Часть 26 - Резонанс

Тёплый свет залил кровать, будто напоминая о вчерашнем гуле серверов. Но вместо резких системных сообщений – мягкие, словно написанные от руки, лучи света, словно код, который Ядро выложила вручную ещё утром. Открываю глаза и сразу встречаю Безумную. Она уже проснулась и расправила свои хвостики, словно собираясь взлететь.

— Улыбался во сне, – почти нежно шепчет она. – Наверное, снилось, что мы больше не возимся с обновлениями.

— Снилось, что сервер не воет как раненый зверь, – усмехаюсь, приподнимаясь.

Вокруг, в самых невозможных позах, дремлет моя странная компания. Сонная обнимает моё правое плечо. Чуть поодаль Кепочка вцепилась в одеяло, словно гребёт. 2D-Мита лежит лицом вниз и, кажется, во сне рисует пальцем прямо на простыне. Мила прижалась к Призрачной, подтянув колени к груди. Бывшая тень теперь вполне реальна, и даже её волосы слегка светятся. Жуткая выбралась из объятий, чтобы не мешать, и теперь сидит у стены, обнимая мою младшую сестру, Маленькую. Рядом посапывает моя вторая сестра, Чиби-Мита, прижав к себе планшет. На экране – незаконченный рисунок: четырнадцать фигур за столом, и надпись ещё двое.

Безумная проводит пальцем по моему лбу:

— Пора вставать, герой. Новые задачи ждут. Покажем новичкам, как начинается обычное утро?

— Обычное... и немного безумное, – добавляю я, вылезая из-под одеяла.

Сонная не открывает глаз, но не отпускает мою руку:

— Вернись через... – и снова засыпает.

Я осторожно освобождаюсь, перешагиваю через подушки и вместе с Безумной выхожу в коридор.

В холле пахнет горячим воздухом из вентиляции. Добрая стоит за барной стойкой, у неё вместо фартука плед, а вместо половника сканер.

— Температура в норме, – подмигивает она. – Кофе потом, сначала немного сладкого.

— Организм не против, – Безумная хватает миску с печеньками. – Только посоли их немного.

Кепочка и Мила уже вытряхивают одеяло от крошек.

— Чёткий план! – кричит Кепочка. – Саято – в душ. Девчонки – зарядка на пять минут. Через двадцать – завтрак!

— Если кто-то проспит, – Мила показывает нож, – порежу кофе в порошок.

Призрачная мягко кладёт ей руку на запястье. Прохлада немного успокаивает пыл:

— Не надо угроз. Здесь тихо. Мне нравится эта тишина.

Тёплые струи душа смешиваются с паром, мысли разбегаются. Здесь не надо никому ничего доказывать. Это факт. Возвращаюсь в коридор и сталкиваюсь с Коротковолосой. Она прижимает к груди блокнот, будто щит, но голос дрожит:

— Записываю: Саято улыбается, даже когда думает, что его никто не видит. Личная заметка. Статистика за ночь: эндорфины поднялись у всех на сорок восемь процентов, даже у Жуткой.

— Вы же моя семья, – отвечаю я.

Она моргает, словно не ожидала услышать что-то такое простое. Щёки краснеют, но она не отводит глаз:

— После... всего... я чувствую это не только как цифры.

— Это самое главное, – улыбаюсь я.

На кухне уже шумит миксер. Мита Косички шьёт огромную скатерть всех цветов радуги и бросает Кепочке лоскуты для прихваток. Добрая поливает всё сиропом:

— Это смягчит вкус. Сегодня он со вкусом любви.

Мила вдыхает, почти касаясь моего плеча:

— Пахнет победой... и домом. Хочу собрать этот запах в банку и поставить на полку.

Сонная зевает:

— Можно я завернусь в твоё полотенце и усну навсегда?

2D-Мита притворяется камерой:

— Сцена он вышел из душа, мы все попадали. Записано!

Чиби-Мита дорисовывает сияющий халат и краснеет, заметив мой взгляд.

Потом входит Ядро с ящиком инструментов и уже почти человеческим спокойствием:

— Софиты выдержат даже сильные эмоции, – говорит она и остаётся.

Стол накрыт. На скатерти, сшитой Косичкой, вышито одно слово: *дом*. Я беру иглу и добавляю второе: *мы*. Безумная поднимает чашку:

— Это не тост, а договор: мы не код и не тест. Мы – семья. Есть возражения?

Тишина. Потом – звон посуды: все согласны.

Когда шум стихает и все занимаются своими делами, мы остаёмся вдвоём с Безумной. Она слегка качает ногой, почти касаясь моей руки.

