Глава 59. Флорика

Алиса сидела по-турецки с раскрытой пыльной книгой на большой груде тряпья - месте, куда ее соизволили положить спать. Кровать же занял Федька, заявив, что от сна на полу он заболеет, ибо у него слабый и непереносящий холод организм.

Сам он пошел договариваться с местным старейшиной об оплате за проживание. Чем он может отплатить - Алиса понятия не имела, но надеялась, что друг что-нибудь придумает.

Помещение озаряла уже догорающая свеча, которая освещала текст в книге. Был уже вечер.

В комнату с огромной бутылью, в которой плескалась мутная жидкость, вошла Флорика. Дом этот был жилищем ее старшего брата, но он на неделю уехал на заработки, а его жена с маленьким ребенком ничего не имели против жильцов. Спали они в другой комнате и Алисе с Федькой совершенно не докучали.

Флорика осторожно подменила принесенную бутыль на ту, которая стояла на подоконнике.

- Что ты делаешь? - удивилась Алиса.

Цыганка вздохнула:

- Я ведь травница, - она пожала плечами. - Соорудила брату пойло.

- Это яд?

- Яд? Нет, что ты. Это... лекарство. Никола очень страстно любит водку. А я... делаю своеобразный заместитель. Он вроде как это пьет и доволен, но вреда мое пойло не наносит, более того - снимает зависимость от алкоголя и потребность в нем.

Алиса перелестнула шелестящие страницы.

Вот уже минут десять ей не дает покоя призрачная мелодия невидимого рояля.

Но откуда здесь у цыган рояль?! Его тут просто не может быть, он даже не вписывается в атмосферу! Мелодия почему-то казалась знакомой... словно девушка ее где-то слышала...

А этот собачий лай? Почему где-то там за стеной надрывается собака? Почему никто не может ее успокоить?

- Карлсон, заткнись! - рявкнул невидимый мужчина, и пес моментально замолчал. - Ты мешаешь мне играть...

Карлсон? Отчего эта кличка показалась Алисе до боли знакомой? Она точно слышала ее раньше, но где? Откуда девушка ее помнит?..

- Вы правда не из этих? - неловко спросила Флорика и аккуратно присела рядом с девушкой. Запах апельсиновых корок и зеленого чая от нее теперь стал сильнее.

Алиса встрепенулась и кивнула:

- Да, мы просто хотим помочь им. Уничтожить пойзен... Здесь написано, что траву эту породил какой-то дьявол. Вначале люди не обращали на нее особого внимания, но потом узнали о селении великанов неподалеку. Народ понял, что у гигантов вкуснее молоко, статнее дома, красивей природа, да уж в чем-чем, а в росте великаны явно преуспели. Вероятно, сраженные заниженной самооценкой люди и начали с горя принимать пойзу, рассчитывая, что трава сравняет их способности с великанскими и даже превысит их. Но потом... они обрели зависимость и уже не могли остановиться.

Флорика задумчиво начала заплетать черные волосы в косы.

- Ты уже знаешь, как помочь им? - с надеждой спросила цыганка.

- Я понятия не имею, - честно сказала Алиса и в который раз начала мусолить глазами выцветший текст. - Можно было бы уничтожить пойзен, но вряд ли это возможно сделать, поскольку трава эта растет не только в лесу, но и в огородах селян. И если уж поджечь весь лес, то к огородам почитающее траву люди нас точно не подпустят. Более того, огонь может перекинуться и на их избы. К тому же, сжигай - не сжигай, а рано или поздно трава все равно прорастет, и все будет по новой. Нет, надо искоренить заразу раз и навсегда...

Цыганка грустно вздохнула, подошла к окну и с тихой неприязнью выдавила:

- Ишь, молиться пошли, фанатики...

- Кому? - опешила Алиса.

- Вон, идола огромного вдалеке видишь? Высотой в три великана будет, а то и в четыре. Изображает мужчину - олицетворение пойзена. Когда народ еще не до конца рассудка лишился - сумел возвести из каких-то сподручных материалов. Надо же людишкам потешиться, вот и бегают к нему лбы расшибать - утром и вечером бегают, в качестве обязательного ежедневного ритуала.

Флорика поморщилась, отпрянула от окна и снова присела рядом с Алисой.

- Я как-то сразу усомнилась, что ты из фанатиков, - поделилась цыганка. - Речь у тебя... человеческая. Не то, что у них.

Алиса усмехнулась и выдала:

- Так и я сначала удивилась, когда услышала, что ты нормально говоришь! Думала, ты тоже, как и прочие... Ни бэ ни мэ. Как же все-таки много может обычная трава...

- Да не в траве дело, - тихо вздохнула Флорика. - В них что, насильно эту дрянь пихали? Связывали и в рот заталкивали? Это был их вполне осознанный выбор. Жаль только понимать, к чему он их привел.

Цыганка вдруг осторожно взяла ладонь Алисы и начала, почти не касаясь, водить по линиям на руке девушки, состредоточенно вглядываясь в них.

Алиса замерла от удивления. Что она делает? Неужели гадает?

Флорика вдруг понимающе улыбнулась, посмотрела девушке в глаза и неожиданно выдала:

- Ты влюблена?

Алиса закашлялась.

Как она это узнала? Возможно, просто угадала? Угадать по сути нетрудно, но недаром ведь говорят, что слово цыганки обладает мощнейшей силой и удивительной магической энергией.

- Его зовут Юрик, - непонятно зачем уточнила Алиса.

