Глава 8: Ночные аккорды

Берлин спал, и отель в музыкальной зоне погрузился в полумрак и тишину. Лишь редкие отблески уличных фонарей просачивались сквозь занавески, рисуя на стенах мягкие линии. Все участники команды давно уже закрыли глаза, погружённые в свои сны, а в коридорах царила редкая для этого места пустота.

Но Мелоди Ромеро не могла найти покоя. Её мысли, как распущенные нити, плелись в бесконечный клубок внутри головы. Она ворочалась с боку на бок, пытаясь заглушить внутренний шум, но тщетно.

В конце концов, встала с кровати, надела худи и, стараясь не шуметь, вышла в музыкальный блок. Там стояло фортепиано — подарок от владельцев отеля для творческих гостей. Мелоди села за клавиши и вздохнула — теперь уже не думала ни о конкурсе, ни о людях, ни о Кайле. Только музыка.

Первые ноты вырвались из пальцев — мягкие, почти шёпотом. Они успокаивали её, словно нежный голос, который можно услышать только в тишине ночи. Она играла, позволяя себе забыться.

Вдруг к пианино подошёл Кайл. Его шаги были лёгкими, почти неслышными.

— Опять тебя не сморило? Или это твой способ сказать, что я недостаточно раздражающе громкий?

— О, Кайл, — Мелоди не прервала игру, — если бы у меня была хоть капля твоей самоуверенности, я бы уже давно сдала тебя в музыкальный цирк.

— В цирк? — ухмыльнулся он, — Ты, наверное, мечтаешь, чтобы я был там звездой.

— Ну, если учитывать твой уровень вокала, то тебе там место только в номере с клоунами, — бросила Мелоди с ехидцей.

— Ахах, забавно. А ты, наверное, думаешь, что твой голос — это что-то вроде небесного ангела?

— Конечно, не небесный, но точно не звучит как сломанная метла, — ответила она, не прекращая играть.

Кайл вздохнул и выкатил глаза:

— Ладно, давай попробуем сыграть вместе, если ты так уверена, что я ужасен.

— Договорились, — улыбнулась она, — но предупреждаю — я не собираюсь подстраиваться под твои «музыкальные шедевры».

Он взял мелодию, она — гармонию. Играли, обмениваясь колкостями даже в музыке.

— Слушай, — сказал Кайл, — у тебя голос вполне ничего. Не «Мадонна», конечно, но сойдёт.

— Спасибо, сэр сарказм. Твои слова — как бальзам на раны моей самооценки, — парировала Мелоди.

— Если ты думаешь, что я так просто отпущу твои уши в покое, то ошибаешься. У меня есть талант превращать любую мелодию в пытку.

— Знаешь, Кайл, с таким талантом ты бы мог выступать на Евровидении не только как музыкант, но и как средство пыток.

— Отлично! Мой стиль — «Соль и Лёд» в буквальном смысле. Замораживаю тебя своей игрой и солью своих колкостей.

— А я подогреваю твоё самодовольство. В общем, идеальный дуэт.

Они оба засмеялись — громко, искренне, небрежно — и в этот момент музыка стала для них не только звуками, но и мостом между двумя такими разными и одновременно близкими мирами.

Солнце только начало подниматься над Берлином, когда команда уже собралась на ресепшене отеля. Все уставшие, но бодрые — пора было выезжать в новый город. Мелоди сидела в углу, уткнувшись в телефон, и оживлённо переписывалась с друзьями из своего чата.

— «Кайл сегодня ночью был как музыкальный вампир, пытаясь укусить меня своими колкостями», — печатала она с усмешкой.

Как только она отправила сообщение, почувствовала на себе взгляд. Кайл подошёл и, с хитрой улыбкой, заглянул через её плечо.

— Ах, значит, я — вампир? А я думал, ты меня просто игнорируешь, — с улыбкой протянул он и ловко вырвал у неё телефон.

— Отдай! — засмеялась Мелоди, пытаясь вырваться.

Но Кайл уже запустил фронт-камеру и начал записывать видео, обращаясь к её друзьям:

— Всем привет! Это Мелоди — единственная девушка, которая считает меня музыкальным вампиром. Надеюсь, она хотя бы не забыла чесать чеснок перед сном.

Он остановил запись и вернул телефон, подмигивая.

— Вот тебе небольшая карма за колкости ночи, — сказал он, а в глазах играла ирония.

Мелоди качнула головой, улыбаясь:

— Ты всё ещё ужасен, но... забавно.

Вскоре все погрузились в автобус, направлявшийся в аэропорт. В салоне царила лёгкая суета — кто-то пересматривал репертуар, кто-то обсуждал планы на предстоящий день, а кто-то — просто пытался не задремать.

Мелоди сидела у окна и смотрела, как пробуждающийся город медленно проносится мимо. В голове всё ещё звучали аккорды ночной импровизации с Кайлом.

— Готова к новому пре-пати? — спросил тихо он, присев рядом.

— Как всегда, — ответила она, — только на этот раз без попыток тебя укусить.

— Обещаю, — улыбнулся он, — что буду вести себя... почти прилично.

Их взгляды встретились, и в тишине между ними повисло что-то неуловимое — что-то, что еще не осмеливались назвать словами.

Самолёт поднялся в небо, унося их в новый город и новые возможности, а музыка продолжала звучать — тихо, но уверенно, словно предвестник перемен.