166. Шторм.

Через пару дней Такемичи понял, что ему всё ещё нужно подумать, как предстать перед четвёркой из «Мизо». Само появление спонтанно звучало как попытка выставить себя полным идиотом. Мичи любил своих друзей, но был потерян для них много лет. Он не знал, насколько сильно их связывает «Черный импульс», были ли они в курсе путешествий Такемичи во времени? Первой мыслью, пришедшей ему в голову, было обратиться за помощью к Чифую. К счастью, тот выслушал и отнёсся к просьбе спокойно, теперь Такемичи пытается справиться со стрессом с помощью боли.

- Всё твоё лицо говорит, что ты не в себе. Я знаю, как это на тебя влияет, Такемичи. - сказал Мацуно, внезапно схватив Таке за руку. Голубые глаза опустились на свою руку в чужой хватке. Оказалось, что он невольно начал чесать другую конечность. - Твоё тело - не игрушка для снятия стресса, прекрати. - Мичи виновато кивнул, сам не понимая, как начал наносить себе мелкие травмы. - Согласен с Аканэ; тебе будет нужна помощь специалистов, когда вернешься в прошлое.

- Когда тебе удалось с ней поговорить? - недоумённо произнес Ханагаки. И тут он вдруг вспомнил, что недавно они пересекались, когда Аканэ и Сейшу пошли с Такемичи в магазин и встретили там Чифую. Дело в том, что Мичи решил помочь им приготовить ужин до возвращения Коко, забыв предупредить его о своём приходе. Это оказалось сюрпризом. -Ладно, понял, я не думал, что ты так хорошо умеешь строить доверительные отношения с девушками. - Его рука невольно потянулась к шее под внимательным взглядом. Бирюзовый упал на короткие царапины, прежде чем Мичи услышал тяжёлый выдох и был схвачен обеими руками. Чифую положил обе кисти Ханагаки себе на колени, обхватив их вместе. К счастью, у него не было верёвки или чего-то подобного, поэтому он просто держал их сам.

- Я знаю, ты переживаешь о мнении друзей, но я не хочу, чтобы твоё состояние ухудшилось. - Владелец зоомагазина зашипел, словно кот, явно подражая своим любимцам. - Ацуши, Такуя, Ямагиши и Макото скоро будут здесь, и это уже не изменить. Я вкратце изложил суть в сообщении. Не волнуйся, мы не забыли сообщить им о твоём воскрешении. - Лицо Такемичи потемнело после этих слов. - Такемичи, ты же сам говорил, что хотел их увидеть. Не стоит раздувать новую драму.

- Не знаю... - Такемичи попытался абстрагироваться от собственной вины. Но вздрогнул, когда ответивший голос не принадлежал Чифую.

- Чего именно ты не знаешь, Такемичи? - На территории бывшего места встреч «Свастонов» фигура Такемичи казалась совершенно опасным сочетанием. Наверное, поэтому Аккун старался не смотреть. - Спасибо, Мацуно. Не думаю, что наша встреча состоялась бы без тебя. - Чиф слабо кивнул, спускаясь со ступенек. – Это такая ностальгия, скажи? - грустно спросил парень со всё ещё модной винной причёской. Любитель кошек и бывший заместитель первого отряда ответил ему.

- Ты прав... Воспоминания нахлынули. - Такемичи вздрогнул, когда друг положил руку ему на талию. Мацуно наклонился и прошептал ему на ухо, коснувшись милых чёрных завитков. - Если не начнёшь отвечать, я уйду и оставлю тебя здесь одного. - И тут, как ни в чём не бывало, бирюзовые глаза остановились на втором мужчине. - Может, подождём остальных в каком-нибудь кафе? Всё же... Не самые приятные воспоминания из прошлого появляются здесь. - Такемичи тут же кивнул. Хотя вопрос был адресован совсем не ему. Это заставило Чифую и Аккуна прищуриться.

