Глава 44

Как же я рада тому, что снова стою на своей родной земле. Перелёта ужасней, и быть не может. Почему когда хочешь, чтобы тебя застрелили, никто этого не делает? Разве им сложно было? Я бы всё отдала, чтобы не видеть и не слышишь Тома. Из-за его присутствия, мне делается плохо. Он как назло, пока я не видела, где-то взял билет и полетел со мной. К моему счастью, мы не рядом сидели. Но зная, что Том где-то здесь рядом, мне уже хотелось выпрыгнуть из небольшого окна. Поражаюсь своему терпению. Каждый раз, когда я ходила в туалет, Том бежал следом за мной, и именно там, мне хотелось его удушить или утопить в унитазе, но не могу ребенка оставить сиротой.

—Я вызвал такси, скоро подъедет. — подходя ко мне, говорит Том.

Когда я выходила из самолёта, я не видела парня. Я думала, что он ушел.

— Джонс, я с тобой никуда не поеду. Отдай мой чемодан, и я сама доберусь к своему дому.

— Нет, я не отдам тебе чемодан, ты сама никуда не поедешь. Я сказал, такси уже едет.

— Супер, тогда ты знаешь где я живу, вот сам, и завезёшь мои вещи, а я поехала сама домой. — начинаю уходить.

— Аманда! — орет Том, но я не останавливаюсь, иду дальше. Я с ним никуда не поеду. Он мне слишком противен, я и так себя сдерживаю, чтобы нормально общаться, для меня это тяжело.

Дома отца не было, я одна в пустой квартире. Хожу по всем комнатам, замечаю, что в каждой комнате новые вещи, в холодильнику полно еды, для нас с отцом редкость, когда полно еды. У отца сейчас выездные матчи, но я знаю, что вечером, он уже должен быть дома. Мне ничего не остаётся делать, как ожидать отца. Перелет для меня был тяжёлым. Много людей, жарко, тошно, так ещё где-то рядом придурок ошивался. В общем, отдохнуть мне не удалось. В родной кровати, сразу клонит в сон. Я лежу на своей кровати и перед глазами воспоминания с Томом. Как мы лежали здесь, смотрели кино, целовались, ссорились, между нами было всё. Эти воспоминания вызывают у меня слезы. Мне плохо. Мне одиноко, я безумно скучаю по губам Тома, по его объятиях, по его ласкам и нежностям. Как бы сильно я его ненавидела и не говорила ему много гадостей, в душе, я его ещё люблю. Как лечить мою любовь к Тому? И лечится ли оно вообще?Каждый раз, когда я о нем думаю, поедаю себя изнутри, с этим нужно как-то бороться.     Сон взял вверх, глаза полны слез и, я сплю. Будит меня вибрация телефона, которая не перестает вибрировать. Чертыхаясь, я беру в руки телефон, и отвечаю на звонок.

— Алло. — сонно говорю я.

— Привет. Ты уже дома? Мы уже приехали. — говорит отец. 

— Я ещё в обед приехала домой, тебя жду. Ты когда приедешь?

— Ты не против, если я приеду домой не один? — тихо спросил отец.

— Ой, забыла сказать, я договорилась встретиться с друзьями. Я совсем скоро уйду, а когда приду не знаю. Надеюсь она, до моего прихода успеет уйти? — аккуратно спрашиваю я.

— Если ты против или уходишь специально, то не нужно. Ты мне скажи, если ты против, я приеду сам. Аманда, — перебиваю.

— Всё хорошо. Я и вправду договорилась о встрече, всё в порядке.

— Ладно, считай проверил. Я приеду тебя заберу.

— Хорошо. До встречи. — откладываю свой телефон.

Теперь придётся собираться к Эмме. Сделаю ей сюрприз своим приходом к ней. Нужно поспешить, чтобы не столкнуться в подъезде с отцом и его любовницой, что-ли. Пока я собираюсь, в дверь постучали. Это отец? Он почему-то рано. Надеюсь он за дверь стоит сам. На цыпочках подхожу к двери, смотрю в глазок, вижу за ними Тома. Облечено выдыхаю и открываю дверь.

— Я привез твои вещи.

— Точно, я забыла про них. Спасибо. — Том кладет мой чемодан на пол прихожей.

