Глава 9: Новый аккорд

Самолёт медленно снижался, и за иллюминатором раскрывалась новая страна — Дания, точнее, её культурная и музыкальная жемчужина — Копенгаген. Город, в котором истории переплетаются с современностью, а каждый камень мостовой будто звучит в собственном ритме. Воздух был прохладным, с лёгкой солёной ноткой — напоминание о близости Балтийского моря.

Команда, уставшая после перелёта, уже направлялась к автобусу, который должен был доставить их к месту второго пре-пати. Лица были напряжённые, каждый пытался собраться с мыслями и подготовиться к новому этапу марафона Евровидения.

Мелоди сидела у окна и наблюдала за городом, который казался ей одновременно знакомым и чужим. Взгляды проходивших мимо людей — спокойные, уверенные — словно подтверждали, что здесь всё устроено по правилам, которые Мелоди с трудом могла принять.

Рядом тихо сел Кайл, улыбаясь так, будто они оба знали какой-то секрет, но не спешили его раскрывать.

— Ты выглядишь так, словно Копенгаген — это очередное препятствие на пути к славе, — бросил он.

— Если бы это было так просто, — ответила она с иронией, — я бы не разглядывала его, будто пытаюсь понять, стоит ли в него влюбиться или сбежать.

— Звучит, как начало отличного романа, — усмехнулся он. — Или как сценарий для очередного твоего поста в соцсетях.

— Пожалуй, я оставлю тебе эту идею. Твой сарказм заслуживает стать легендой.

Кайл хмыкнул и повернулся к окну, вглядываясь в серо-голубые крыши домов, перекинутые через каналы.

— Знаешь, я бы не отказался остаться здесь дольше, — неожиданно сказал он.

— Правда? — удивилась Мелоди. — После того, как ты несколько дней подряд колол меня и остальных своей иронией?

— Ну, это как специи. Немного добавляет остроты в жизнь. А острое я люблю.

Она кинула в него полуулыбку, будто предупреждая, что приготовила свои приправы на вечер.

Автобус тронулся, проезжая через узкие улочки, украшенные витиеватыми фасадами и яркими вывесками кафе. Велосипедисты уверенно лавировали между машинами и пешеходами, придавая городу особую живость. Запах свежесваренного кофе и выпечки наполнял воздух.

— Копенгаген — город с характером, — сказал Кайл. — Тебе понравится.

— Будем надеяться, — ответила Мелоди, — но ты мне лучше не мешай расслабиться своими колкостями.

— Ты уже расслабилась? — он взглянул на неё с вызовом. — Или это просто начало игры?

— Игра, говоришь? Тогда готовься проигрывать.

Вскоре они подъехали к зданию современного культурного центра с высокими стеклянными фасадами, отражающими серое небо. Здесь должно было пройти пре-пати — вечеринка для прессы, поклонников и всех, кто хотел узнать, что ждёт участников Евровидения в этом году.

Адам, продюсер, уже с нетерпением встречал команду.

— Время показать себя, ребята, — коротко сказал он, — и не забудьте улыбаться. Особенно ты, Мелоди, — он посмотрел на неё с тёплой насмешкой. — Мы знаем, что ты мастер сарказма, но сейчас шоу для всех.

Мелоди ответила улыбкой, которая скрывала лёгкое напряжение.

— Спокойно, Адам. Я могу быть обаятельной, когда хочу.

— Вот это дух! — похвалил её Кайл, — может, хотя бы сегодня ты отложишь свои «колкости» в сторону.

— Не надейся, — прошептала она, — они — моя броня.

Первым этапом стал пресс-тур и интервью. Журналистка с ярко-красной помадой и живым взглядом подскочила к Мелоди с камерой и диктофоном.

— Мелоди, расскажите, как вы ощущаете себя в новом городе?

— Чувствую себя как фортепианная клавиша, которая ждёт, чтобы её наконец сыграли правильно, — ответила Мелоди, — хотя пока что всё больше похоже на случайные удары по клавишам.

— Забавно, — улыбнулась журналистка. — А как складываются отношения с Кайлом?

— Сложно — как пытаться сдать экзамен, когда преподаватель постоянно шутит над тобой, — Мелоди повернулась к Кайлу. — Правда, Кайл?

— Я — строгий преподаватель, который всегда готов выдать двойку, — в свою очередь сказал Кайл, — но иногда позволяю смягчиться и поставить пятёрку.

— Звучит как взаимоотношения в духе рок-н-ролла, — заметила журналистка.

— В точку, — кивнула Мелоди.

После серии интервью команда направилась в зал репетиций. Свет, звук, музыка — всё было настроено до мельчайших деталей. Танцоры уже разминаются, а хореографы обсуждают последние штрихи.

— Ты что, собираешься снова играть дуэтом? — спросила Мелоди у Кайла, когда они оказались наедине.

