Глава 47

Холодные зимние дни уходят, на смену им, приходят теплые будни. Не смотря на то, что на улице конец февраля, на улице солнышко, которое согревает и напоминает о себе. Решила дома сегодня не сидеть. Сегодня последняя игра Волков, после чего у них начинается плей-офф. К большому сожалению, Волки опустились на седьмое место, они были в тройке сильнейших, но с уходом Тома, ихние дела идут плохо. Иногда мне кажется, что это всё из-за Тома, он ушел, и всё рушится.  Идти самой, мне не хочется. Собой я возьму Тома, с ним, мне точно не соскучится, тем более, думаю ему тоже будет интересно посмотреть как играет его бывшая команда.

Том не знает, что я приехала к нему специально, чтобы позвать на игру. Отец тоже ничего не знает, но думаю сегодня он все узнает. Стучу в дверь, начинаю ожидать. Спустя время дверь открывается. Том удивленно на меня смотрит, явно не ожидал меня увидеть.

— Ну наконец-то, почему так долго? — заходя в прихожую, спрашиваю я.

— Привет, а ты как... ну... всё хорошо? — растерянно спрашивает парень.

— Том, собирайся, мы едем на хоккей! — хлопая в ладоши, говорю я.

— Подожди, какой хоккей? Зачем куда-то ехать?

— Джонс, просыпайся. Мы с тобой едем смотреть на последнюю игру Волков перед плей-офф. — достаю два билета, даю их Тому. Он их берет и начинает рассматривать.

— Ты уверена, что Алекс будет рад нашей встречи и вообще, что я там явлюсь? Может не стоит его провоцировать?

— Всё в порядке, рано или поздно нам нужно ему рассказать о нас, почему бы это сделать не сегодня? Я тебя буду здесь ждать, у тебя есть пять минут, а потом мы начнем опаздывать. 

— Я сейчас. — отвечает он, целует меня и уходит.

Я начинаю рассматривать прихожую. У меня начинает покалывать живот, с каждым разом всё больше и больнее. Я приседаю на корточки, закрываю глаза и хватаюсь за живот. Хочу закричать от боли, но этого не сделаю. Понемногу боль уходит, я начинаю часто дышать. Поднимаюсь, и вижу, что Том спускается со второго этажа. Выдавливаю из себя улыбку, чтобы Том ничего не заподозрил.   — Поехали? — спрашивает Том. Я согласительно машу головой и выхожу на улицу.

Мы садимся в его черный джип, и начинаем ехать. Вспоминая те боли, которые были пару минут назад, меня кидает в холодный пот. Никогда так больно ещё не было, до сих пор не отойду от этого.

— Ты выглядишь бледно, всё хорошо? — держа меня за руку, спрашивает Том. Я нервно сглатываю, не хочу, чтобы он знал, что у меня появляются боли. Думаю это нормально, но Том, этого не поймет, и отправит меня к врачу, а я туда не хочу.

— Всё хорошо. Снова перестала нормально спать. — вру.

— Может нужно, что-то выпить? Допустим успокоительных или, что-то для сна. Давай заедем в аптеку, что-то купим?

— Нет, я уже привыкла. Ничего мне не нужно. Я нашла сериал, мне теперь некогда спать.

Мы подъезжаем к ледовому дворцу, мои ладошки потеют от волнения. Переживаю насчёт того, как отреагирует на нас отец. Я знаю его характер. Знаю, что запросто пожалею о сделанном. Но попытаться стоит. В ледовом дворце меня не было уже почти пять месяцев. На игру Волков, я давно не ходила. Я очень рада, что сегодня у меня есть шанс на неё взглянуть. До игры остаются считанные минуты, а мы только входим в здание.

— Давай быстрее, а то мы так опоздаем. — говорю я. Том крепче сжимает мою руку и ускоряет свой шаг.

Мы садимся на свои места. В зале все места были заняты. Довольно громко, множество людей одеты в фирменную одежду Волков, что не может не радовать глаз.

— Давно мы с тобой вместе не сидели на трибунах и ожидали игры. — говорю я.

— Получается эта наш второй раз, когда мы здесь сидим с тобой вместе? Ты помнишь первый раз, когда это было? — парень смотрит на меня.

— Да, кажется мне тогда восемь было?

