сердце все-таки забилось.

Очень сильно.

Может, не стоит?..

- Я люблю тебя, Мирон! - с жаром воскликнула Алиса. - Я люблю тебя! Ты ведь знаешь, ты все прекрасно знаешь! Так почему же ты притворяешься?! Зачем скрываешь это и создаешь иллюзию неведения?! Эрика Вячеславовна дала мне благословление, и если кто и будет моим супругом и хозяином особняка, то только ты!

Запас красноречия кончился.

Алиса замолчала.

Стрелки часов оглушительно тикали. Ветки деревьев злобно скреблись в стекла.

Мирон медленно отставил чашку кофе, не сводя с Алисы глаз.

Прищурился. Его зрачки сузились.

Тонкие пальцы мужчины начали ритмично стучать по подлокотнику кресла.

Этот стук, хоть и тихий, выводил Алису из равновесия.

С тяжелым вздохом Мирон встал и неторопливо подошел к девушке, внимательно глядя ей в глаза. Теперь на его лице не было ни света, ни улыбки, ни радости. Лишь тоска, отчаяние и угрюмость.

Сейчас одеколоном от него почему-то не пахло. Лишь вином. Крепким вином.

- Который сейчас час? - вдруг спросил Мирон.

Алиса подавилась.

Этого она точно не ожидала. Он мог свободно посмотреть и сам... но он спросил девушку.

Бросив взгляд на часы, она послушно ответила:

- Полдевятого.

- Полдевятого, - эхом отозвался мужчина и обнял себя руками, словно защищаясь от внешнего мира. - Я все-таки должен спешить. Не заявляться же мне к Семену Николаевичу посреди ночи. У нас с ним важный разговор, нужно исправить неточности в характерах героев и изменить название.

Мирон кашлянул, бросил холодный взгляд на недопитую чашку кофе и поспешил к двери.

- Постой! - воскликнула Алиса и схватилась за его рукав.

Мужчина остановился, развернулся и вполголоса произнес:

- И вот, что я хотел тебе сказать...

Девушка напряглась.

Мирон вновь прищурился и продолжил:

- Там, в моем кабинете, лежат листы. Это моя книга. Черновой вариант. Передай, пожалуйста, горничной, чтобы не трогала там ничего. Ведь если она перепутает мой роман, я его за месяц не восстановлю.

Поправив пиджак, Мирон, стуча каблуками своих лаковых туфлей, вышел из комнаты.