эпилог.

‎*Май. 2000г. Санкт-Петербург.*

‎

‎Дворцовая пристань сегодня на удивление была пуста, несмотря на то, что туристический сезон был в самом разгаре из-за рано наступившей весны. Субботний день, проведённый в центре города был для нас неизменной традицией вот уже десять лет независимо от погоды и времени года. Закат постепенно окрашивал небо в розоватый цвет, пока мы ожидали посадки на метеор.

‎

‎- Мама, что-то долго их нет! - детская ручка обеспокоенно перебирала в руках край моего платья. - Мы, что ли, без них поплывём?

‎

‎- Варюша, - я опустилась на корточки, чтобы поравняться с дочкой. - Они сказали, что готовят нам сюрприз!

‎

‎В этот момент со стороны Эрмитажа показались две знакомые фигуры. Валера шел своей привычной походкой, а рядом с ним, стараясь подстраиваться под его широкий шаг, почти бежал Сашка. В одной руке у сына был пакет, который он придерживал с какой-то особой осторожностью, а в другой руке он нес маленький букет с былыми астрами.

‎

‎- Мама! - звонкий голос Саши разнесся над пристанью.

‎

‎Они подошли к нам, и Саша с гордостью протянул мне букет, а Варюшке пакет. Заглянув вовнутрь, она запищала от радости, демонстрируя нам два сникерса и горсть чупа-чупсов.

‎

‎-  Это вам! Мы с папой так долго выбирали, - он буквально сиял от радости.

‎

‎Я взглянула на Валеру. Он стоял рядом, рассматривая розовый закат, и положил руку Саше на макушку, чуть растрепав его волосы.

‎

‎- Ну что, команда, на посадку? - Валера подмигнул мне и подхватил Варю на руки.

‎

‎Малышка задорно рассмеялась, обнимая его и ликуя о предстоящей прогулке по воде.

‎

‎Вечернее солнце заливало палубу, отражаясь в волнах Невы. Мы сидели у самого края, наслаждаясь видом, малышня была чуть впереди, у самого ограждения. Валера долго молчал, глядя на то, как Саша бережно придерживает Варю за капюшон, чтобы та не слишком перегибалась через перила.

‎

‎- Вот и закончил наш пацан четыре класса, -  негромко произнес он.

‎

‎В его голосе слышалась гордость, которую он не редко позволял себе проявлять в отношении Сашки.

‎

‎- Да уж, время летит, - я вздохнула, прислонившись головой к его плечу. - Варваре вон скоро четыре будет.

‎

‎- Я договорился насчёт Нахимовского.

‎

‎Я резко выпрямилась, заглядывая ему в глаза.

‎

‎- Что? Ты сейчас серьёзно?

‎

‎-  Ну. Да. Документы соберём и можно на вступительные готовиться.

‎

‎Я снова посмотрела на Сашу. Он увлекался всем, что связано с морем и флотом лет с трёх, а в последние полгода активно рассказывал нам про Нахимовское... Честно сказать, глядя и на Варю уже сейчас, мы знали, что она точно пойдёт по его стопам. Было ли это лучше улицы? Мы не знали, но делали всё, чтобы  увести их подальше от этого всего...

‎

‎- Скажешь ему сегодня? - спросила я тихо.

‎

‎-  Нет, завтра обрадую, - Валера  улыбнулся, глядя на детей. - Щас у него экскурсия, посмотри-ка.

‎

‎Мы замолчали, наблюдая как Саша, с очень серьезным и важным видом, застёгивал на сестре курточку и указывал на пролетающие мимо здания и мосты.

‎

‎- Вот здесь, Варя, был царь, - говорил он, старательно копируя интонации учителя. - Ты вообще знаешь кто такой царь? - он перевел руку куда-то в сторону, - а вот там самые главные корабли стояли. Поняла?

‎

‎- Саш, еще расскажи мне! - Варвара восторженно хлопала в ладоши, чуть ли не заглядывая брату в рот.

