Глава 36. Семейный праздник

Nataly Main

Горячий пар поднимался над водой, покрывая лицо приятной испариной, от которой щекотало лоб и веки. Я не двигалась, наслаждаясь тишиной, что сохраняла в себе просторная ванная комната. Свет горел лишь над зеркалом у белоснежной раковины маленькими тремя фонариками, металлическими абажюрами поднятыми к потолку, делая свет мягче.

Приторный запах шоколада витал в душной комнате, от которого голова начинала пульсировать и казалось, что меня вот-вот вывернет наизнанку, ведь я не завтракала, решив начать свой день с принятия ванны.

Я согнула колени, дав возможность всему телу погрузиться в теплую воду, над которой лопались крохотные пузырьки душистой пены. Моё тело приятно стало покалывать, как от зимнего мороза, и это помогло мне расслабиться, поэтому я закрыла глаза.

Со дня приезда в замок прошло ещё три, и вот уже совсем скоро Рождество. Это был всегда мой самый долгожданный праздник из всех. Каждый год я, как ребенок, готовилась к нему основательно. И всё это, начиная новогодними открытками и заканчивая украшением всего дома, являлось обычаем для меня и моей семьи, если, конечно, я могла их так ещё называть.

Я лишь видела, что девушки украшали замок гирляндами и карамельными крючками, которые они утаскивали с обеденного стола, где они стояли, как утверждала Аннет, для декора. Теперь же красочные конфеты были развешаны на каждом углу, навевая праздничное настроение.

Также девушка сказала мне, что им впервые было разрешено украшение их части дворца. По крайней мере, ей (и всем остальным) вольную дал Алан, не спрашивая ни о чём у Брендона, которого до сих пор не видели за пределами его спальни.

Сама же я не принимала участия в создании атмосферы Рождества, так как потеряла интерес к этой, с одной стороны, прекрасной ночи волшебства для любого человека. Для ребёнка чудом было бы уже то, что раз в год щедрый дедушка осчастливливал его и ещё миллион других детей подарками, пряча их под ёлку или в красно-белый носок, расположенный над камином, из которого, между прочим, и вылезал долгожданный гость по имени Санта.

Для взрослого этот день становился вторым или сотым шансом для того, чтобы начать жизнь заново и поверить в волшебство, где все проблемы улетучивались быстрее, чем успевали расстраивать своим присутствием. Ну разве не прекрасно?

Однажды девушка сидела в маленьком домике, который ей сдала в аренду на полгода престарелая женщина. Девушка пила дешёвый кофе с добавлением молока для разбавления кислого и вяжущего рот вкуса. Она ждала, хотя делал вид, что ей и одной было бы неплохо провести этот семейных праздник, ведь именно подобная фраза и была её обмазкой перед подругой. Семейный праздник.

Когда произносишь это словосочетание, то в голове автоматически возникает некая картинка семьи и теплой обстановки вокруг. В жизни, возможно, вы не видели такого в своей семье, но всегда представляли. А когда это вдруг случалось, то отныне это было тем, что вы будете представлять в своей голове, обдумывая слова "семейный праздник". Все где-то на глубине души, какой бы она прогнившей не была,  мечтают о самом теплом и светлом "семейном празднике".

Девушка сидела на своей кухне и начинала беспокоиться всё больше, ведь время шло и уже близилось к полуночи.

"Может, письмо с адресом до них так и не дошло?" - думала она и делала очень маленькие глотки, будто, зная, что, когда ее кружка окажется пустой, надежды не останется совсем.

Одно лишь её губило - гордость. Ни она, ни они друг другу не звонили с тех пор ни разу. Её глупые попытки напомнить родителям о своем существовании с помощью писем, хотя в век технологий, можно было обойтись одной смс-кой, не привели к желаемому результату.

Прошло ещё какое-то время, и вместе с кофе остыла вера в "семейный праздник".

Я окунулась в воду с головой, которая оказалась даже горячее самой воды, надеясь, что поможет убрать все эти мысли из моей головы. Ведь я уже вспоминала об этом ранее и не один раз, но мимолётно и тут же пыталась изменить ход своих мыслей, но тишина и одиночество нагнетают именно на эту тему, вижимая из меня все соки.

- Оставайся в комнате до утра, - приказным тоном отрезал Брендон, собираясь уже уходить.

- Нет, - сказала я уверенно, и он замер. Я решила тогда идти до конца, чего бы мне это не стоило.

