Восемь

В понедельник в школьной газете появляется статья про меня и про Лондон. Конечно, большая часть статьи посвящена подруге, но я не огорчаюсь, наоборот, даже рада. Однако, я не чувствую удовлетворения от неё. Это не то, что я желала. Так люди не запомнят меня. Я зашла в библиотеку и взяла несколько книг для чтения. Достала одну из них, села за столик и принялась читать. — Эй, ты Эмили Беннет? — спрашивает меня девушка, сидящая напротив. — Да, это я, — откликаюсь. — Я прочла про тебя в школьной газете. А правда то, что ты раньше писала стихи? — Она кладет лицо на ладони и внимательно разглядывает меня. — Правда. — Отлично! — Девушка радуется моим словам, словно какой-то драгоценности. Хлопает в ладоши и откидывается назад. Я вижу, как под столом она качает ногами. — В каком смысле? — недоумеваю я. — Ты можешь мне помочь! Если захочешь, конечно. — И в чем заключается моя помощь? — Если ты сможешь, то напиши, пожалуйста, песню для женского голоса, — умоляюще говорит девушка. Не знаю, как описать её по-ребячески детское лицо. — Я бы с радостью, но давно не писала ничего подобного, — проговариваю я. Мне немного жаль девушку, похоже, она, правда, рассчитывала на мою помощь. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — повторяет она. Зажмуривается, наклоняет голову и поднимает сложенные ладони над головой. — Я не могу. — Ну, пожалуйста. Хотя бы попробуй. Если не получится, то я от тебя отстану. Я смотрю на эту девушку и думаю: а что если попробовать? — Как тебя зовут? — Я — Эллис. У неё длинные каштановые волосы, завязанные в хвост, ореховые глаза, детская улыбка. А ещё по-настоящему детские манеры поведения. — Хорошо, Эллис, я попробую, но ничего не обещаю. — Ура! Спасибо тебе! — Она вскакивает со стула, обнимает меня и уносится прочь, захватив с собой все свои вещи, подпрыгивая в движении. Сегодня понедельник, а значит, что снова будет урок физкультуры. Я нигде не могу найти Лондон, поэтому сама отправляюсь в раздевалку. Лори там не оказывается тоже. Переодеваюсь в футболку и шорты, надеваю кеды, завязываю волосы в хвост так, чтобы не было видно шрама, и сажусь на скамейку, ожидая подругу. Здесь пусто, потому я просто просматриваю веб-страницы в своем мобильнике. В помещение входят две длинноногие девушки и осматриваются. Мне приходит эсэмэска от Лондон: «ТЫ ГДЕ?» Я отвечаю: «В раздевалке, а что?» Через пару секунд мне приходит ответ: «ВАЛИ ОТТУДА МИГОМ». — Ты Эмили? — спрашивает меня блондинка. В раздевалку заходят еще две девушки. Одна застревает в дверях, и я узнаю её — это же Лейла! Заметив меня, она опустила голову, потупив взгляд, и зашла вместе с остальными. — Ты что, глухая? — спрашивает другая длинноногая, она брюнетка. Тут я обращаю на них внимание. Худые, напыщенные, одетые в брендовую одежду. «Ясно, — думаю я про себя, — очередные mean girls».* — Нет, я вас прекрасно слышу, — говорю я. — Так ты Эмили? — спрашивает та, что была первой. — Да. А что? Она резко хватает меня за хвост и тащит в середину зала. — А то, что ты не с теми связалась, Эмили! Я вырываюсь, пытаюсь ударить эту девушку, но кто-то бьет мне под коленку, и я падаю. — Я вас даже не знаю! — кричу я. Девушка не ослабляет хватку, мои волосы растрепались, но никто еще не заметил моих увечий. Она намотала мои волосы на кулак и потянула на себя. Я резко подняла голову от боли. Девушка схватила меня за подбородок и, не отпуская, волос, заглянула мне в глаза. — Запомни, Брэдли Уайат — мой и только мой, — шипит она. — Это мы еще посмотрим, — язвлю я. Не в моих привычках уступать кому-то или оправдываться. Она снова тянет меня за голову и идет куда-то в сторону. Я пытаюсь приподняться, но невольно следую за ней. В раздевалке никого — только еще четыре девушки, которые молча наблюдают за дракой. — Я спрашиваю еще раз, ты поняла, что Брэд лишь мой?! — Иди к черту, истеричка! — Я плюю ей в лицо. Девушка визжит и еще больше гневается: — Ах ты, сучка! — повизгивает она и со всей силы ударяет меня головой об лавочку. Я хватаюсь за голову, мне чертовски больно, не замечаю, как слезы льются из глаз. — Она ваша, дамы, — произносит блондинка и, отпустив меня, отходит в сторону. Закрываю голову руками, чтобы не получить еще ударов. Сначала боль пронзает мою спину — и я изгибаюсь. Затем живот — я сворачиваюсь клубочком. Затем снова спина, руки, ноги. Я пытаюсь держать оборону — ноги к локтям, руками закрываю голову. Молю, лишь бы меня не били по голове. Девушки пинают меня, избивают и смеются. В стороне за всем наблюдает их предводительница и еще одна. Та, что не решилась, меня ударить — кучерявая блондинка со