— Не могу отказаться от этого удовольствия, — он улыбнулся, — хотя знаю, что ты готова колоть меня за каждую ноту.

— Буду честна — буду. Но только если ты начнёшь играть без моих подсказок.

— Тогда договорились — ты дирижируешь, а я играю.

Их музыка заполнила пространство — сначала робкая и осторожная, потом всё более уверенная. Песня словно оживала в их руках, смешиваясь с их дыханием и взглядами.

— У тебя красивый голос, — неожиданно сказал Кайл, — хотя и скрываешь ты это под сарказмом.

— Спасибо, — Мелоди усмехнулась, — твоя очередь — сыграть хоть раз без подколок.

— Согласен, буду стараться. Но не обещаю, что получится.

Вечером началось пре-пати. Свет прожекторов играл на стенах, музыка била пульсом, а в воздухе витало ощущение праздника и напряжения одновременно.

— Смотри, кто здесь, — сказала Мелоди, заметив знакомые лица.

— Похоже, все пришли проверить, кто на что способен, — добавил Кайл.

— Ну что, готов быть звездой вечера?

— Готов, если ты будешь моей поддержкой, а не критиком.

— О, критик я отменный, — парировала она.

Пре-пати шло в разгаре. Музыка гремела, люди смеялись, фотографы бегали по залу. Мелоди и Кайл, уже выступили, но несмотря на общее веселье, сохраняли ту лёгкую дистанцию, что становилась всё тоньше.

В один момент Кайл поднёс бокал и сказал:

— За новые города, новые аккорды и... за то, чтобы Мелоди наконец перестала колоть меня на каждом шагу.

— За это можно выпить, — улыбнулась она, — но предупреждаю — колкости у меня не на исходе.

Пока остальные продолжали веселиться, они с Кайлом остались в стороне — тихо, почти незаметно для всех.

— Слушай, — сказал Кайл, — может, нам стоит перестать играть роли и просто быть собой? Даже если это значит — пару раз поссориться и пару раз помириться.

— Ты серьёзно? — удивилась Мелоди.

— Больше всего — серьёзно, — ответил он.

В этот момент они оба поняли, что даже в мире сарказма и колкостей, между ними зарождается что-то большее. И пусть пока это звучит как осторожные аккорды, но уже точно не как шум пустоты.

Когда музыка в зале стихла, и первые гости начали расходиться, Мелоди и Кайл остались стоять в полутени, вдали от общего веселья. В их взглядах читалась усталость, но вместе с ней — нечто новое и неуловимое.

Мелоди впервые позволила себе осознать, как сильно ее беспокоит присутствие Кайла рядом. Раньше она старалась держать эмоции под контролем, скрывая любое смятение под слоем сарказма и шуток. Но теперь, когда их взгляды встретились без прикрытия, ей стало ясно — что-то внутри дрожит, словно натянутая струна, готовая вот-вот запеть.

«Почему я не могу просто быть равнодушной? — думала она, чувствуя, как сердце сжимается от непрошеной тревоги. — Он раздражает меня до невозможности, а в то же время заставляет думать о себе больше, чем о ком-либо другом. Это сбивает с толку... Но почему я боюсь признаться себе в этом?»

Кайл в тот момент ощущал почти то же самое. Он всегда считал себя свободным, независимым и не склонным к привязанностям. Но теперь, стоя рядом с Мелоди, он впервые сомневался в этих убеждениях.

«Она — настоящая головоломка, — думал он, — такая сложная и противоречивая. И все же она не отпускает меня, даже когда я стараюсь держаться в стороне. Может, именно это и есть настоящее? Не идеальная картина, а постоянная борьба, диалог, даже если порой он звучит как колкости.»

Внутри Кайла росло странное чувство — смесь уважения и нежности, которые он тщательно скрывал за привычной иронией. Он ловил себя на мысли, что в каждой их шутке, даже самой колкой, есть тонкий намек на то, что им обоим всё же хочется быть ближе.

Мелоди тоже чувствовала, что их отношения перестают быть только игрой в сарказм и взаимные подколки. Она боялась сделать первый шаг — не столько из-за страха потерять контроль, сколько из-за боязни показать себя слабой.

«Если я откроюсь, что тогда? Он уйдет? Или наоборот — поймет, что я не просто жесткая маска?» — думала она, ощущая, как внутри горит тихий огонь.

Они оба понимали: впереди будет ещё много испытаний, репетиций, публичных выступлений, но уже сейчас в их отношениях появилось пространство для чего-то настоящего. Для уязвимости, для доверия — пусть пока и спрятанного за стеной сарказма.

В эту ночь, когда все уже спали, а город медленно погружался в тишину, Мелоди и Кайл впервые осознали — между ними зарождается своя особенная мелодия. Не идеальная, не безупречная, но настоящая. И эта мелодия могла стать их общей песней.