- Что? - прорычал он, медленно оборачиваясь в мою сторону. Его почерневшие от злости глаза разрывали меня изнутри, но я не подавала виду своего страха. - Вздумала возразить мне? Откуда столько смелости, Бекки? - его голос пропитан ядом, отчего кровь стынет в венах.

Снова это отвратительное произношение моего имени. Бекки. Кто вообще решил, что это уменьшительно-ласкательное? Звучало ужасно извращённо и низко, как какое-то высмеивание.

Я не стала что-либо ему говорить, а просто обошла и направилась к двери.

- Стой! - крикнул он за спиной, и его рука резко потянула меня назад, отчего в зоне сгибания локтя мышцу неприятно потянуло.

- Отпусти меня! - мои слова ничего не изменили, и Брендон швырнул меня на кровать.

- Не смей больше перечить мне! Не забывайся... Если не хочешь оказаться на месте Аннет.

 Я вынырнула и сделала очень глубокий вдох, так как у меня получилось запугать саму себя, что мне не хватит сил, чтобы всплыть в ванной, глубина которой два фута с учётом уровня воды. Горячая вода и голодный желудок дают о себе знать.  

Я вздрогнула от того, как резко моя память отразила этот момент. Моё сердце бешенно заколотилось, и было решено закончить на этом принятие ванны.

Мои руки дрожали, будто я пролежала двадцать минут не в теплой воде, а в воде со льдом, и не двадцать минут, а час. Я укуталась в два полотенца с головой и вышла из комнаты.

***

Ещё вчера, разговаривая за завтраком с Аннет, я сказала ей, что хотела бы провести следующий день одна, и та даже не стала добавлять по этому поводу какие-то реплики. Сначала это показалось мне странным, но потом я догадалась, что моя подруга стала понимать ценность одиночества для меня и потому перестала препятствовать моему желанию.

Создавалось ощущение, что я маленькая девочка, у которой бушуют гормоны, и к ней необходимо было из-за этого относиться с пониманием, не обижаясь на неожиданные всплески эмоций. Но говорить об этом я не стала, ведь так для меня было даже лучше.

Я проснулась сегодня рано не просто так, ведь мне осталось поговорить с ещё одним человеком, кто открыл бы мне какую-то часть на всё то, что происходило вокруг. Мне известно было уже почти всё, но чего-то не хватало, и поэтому уже совсем скоро я оказалась на пороге библиотеки.

- Знала, что ты придешь, - я пыталась,как можно тише, открывать дверь, но моя осторожность не помогла в неожиданном появлении. Наоборот. Рядом с высоченным стеллажом стояла Кайла с открытой книгой в руках, которую та не переставала читать.

Увидев книгу, я тут же вспомнила о первоначальной моей целей прихода сюда, поэтому попыталась скорее собраться с мыслями.

- Знала, что будешь тут, - только теперь женщина подняла на меня глаза, которые просанировали меня за секунду и вернулись к глазам. Не было улыбки на её смуглом лице, которая озаряла ярче солнца любой день при любой погоде.

Можно было сделать вывод, что ей известно, и осталась узнать одно: что именно.

- Мы можем сесть? - предложила я, и Кайла ещё раз посмотрела на меня. Что могло расстроить её в такую раньше, когда день только начинается?

И почему я никогда не спрашивала себя, зачем ей каждое утро посещать библиотеку? Я уверена больше, чем на сто процентов, что книга в тёмно-синей обложке не книга сказок, как хотелось бы думать.

Она, ничего не говоря, развернулась и пошла в глубину зала, и мне не составило труда догадаться, куда именно мы сядем.

Стул неприятно заскрежетал по полу, когда Кайла захотела на него сесть, а я присоединилась к ней, сев напротив. Мне не хотелось начинать разговор, поэтому я ждала когда женщина первая спросит меня о чём-то, но опешила от ее фразы, сказанной после ещё нескольких секунд молчания.

- Я прекрасно знаю, зачем ты здесь, так что просто возьми за руку.

Я не понимала, зачем именно делать то, что она просит, но выполнила указание. Кайла скрепила в своих теплых руках мои, и в голову что-то ударило.

- Мне так жаль его. Не могу смотреть на него такого, - Алан закрыл глаза руками, а потом вцепился ими в волос.

Мимо Алана прошла Кайла и зашла в дверь за его спиной. Мрачная комната стала чуть светлей после щелчка ее пальцев, и где-то в углу показался силуэт.

- Тоже будешь пытаться? - голос Лео хрипел, и я боялась подумать почему.

Это возможно из-за повышенной сырости в этой спальне, которую назвать таковой было бы ошибкой, а возможно из-за голода, разбудившего в нём зверя.