— Девять. У меня тогда было повреждение, поэтому я сидел возле тебя. После игры мы с тобой пошли на аттракционы, тогда Изабелла меня готова была убить. Она думала, что я тебя потерял.

— Я помню эту историю. — начинаю смеяться. — Мне тогда хорошо прилетело. После этого, Изабелла пару раз ходила вместо со мной на хоккей, чтобы проследить за мной.

— А теперь у нас совсем другая история. Теперь ты сама мама, мы вместе, и я снова тебя уведу с хоккея.— хочу ответить, но не успеваю, начинается игра.

На лёд выходят хоккеисты. Звучат гимны. Команды друг друга приветствуют. Сегодня наши «Волки» играю с «Брюинз». Игра обещает быть жаркой. На льду остаются первые звена. Судья свистит, игра начинается. Наши выбивают шайбу и начинают игру. Номер десять начинает вести в зону противника, за ними гонятся номер двадцать пять и шестьдесят семь, пытаются отобрать у наших шайбу, но номер десять не сдается и не отдает шайбу. Он передает её номеру тридцать три, но он не ловит, ему перекрывают путь и отбивают шайбу. К ним подлетает номер шестьдесят один, выхватывает шайбу, передает её десятому, тот замахивается и забрасывает шайбу. От радости я обнимаю Тома и целую его. Том тихо начинает смеяться, он тоже рад первому голу.

1:0

Игра продолжается. Шайба отлетает в среднюю зону, противник под номером двадцать пять первый забирает шайбу, начинает её вести. Номер шестьдесят шесть и один встречают в нашей зоне. Десятый подлетает к ним и пытается тоже отобрать шайбу, но номер шестьдесят семь начинает его прессовать. Он толкает его к бортам стены, что не даёт забрать шайбу нашему. Шайба летит в зону противника, но ихний забирает и снова ведёт к нашим воротам. Номер тридцать пять объезжает наши ворота, но не забрасывает, наши не дают. Тот передает своему, он подъезжает ближе к нашим воротам, замахивается. Звучит сирена, шайба летит к штанге наших ворот. Я облечено выдыхаю. Хоккеисты уходят со льда.

Я обнимаю Тома и тяжело вздыхаю, смотря на свою бывшую группу поддержки. Они танцуют. Добавились новые девочки, теперь на каждых ступенях танцует по три девочки. Я представляю, как им сложно. Ихние движение совсем не такие, какие были у нас. Девочки абсолютно всё поменяли. Мне нравится, как они сделали расстановку на этот период.

— Я бы тоже могла сейчас танцевать. — с грустью говорю я. Том целует меня в макушку.

— Ещё совсем немного осталось, а потом снова займёшься танцами.

— У меня больше не будет такой возможности, которая у меня была ещё полгода назад.

— У тебя всё будет. Как мы похожи, ты теряешь важные для тебя танцы, так же как я теряю хоккей, который важен для меня. Мы стоим друг друга.

— Да, в этом мы похожи. — тихо начинаем смеяться.

Начало второго периода. Судья свистит. Брюинзы начинают игру. Номер шесть выбивает шайбу и начинает вести к нам. Все наши бегут за ним, но шестой не хочет отдавать шайбу. Волк под номером пятьдесят два делает подножку, тот падает, судья свистит, у нашего удаление. Шайба снова не у наших, номер шестой передает номеру семдесять три, тот ловит и начинает вести. Наши все в погони, но никому не удается заполучить шайбу. Семдесять три замахивается и забрасывает. Шайба залетает в ворота, тем временем соперники начинают поздравлять семдесять третьего.

1:1  

Шайба у наших. Они начинают уводить с нашей зоны. Брюинз идёт в контратаку, номера двадцать один окружают, тот выбрасывает шайбу, она летит к бортам стены. Все массово начинают слетаться туда. Соперник под номер двадцать четыре и наш под номер восемнадцать, начинают забирать у друг друга шайбу. Никто из них не может забрать шайбу. К ним подъезжает ещё один соперник, шайба вылетает, тот подбирает и начинает вести. На полпути к нему подлетает номер тридцать три, тот замахивается и шайба летит через половину поля. Шайба перелетает через бордюры и залетает на скамейку запасных. Игра ставится на полминуты на паузу. Свисток, начало игры. Противник отбирает шайбу и ведёт её в нашу зону. Номер шестнадцать из Волков отбират шайбу и уводит её. Не успевает он отъехать на пару метров, как номер восемнадцать восемь выхвачивает её, разворачиваться и передаёт своему. Номер тринадцать ловит шайбу, замахивается и шайба летит к штанге ворот. Наши забирают шайбу и уводят со своей зоны. За нашими начали гнаться соперники. Волки ближе подъезжают к воротам противника. Двадцать первый замахивается. Вратарь успевает её словит. Звучит сирена.

