Глава 38. Меч света и тьмы

9 июня

Покушав, Полина впервые отправилась в дворцовую библиотеку. Она была с высоким потолком, двухэтажная, светлая. Прямо в читальном зале рос кряжистый дуб, с мощным, чуть искривлённым стволом; возле него журчал маленький фонтанчик, будто бы рвом окружая дерево.

За столиками сидели Лукас и Алекс, ведя оживлённую дискуссию. Больше не было никого, поэтому спор звучал на весь зал.

— Командный блок делает своего владельца бессмертным и неуязвимым, его нельзя ни убить, ни ранить! — брызжа слюной, Лукас тыкал в книгу.

— Молвы не утихает звон, убил Дракона другой Дракон, — нараспев зачитывала Алекс «Поэму о начале времён». Голос у неё был глубокий, звучный, но высокие ноты, ей, наверно, взять не под силу. — Эх, а ведь красивый слог!

— Я наизусть знаю «Поэму Края»! На английском!

— И чем она нам поможет?

— В том-то и дело, что ничем, — разочарованно пробасил Лукас.

— Ну что, книгофилы, нарыли что-нибудь? — Полина подошла к ним.

Алекс и Лукас принялись наперебой жалостливо вещать, что большая часть книг здесь художественные, а не научные, ещё и почерк не везде понятен.

— Надеюсь ты пришла помогать, а не стоять над душой, — проворчал Лукас, беря новую книгу с большой стопки. — Если нет, иди отсюда!

— Любишь читать? — улыбнулась Алекс Полине.

— Ну такое... А кто-нибудь из вас знает о тотемах бессмертия?

— Естесна, — брутально хмыкнул Лукас, пробегая текст по диагонали.

— А где его можно взять?

— Там, где ёжик сидит.

Полина опешила, но тут же выкрутилась:

— И где он, по-вашему, сидит?

— У него спроси.

— Звонила, трубку не берёт.

— Может, в туалете застрял?! — отозвался на это Лукас и захохотал, хотя шутка была тупой.

Полина нахмурилась, дотронувшись рукой до кулона и ощупывая через ткань. Нет, это точно не Лукас. Поля перевела взгляд на чернильницу с пером и её осенило. Ну хоть какое-то дело она должна раскрыть! В конце концов, ей действительно хотелось знать, кто хочет её спасти. И почему так уверен, что Войду лучше не доверять.

Полина взяла с полки книжку и открыла на форзаце.

— Лукас, напишите, пожалуйста, «Войду». У него днюшка скоро, хочу подарить ему книгу. А у меня почерк — ну такое...

Лукас медленно поднял глаза. Полина вздрогнула, уставившись в эти чёрные, без зрачков, белки с запёкшейся вокруг кровью.

— Зачем ему руководство крафтов?

— Э... — Полина порозовела.

— У него день рождения в декабре, семнадцатого! — прыснула Алекс. — Очень скоро!

— А, ну да, заранее готовлю презент! — Полина принуждённо рассмеялась и помахала книгой. Как неловко получилось!

— Лучше подари попугая, — посоветовала Алекс, — он всегда хотел, а грамоте он обучен плохо. Может, конечно, прочитать, написать, но с ошибками. Ему это чтение, как чешуйнице — мотыга.

— Э, хорошо, приму к сведению. — Полина вернула книгу на полку и заправила прядь волос за ухо.

— Полина, садись. — Алекс отодвинула стул рядом с собой. — Поможешь!

Полина вежливо отнекалась и пошла вдоль рядов. Выбрала рукопись про путешествие в Далёкие Земли, хотя собиралась найти самоучитель по древнеэррорскому или детектив.

«Возможно, записку попросил кого-нибудь написать Войд, но наговаривать на себя ему зачем? Глупо... Или тот, кого он попросил, добавил эту фразу от себя? Алекс? Она ой как Войду не доверяет и почерк очень аккуратный... Мимик?»

Неожиданно пришла мысль, что тотем поддельный. Полина достала его из-под футболки, но как определить подлинность внешне? А проверять в действии она не решилась. Поэтому снова спрятала вещь. Снимать её она не будет.

С такими размышлениями Полина в очередной раз убедилась, что работа следователя не из лёгких. Надо придумать какую-нибудь основательную причину собрать у всех почерк.

***

10 июня

По безмолвной чаще бежала фигура в белом костюме ассасина. Из-под капюшона выбивались рыжие кудрявые волосы. На груди сияла хакерская брошь. В Багровую крепость Бобби зашла спокойно, как к себе домой.

