Часть 20. За преступлением следует наказание.

Студер неторопливо покинул лазарет, а затем и саму санчасть. Но как только он переступил порог, его кто-то жёстко схватил за грудки и грубо, силой затащил за угол, невзирая на активное сопротивление парня, который только недавно оклемался после сотрясения мозга.

—Чё с сеструхой моей сделал, гнида?!! — Заорал Кот ему в лицо. Он крепко сжимал серую ткань формы в кулаках и чуть приподнимал его над землёй, вжимая в стену с силой. Чернов, как и Тяпа был в ярости. Валя не предпринимал никаких попыток успокоить друга, не имел желания.

—Я-то чё?! — В шоке выпалил Вова. —Я в санчасти лежал с перемотанной башкой, чё я сделать-то твоей этой Рыси мог?! — На его лице отражалось недоумение, глаза расширились.

—А чё она рядом с тобой лежала тогда, м?! — Вступил Тяпкин, делая шаг к нему.

—Не знаю я! Пусти, бля, Кот! — Студер пытался вырваться, но всё тщетно. Его только сильнее вжимали в холодную, шершавую кирпичную поверхность сзади. Путей к отступлению не было.

—Знаешь! Говори! — Валя смотрел в его глаза. Сердце  ускоряло ритм не от злости, а от страха за Юлю.

—Мне у пацанов спросить надо! — Только после этого разъярённый старший брат истерзанной мученицы его отпустил.

—Бегом. — Прошипел он.

Но Студер тоже авторитетом был, да и остаётся в пределах своего отряда, поэтому о достоинстве, даже после такого не забыл, конечно же бежать не стал, а даже наоборот спокойно пошёл. Валя не стал смотреть ему в спину, он сразу подбежал к окну, что вело в лазарет.

—Ты что делаешь, Тяп? — Удивленно пробормотал Кот, увидев, как пацан пытается запрыгнуть на небольшой отступ, чтобы сесть.

—К Юльке залезть хочу... Я постучу, она мне окно и откроет, запрыгнуть только надо...

***

В лазарете. Авторская речь.

Рысь лежала и смотрела в потолок. Всё болело и пекло. Нутро было выжжено едкими словами Студера окончательно. Она перестала слышать, как бьётся её сердце, а в глазах всё было размыто из-за скопившихся в них слёз обиды и тоски. На тумбе так и остался стоять стакан с водой, она не сделала ни глотка за всё то время, что прошло с момента, когда его принесли.

Помимо сотрясения у неё случилась слишком большая кровопотеря. Именно поэтому сейчас девочка лежала бледная, будто труп. Слабость была неимоверной. Медики боялись её кормить, они не знали, как может отреагировать желудок, который едва успел восстановиться после пережитого. Шансы на её смерть слишком велики. Либо от голода, либо от боли, либо от того, что она потеряла столько крови, и то, что Рыси не оклематься до расстрела видно невооружённым глазом, ясно даже самому далекому от медицины человеку. Потому её решили даже не пытаться спасти, только лишь обработать, чтобы хотя бы крови было меньше. Она сама не видела стимулов жить. Постоянно думала о том, как приблизить свою кончину.

Голова была полна разных мыслей разного характера. Думать было тяжело, но тем не менее что-то думалось. Разное, и в основном о том, в каком же ужасном и жестоком мире она находится. Было был гораздо лучше для самой же Юли, если бы она улетела в лучший как можно скорее.

Тихий стук в окно, внезапный, но едва-едва слышный. Ей удалось приподнять голову и увидеть в окне Тяпу. Он что-то говорил, но Юля не могла разобрать что.

А потом неожиданно вошла санитарка, которая пыталась её напоить некоторое время назад, с небольшой жестяной пайкой, в которой плескался куриный бульон. Но прежде, чем она дошла до больной, женщина увидела в окне нахально улыбающееся личико. Подбежав к стеклу, она поставила на тумбочку Юли жестянку и открыла окно.

—Вон пошёл! — Вскрикнула возмущённая санитарка.

Тяпкин засмеялся и спрыгнул, начал бежать прочь.

—Совсем уже страх потеряли... — Пробормотала женщина в белом халате, со злости забывшая закрыть окно. —А ты чего? Хлебай давай! — Гаркнула она и собралась уйти. Но уже у самой двери её остановил вопрос.

—А вы все меня в процедурке специально пытали? — Её голос был до сих пор сиплым, сорвала с концами.

—Не неси чушь, дура. — И дверь захлопнулась с обратной стороны.