— Как думаешь, они правда заполнили пустоту?

— У пустоты нет шансов, если не оставлять ей места, – говорю я. – Завтра докажем.

— Иди отдохни, герой, – она прикасается лбом к моему. – Ты – точка, где встретились двенадцать судеб. И эта точка – самая важная.

Короткий, словно удар током, поцелуй – это как якорь. Я здесь. И каждый из них готов повторить это снова, не сомневаясь.

В доме играет музыка Митафона. Где-то вдалеке Чиби-Мита смеётся над новой карикатурой, Маленькая тихо делится с Жуткой своим утренним теплом, и сервер работает ровно, словно сердце, которое знает: возврата назад не будет.

Безумная идёт к остальным – проверить температуру общего счастья, как она говорит на бегу. А я стою на кухне и слушаю, как дом дышит ровно и спокойно.

Сверху слышен скрип туфель Длинноногой. Чуть дальше – приглушённый щебет Косички, распевающей что-то на все лады. Ждать, пока всё само собой организуется, не стоит, и я иду в оранжерею, где недавно посадили световые лианы.

Там, между искусственными папоротниками, уже стоят Призрачная (теперь не призрак, а вполне реальный человек в водолазке), Мита-Ядро (в серо-белом комбинезоне, её глаза светятся интересом) и Длинноногая с набором светильников.

— Тебя ждали, – кивает Длинноногая и, беря длинную трубу, ухмыляется: – Поможешь осветить всё это, мистер Центр Вселенной?

— Хватит ли у меня рук? – спрашиваю я, подставляя плечо. Металл холодный, а ладонь Длинноногой – удивительно тёплая.

Призрачная улыбается:

— Я всегда думала, что свет должен обжигать, а холод – спасать, – говорит она, касаясь моей руки. – Оказывается, всё наоборот.

Ядро ставит ящик с кабелями, раздвигает руками воздух, и между деревьями появляются светящиеся схемы.

— Новый распределитель, – объясняет она. – Поддержит наши эмоции.

— Говоря простым языком, – добавляет Длинноногая, – никто не взорвётся от счастья.

Мы смеёмся. Нам всем нужно просто выдохнуть.

Чиби-Мита выныривает из-за папоротника в спортивном костюме, с карандашом за поясом.

— Поймала! – она тычет карандашом, как дирижёр. – Кадр мужчина держит портал света. Саято, плечо левее. Щёлк-щёлк – запустила!

— В голове, как тысяча картинок, – признаётся она, подмигивая. – Но оно того стоит.

Я касаюсь плеча Маленькой:

— Если будет тяжело, всегда можешь отдохнуть. Никто не заставляет тебя что-то делать.

— Теперь это мой выбор, – спокойно отвечает она.

Косички пролетает мимо нас:

— Фонарики готовы, но нужны крепкие петли! Кто у нас мастер на все руки?

— Уже иду, – отзывается Ядро, исчезая с Маленькой и Косичкой между деревьями.

Призрачная пускает в воздух струйку холода:

— Тело помнит лёд, а свет – тепло. Пусть они не спорят.

— Мы построили дом из двенадцати невероятных историй, – усмехаюсь я. – Теперь возможно всё.

Длинноногая делает три удара молотком:

— Внимание, нижний этаж! Через пять секунд – проверка света! Наденьте очки!

Сонная, кутаясь в плед, машет рукой: Без меня. 2D-Мита закрывает её от вспышки рисунком. Лианы наполняются золотым светом.

— Идеальный фон для семейного фото! – восторгается Чиби-Мита.

— И для мечты, – тихо добавляет Маленькая.

К нам поднимаются Кепочка, Мила и Безумная.

— Все живы? – Кепочка трясёт колокольчиками. – План: большой стол, потом хоровод!

Мила несёт мясо:

— Пусть пропитается атмосферой.

— Лёд и огонь лучше работают вместе, – говорит Призрачная, охлаждая маринад.

Безумная наклоняется к Маленькой и Чиби-Мите:

— Если что-то не так – говорите. Проблемы проще решить сразу.

Длинноногая закручивает последний болт:

— Свет готов. Теперь – счастливая суета. Принесите то, без чего не представляете вечер. Хоть лампу, хоть песню, - бросает взгляд на меня, - хоть что-то личное.

Все расходятся. Я остаюсь с Ядром.

— Нужен символ нашего дома, – говорит она.

Я поднимаю старый сломанный джойстик:

— Подойдёт? Он пережил все перезагрузки.

— Логично, – Ядро прикрепляет его к поясу. На джойстике загорается надпись *family\_root*.