— Привет! — в коридоре, на входе, её ждала Пэнси.

— Привет! — Бобби чмокнула её в пепельно-серую щёчку.

— Ой, так давно тебя не видела! — проворковала Пэнси, подхватывая хакершу под руку. Они быстро пошли по разрушенному дворцу. Пэнси вообще имела привычку ходить быстро, независимо от обстоятельств и окружающих факторов. — Как ты, как жизнь?

— Выживательно, так сказать, — усмехнулась Бобби, с трудом стараясь шагать в ногу с подругой.

— Понятное дело — живёшь в иглу, в холодах этих! Давно б уже в Абилис переехала!

— Да я в принципе не жалуюсь. У тебя как дела?

— Как? Шастают тут всякие! Вот недели две назад какая-то девочка в воинской форме Фатихсона меня ограбить хотела. Ну ты представляешь, до чего обнаглели! Она утащила мою самую любимую вещь!

Подруги поднялись на четвёртый этаж и вошли в небольшую комнатку со столом и стульями. Бобби присела, Пэнси достала из шкафчика чашки.

— Как на личном фронте?

— Пфф, смеёшься? Ты видишь где-то на горизонте адекватную кандидатуру? — Бобби поставила ладонь козырьком и огляделась. — И я не вижу. А у тебя?

Пэнси неопределённо пожала плечами, заваривая чай. Поплыл яркий аромат трав и черники.

— Ты гонишь? — хмыкнула Бобби. — До сих пор прёшься по Хиробрину?

— Давай не будем об этом, — нахмурилась Пэнси, ставя чашки и садясь напротив Бобби.

Они ещё немного обсудили свежие новости, и Бобби сообщила:

— Тут такое дело. Братец мой связался с нехорошим существом. Короче влип по полной программе. Вчера звонил мне, помочь надо.

Пэнси вскинула брови.

— Сталкер порочит тебя и весь Эррор, зачем его спасать?

Бобби пожала плечами.

— Он мой брат. Я обещала родителям присматривать за ним.

— Я пас.

— Мне нужно Чёрное зелье. Поделишься?

— А я-то думала ты по лучшей подруге соскучилась, — притворно обиделась Пэнси.

— Конечно соскучилась! Давно к тебе собиралась! — честно оправдывалась Бобби. — Скажи, оно убивает мгновенно?

— Человека — за минуту. Сущность — около трёх минут.

— А сможет ли оно убить дракона?

Пэнси оторопела и вдруг прыснула.

— Вах, Вирдем Сталкера похитил?! Как это мило!

— Вирдем вообще ни причём!

— Ну-ну... Я не пробовала. — Пэнси положила руку на сердце. — Но если двадцать ХР забирает за минуту, то двести — наверно за десять минут.

— Я рискну, — уверенно улыбнулась Бобби.

— Да, но прежде чем получить зелье, ты поможешь мне в одном деле. Мы ведь лучшие подруги!

Обычно после такой фразы у Бобби появляется ощущение, что над ней просто смеются.

— Лучшее зелье, 1450-го года выстойки! — пародируя рекламу, Пэнси показала небольшой пузатый флакон.

— По рукам.

— Что ты, милая! Это не сделка! — ласково прощебетала Пэнси, выпучивая красные белки глаз. — Мы же лучшие подруги!

***

В абсолютнейшем молчании, Горик, накинув руку на плечо Эрику, хромая и отрывисто дыша, спускался с лестницы.

— Нотче ты ж мой, что случилось?! — воскликнула Элленика.

Елисей, сидевший в углу рядом с Наташей, которая дрожала, прижимая руки ко рту, взбудоражено подскочил.

Оконные проёмы были заложены землёй, и кадавры глухо скреблись с той стороны. Кассандра молчала, поочерёдно посылая всем надменно-красноречивый взгляд.

— Нам срочно нужно в Элтан и без вопросов, — бесцветно, но торопливо сказал Эрик. — Кстати, а вы не видели моего воина?

Пересвет нашёлся через пять минут, после чего Каратель переместил всех в Элтан одним заходом.

В лицо повеял освежающий ветерок; они оказались на одной из дорожек королевского сада. Никакой паники не было. Видимо, Ранкора тоже.

Сбагрив подобранных в пустыне вышедшей навстречу Алекс, Каратель молча ушёл и, как утверждали позднее некоторые слуги, заперся в своей комнате.

Предложив гостям посидеть в беседке, Алекс быстренько смылась. Минут через десять-пятнадцать она привела Мимика и Полину. Последняя вырвалась вперёд, быстро взбежала по ступенькам беседки и застыла, не веря своим глазам.