Кайла села на его кровать, а тот даже не поднял головы. Лицо Кайлы было чуть моложе, а кожа казалась матовой.

- У любой проблемы есть решение.

- У такой проблемы, как я, решение одно. Я должен был стать мертвецом, чтобы перестать питаться чем-либо, отчего будет зависеть моё состояние, - его дыхание было учащенным, и его язык заплетался почти на каждом слове. - И он бы дал мне такую возможность.

- И ты бы согласился на всё, что он тебе сказал? - задала она вопрос, не ресчитывая на ответ, где он бы сказал, что так именно бы и сделал.

- Да. Я стал бы его собачкой только ради того, чтобы не быть такой же собачкой для людей.

Кайла замолчала. Она согласилась сейчас с ним или просто поняла, что не знает, что сказать, дабы уговорить в обратном?

- Я даю тебе слово, Лео. Слышишь? - парень полнял глаза на женщину. Такие маленькие цвета миндаля глаза смотрели на Кайлу как-то по-детски, с надеждой. Его образ совсем не совпадал с тем, что был в голове несколько последних месяцев. - Я найду способ. Найду решение.

Лео выпрямился, опустив голову, и подошёл к шатенке.

- Обещаешь? - сказал он с надеждой вновь услышать ее слова помощи.

- Обещаю, - она положила свою руку на его плечо, вставая,  и вышла, закрывая за собой дверь.

В глазах блестел свет тысячами искр, и я потянулась руками к лицу, чтобы протереть свои глаза, но мои руки снова были сжаты сильной хваткой.

По стеклу били крупные капли дождя, размывая видимость в окнах, и весь замок окутывал постепенно траур.

Кайла стояла у стены и еле держалась на ногах. Двери открылась с такой силой, что столкнулась со шкафом, и вместе они издали такой шумно, что женщина подскочила, испугавшись.

- Зачем ты превратила её в вампира?! - Брендон был в ярости. Таким я видела его редко, но знала - эту бурю не остановить. - Плод погибнет! Что ты наделала? - он наклонился к ней и коснулся плеч, но Кайла смотрела на него совершенно безжизненными глазами, и тогда Брендон отпустил её. - Другого выхода не было? - спросил он тихо.

Кайла убрала с щек слёзы и снова отвернулась к окну. Ударила молния, дождь усилился.

- Она бесплодна, Брендон, и её беременность вовсе не чудо. Она бы потеряла ребенка до его рождения и умерла от кровопотери, так как он был бы гибридным, - она бормотал это, захлебываясь в слезах.

- И ты выбрала меньшее из двух зол, - Брендон подошёл к шкафу, открыл его и достал недопитый  виски. - Ты не против? - он выпил почти всё и протянул бутылку Кайле, и та не отказалась.

- Обратив ее, я спасла ей жизнь.

- Но нужна ли она ей теперь? - Брендон сел на кресло и свесил голову

- Ты никому не расскажешь, Брендон. Это будет моей виной.

- Она будет тебя ненавидеть всю свою вечность, - сказал он, предупреждая о последствиях.

- Лучшее лекарство от горя - ненависть. Тебе ли не знать? - эта фраза задела Брендона, ведь его лицо стало от этого каменным. Он выхватил бутылку из ее рук и, замахнувшись, кинул ее в пол. Стекло полетело по всему полу мелкими осколками, лишая дворец тишины.

По барабанным перепонкам сильно ударило, и я поджала шею и подняла ключицы так, что мне удалось коснуться ими ушей. Звон сошёл на нет, и я выдохнула.

- Это ведь то, что ты хотела узнать? Теперь это и твой секрет тоже, - ещё минуту назад я видела заплаканную Кайлу, а теперь передо мной сидела спокойная женщина.

Её безэмоциональность напомнила мне о поведении Брендона. Они оба непредсказуемы в своём настроении, что уследить невозможно, когда оно у них хорошее и бывает ли таким вообще.

Алиша думает, что Кайла совершила ошибку в обращении, и поэтому малыш погиб. Кто знал, что Кайла сделала это специально, дабы оставить девушку в живых. Получается, ребенка никак нельзя было спасти. Во-первых, у бесплодных шансы на рождение очень малы. Во вторых, Алиша бы не пережила роды младенца, являющегося наполовину вампиром. Это не сравнимо с жизнью и противоречит природе.

Хотя Алиша зла на Кайлу, вторая всё равно остаётся жить в этом замке, ведь и у неё и у Лео до сих пор осталась надежда на его излечение.

- В книге то, что связано с Лео, не так ли?