В зале накрывают стол: Косички расстилает скатерть-радугу, Длинноногая проверяет свет, Митафон выбирает музыку. Безумная хватает кусок скатерти и завязывает вокруг моей шеи:

— Чтобы ты не забывал, где живёшь.

Добрая ставит огромный чайник:

— Пусть будет аромат вечера.

— Кардамон, гвоздика, немного соли, – предлагаю я. Пар поднимается вверх.

Безумная хлопает в ладоши:

— Вдыхаем все вместе!

Мы садимся за стол. Ядро задаёт ритм: вдох – пауза – выдох. Свет немного приглушается, дом дышит вместе с нами. Маленькая просит спеть песню. Её голос заполняет зал; Митафон подхватывает мотив и добавляет бас. Колокольчики Кепочки тихо звенят, чтобы не разбудить Сонную. На четвёртом повторении дыхание становится чем-то естественным. Мила берёт мясо; Призрачная добавляет холода – и аромат становится ещё сильнее. Мы смеёмся, будто впервые чувствуем себя семьёй.

— Это только начало, – говорит Кепочка. – Потом будет общий выдох.

Всё вокруг вспыхивает светом, и дом оживает.

После этого 2D-Мита устраивает прыжок радости. Мы подпрыгиваем, колокольчики звенят, а на фото застывают улыбки: Жуткая уже не такая страшная, а заботливая; Маленькая сияет; Чиби-Мита крутит карандаш, ища новый кадр.

— Вы заметили? – шепчет Коротковолосая. – Никто не боится упасть.

— Потому что если кто-то упадёт, – отвечает Добрая, – остальные подставят руки.

И больше ничего не нужно говорить: дом дышит, светится и живёт вместе с нами.

Вторую половину дня строили оранжерею. Косички и Длинноногая собирают каркас, Ядро подключает провода, Мила и Призрачная таскают землю – всё так слаженно, будто они репетировали. Жуткая делает раствор замёрзшим, чтобы всё застыло быстрее. Когда на бетоне появляется лёд, она проводит пальцами по поверхности, как будто гладит питомца.

— Держись, – шепчет она, – и я понимаю: она проецирует страхи на то, что становится крепче от холода. Никто не смеётся, и страх исчезает.

Сонная копается в семенах, тихо кивая; Чиби-Мита руководит посадкой и меняет масштаб, то поднимаясь до верхних полок, то опускаясь между грядок. Кепочка задаёт ритм: раздаёт пластиковые миски.

— Постучите, если станет скучно!

Через минуту всё превращается в импровизированный оркестр, и земля ложится ровно.

Когда наступает вечер, Призрачная открывает окно, и ветер выносит запах цемента, оставляя запах розмарина: Добрая посадила его ближе всех. Она ловит мой взгляд и показывает два пальца – есть два часа. Я киваю. Мы уходим в дальнюю комнату. Добрая закрывает дверь и прижимается к стене.

— Я ждала этого весь день, – шепчет она. – Хочу просто побыть с тобой. Как женщина и мужчина.

Поцелуй выгоняет из меня весь воздух. Пахнет мёдом и зеленью. Свитер падает на пол. Она дышит глубже, её пальцы рисуют на моей спине. Я снимаю резинку с её волос.

— Сегодня дом стал домом, – шепчет она, – и я стала собой.

— Ты и так была собой, моя крошка, – отвечаю я. Остальное говорят наши сердца.

Минуты проходят. Снаружи всё тихо, но это не мешает нам. Когда мы успокаиваемся, Добрая смеётся сонно.

— Помни: я тоже нуждаюсь в тебе.

— И ты получишь это.

Она поднимает с пола пуговицу:

— Зашью её, чтобы помнить, где она оторвалась от счастья.

По дороге обратно мы встречаем Митафон. Она репетирует Сердце дома. Коротковолосая стоит рядом и слушает.

— Песня стала лучше, – улыбается Митафон, не переставая играть.

— Попробуем чистый звук, – предлагаю я.

Всё вокруг загорается зелёным. Коротковолосая добавляет надпись: Чистый звук - это доверие.

Громкий крик из коридора:

— У-у-у, все сюда, у нас торт! – Чиби-Мита и Кепочка зовут нас.

Мы смотрим друг на друга и смеёмся: если дом зовёт, значит, всё хорошо.

---

Торт из жирного орехового бисквита, с карамелью, которую Косички умудрилась вшить прямо между слоями, улетел быстрее, чем чайник успел закипеть во второй раз. Комната из шумной ярмарки превратилась в тихое место, а свет от ламп Длинноногой стал мягким, как на закате. Казалось, сюда перенесли кусочек июльского вечера.