— Полинка! — Горик, перемахнув через лавочку, подбежал первым и заключил её в объятия. Полина ошарашенно молчала, всё ещё не осознавая, что это не сон, что вот они — друзья, рядом, живы-живёхоньки.

Следом подбежала Наташа, которую переполняли чувства. Елисей, прибежавший последним, едва втиснулся между ними.

На лавочке осталась Элленика, с Полиной незнакомая, но намеревавшаяся исправить это; Кассандра, рассматривающая свои обломанные ногти без маникюра, с забившейся под них грязью. Ну и Моисей.

Полина, не выдержав, всхлипнула — раз, другой и уже не могла остановиться. Хотелось обнять каждого и больше никогда не отпускать.

— Ну ты чё, успокойся! — весело хмыкнул Горик, легко толкнув её в плечо. — Ты стала слишком сентиментальной.

— Полина. — Наташа осторожно погладила её по голове.

— Ну вот, хорошо, что мы все снова в сборе. — В голосе Лиса читалось искреннее облегчение.

— Давайте... погуляем и... всё обсудим. — Полина улыбалась сквозь слёзы. — У меня очень много вопросов.

Прошло два часа, пока каждый рассказал всё с ним случившееся. Про разногласия с Карателем Гор умышленно смолчал.

— Ох, а не хотите ли чайку выпить? — Елисей взял инициативу в свои руки. — Я жутко голоден, я каменщик, работаю три дня!

— Да-а, хозяева отличаются гостеприимством. — Горик не удержался от ехидства.

Вернулись в беседку. Умеющая пристроиться в любой компании Элленика разговаривала с Мимиком, кормившим ослика. Кассандра сидела, закинув ногу на ногу, с лицом а-ля я властелин галактики, а вы все ни-ичтожества, и пила кофе.

— А кто эти двое и где Дина? — спросила Полина у Наташи.

— Дина на службе.

— А девочка в белой футболке и фраке, принцесса Незера, Элленика, — подхватил Елисей.

— А та девушка — Кассандра, — осторожно добавил Горик.

Округлив глаза, Полина не моргая уставилась на низкую, болезненно-худую девушку с бледной кожей и растрёпанной короткой стрижкой. По воспоминаниям Полины со стримов, пять лет назад у Кассандры были не очень густые волосы до плеч, выкрашенные в кислотно-зелёный, чёлка, неровная, постоянно лезущая в голубые глаза и яркий макияж. Сейчас Кассандра выглядела значительно старше, вымученно и хуже. И как-то более ожесточённо.

— Привет! — с радостным волнением Полина присела рядом.

Кассандра не обратила на неё внимания.

Наташа, Лис и Горик, переглянувшись, уселись на тёплую траву и стали обсуждать, где скомуниздить чай, потому что Каратель, судя по всему, решил заморить их голодом.

— Эй, Кристин, где ты кофе взяла?! — крикнул Елисей.

Кассандра промолчала.

— Я... ваша коллега, — с неловкой робостью продолжила Полина. — Возможно, вы видели мой канал. Я Малиновская. У меня десять тысяч подписчиков.

— И ш-што-о? — протянула Кассандра, отставляя чашку с кофе. — А у меня ва-апще-то восемьсот сорок девять ты-ысяч. Сечёшь?

— Я знаю, — уже неуверенно пробормотала Поля.

— Ну и?

— Что «и»?

— Чего ты от меня хоче-ешь?

— Просто поговорить...

— На лаво-очке лет через пятьдеся-ат, когда на пе-енсии будем.

Полине сперва показалось, что она ослышалась.

— Но я так искала вас. Хотела узнать, почему вы удалили Ютуб-канал...

— На-ашла? Ма-аладец! — оборвала её Кассандра. — Так и бы-ыть, дам тебе а-автограф.

— Обойдусь! — крикнула Полина, вскочила и, выпрямив спину, выбежала из беседки.

— Тон сба-авь, недоблогер! — капризно отозвалась Кассандра ей вслед, томно закатив глаза. — Ра-адуйся, что я с тобой ва-апще разговаривать стала!

— Полина! — Мимик, заметив это, ринулся за подругой.

— Поговорили, называется, — резюмировала Наташа.

— Извините конечно, но эта её Кассандра — курица какая-то, — едва слышно оценил Горик.

— Жестоко, зато честно, — вздохнул Мимозыря.

Полина быстро шла ко дворцу, намереваясь уединиться. От жгучего разочарования становилось обидно больно. Об этой встрече Полина мечтала всю жизнь. Восхищалась Кассандрой, грезила стать такой же как она.