смуглой кожей. Мои глаза застлала туманная пелена боли. Кто-то снова пнул меня под коленку, а затем мне заехали по лицу. Нос пылает новой волной боли. Все смешивается: смех, кровь и слезы, удары, слова, дыхание и бездыханность. Я кашляю снова и снова, кашель раздирает горло, на губах вкус крови. «Тебе нужно дышать», — умоляю я себя и снова захожусь в новом кашле. Отхарькиваю на пол слюну — она красного цвета. В голове царит хаос, даже боль уходит на второй план, я чувствую, как внутри что-то растет, или лопается, или толкается. Все путается — где нога, где рука. Я не помню. Меня пробуждает крик. Я не умерла. — Эмили! Мой бог... Эмили, очнись! Приоткрываю глаза и вижу яркий-яркий свет. Надо мной нависла Лорен и Трент. Лондон помогает мне приподняться и достает из сумки влажные салфетки, подает их мне. — Ты меня так напугала, — говорит она. — Это сделала Стейси, да? Я харькаюсь в салфетку, затем беру еще одну и вытираю засохшую кровь со своего подбородка. Смотрю на то место, где меня избивали — лужа крови растеклась и размазалась по кафелю. Пытаюсь что-то сказать, но горло пронзает боль. — Не спрашивала её имени, — хрипло произношу, пытаясь унять боль. — Высокая, блондинка, длинные волосы, мини-юбка в клетку, туфли на каблуке и футболка с вырезом, открывающая большую грудь, — диктует Лондон. Я киваю. Нет сил на то, чтобы говорить. — Вот же хренова стерва, — произносит Трент и уходит. Лондон помогает мне встать на ноги, берет пакет с моей обычной одеждой и провожает меня в душевую. Я кое-как стою на ногах, но, тем не менее, снимаю с себя одежду и встаю под холодные струи воды. Мне не холодно. Мне больно. Слезы горячат щеки и стекают по подбородку на пол, по носу в рот. Я не выдерживаю и снова ломаюсь. Сажусь на плитку, поджимаю к себе колени и тихо рыдаю. Лондон обнимает меня за плечи и помогает помыться, её одежда промокает насквозь. Я смотрю на свое тело: оно все в фиолетовых синяках и бурых кровоподтеках. Мы одеваемся. Я надеваю повседневную одежду, подруга — спортивную. Затем сидим на скамейке и ожидаем, когда закончится урок. Мне становится легче, но в голове все еще вакуум. Я не могу думать. — Ну, как ты? — спрашивает она. — Издеваешься? — Нет. Я имела в виду, идти сможешь? — Ага. — Я кивнула. На перемене мы вышли в коридор и, пройдя метров десять, остановились передохнуть. Лондон села на подоконник, я уселась на пол, на свою сумку. Мне нехорошо. Я чувствую, как желчь подкатывает к горлу. Меня тошнит. Слышу, как Лондон спрыгивает с подоконника и поспешно куда-то идет. — Стерва! — грубо произносит она, и я слышу хлопок. Поднимаю глаза. Одна из девушек, которые были в раздевалке, брюнетка, стоит с открытым ртом, прижав руку к покрасневшей щеке. — Сволочь! — продолжает Лондон и въезжает блондинке, Стейси, кулаком прямо в нос. Стейси снова визжит, как когда я в неё плюнула, и хватается за свой нос. Лори хорошо ей заехала, у неё идет кровь ручьем! Все в коридоре смотрят на Лондон и двух mean girls и ожидают, когда же начнется драка. На визг Стейси из ближайших кабинетов выбежали учителя и начали разборки: — Что здесь происходит? — Это ненормальная напала на меня и Стейси! — жалобно говорила брюнетка. Еще чуть-чуть и зальется слезами. — Ложь! — гневно бросает Лондон. Она пытается вновь ударить темноволосую, но её за руки хватает физрук. Подруга вырывается, но у учителя хватка хорошая. — Уоррен, Лоуренс, Мак-ки, немедленно успокойтесь или вылетите из школы! — произносит учительница. Я с ней не знакома, возможно, она вообще у нас ничего не ведет. В толпе появляются Трент и Брэд. Они подбегают к учителям и, округлив глаза, смотрят на происходящее. Брэд подходит к Стейси и усмехается ей в лицо: — Мы. С тобой. Никогда не будем вместе. Все кончено, Стейс. Ты поняла? Стейси, подняв гордо голову, отворачивается, заливается слезами и что-то бормочет себе под нос. — Где Эмили? — спрашивает Брэд. Лондон кивает в мою сторону. Все зрители этого происшествия, в том числе и учителя, обращают своё внимание на меня. Я сидела, обхватив колени, и наблюдала за ними, а теперь все наблюдают за мной. Брэд с сожалением улыбнулся мне и помахал рукой. Потом не выдержал и направился ко мне. Я удивилась. Мигом поднялась по стене, схватила сумку с пола и пошла ему на встречу. Но я ничего не рассчитала. В глазах темнеет, голова кружится. Звуки отдаются эхом. Слабость в ногах. И я падаю. Чувствую лишь, что меня подхватывают знакомые руки. Ничего не понимаю, мозг будто отключился, словно кто-то нажал на кнопку «ВЫКЛ». И темнота поглотила меня.

Комментарий к главе:

mean girls* — «школьные пижонки» из богатых семей.