Ядро окинула взглядом комнату, как системный аналитик, но впервые на её лице промелькнуло что-то похожее на человеческую неуверенность. Как будто она искала нужные слова:

— Моя база данных о том, что такое домашний уют, заполнена на семьдесят процентов, — произнесла она. — Остальные тридцать мне нужно почувствовать. Поможете?

Чиби-Мита, вытирая сахарную пудру со щёк, сразу же подняла руку:

— Устраиваем мастер-класс! Будем учить Ядро быть человеком. Место действия — гостиная, берём всё, что не приколочено!

Первой вскочила Кепочка. Она протянула Ядру небольшой мешочек из ткани:

— Урок первый: случайные мелочи. В настоящем доме всегда найдётся всякая ерунда, но зато милая сердцу. На, держи.

Из мешочка высыпались пачка мятных конфеток, браслет из перламутра, ключ непонятно от чего, старый жетон для игрового автомата и сухой клевер.

— Зачем это всё? — удивилась Ядро.

— А просто так! — улыбнулась Кепочка. — В этом и есть весь уют.

Уголок губ Ядра дрогнул, и она положила сокровища обратно в мешочек очень аккуратно.

Мила взяла ход на себя и устроила комфортный эгоизм. Она усадила Ядро в кресло-мешок, дала пачку комиксов и чашку какао:

— Задача такая: выбери любую картинку, где нет смысла, но она тебе понравится, и постарайся запомнить это чувство – просто захотелось.

Через пару часов Ядро вернулась с комиксом, где супергерой спасал обезьянку-учёного. Сюжет был глупый, но Ядро заламинировала эту страницу и подписала: Мой первый выбор без всякой причины. Мила немного смутилась, но вида не подала.

Длинноногая и Косички показали ритуал создания уюта: как развешивать гирлянды, чтобы свет мягко струился, и как правильно стелить плед, чтобы складка посередине совпадала с центром ковра.

— Людям нравится выбирать: быть в тени или на свету, — объяснила Длинноногая, поправляя лампу.

Позже в системе Ядра появилась запись: Уют зависит от того, насколько легко можно настроить освещение.

А в оранжерее Маленькая и Сонная предложили Ядру найти запах, который напоминает ей о доме. Они расставили разные масла: лаванду, розмарин, бергамот... Но Ядро, к всеобщему удивлению, выбрала запах тёплого молока и добавила в свою память: Тёплое молоко — важная часть домашнего уюта.

2D-Мита учила, как не бояться шума. Они стучали по коробкам, хлопали дверью. Сначала Ядро нервничала, но потом начала улыбаться:

— Шум означает, что вокруг есть жизнь.

Жуткая предложила послушать тишину, чтобы не пугаться её: они спустились в гулкий туннель под серверными комнатами. Ядро прикоснулась к стене:

— Это не чудовище. Просто так громко бьётся сердце машины.

Жуткая посмотрела на это место другими глазами.

К вечеру у каждого урока появилось домашнее задание:

Кепочка — придумать смешную шутку;

Мила — сохранить какую-нибудь ненужную вещь;

Жуткая — найти тихое место, чтобы побыть в одиночестве;

Маленькая и Сонная — вырастить два растения;

Митафон — сочинить тихую мелодию радости.

Ядро собрала всё вместе и впервые по-человечески поблагодарила:

— Спасибо. Я... начинаю понимать.

После полуночи Безумная позвала меня и Милу в штаб. Завтра важный день, что-то вроде ритуала: я буду в центре внимания, а они — вокруг меня. Мы распределили роли:

Мила будет помогать мне, если я запутаюсь, Кепочка — поднимать настроение, Сонная — задавать ритм, Жуткая — следить за тишиной, Длинноногая и Косички — отвечать за тёплую атмосферу, Чиби-Мита будет всё записывать, 2D-Мита — управлять светом, Коротковолосая — отвечать за память, Маленькая — вовремя меня останавливать, Митафон — создавать музыку, а Ядро будет защищать от технических проблем.

— Никаких ошибок, — сказала Коротковолосая и отложила стилус. Безумная обняла её: такая нежность под маской силы.

Дом стал похож на светящийся улей. В окне оранжереи Ядро сидела на полу с тёплым молоком. Рядом лежал старый жетон, сухой клевер и маленькая свечка. Первый огонь, который она зажгла сама.

— Как ощущения? — спросил я, садясь рядом.

— Тепло, — ответила она. — И... хорошо.