Странное ощущение... Будто тебе заглянули в душу.

Флорика кивнула.

- Я не вижу имени, - призналась она. - Но любовная энергия... она очень сильная. Прямо так и исходит... Я такой еще не встречала. Возможно, потому, что в нашем народе любить нельзя. Я... я не могу разглядеть его облик... Я вообще внешность никогда не вижу. Скажи, за что ты его так сильно полюбила?

Алиса поперхнулась.

Как это - за что? А разве любят за что-то?

- Он веселый. Необычный, харизматичный. С ним интересно. Придуривается, правда, иногда, да и самооценка до небес возвышена. Скажи, ты не видишь случайно наше будущее? Мы будем вместе?

Цыганка вдруг помрачнела, отпустила руку Алисы и тихо спросила:

- Ответь, что лучше - красивая ложь или горькая правда?

Алиса запрокинула назад голову.

Вот этот вопрос ничего хорошего не предвещает.

- Горькая правда, конечно. Какой смысл в красоте лжи, если это ложь?

- Смысл в том, что ее можно замаскировать под правду. Ты вполне можешь мне не верить, да я и не раз ошибалась в подобных гаданиях... Вместе вы не будете.

Алиса обиженно взвыла и скрестила на груди руки.

- А я знала! Я знала, что так и будет! Я ведь всегда знала, что он никогда меня не полюбит!

- Тут дело совсем не в этом. Так странно... Будто кто-то свыше будет против вашего союза. Столько испытаний, столько боли и горечи... И в конце... я вижу молнию. Яркую, ветвистую. Боль... сильная боль. И такая... большая серебристая птица... камнем летит вниз. Ее крылья пылают...

Большая серебристая птица?

Самолет?..

Флорика резко поднялась и прошлась по комнате.

- Опять же, я многократно ошибалась, - будто в оправдание сказала цыганка. - Может, все хорошо будет? Вы поженитесь, заведете детей.

Алиса устало отбросила книгу, рухнула на груду тряпок и закрыла глаза.

- А почему вам нельзя любить? - тихо спросила она.

Затрагивать сейчас сказанную Флорикой информацию ей не хотелось.

- Почему нельзя? - цыганка снова неспешно подошла к окну. - Можно. Только какой в этом смысл, если замуж меня все равно выдадут за того, кого выберет мой отец? Мне уже нашли жениха. Он неплохой... но очень уж самовлюбленный.

- Ты просто взяла и смирилась с этим?

- Смирилась?! Это наши традиции! Нравятся они мне или нет, но это - культура!

Алиса отвернулась к стене.

Спорить с Флорикой по поводу цыганской культуры было делом опасным.

Веселая возня за стеной, песни, запах различных трав, старых тряпок, апельсиновых корок и зеленого чая - все это разморило Алису. Ее нещадно клонило в сон.

В предсказание цыганки ей верилось слабо. Ну чувствовала Алиса, что не погибнет рано, ведь без нее некому будет устанавливать порядки в мирах.

Дверь с громким скрипом отворилась, и в комнату вошел Федор.

На лице его играла такая победная улыбка, что не было никаких сомнений - расплатиться ему удалось.

- У тебя же денег нет, - развернувшись к другу, хмыкнула девушка. - Что ты им дал?

- Не дал, а показал, - весело рассмеялся Федя. - Фокусы!

Алиса закашлялась

- Что? Так ты еще и фокусник?

Федор задорно поднял вверх указательный палец:

- Каждый физик немного фокусник. Я продемонстрировал стакан с бумагой. Положил кусок бумаги на стакан с водой, перевернул его - а бумага не упала и вода не вылилась! Вуаля, Федор-ака-фокусник! Мной долго восхищались. Не то, что жить здесь позволили, даже бараниной угостили! Я еще несколько штучек для них приготовил, но это потом, завтра. Я же теперь каждый день им что-нибудь показывать должен, а то они меня выгонят.

Алиса снова отвернулась к стене.

Как же надоел он со своей физикой! Везде намерен ее вплести. Чертов ботаник. Хотя... есть от этого польза - уже хорошо. Очень выгодно они здесь устроились - без убытка со своей стороны, так еще и с поводом показать Федору свои навыки.

- А почему бумага не падала? - вдруг с интересом спросила Флорика.

Федька поперхнулся.

Проявление интереса к его знаниям еще не было.

- Ну... - неловко начал он. - Потому что после того, как я перевернул стакан, с одной стороны на бумагу надавливала вода, а с другой имелось давление воздуха, которое было сильнее, отчего бумага и не падала. Это, в общем-то, структура моря и прочих водоемов.

Что? Флорику действительно интересуют эти нудные физические лекции?

Она же цыганка! Травница! Знахарка! Ее не должна привлекать скучная наука!

- Здорово, - тихо восхитилась Флорика. - А я и не знала... Вообще как-то не задумывалась, отчего происходят те или иные вещи. А тебе, видно, нравится это изучать.

- Физика - вообще наука интересная. Она дает ответы на многие вопросы. Вот хочешь, я расскажу тебе, почему на лыжах по лесу ездить удобнее, чем идти пешком? Вон, у Алиски Мирон на лыжах катается, а ей и то неинтересно - отвернулась и дрыхнет себе невозмутимо. Так слушай: все дело в площади предметов. В качестве примера могу привести тебе гвоздь и дощечку...

Лекции Федора воздействовали на Алису лучше колыбельных.

Она уснула мгновенно.