И сейчас очень рада, что такой не стала.

Даже у Ранкора ЧСВ ниже.

Полина плечом задела идущего навстречу Эрика, но даже не обратила на это внимания.

Чуть нахмурившись, Эрик подошёл к попаданцам и спросил, кивком головы указав на заходящую во дворец девушку:

— Что уже успело случиться?

Кассандра, заметив короля, встрепенулась.

— Я не по-ойму, меня ва-апще-то отведут в мою комна-ату? Я блог-г-гер и моё присутствие — честь для ва-ас.

Брови Карателя взлетели.

— А вот я, леди, искренне не понимаю, перед кем здесь вы, растягивая гласные и, Господи, даже согласные, пытаетесь выглядеть светской дамой. Не позорьтесь.

— А где всемирно известное «Голову с плеч»?! — обиделся Лис.

Элленика вышла из беседки и села рядом с попаданцами.

— Мне, право, неловко находиться в компании той смертной, — она виновато улыбнулась.

Всё той же понтовой интонацией Кассандра принялась без стеснения лить в адрес Карателя матерную грязь. Наташа картинно прикрыла уши, в ужасе округлив глаза.

Каратель цокнул.

— Ты вынудила Светлого Властелина покарать тебя за твоё невежество! — пафосно изрёк он и щёлкнул пальцами: — Шекет.

Кассандра сразу замолчала, а при попытке что-то произнести стала громко икать.

— Что вы так зло смотрите, леди? Ибо не фиг. А коли хочешь искупить грехи! Возьми метлу и подмети все дорожки в саду. У тебя есть прекрасный шанс в тишине подумать над своей манерой речи.

Лис с Гориком переглянулись, подавив улыбки.

— Я хотел поговорить с тобой. — Эрик посмотрел на Гора.

— Говори.

— Здесь?! — король покосился на икающую Кассандру.

— Хорошо, прогуляемся. — Горик вскочил, и братья пошли в сад.

— Надеюсь, не поубивают друг друга! — позитивно сказала Элленика, подперев щёку рукой. Золотые браслеты зазвенели.

Перссоны пошли по дорожке из светокамня.

— Это заклятье ведь действует всего двенадцать часов?

— Да. Но ей знать об этом необязательно, — подмигнул Каратель, усмехнувшись.

— Почему ты просто не поднимешь меч?

— Я не могу его поднять.

— В смысле?! В смысле...

— Да, я не твой брат, — говоря это очень тихо, Эрик развернулся к нему, остановившись. — Ранкор об этом пронюхал. И заключил со мной сделку. Я должен тебя убить. Ранкор взамен должен открыть тайну, как поднять Сангламор. Но меч нельзя обмануть.

— Я не хочу быть королём.

— Ты поднимешь меч. При всех. Но ты будешь в моих доспехах. Тогда все будут думать, что Сангламор поднял я.

— Хорошо, — ровным голосом сказал Горик, осязая, как сердце наполняется колючей печалью. Тому виной, конечно, не меч и не трон. Видимо, Каратель не убил его только ради выгоды.

— Я в семье один рос, — неожиданно вырвалось у Горика. — Знаешь... я в детстве часто мечтал о старшем брате. Он был мне нужен. Когда я узнал, что я сын Хиробрина, я думал мы с тобой поладим.

Лицо Карателя чуть смягчилось, и он, поняв это, постарался состроить ироничную мину.

— А у меня есть две младшие сестры. — Эрик уселся на бортик фонтана. — Я часто на них злился, потому что они заставляли играть с ними в куклы, а когда я предлагал видеоигры, ворчали, что это для дураков.

Горик весело фыркнул.

— Знакомая ситуация. Мои родители всегда были недовольны, что я вечно за компом.

— «В чём смысл: тут одни кубики стрёмные!» — поддакнул Эрик.

— И ты никогда не хотел вернуться? — Горик присел рядом.

— Никогда. Я Перссон.

Каратель даже стукнул кулаком по бортику фонтана.

Нижняя челюсть Горика немного отвисла, искривив нижнюю губу. Он тут же закрыл рот, поняв, с каким глупым лицом сидит.

— Я не шизоид, — поспешно добавил Каратель. — Тем более, матери без отца трудно прокормить троих детей, а так только двое осталось.

— А как ты попал в Эррор?

Эрик мрачно нахмурился.

— Мы с отцом ехали в машине по одной опасной трассе.

Горик внутренне сжался, интуитивно догадываясь, что было дальше.