Юля тяжело вздохнула.

—Красавица! — Позвал знакомый голос сзади. Рысь вздрогнула и обернулась. Опять Тяпа!

—Что?! — Вскрикнула она удивленно, горло заболело. —Как ты забраться успел?!

—А чё ты, не красавица что-ли? — Он засмеялся, игнорируя второй вопрос.

—Шутишь? Уходи, не до твоих этих сейчас... — Девушка отвернулась.

Тогда Валя запрыгнул к ней и прикрыл окно.

—Чтоб не простудилась. — Тяпа сел на койку к Черновой и улыбнулся. —Тэ-эк-с, что у нас тут... — Парень принялся рассматривать Рысь.

—Да чё, ни чё... Кикимора я...

—Молчать, когда доктор говорит! — Наигранно зло вскрикнул Тяпкин. —Значится, излишне много красоты! Вот и весь диагноз.

—Не ври. И вообще, иди нахер отсюда, Тяпа, я лежу здесь, извини меня, полуголая! — Юля нахмурилась.

—Ла-адно, уйду. И ничего не полуголая! У нас просто тренировка намечается. Но не думай, что это последний раз когда я здесь появляюсь. — Он подмигнул, улыбнулся и встал. Вновь открыв окно, Валя опять оставил девушку одну.

Но то одиночество на неё больше не давило. Улыбка сама заиграла на губах, а на щеках появился румянец...

***

Через час у второго отряда...

Пока первый отряд уехал в горы, курилка была свободна, и сейчас там сидел второй, у которых недавно закончилась тренировка. Студер двигался к своим неторопливо. Где-то в глубине души он был рад видеть ребят, уже успел соскучиться по ним. Но на лице этого не было видно абсолютно, ни грамма радости ни в глазах, ни в действиях и жестах.

Вдруг, к курилке подошёл Вишневецкий, и Студер быстро забежал за стоги сена, где присел на корточки так, чтобы его не было видно. Навострив уши, парень стал наблюдать за тем, что происходит.

Подполковник поднял с мест восемь ребят.

—Куда? — Спросил один из них.

—Узнаете. — Ответил мужчина коротко.

—На расстрел?! — Вскрикнул Моряк испуганно.

Вова весь напрягся. Неужели из-за одной шавки положат его пацанов?!

—Нет, наоборот, за наградой. Вы лучше всех отрядов справляетесь. — Антон выдавил улыбку. Да только лучшим всегда был первый отряд...

Каждого погрузили в «Ларёк-15!» по очереди, мужчина залез вслед за ними, и дверцы кузова закрылись.

Студер сразу же подбежал ко всем оставшимся, те встретили его с радостью.

—Студера выписали! — Кричал кто-то.

—Ну наконец-то!

—Мы уж заждались!

Громкий смех пронёсся по округе, но Вову это не тронуло ни капельки, даже наоборот, вызвало раздражение. Очень сильное раздражение.

—Их вниз повезли, бля! На расстрел! А вы сидите и ржёте?! — Кричал он, уверенный в том, что больше не увидит тех, кто был ближе всего.

—Да не, всё нормально будет! — С улыбкой произнёс Никита.

—Не будет! Нет больше их...

***

От автора:

Всем здравствуйте! Всех поздравляю с двадцатой, юбилейной частью! Как ваши дела? Как вам фанфик? Всё ли устраивает? Господи, мои дорогие, я в шоке! Вы ставите столько звёздочек, пишите безумное количество приятных и милых комментариев, спасибо огромное за это! Я вас очень сильно люблю! Вы самые-самые лучшие, лучики света!

В следующей, двадцать пятой части я в своём обращении хочу кое-что сделать, но никак не могу определиться, и хочу, чтобы вы мне помогли.

Первое: в создании фанфика мне очень помогают схемы, которые я пишу на бумаге, от руки, прописываю сюжет, расписываю сюжетные линии, зарисовываю какие-то определённые моменты. Так вот, если у вас есть желание, то могу показать вам кусочек закулисья и сфотографировать эти самые схемы, прикрепить их сюда.

Второе: рассказать о том, как я вообще пришла к творчеству.

Третье: вы напишете свои вопросы, которые интересуют, в комментариях, а я на них отвечу.

Что мне по итогу делать? Прикреплю опрос, он будет в самом конце, по-другому не получается.

Спасибо ещё раз за всё, что вы для меня делаете!

С любовью и уважением, Ваш автор, ваша Наташа. Обняла. ❤💝💘