Женщина слегка прищурилась, ведь поняла о чём я. Я была уверена в своих словах, ведь другой причины не видела, почему она так усердно работала, проводя каждое утро здесь. Она прибыла сюда, чтобы помочь Лео, а так как тот до сих пор боится покидать границы замка, значит что-то не так до сих пор, и это "что-то" имеет решения в этой самой книге. Своим выражением лица Кайла лишь помогла мне не промахнуться в догадках.

Женщина встала и подошла к той самой полке, и книга сама выдвинулась, упав ей на ладонь.

- Я видела одно кольцо, и на нем было выгравировано то слово, - слово "mortuus" было написано на корешке той книги, и у меня не получилось узнать его перевод, - а я так и не догадалась о его переводе...

- "Мёртвые", - сказала Кайла, и от того, каким тоном было произнесено слово, у меня перехватило дыхание. - И это мой способ решения проблемы Лео.

Болотного цвета книга с " Experimentum" на обложке вновь оказалась в руках Кайлы, спустя столько времени. А сбоку была всё та же таинственная надпись "Mortuus".

- Всё здесь? - я открыла книгу и увидела на одной из страниц зарисовку сердца, где предсердия отличались нажимом карандаша - одно темнее, другое светлее.

- Я расписала сам процесс, в результате которого в организме отсутствовали бы какие-либо животные потребности, переходящие от вампира. Он должен был проходить в два этапа, - Кайла указала на какой-то абзац, где ни одно слово не было мне понятно. - Первый: заморозка организма, при котором не стареет тело и, по возможности, может регенерироваться.

- Это тот этап, на котором находятся девушки во дворце? - вспомнила я об омолаживании.

- Да. Это был эксперимент, в котором я была уверена на сто процентов, что тот будет удачным, - она перевернула несколько страниц и снова указала на абзац, кроме которого не было больше записей, они обрывались. - Второй этап: смерть и возвращение к жизни, - что-то было с этим этапом не так, раз его до сих пор не применили.

- Вы боялись решиться на такое, да? - подтолкнула я её к ответу.

- Это не так просто, Ребекка. Смерть должна произойти в то время, как тело будет пытаться регенерироваться. А оживление должно будет произойти, как я посчитала, через пятнадцать минут поле полной остановки сердца. Это важно, - она положила голову на руки и устало вздохнула. - Но не один дефибриллятор не поможет спустя пятнадцать минут. Это правило второго этапа противоречит самому себе, потому что вернуть человека к жизни можно лишь в течение пятнадцати минут, а для завершения этапа необходимо окончательная и бесповоротная смерть, а затем только воскрешение.

- И решения нет? - она замолчала и продолжила водить пальцем по книге.

- У меня нет стольких сил, чтобы вернуть человека с того Света. Я хоть и ведьма, но магия здесь нужна в разы сильнее, - она закрыла книгу и поправила волосы на голове так, чтобы те не лезли в глаза. - Например, как у Эрика, - это имя теперь не давала покоя, ведь почти каждое событие цеплялось за него, и я так бы хотела забыть о том, что когда-то случайно столкнулась с ним на улице. - Эту надпись, - она указала пальцем на корешок, - ты видела на кольце Эрика? - неожиданно спросила Кайла, поставив тем самым меня в тупик. - Единственный в своем роде мертвец, - добавила она, качая головой.

- Ты тоже видела его кольцо?

- Его видела ты. Честера.

В ушах задребезжало от услышанного имени, ведь о таком могли знать только трое: сам Эрик, я и Брендон, просвещенный в произошедшее позже.

- Не может быть... - прошептала я и отдернула руки, пряча их под стол. Кайла заулыбалась, но ничего злого в её улыбке не было, она заулыбалась так, как улыбалась прежде.

- И он рассказал тебе всё. Удивительно, - она совершенно не заметила моей реакции. - Ты можешь попробовать отобедать с ними. Но не удивляйся, если Лео сорвётся на тебя, ведь мы обе знаем, что он не будет тебе рад.

Кайла, действительно, побывала в моей голове, ведь в один миг ей удалось ответить на те вопросы, что так мучили меня с утра до ночи.

-  Я попробую, - я встала из-за стола и направилась к выходу.

- Ребекка, - позвала меня Кайла, и я остановилась. - На самом деле, я рада, что тебе всё известно. Ведь то, что ты всё знаешь, спасает тебе жизнь. Ты же это понимаешь? - я покачала головой и ушла.

Кайла считает, что если Брендон сознался в своих планах на мой счёт, то он не тронет меня больше и пальцем. Мне бы очень хотелось в это верить. Уверенной в этом я всё равно быть не могу.

