46 глава

И он снова ушел. Только вот теперь до того, как я проснулась и без объяснений. Я не слышала, как он уходил, и я не знаю почему. Я слишком чутко сплю, а он был слишком тихим. Он совершенно ничего мне не объяснил. Совершенно. Нет, он оставил мне записку, но она совершенно бесполезна. «Я люблю тебя.». Это всё, что было там написано. И ничего больше. А еще он забыл телефон дома, и я не знаю, что мне делать.

У меня снова была истерика. Я ненавижу себя за это. У меня истерика буквально по каждому поводу, и я знаю, что это ненормально. Но я правда не могу с этим ничего поделать. Он ведь.. он ушел, и я не знаю, что мне думать об этом. Я имею ввиду, сейчас четыре дня, но его всё еще нет. Я проснулась в одиннадцать, но его уже не было. И я понятия не имею, во сколько он ушел. Он отключил мой будильник. Я должна была проснуться в девять, но он просто отключил его. Честно говоря, я не знаю, почему встаю так рано. Просто я так привыкла. Мама всегда вставала рано, думаю, я унаследовала это от нее.

Я думала, он он навсегда ушел. Точнее, у меня просто была такая мысль. Я всё же понимаю, что он не может бросить меня, пока я нахожусь у него дома, и уехать куда-то. Он так не поступит. Я очень надеюсь, что он так не поступит со мной.

Я звонила Луи, но он не взял трубку. Пятнадцать раз. А номеров остальных парней у меня просто нет. Но я предпочитаю ждать его дома, нежели идти и искать его. Если я вообще дождусь его.

Я сижу на диване в гостиной и обнимаю медведя. Я всегда обнимаю медведя, когда мне нехорошо, или я нервничаю. Я даже не могу сказать, что я чувствую сейчас, потому что я не знаю. Просто не знаю. Не могу понять. Я.. не знаю, я просто волнуюсь за него. Это сложно объяснить. Действительно сложно.

Но внезапно я слышу возюкания в дверном замке, и вскоре дверь распахивается. Гарри заходит в гостиную и его взгляд тут же находит мой. И если обычно я не люблю смотреть ему в глаза, когда плачу, то сейчас я почему-то хочу этого. Не то, чтобы я действительно плакала, просто мои глаза всё еще красные, а щеки опухли.

— Давно проснулась?

Хмурюсь и встаю с дивана, вставая прямо напротив Гарри и выпуская медведя из рук. У него разбита нижняя губа, и я вижу кровь, которую Гарри пытается слизать языком. Под его левым глазом совсем небольшой синяк, но он достаточно заметен. Он слегка прихрамывает, пока подходит немного ближе ко мне, а еще я замечаю, что костяшки его пальцем разбиты, и из них тоже сочится кровь. Правда её совсем мало.

Голова болит. Я вообще ничего не понимаю. Гарри.. подрался? Очевидно. Но.. ладно. Я не понимаю. Мне нужны объяснения, но я не хочу ничего спрашивать у него в данным момент. Я вообще ничего не хочу говорить.

Гарри виновато смотрит на меня, и я снова смотрю на его руки. Похоже, не только ему досталось. Он касается пальцем свободной руки моей щеки и вытирает слезинку. Должно быть, она выкатилась без моего ведома. На время закрываю глаза и делаю от Гарри шаг назад, следуя на кухню. Гарри идет за мной, и теперь я понимаю, что его левая нога травмирована.

Я честно не знаю, почему молчу. У меня резко пропало желание говорить что-то. Гарри внимательно изучает моё лицо, пока я обрабатываю ему раны. Сосредоточено вожу по его нижней губе ватным диском, чтобы выглядеть занятой и не смотреть в его глаза. Но не получается. Он касается ладонью моей щеки, и я отрываюсь от его губы, закрыв глаза и громко вздохнув.

— Скажи хоть что-то, — шепчет он, гладя большим пальцем мою скулу.

— Почему, Гарри?

Я знаю, что он не понял, о чем конкретно я говорю. А я говорю обо всем.

— Что почему?

— Почему ты подрался? Почему отключил мой будильник? Зачем, Гарри? Ты ведь специально не взял с собой телефон, да? Чтобы я не звонила тебе. Это же очевидно!

Я вроде бы и кричу, но мой голос нельзя назвать громким. Гарри хмурится и пытается зачем-то взять меня за руку, но я не даю ему сделать этого. Он сам сказал, чтобы я говорила.

— Почему ты не сказал мне, Гарри?

Я шепчу и опускаю взгляд. И мне снова обидно.

— Эстер, послушай..

— Потом. Мне нужно.. поспать немного.

Я действительно вымоталась, хотя всё, что я делала, это сидела дома и рыдала. И занималась самоедством, конечно же.

— Постой, малыш..

Я ничего не говорю, а просто разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь к себе в комнату. Мне просто нужно побыть одной. Я имею ввиду, да, до прихода Гарри я была одна, но сейчас мне нужно обдумать его внешний вид.

Я не была готова у тому, что он придет.. эм, побитым? Я не думала, что он будет драться. Мы ведь завтра должны ехать в Манчестер. А теперь я не знаю. Не потому что он подрался, а потому что теперь у меня нет никакого настроения. Тем более, там находится мой брат. Я не особо хочу видеть его.