- Ага, ага, как насчёт пиццы? Мне нравится пепперони... Пицца лучше всего, когда я с друзьями. Я не против караоке или просто пиццерии. Острая пицца тоже вкусная, но я не люблю оливки. Мне нравится корочка, она довольно вкусная. - За всем этим потоком чепухи Мичи не заметил, как Ацуши приближается к нему, сокращая расстояние с каждым шагом. - Я как-то ел пиццу с морепродуктами, кажется, она мне не понравилась, хотя я и люблю их. Пицца – национальное блюдо Италии, верно? - У Такемичи не было времени оглядываться, чтобы увидеть, отвечают ли на его слова. Потому что один мужчина крепко обнял его. Голубые глаза метнулись к Мацуно, который кивнул ему. Такемичи поднял руки и сжал в пальцах одежду Сендо.

- Как пожелаешь... Какая еда будет находиться в желудке меня гложет меньше всего. - Он прошептал в блестящие и мягкие локоны своего друга. - Я скучал по тебе. У меня родилась дочь, Такемичи. Мы назвали её Химари. Рене всё ещё поправляется, но скоро придёт в себя. - Слёзы навернулись на глаза Мичи, в момент этого спокойного повествования. Он ещё крепче прижался к Ацуши. - Тише, тише, ты всё ещё такой плакса, Такемичи Ханагаки.

- Поздравляю, Аккун, Ацуши, ты и... Рене. Мне так жаль, что я не увидел... Я не знал, что она беременна. Ты будешь очень хорошим отцом, просто замечательным, самым счастливым на свете. И этот ребёнок... – В этот миг Такемичи накрыл странный приступ грусти. Как будто он горевал, но по кому? Все были живы. Почему он загрустил, услышав радостную новость о рождении ребёнка? Ребёнок... Такемичи прикусил губу, теперь прекрасно понимая, что это не его чувства. Это были отголоски того, кто всё ещё оставался внутри. И этот парень знал что-то, чего не знал старший Такемичи. - Я так рад. - Это не ложь, просто в нём жило несколько чувств одновременно.

- Пойдём в твою пиццерию. Мне тоже интересно услышать историю женатого мужчины. - Чифую улыбнулся. - Просто я уже отправил ребятам название места встречи. Не хотелось бы, чтобы у Такемичи закончились эти реки слёз. И да... Поздравляю с отцовством. Почему ты сразу не сказал? - Ацуши виновато улыбнулся, всё ещё обнимая хнычущего Мичи.

- Я хотел, чтобы Такемичи узнал раньше, прости меня, Мацуно. Он кивнул, понимая, что так поступить было правильно. - Ну правда, Такемичи, ты когда-нибудь перестанешь плакать? Я теперь весь в твоих соплях. - Он попытался вывернуться из-под объятий друга. Но сильные руки остановили его. - Шутка. Что за чушь, я такими вещами больше не брезгую, просто странно, что младенец плачет меньше моего друга. И вообще, это я должен висеть у тебя на руках и устраивать истерику.

- Хотел бы я на это посмотреть. - сказал Ханагаки, вытирая слёзы и отступая на шаг. - Ты, кажется, уже плачешь, Аккун. - Такемичи взял парня за руку, а затем схватил Чифую за локоть, оказавшись посередине. - Пойдёмте есть мою любимую пиццу и увидимся с друзьями. - Оба парня, во главе с Мичи, одновременно улыбнулись, подумав, что даже с красным носом их герой довольно милый. Этого у него не отнимешь.

- Ага, дружище, просто умойся, когда придём. Правда, не знаю, нужно ли это. Если, увидев остальных, ты снова устроишь здесь потоп. - Он получил лёгкий тычок в бок от партнёра и рассмеялся.

Они оказались в довольно милой пиццерии, где сидели несколько парочек и школьников. Глядя на них, Такемичи и двое других вспомнили свою молодость. Для Таке это было не так уж и давно. Заказав по несколько порций на каждого, ребята заняли большой стол, учитывая ещё троих человек, которые должны прибыть. Как сообщили Мичи, Кея не смог приехать, так как переехал на остров к своей пожилой тёте. Но он передал пламенное приветствие бывшему капитану. Такемичи больше не плакал и просто огляделся. Его окружили с обеих сторон, чтобы не дать ему сбежать.