— Я играл на error422, тот момент помню отрывочно. Шипение игры, сигналы автомобилей, а потом машину резко занесло, и она полетела вниз, в обрыв. А потом я очнулся в пустыне. С ноутбуком. И без единой царапины. А ты здесь как?

— Играли в лагере. Потом, Наташа говорит, там пожар начался, но я не видел этого, — опечаленно сказал Горик, борясь с эмоциями. Ужасно начинать сочувствовать и жалеть своего врага, того, кто хотел убить тебя.

— А почему ты убежал от Хиробрина? Слишком строг?

Карателю нравился этот разговор, даже его лицо сейчас выглядело неравнодушным. Более того, он чуть тоскливо улыбался, от чего лицо казалось светлее и добрее, однако по-прежнему содержало какую-то хитрую таинственность.

— Он строгий, но не это главное, — покачал головой Горик. — У нас слишком разные принципы. Он может с лёгкостью убить, для него смертные — мешки с мясом. Я тоже один раз убил. Вернее, не я, а Сангламор. Я припугнуть хотел того жителя, а он выхватил меч. А ты почему?

Слабая улыбка с лица Эрика исчезла совсем. Он уставился в одну точку, ловя флэшбэки.

— Глядя на то... как мы с ним ходили разрушать деревню в Абилисе... я спросил зачем. Просто так, сказал он мне. А я не вижу смысла убивать невиновных. Поэтому у меня есть прозвище Справедливый. Хотя как ты заметил, об их невиновности я сужу несколько косвенно. И... к тому же. Я не хочу быть его марионеткой. Знаешь как тяжело было сохранить независимость Дуноро?

— Ну и папа у меня... — окончательно расстроился Горик, приглаживая чёлку назад.

— У нас. И ты никому не расскажешь правды. Понятно тебе?!

Последняя фраза прозвучала жёстко.

Горик поморщился.

— Чего ж непонятного? Военная тайна, — неприязненно отозвался он. Возникшее сочувствие и даже дружеская симпатия куда-то пропали. Банально, но эти эмоции остались бы, если бы он просто попросил... Если бы вместо «Понятно тебе?!», спросил бы «Хорошо?». Но он приказал.

Каратель, заметив перемену в голосе, чуть нахмурился. Он не мог для себя определить, как относиться к Горику. Было слегка некомфортно — ненависти не было, только щекотливая неловкость за то, что вроде как он едва не убил этого человека, причём два раза. Именно неловкость, а не стыд или угрызения совести.

Каратель спрыгнул с бортика, прошёл к дереву и сорвал зелёное яблоко. Поднёс ко рту, но остановился и, чуть поразмыслив, кинул Горику:

— Лови. Отравленное.

Горик поймал яблоко только по случайности.

— Спасибо. Однако зная тебя, не уверен, что ты шутишь.

Но фрукт всё-таки надкусил.

Каратель сорвал ещё одно — себе.

***

Табличка, установленная на центральной площади, гласила, что сегодня, на закате, Каратель поднимет меч. На окраине Тихой рощи собралось несметное количество зевак, а те, кому не хватило места, сосредоточились у подножия скалы.

Солнце клонилось к горизонту, обрисовывая малиново-оранжевой краской край саванны.

Звонко хлопнула телепортация, и в роще появился рыцарь в аметистовых доспехах, окружённый вихрем оседающих белых частиц.

Он прошествовал к мечу и снял с правой руки лилово-стальную перчатку. Два раза сжал-разжал кулак, обхватил рукоять Сангламора и легко вытащил из земли.

Раздались ликующие крики, где-то мелькнул разозлённый Кромешник и растворился во тьме. В основном люди старались не заходить под сень тонких берёз.

В приступе пафоса рыцарь поднял Сангламор над головой остриём вверх, и на клинке отразилось заходящее солнце.

— Да здравствует Каратель! — восторженно скандировали все. — Роду Нотча слава!

— Солнце наше красное! — выкрикнул кто-то и его поддержали одобрительным гулом.

И Горик неожиданно сделал вывод для себя, что королём делает человека не кровь, что течёт в его жилах. Не меч. И не первородство. Человека лидером делает его вера в себя и вера в него народа.

А Горик не был уверен, что готов управлять огромной страной. Что готов тратить время на какие-то светские мероприятия, разгребать проблемы гражданских, вводить законы, воевать.

Уверен он был в том, что сейчас, он поступил может не совсем правильно, но верно.

Горик рождён, чтобы стать королём.

Каратель — чтобы быть им.