— Том, я сейчас приду. — вставая, говорю я, Том хватает меня за локоть.

— Куда ты? Что-то болит, тебе плохо?

— Мне нужно в туалет. — тихо говорю я, чтобы остальные не услышали.

— Пошли. — Том встаёт.

— Нет, я сама пойду. Я знаю куда идти.

— Нет, я не могу тебя отпустить самой. Я иду с тобой, и это, не обсуждается. — я закатываю глаза.

Всё-таки Джонс идёт со мной.

— Ты меня смущаешь. — возмущаюсь я, пока мы идём в туалет.

— Здесь ничего постыдного нет. Все мы люди, у каждого есть нужды.

— За время беременности, я стала очень много ходить в туалет. Каждые десять минут мне нужно сходить, я раньше никогда такой не была.

— Малыш, я тебе больше скажу, все беременные часто ходят помаленькому. — шепчет мне на ухо.

— У тебя что, было много беременных девушек? — недоверчиво смотрю на парня.

— Та нет же, я хорошо помню как проходила беременность Эрин. Поверь мне, с ней было намного сложней. Тогда мне хотелось застрелиться, чем терпеть девять месяцев.

— От одной мысли, что вы вместе с ней спали и не только, мне делается плохо. Я ревную тебя к твоей бывшей жене, это звучит тупо, но так и есть. Но я не всегда так думаю, пока ношу твоего ребенка.

— О малышка, тебе не стоит волноваться. Я люблю только тебя и нашу принцессу. — гладя меня по животу, говорит Том. Я улыбаюсь и целую его в губы.

Сделав свои нужды, мы возвращаемся на свои места.

Третий период. Судья свистит. Волки начинают игру. Номера тридцать три окружают, ему ничего не остаётся как выбросить шайбу. Шайба летит в зону соперника. Номер двадцать восемь из Брюинз забирает шайбу и уводит её. Номер шесть подъезжает к нему, прыгает на него и выбивает шайбу, начинает вести к нам. Все наши бегут за ним, но шестой не хочет отдавать шайбу. Волк под номером семдесять восемь делает подножку, тот падает. Судья свистит и у нашего снова удаление. У наших отбирают шайбу. Номер шестой передает номеру одиннадцать, тот ловит и начинает вести. Наши все в погони, но никому не удается заполучить шайбу. Одиннадцать замахивается и забрасывает. Шайба залетает в ворота, тем временем соперники начинают поздравлять одиннадцатого.

1:2

Наши забирают шайбу и уводят с нашей зоны. Звучит сирена, игра закончилась. Расстроенно смотрю на Тома.

— Не расстраивайся, наши ещё выиграют.

— Это пятое поражение подряд, ты серьезно веришь, что будет всё ещё хорошо? Лично я, не верю.

— Это хоккей, сегодня не везёт, завтра повезет.

— Значит у Волков пять раз подряд сегодня? Ты ушел, и ихняя статистика сразу ухудшилась. Тебя им очень не хватает. Может поговорить с отцом насчёт тебя?

— Не вздумай. Я знаю, что ты всё равно меня не послушаешь и сделаешь по своему, но прошу тебя, ничего не делай. Ты сделаешь только хуже. 

— Пошли, скоро должны Волки расходиться, нам нужно встретить отца.

— Может не сегодня? Я ещё не готов, давай как-нибудь вследующий раз?

— Ну я не знаю, я хотела бы сегодня. Пока не поздно, нужно это сделать, нужно всё рассказать.

— Мы расскажем, обязательно, но не сегодня. — целуя меня в лоб, говорит Джонс. — Пошли я тебе куплю чего-то вкусненького.

— Ладно, но только потому, что у тебя не то настроение, чтобы всё рассказывать, а не из-за того, что я хочу чего-то вкусненького.

— Я так и понял. — усмехаясь, говорит он.