- Они немного опаздывают... Что-то серьёзное? - Такемичи обратился к друзьям за поддержкой и ответом. Мацуно покачал головой, сразу перейдя к причинам. Он знал, что Такемичи сейчас не очень уравновешен.

- Нет. Не нужно во всём искать трагедию. - Такемичи надулся на замечание Чифу. - Такуя, наверное, просто закрывает стоматологию, он довольно хороший специалист. Я был у него пару раз случайно. - Такемичи кивнул. Он знал, что для этих умников почти ничего не изменилось. - Макото живёт далеко, в храме. Так что транспорт - его головная боль. А Ямагиши, может быть, на интервью. Но они все обязательно придут, не волнуйся. - Чифую вдруг посмотрела на Сендо. - Я говорю правду, верно же?

- Да, всё верно. Они давно перестали быть идиотами. Каждый стал отличным специалистом в своём деле, тебе не о чем беспокоиться, Такемичи. - Словно в ответ на слова Ацуши, в пиццерию ворвались три громогласных урагана. Такемичи присмотрелся и узнал в этих вихрях старых друзей.

- ТАКЕМИТИ!!! - хором закричали все трое, изрядно напугав персонал и посетителей. Один приземлился под столом, двое других обошли Такемичи сзади и крепко, дружески обняли его. Ханагаки с трудом сдержал рыдания, осознав себя.

Пицца на столе почти остыла, но всем было всё равно - главное была не еда, а люди вокруг. Макото, Ямагиши и Такуя - шумные, немного растерянные, но совершенно искренние - наконец замерли, дав себе время просто смотреть на Такемичи. Макото – чуть старше, но с тем же выражением интереса на лице, запомнившийся им извращенцем из группы друзей. Он внимательно посмотрел на Таке. Ямагиши – теперь он носил очки не для красоты, а по необходимости, волосы были подстрижены более сдержанно, но глаза всё ещё блестели. Он всё ещё оставался той же «сплетницей». Такуя – подтянутый, серьёзный, с прямой осанкой – выдавал в себе доктора, но даже сейчас его губы дрожали от волнения. Такемичи заметил явный пресс под футболкой, поверх которой небрежно накинуто пальто.

- Ты правда... вернулся? Не... во сне, не в очередной дурацкой бессонной ночи? Такемичи медленно кивнул, чувствуя, как снова подступают слёзы. Но на этот раз ему это удалось. Удалось сдержать их. - Такемичи... Значит, это правда. Ты такой... сложный.

- Мне правда жаль, что всё так получилось. Как только я решу здесь все проблемы... –«Вы больше не будете помнить мой труп», - не договорил он. - Тогда мы снова заживём нормальной жизнью. Да, что-то в этом роде.

- Не волнуйся. Мы знаем про эту способность, хоть у нас совсем нет памяти... Кроме Ацуши. Хотя я рад, что ничего не помню. - Парень в очках неловко почесался. - А вот насчёт исчезновения... Ты самый настоящий безнравственный кретин, которого я когда-либо знал! Как ты мог?! Чёрт, любая надежда лучше похорон, Ханагаки Такемичи, надеюсь, ты извинишься за десять лет своей жизни по разу в день. И ваши с Хинатой дети тоже. Фух, как я зол. - Рука самого его верного товарища опустилась на голову Казуши.

- Успокойся, микробратан. - Сузуки ухмыльнулся. - Ты начинаешь походить на дикаря, мне почитать Сутру Очищения? - Ямагиши недобро посмотрел на своего высокого и лысого друга. - Но он сказал чистейшую правду. Мы все были в гневе. Я молился за душевный покой того, кто был жив всё это время. Ты сделал много хорошего, Такемичи, но в этом мире, сколько я себя помню... Не думаю, что прощу потерю друга... Хм... Хотя нам говорили, что это косвенно твой выбор. Я до сих пор не понимаю, как могут быть два Такемичи. - Такемичи сглотнул.