— Том, — замялась. — ты можешь меня отвести к Эмме? — я бы никогда его об этом не попросила, но встречаться с девушкой отца, я ещё меньше всего желаю.Том нежно улыбнулся.

— Конечно. Ты уже собрана?

— Да. — выхожу из квартиры. Закрываю дверь.

Мы спускаемся на улицу. Сажусь в машину Тома. Я всегда любила его джип, в машине мой самый любимый запах. Я бы жила здесь вечно, люблю эту машина настолько, что даже не знаю, что можно любить сильнее. Говорю адрес, Том начинает ехать.

Мне делается стыдно за свое поведение в самолёте и в аэропорте. Он хотел мне помочь, а я в честь благодарности нахамила.

— Ты извини меня, за поведение в аэропорте. —  перебирая пальцами, говорю я. — Мне стыдно за себя.

— Всё впорядке. Я понимаю, гормоны, нервы, все дела. Когда Эрин была беременной, с ней было в два раза тяжелее. — с улыбкой рассказывает парень.

— Вы тогда были одной семьёй, а мы друг другу никто.

— Мы уже одна семья. — Том берет меня за руку, но я спешу убрать свою руку обратно. — Мы семья на всю жизнь. Черт, Аманда, ты заставляешь меня сойти с ума. Я ещё никого так сильно не любил, как тебя.

— Если бы любил, то никогда бы не... — не могу доказать, чувствую, как подходят слёзы. Хлопаю ресницами, чтобы не пошли слезы.

—Когда я трахал ту, я думал, что это была ты. У меня не было мысли тебе изменить, я слишком тобой дорожу, чтобы такое сделать. Тогда мой разум был не со мной, я точно помню, что там была ты, но не кто другой.

— Не нужно мне лапши на уши вешать, я не верю тебе.

— Я клянусь тебе. — вижу, как Том начинает злится. Он со всей силы сжимает руль до побеления костяшек, его челюсть сжимается.

— Давай ехать молча? У меня нет желание обсуждать, то, что уже сделано. Уже ничего не вернуть.

— Как насчёт обследований? Я безумно хочу посмотреть на ребенка, который у тебя в животе.

— Я ещё вчера записалась. Ты пойдешь со мной?

— Конечно! Ты не представляешь, как я долго ждал этого события. На когда у тебя запись?

— Там жуть, какая очередь. Через две недели, мы с тобой пойдем. Том, но это не значит, что я прощаю тебя или ещё что-то, я зову тебя, как отца моего ребенка, не больше. Большего - никогда не будет.

—никогда не говори никогда. 

— Всё, мы проехали эту тему, больше к ней не возвращаемся.

— Мы ещё посмотрим. Я уверен, что у нас ещё всё будет. Тебе нужно время, чтобы остыть. Я буду ждать столько, сколько ты скажешь. — машина останавливается, я осматриваюсь и понимаю, что мы уже приехали. Уходить из этой машины, совсем не хочется. Мне здесь так уютно, всё таким родным кажется.

— Спасибо, что подвёз. — выходя из машины, благодарю.

— Может тебя забрать? Мне не трудно, я в любой момент приеду за тобой.

— Думаю не понадобится. — отвечаю, и ухожу.

Делаю вдох, стучу в дверь подруги. Она ещё не знает, что я приехала, для неё это будет сюрприз. Сегодня у нас будет серьезный разговор, мне с ней необходимо поделиться всем, что творится у меня на душе. Дверь открывается, за ней стоит Майк. Я не ожидала его здесь сегодня увидеть. Теряю дар речи.

— Привет. — Майк нервно смеётся. — Заходи. — я захожу и раздеваюсь. К нам выходит Эмма.

— Аманда? Что ты тут делаешь? — удивленно спрашивает подруга. Я кидаюсь её обниматься, по щеке катятся предательские слезы.

— Что случилось? — гладя меня по спине, спрашивает Эмма.

— Пошли куда-нибудь, я тебе всё расскажу.

— Майк, можешь сбегать за бутылкой вина? — обращается Эмма к своему брату.

— Нет нет, я не буду. У вас есть чай?

— Есть. Пошли, я всё сделаю. — мы проходим на кухню, Эмма начинает делать нам чай. Хотелось набухаться до потери сознания, но я больше не могу себе этого позволить.