Ложусь на кровать и закрываю лицо руками. Но кто-то уже через минуту стучит в дверь, а затем она открывается, и я даже не смотря в ту сторону знаю, что это Гарри. Кто же еще это может быть.

— Это была обычная драка из-за вчерашнего матча, ничего особенного, — говорит Гарри и садится рядом со мной.

— Но это почему-то необязательно мне знать, верно?

— Эстер..

Гарри вздыхает, но я не обращаю на это никакого внимания.

— Ты бы не отпустила меня.

— Конечно, я бы не отпустила тебя, Гарри!

Внезапно вскакиваю с места и разъяренно смотрю на Гарри. Он думает, что я не против того, чтобы он дрался? Ох, как же глубоко он ошибается.

— Ну малыш, — протягивает Гарри, и я зло смотрю на него,— Не сердись, ничего же плохого не произошло, верно?

Фыркаю и складываю руки на груди.

— Теперь наша поездка в Манчестер под вопросом, Гарри.

Он непонимающе смотрит на меня и садится к спинке кровати в то время, как я стою неподалеку от кровати.

— Да брось, Эстер, под каким еще вопросом?

— У тебя больная нога, ты не сможешь управлять машиной.

Это, конечно, не такая уж и веская причина, но я ведь должна была что-то сказать.

— Моя нога в норме, Эстер.

— Ты хромаешь.

— Это пройдет завтра.

Снова закатываю глаза и сажусь обратно на самый край кровати.

— Напрямую дорогу до Манчестера перекрыли, Гарри. В объезд ехать на четыре часа больше.

От Шеффилда до Манчестера всего тридцать две мили прямой дорогой, но её перекрыли на ремонт на неопределенный срок. Кто вообще делает ремонт дорог в конце декабря?

— Значит, поедем в объезд, — спокойно произносит Гарри и пожимает плечами. Качаю головой и кладу руки к себе на колени.

— Гарри, не стоит так...

— Ты снова, Эстер? — Гарри прерывает меня, и я недоверчиво смотрю на него, — Солнце, пойми, мне неважно, сколько это будет по времени. Хей, у нас ведь будет больше времени узнать друг друга, не так ли?

Гарри пытается развеселить меня, но хмурится, когда я смотрю на его только что перебинтованные костяшки пальцев. Мне не нравится эта затея.

— Может, отметим здесь? Дома? Я имею ввиду, ты пойдешь к своим родителям, а я..

— Дай угадаю, а ты останешься одна дома, верно?

Киваю, и Гарри слишком недовольно смотрит на меня. Он взбивает подушку сзади себя и удобнее располагается на ней.

— Нет, плохой план. Мы идем в Манчестер, малыш, смирись уже с этим.

Парень усмехается, и я кидаю в него подушкой. Он что-то ворчит себе под нос и кидает её обратно в меня, но я успеваю увернуться.

— Я могу занять комнату напротив твоей?

Приподнимаю одну бровь и довольно смотрю на ничего не понимающего Гарри.

— Какая к черту комната, Эстер?

— Комната, прямо напротив твоей, могу я переночевать там? — снова спрашиваю я, и Гарри удивленно смотрит на меня. Сдерживаюсь, чтобы не засмеяться.

— Чем тебя эта не устраивает?— немного возмущенно спрашивает он, и я пожимаю плечами.

— Тем, что ты в ней находишься.

Встаю, игнорируя взгляд Гарри. Он молчит, а его рот периодически просто открывается и снова закрывается.

— Это значит «да»? Спасибо, Гарри.

Выхожу из комнаты и почти бегу в сторону своей «новой» комнаты. Слышу, как дверь той комнаты открывается, а потом снова закрывается, и усиливаю шаг. Я знаю, что Гарри в любом случае догонит меня, но он должен понять, что он не может так со мной поступать. И да, я всё еще обижена.

— Эстер, ну постой, у меня болит но.. кхм, то есть, я устал.

Забавно. Гарри почти оговорился, но думал, что я не замечу этого.

— Тогда иди спать, чего ты идешь за мной? — спрашиваю я со второго этажа, слыша шаги по лестнице и тихие ворчания.

— Ну Эстер, перестань, прошу.

Он хнычет и заходит в комнату, где я нахожусь через несколько секунд после меня.

— Иди отдохни, Гарри, — спокойно произношу я, делая вид, что читаю какую-то книгу, которую я быстро взяла с книжной полки. Признаться честно, я даже не знаю, что это за книга, а смотреть сейчас было бы слишком странно.

— Я не отдохну, если тебя не будет рядом.

Поднимаю взгляд, и Гарри широко улыбается. Он думает, что я уже простила его.

— Попробуй как-нибудь. Это не так сложно. Просто закрой глаза и всё.

— И кого же я буду обнимать? — усмехается Гарри, и я стараюсь сохранять серьезное лицо.

— Хочешь, я дам тебе своего медведя?

Гарри обиженно надувает губы, и я пожимаю плечами. Он сам виноват, так или иначе.

— Ну малыш.

— Спокойной ночи, Гарри.

— Сейчас почти пять вечера.

— Я сказала: спокойной ночи, Гарри.

Гарри сжимает руки в кулаки и недовольно смотрит на меня.

— Черт тебя побери.

— И я тебя люблю, Гарри.

Он хлопает дверью, и я остаюсь в комнате одна, тихо хихикая.