***

- Я знала, что ты придешь, - Алиша встала из-за стола и подошла ко мне, чтобы проводить к моему месту. Я не поднимала глаз, чтобы случайно не встретиться ими с Лео и Аланом, которые на этот раз уже сидели за ужином. - Сегодня у нас индейка, - пропела брюнетка и села обратно.

Мои руки тряслись, и я накрыла их друг другом, сделав вид, что ещё выбираю, какой из салатов добавить на свою пока пустующую тарелку.

- Твоё приглашение было общим решением, Ребекка, и мы рады, что собрались вместе, - сказал Алан и приподнял руку, и на это движение среагировал официант. Седой мужчина, который был мне уже знаком, поднял со стола бутылку вина, открыл его своим собственным штопором и наполнил мне бокал наполовину.

- Ты же знаешь о Рождественском бале? Он будет совсем скоро, - сказала на одном дыхании Алиша и продолжила, когда на неё обратили внимание все. - Подготовка к нему уже идёт. Да, Лео? - она посмотрела на оторопевшего Лео, и тогда он посмотрел на меня. Мужчина всё равно считал меня чужой здесь, и за этого я его не осуждаю, ведь он прав.

- Зал уже украшается мастерами, - сказал он, смотря только в свою тарелку.

- А мы могли бы помочь? - Алиша всё не успокаивалась. Кажется, ей просто хотелось лишить наш вечер тишины, завлекая каждого в свой диалог.

- Дорогая, у дам есть дела поважнее, - ответит ей мягко Лео, чем удивил меня. - Ты уже выбрала платье?

- Нет, но я попросила Алана привести, - и Алан в подтверждение закивал.

- Красное. Ты выбрала красное платье в пол, и уже завтра я его заберу.

- Спасибо, Алан, - здесь была по-настоящему тёплая атмосфера, точно семейная. - Лео, - она посмотрела на меня, искренне улыбнувшись, а затем на Лео, - а ты помнишь, что нас ждёт с тобой в январе? - брюнетка дала ему слишком очевидные подсказки, но так было даже лучше, ведь к ссоре подобные разговоры не приводили.

- Такое не забыть, - улыбка Алиши заразила и его, и я пожалела о том, что думала лишь плохое о нём.

- У вас годовщина? - спросила я.

- Почти, - Алиша заметно покраснела. - Двадцать пять лет, как мы друг друга знаем, и двадцать три года со дня брака.

- Это же здорово! - воскликнула я. - Празднование должно быть на высшем уровне.

- Я не знаю, - Алиша задумалась. - У нас всё всегда проходило тихо и мирно, без пиршеств. Они, мне кажется, ни к чему.

- Ты сильно пожалеешь, если и в этот раз откажешься от празднования, - все молчали, и я решила схитрить для поддержки. - Алан, ведь так? - тот растерялся. - Как ты считаешь: стоит или нет?

Но не одного слова ему не удалось связать, и я уже пожалела, что решила высказать своё мнение.

- Ты права, - поддержал меня Лео и закачал головой. - Мы можем себе это позволить, - и от этих слов Алиша засияла ярче прежнего. - Ведь у нас с тобой так и не было настоящей свадьбы со всеми торжествами и традициями: платье, фата, букет.

- Я всегда мечтала о белом платье, -девушка засмеялась.

У них правда не было свадьбы? Всё было лишь на словах? Получается, они жили все эти годы, и даже не поднимали тему свадьбы, обойдя её стороной. Это странно, но я решила об этом с ними не говорить.

Лео протёр руки салфеткой, встал из-за стола и подошёл к Алише.

- У тебя будет самое настоящее свадебное платье, - Алиша встала и обняла его.

- И букет из алых роз, - Алиша посмотрела на меня, и я вспомнила о её желании. Она очень хотела засадить всю оранжерею алыми розами.

Я уже видела этот прекрасный праздник. Яркий свет заполнял бы каждый уголок большого зала. Все бы хлопали, встречая на пороге Лео и я Алишу. На нем был бы классический смокинг, а на ней то самое белое платье, о котором она мечтала с букетом алых роз в руках.

- Поздравляю! - закричал бы кто-то из толпы, и они бы слились в поцелуе на зависть каждому, кто хотел бы такого же счастья, такой же любви.

И в этот момент я поверила в то, что счастье возможно и здесь, среди тех, кто стал мне уже, как родной. Всё в этой столовой было пропитано любовью и заботой друг к другу, я захотела окунуться в это самой, и у меня получилось. Я буду частью их "семейного праздника", как и частью их семьи.