— Мне жаль, что я не могу свами посидеть, но думаю, мы ещё как-нибудь встретимся. — говорит Майк.

— Ты с нами не будешь? — спрашиваю.

— У меня есть планы, не могу остаться.

— Какие там планы, идёт с друзьями бухать. — говорит Эмма. Подруга бьёт по самому больному. Я сразу представляю тот вечер, Тома и его... шлюху.

Майк уходит, мы остаёмся одни. Мы молча пьем, не могу настроиться на разговор, которого очень хотела.

— Что случилось? Почему ты в Бингемтоне? Я смотрела прямой эфир и точно знаю, что вы прошли. — я делаю глоток горячего чая.

— Я беременна. — признаюсь. Глаза подруги лезут наверх, пару минут она молча смотрит на меня, мне делается не ловко, хочется провалиться сквозь землю.

— И давно? — спустя время спрашивает она.

— Два с половиной месяца. Я сама узнала на четвертой недели. Мне док запретил танцевать, я ушла из танцев, сегодня прилетела домой, чем занимать, я теперь не знаю.

— А Том, что об этом думает?

— Мы расстались. — закрывая руками своё лицо, говорю я. — В тот день, когда я узнала о беременности, он мне изменил. Изменил в нашем номере. — всхлёбывая, говорю я.

— Я мало знаю Тома, но никогда бы не подумала, что он на такое способен. У меня в голове не укладывается. Что по поводу ребенка?

— Он своих детей очень любит. Том очень дорожит и любит Эндрю, он хороший отец. Когда мы с ним видимся, то он пытается, что-нибудь сделать для меня, говорит о ребёнке, спрашивает его состояние, Том есть, и будет хорошим отцом.

—Но как же ты в девятнадцать, сама с ребенком на руках будешь? Аманда, это очень трудно.

— Со мной всегда отец, Том будет чем-то помогать, как-то справимся.

— Я не ожидала такого, от кого, но от тебя - никогда. Ты не собираешься прощать Тома? Просто если бы я была в такой ситуации, то возможно, я бы простила его, ради ребенка, чтобы он не рос без отца. Я сама так росла, и точно знаю, как это трудно. Матери никогда не было дома, она всё время на работах, а отца, я даже не знаю. Воспитывала меня бабуля, которая скончалась, когда мне было двенадцать, а дальше я росла сама. Я лезу не в своё дело, но подумай, как ты будешь дальше.

— Том ушел с Волков, он не идёт в другой клуб, потому что волнуется за меня, он всегда рядом. Том клянётся, что когда он трахал ту, то думал, что это была я. Я не верю ему, но он такими глазами смотрел на меня, когда говорил, таким голосом, что хочется верить. Я сильно его люблю, но простить измену, я не смогу, это выше моих сил.

— Слушай, а если он говорит правду? Ты его судишь, но у тебя есть доказательства, что он врёт? Просто нужны аргументы, чтобы делать выводы.

— И как мне проверить?

— Не знаю. А если его напоить, а потом задать вопросы, которые тебя интересуют?

— Нет, плохая идея. Он умеет пить, и даже когда он пьян, Том знает, что говорит. — я в ступоре, Эмма взволновано на меня смотрит. — Вот, это первое доказательство, что он мне врёт. Том тогда пил и понимал, что делал.

— А что, если он был под чем-то? Помнишь, как мы тогда все вместе принимали? Я тогда совсем ничего не помнила, кстати как все из нас.

— Черт, Эмма, — проныла я. — что мне делать? Кому верить?

— Живи как жила, возможно позже всё станет на свои места. У тебя девочка или мальчик?

— Ещё неизвестно, через две недели станет ясно. Марк у тебя теперь живёт?— перевожу тему.

— Да, первое время, а потом ему дадут место в общежитии и он от меня уже съедет. Задолбал меня, поскорей бы он съехал.

Мы начинаем болтать, впервые за долгое время, я смеюсь. С Эммой мне комфортно, с ней время бежит незаметно, домой уходить совсем не хочется. Мы разговариваем обо всем на свете, даже без алкоголя, мы можем классно провести время. Я дорожу нашей дружбой. Не знаю, чтобы делала без неё. Её поддержка, очень важна для меня. Её советы очень умны. Прежде, чем что-то сказать и посоветовать, она подумает и сделает какую-нибудь стратегию.