‎

‎Я смотрела на воду и думала о том, каким длинным всё же оказался путь к тому, чтобы я просто сидела и наблюдала, как мои дети в полном покое общаются между собой, зная, что после прогулки они вернутся домой и просто лягут спать, а на утро... На утро их будет ждать новый день и совершенно беззаботная жизнь.

‎

‎Начало девяностых в Питере оказались почти не лучше Казани. Да, у нас был дом, у Валеры работа, а у меня полный врачебный контроль, случались вещи, которые сдерживать мы были не в силах. Пока Сашка был маленьким, мы жили в постоянном напряжении. Бывали ночи, когда Валера не приходил домой, и я сидела у окна, одной рукой сжимая  кухонный нож, а другой держала сына, завернутого в одеяле,  прислушиваясь к каждому шороху в подъезде. Мы подвергались риску, балансировали на грани, но на этот раз мы были вместе...

‎

‎Мне удалось сделать то, о чем я однажды перестала даже мечтать. Я закончила институт. И уже несколько лет я работала учителем в лицее, преподавая детям иностранные языки.

‎

‎Прошлое в Казани постепенно порастало травой.  С отцом мы общались редко, только по большим праздникам. Между нами навсегда осталась стена из недосказанности. Но Витюшу, моего младшего брата, которому сейчас уже было одиннадцать лет, мы с Валерой часто забирали к себе. Глядя, как он носится с Сашкой по двору, я думала о том, что какая-то связь наших семей всё еще существовала...

‎

‎Два года назад не стало Ба. Её похоронили в Казани, рядом с Де. Желтый прислал мне фотографии могилы всё, как и обещал, чистый гранит, порядок и тишина. Мы никогда больше не возвращались туда. Наши дети не знали о том, что когда-то мы жили не здесь.

‎

‎Я заплатила за эту тайну слишком высокую цену. Спустя столько лет, я всё еще находилась в терапии, Валера подыскал отличного врача. Каждое моё утро начиналось с приёма лекарств, помогающих раз за разом не упасть в эту бездну, где страх темноты осязаем до крика, а запахи и прикосновения заставляют душу и сердце леденеть.

‎

‎Когда-то давно я держала  в руках фотографию матери и в пустоту спрашивала о том, как она могла меня любить все годы, пока была жива, думая о том, что ребёнок, которого я ношу, не родится в любви и будет несчастен. И последние слова Кости, брошенные мне в спину окончательно закрепили во мне эти мысли. Но Сашка... Иногда, когда он злится или замирает в дверном проеме, он до безумия напоминает его. Тот же наклон головы, тот же холод в глазах. В такие секунды у меня перехватывает дыхание. Но потом Саша улыбается и бежит мои объятия или нежно целует Варюху в щёку или макушку, как делает это Валера и я понимаю, что всё это лишь легкая тень того человека, что причинил мне столько боли. И она не является основой его личности.

‎

‎Сашка никогда не узнает, что Валера не его родной отец, мы решили это уже давно. Он вырос добрым и весёлым мальчишкой с чистой душой и сильным характером. Всегда рад помочь и равняется на Валеру. А когда родилась Варя, он превратился в самого лучшего старшего брата, который всегда оберегает младшую сестрёнку.

‎

‎- Ты чего, красота? - Валера приобнял меня за талию, видя мою задумчивость. - Замерзла?

‎

‎Я посмотрела на него, потом на Сашку, который увлеченно рассказывал что-то Варе и внутри воцарилось былое спокойствие. Мы прошли через многое, теряли близких, теряли себя и собирали заново. 

‎

‎Всё сложилось хорошо. Не идеально, не как в сказке, а именно хорошо по-настоящему, с шрамами, но в любви и безопасности. Это было самым важным.

‎

‎Я улыбнулась Валере и крепче прижалась к его плечу.

‎

‎- Нет, не замерзла. Просто… я так рада, что мы дома.

‎