Мы начинаем уходить. В холле много людей, чтобы выйти из здания нужно простоять небольшую очередь. Не смотря на то, что мы в ледовом дворце, здесь довольно душно, хочу как можно скорей оказаться на улице, хочу вдохнуть свежий воздух.Пока мы ещё в холле, Том успел пообщаться со своими бывшими друзьями-хоккеистами. Людей становится всё меньше. Мы с парнем начинаем выходить.

— Аманда. — слышу позади строгий голос отца. Мы с Томом останавливаемся и разворачиваемся к нему. Отец скрещивает руки, я выдавливаю из себя улыбку, чтобы не показать как мне страшно.

— Привет. — махая рукой, говорю я. Мы подходим к нему.

— Что он с тобой делает? Только не говори мне, что вы снова вместе.

— Ну тогда она вообще тебе ничего не скажет. — Том самодовольно улыбается. Кулаки отца сжимаются до побеления костяшек.

— У тебя реально ничего нет в голове? — смотря на меня, спрашивает отец. — Одумайся, Аманда, ты ломаешь себе жизнь. Ты думаешь он больше не изменит тебе? Ты думаешь, что он изменился?

— Я не хочу, чтобы мой ребёнок рос без отца. Как девочке, он ей просто необходим. В конце концов, я люблю Тома, и с этим, ты ничего не сделаешь.

— Короче, я не лезу в вашу жизнь, а ты не лезешь в мою. Тебе придется принять и смириться, что у меня есть Скайлер, так же, как смирился я с Томом. 

— Хорошо, без проблем. Только я не вожу домой Тома, значит и ты её туда не води. — скрестив руки, говорю я.

— Ещё чего, вы теперь одна семья, и это ты должна быть у него дома. И вообще, нормальный бы мужик, уже давно сделал предложение руки и серце своей беременной девушки. — угрожающим взглядом отец смотрит на Тома.

— Пап, а вот тут, мы сами разберемся. Между прочим Том меня звал, я отказалась. — Том сильнее меня обнял, я чувствую его поддержку.

— Почему я этого не знаю? Аманда, я как твой отец, должен это знать.

— Это было ещё до ребенка. Я хотела поехать на соревнования, сделать свою карьеру в танцах, а аж потом женить и вообще делать семью.

— О игре, — Том меняет нашу тему разговора. — Алекс, у вас много ошибок во время игры. Все рассеянные, не собраны, нет дисциплины, вам не хватает жести, что случилось? Где те Волки, которые были пару месяцев назад?

— Ты собрался меня поучать, как управлять Волками?

— Нет, я просто.... — перебиваю Тома.

— С того времени как ушел Том, вы начали проигрывать, вы опустились на седьмое место. Может подумаешь, чтобы снова вернуть Тома? Почему такой шикарный защитник только зря теряет время сидя дома? — Джонс смотрит на меня пытаясь передать взглядом, что когда мы останемся наедине — мне конец.

— Только через мой труп. Я не хочу видеть его в своей команде.

— Пап, пожалуйста, ради своей внучки. Её отец будет сидеть дома и ничего не делать, когда есть шикарный шанс поиграть и укрепить вашу команду. Он будет приносить в дом деньги, а если ты не дашь ему эту работу, то тогда, что? Он пойдет работать в какой-то завхоз, зарплата там не большая, начнёт выпивать, мы будем плохо жить, ты разве такого хочешь для нас? У тебя есть шанс сделать всех нас счастливыми. — показываю на живот.

— И снова за тебя просит Аманда. — говорит отец Тому.

— Не нужно. Возможно позже, после родов, мы сможем уехать во Францию, мне поступило хорошее предложение.

— И снова ты хочешь увести мою дочь подальше от меня. Что же ты за человек, Джонс?

— Ты сам это делаешь. Я не могу сидеть на месте и ничего не делать. Раз у меня нет никаких шансов играть здесь, то у меня есть шансы играть в другой стране с другими людьми.

— Я поговорю с мистером Фармер и тогда возможно, ты снова будешь в Волках. Но если ты всё-таки надумаешь уезжать, то знай, я не дам, тебе увести мою дочь. — от радости я начинаю обнимать отца, целую его в щеку.

— Спасибо. — радостно говорю я.

— Мы подумаем. — отвечает Том, берет меня за руку и уводит из ледового дворца, я машу рукой отцу. Мы с Томом уходим.