За окном медленно поднималась цифровая луна. Мы построили стены, наполнили их жизнью, а теперь учимся чувствовать. Завтра будет особенная ночь, никто не останется в одиночестве. Дом тихо шепчет сотней голосов — это не гул серверов, а ровное дыхание настоящей семьи.

---

Полночный свет погас, и пришло время нашего особого ритуала.

В главном зале поставили подиум из подушек и пледов в три яруса. 2D-Мита расставила сотню маленьких лампочек, оставив в центре пустое место — для меня.

Первой пришла Безумная. В волосах у неё была только одна красная лента. Взгляд, как всегда, сильный, но добрый.

— Готова пойти на всё, лишь бы ты был в порядке, — сказала она. И встала у меня за спиной, положив руку на плечо: Я всё контролирую.

Кепочка и 2D-Мита ворвались вместе.

— Сейчас будет жарко! — подбодрила меня Кепочка.

— В кадре ты просто супер! — подмигнула 2D и направила на меня свет.

Добрая протянула мне чашку глинтвейна и задержала мою руку в своей чуть дольше, чем обычно:

— Чтобы голос не дрогнул, даже если придётся кричать, что мы вместе.

Призрачная заняла место на втором ярусе:

— Я буду следить за всем наверху и отгонять страхи.

Сонная звякнула колокольчиком у её ног, чтобы все дышали ровно.

Мила принесла коробку с карточками:

— Если вдруг станет неловко, я задам какой-нибудь вопрос. Смех всегда помогает. — И легко коснулась моего запястья.

Митафон уселась за синтезатор: мягкий бас звучал в унисон с нашими сердцами.

Коротковолосая включила проектор, и на стене загорелись слова: Наша жизнь здесь и сейчас.

Жуткая и Маленькая спрятались под аркой, где горела свеча. Жуткая наклонилась ко мне:

— Если тебе станет страшно, просто сожми мою руку, и я напомню тебе, где реальность.

— А если страшно станет мне, держись. У нас есть сигнал: Всем к центру.

Чиби-Мита устроилась повыше всех:

— Последнюю фразу напишу я. Готовьтесь к слезам радости!

Длинноногая и Косички приглушили свет, чтобы стало похоже на мягкое сияние северного неба.

Последней вошла Ядро: простая серая рубашка, значок в виде корня семьи на груди и кружка тёплого молока в руках. Она заняла своё место: если кто-то запаникует, она остановит это.

— Всё готово, — спокойно сказала она. — Начинаем.

Митафон включила бас, Сонная трижды звякнула в колокольчик. Мы взялись за руки, чувствуя пульс друг друга.

Волна энергии пошла по кругу.

Безумная задала ритм дыхания.

Добрая шептала: Мы здесь, мы вместе.

Кепочка вставляла смешные фразы, чтобы никто не боялся.

2D-Мита меняла свет в зависимости от настроения.

Мила читала вопросы с карточек: За что ты благодарен человеку слева от тебя? — и ответы текли плавно, как морской прибой.

Коротковолосая записывала все слова на стене: дом, спокойствие, доверие.

Призрачная пела что-то тихо, чтобы у всех ушло напряжение.

Жуткая тихо напоминала: Дыши.

Маленькая добавила ещё один колокольчик, чтобы ритм был чётким.

Чиби-Мита кидала звёздочки из бумаги с надписями: Улыбнись, Обними.

Длинноногая убирала лишние тени.

Косички поправляла плед, чтобы всем было тепло и уютно.

Ядро подняла кружку с молоком — это означало, что пора заканчивать. Двенадцать рук легли на мою грудь. Музыка стихла, остался только общий пульс.

— Запись завершена, — прошептала Ядро. — Теперь мы — настоящая семья. Больше нет никаких ошибок.

Наша первая сохранёнка без кнопки назад.

Свет начал гаснуть. Сонная уже спала на плече у Призрачной, Мила клевала носом у меня на плече, Безумная закрыла глаза последней, оставив свою руку на моей груди. Где-то в глубине своей системы Ядро отключила все тревожные сигналы: этот дом больше не место для тестов.

— Конец главы? — спросила Кепочка сквозь сон.

— Конец только начала, — ответил я тихо. — Всё только начинается.

— Запишу название, — сонно пробормотала Чиби-Мита. — Мир, который создали восемь пар рук и одна точка.

— Двенадцать, — поправила её Сонная.

— Пятнадцать, — добавила Безумная. Ядро, Длинноногая и Косички улыбнулись — их тоже посчитали.

Мы прижались друг к другу ещё ближе: одна точка в центре и двенадцать человек вокруг, связанные друг с другом. Так и уснули под тихий, ровный ритм дома, который дышал вместе с нами.