Время позднее, пора идти домой. На улице ночь, а я только обратила на это внимание. Мы слишком засиделись, нужно возвращаться домой. 

— Может тебе вызвать такси?

— Нет, я хочу пройтись. Нужно подышать свежим воздухом. Ты про положение, никому не говори, ладно?

— Хорошо. Я рада, что ты пришла ко мне. — мы обнимаемся. Я ухожу.

На улице довольно холодно. Фонари и белый снег освещает улицу. Снег блестит, очень красиво.

— Аманда, я думал ты уже ушла. — я разворачиваюсь, вижу перед собой Майка.

— Я уже ухожу. Ты уже домой пришел?

— Да. Давай я подвезу тебя? Домой совсем не хочется, а составить тебе компанию, мне очень хочется.

— Я хотела пройтись. — парень умоляюще на меня смотрит. — Ладно, поехали. — сдаюсь.

Мы садимся в его машину. Не знала, что у него есть машина, никогда его не видела за рулём. Хочу уже домой. За день очень устала, хочу спать. Я готова прям в машине уснуть. Всё время я смотрю в окно, на разговоры у меня нет сил. Людей почти нет, всюду светятся окна. Рестораны красиво украшены, ихние подвески красиво освещают знание. Возле баров много машин.Замечаю, что возле одного из бара, стоит одна до боли знакомая мне машина.

— Майк, можешь остановится? — парень съезжает на обочину и останавливается.

— Что-то случилось?

— Я здесь выйду. Спасибо, что подвес. — выхожу из машины. Парень мне что-то говорит, но я летаю где-то в своих мыслях.

Чтобы себя успокоиться и удостоверится, что Том один, я решаюсь пойти и посмотреть. Не смотря на то, что мы уже не вместе и он может делать всё, что угодно, но я не смогу уснуть. Моя любовь к нему не угасла, я его безумно ревную. Не смогу спокойно спать и знать, что у меня был шанс проверить сам ли он здесь, но я ним не воспользовалась. Возле бара было много пьяных людей, быть возле них очень неприятно. Я делаю вдох, открываю дверь и захожу в бар. Осматриваюсь вокруг. Возле бара замечаю Тома. Он сидел сам, и что-то пил.Я облечено выдохнула, разворачиваюсь, чтобы уйти.

— Аманда? — позади слышу голос, от которого, у меня пошли мурашки по телу. Чертыхаюсь, разворачиваюсь, и иду к Тому.

— Что ты тут делаешь? — спрашивает он.

— Неважно. Ты здесь сам?

— Да, я здесь сам. — пьяным голосом отвечает Том. Парень сильно был пьян, его глаза блестят, они как стёклышко. Том делает глоток жидкости янтарного цвета, и смотрит на меня.

— Ты... — замялась. — ты можешь дать мне контакты, той белобрысой девушки?

— Какой девушки? — не понимает Джонс.

— Ну с той, что ты спал. У тебя есть её контакты?

— Нет, Аманда, у меня нет её номера. Я ничего о ней не знаю, мы даже с ней никогда не говорили, откуда у меня должен быть её номер? — я пожимаю плечами. Том смотрит на окно и, снова переводит взгляд на меня. — А ты случайно не на той красной машине приехала? — наши взгляды встречаются.

— Да, меня подвезли.

— Кто? — Том сжимает кулаки до побеления костяшек.

— Майк, брат Эммы.

— Ясно. — Том ехидно улыбается. Встаёт из своего стула, и куда-то идёт. Я встаю, иду следом за ним.

— Ты куда? — парень останавливается, смотрит мне в глаза.

— Ты что-то планируешь с этим... Майком? У тебя что-то к нему есть?

— Что? Нет конечно. Он думает, что у меня есть парень. Мы с ним только друзья.

— У тебя уже нет парня. — я подхожу к Тому, стаю на цыпочки, обвожу его шею руками и прикасаюсь губами к его губам. Целую нежно и аккуратно, наш поцелуй короткий. Смотрю в глаза Тома, внутри всё оживает.

— Это значит, что мы снова вместе? — обнимая меня за талию, спрашивает Джонс.

— Нет. Я просто очень соскучилась по твоим губам. — отвечаю, и ухожу. Том остался стоять неподвижно. Он как загипнотизированный. Он не шевелится, лишь улыбается как дурак.