- Не то чтобы я сам понимал, как это возможно. Я не верил, что кто-то другой может поверить в такую чушь... Я сам не верил в это. Не могу всё это объяснить. Но... всё, что я делал, было не просто так. Обе версии меня. – Ребята кивнули, они не хотели, чтобы Такемичи подумал, что им всё равно. - И я очень люблю вас. Я правда... очень люблю вас всех. - Такуя протянул ему руку и положил её на плечо.

- Мы знаем, Такемичи. Но... всё ещё довольно сложно. Знаешь, что произошло со вторым? - Такуя выглядел очень грустным. Такемичи даже почувствовал дрожь по телу. - Глупый вопрос. Не беспокойся. Я рад, что ты жив. В отличие от него, твоя личность не меняется. - Эти слова прозвучали довольно жутко. Но Ханагаки действительно был другим, и пока одна личность могла деградировать, стирать границы или менять своё мнение, вторая оставалась прежней, с небольшими изменениями.

- Эй, всё в порядке. - Макото тронул Такемичи за плечо, когда Чифую не смог его вытащить, несколько раз окликнув по имени. - Такуя не имел в виду ничего плохого. Ты всё ещё наш друг, просто прожил немного дольше, чем кажешься, и повидал кое-какое дерьмо. Но... Настоящий. Не думай, что ты ошибка, замена или что-то в этом роде. - Мичи благодарно кивнул.

- Помнишь, как мы сидели в парке возле школы и мечтали о будущем? - Казуши вдруг сменил тему. В голубых глазах промелькнула какая-то память. Ханагаки вспомнил. - Мы думали о том, кто кем станет, что будем жить как в манге. - Он усмехнулся. - Мы стали кем-то. Все мы. Но, думаю, без тебя всё это не было, как следовало.

Такемичи молчал. Слова не шли, в горле стоял ком, глаза снова горели. Чифую, в свою очередь, молча наблюдал, как застывший клубок вины, страха и боли в Такемичи начал распутываться - незаметно, медленно, но неумолимо. Странные слова друзей словно бальзам на глубокие раны. Он всё ещё не понимал, как можно быть одним человеком, но при этом таким разным. Он не знал, что сделать, чтобы все были счастливы, даже его второе «я». В глубине души эмоции других выражали принятие. Такемичи не нужно было идти против желаний, записанных в дневниках.

- Я тоже скучал по этим глупым разговорам, Ямагиши. – Он поправил очки и ухмыльнулся, словно это был комплимент, завуалированный в словах Ацуши. – Такемичи... Я верю, что ты ни в чём не виноват. Что твоё присутствие – благословение. Что ты изменил не только себя нынешнего, но и себя прежнего. Никто не поверит, что Такемичи, который учился с нами в средней школе, пожертвует всей своей жизнью, чтобы вернуть тебя и заставить принять окончательное решение. Я хочу почтить волю моего друга. Такемичи снова заплакал. - Такуя, да? Ты тоже? - Ямамото кивнул, он не хотел, чтобы Мичи чувствовал себя виноватым. Но, в отличие от остальных, он всё ещё любил своего друга детства больше. И принял его уход, даже когда появился старший Таке.

- Да. Я тоже принимаю его выбор. Такемичи, прости, если я тебя расстроил или показался грубым. Мне следовало догадаться, что эта проблема беспокоит тебя больше всех. Всё в порядке. - Парень обнял Мичи и прошептал слова утешения.

- Я просто надеюсь, что он не будет одинок, что он найдёт своё место. Он обещал мне быть счастливым и велел самому наслаждаться плодами своих деяний. - Мичи рассмеялся, даже не вытирая подступающие слёзы. - Неужели я выгляжу таким идиотом в ваших глазах? Теперь я понимаю, почему Чифую хочет меня запереть. Спасибо, друзья. Рад вас видеть. Думаю, он тоже. – Он коснулся груди, где всё ещё существовало его второе «я», полностью обретя способность путешествовать во времени лишь для себя, став ей.

- Можно нам наконец поесть, пока он снова не расплакался? - сказал Макото, прикоснувшись к одному из кусочков пиццы. Общий смех разрядил обстановку. Даже официантка за соседним столиком украдкой улыбнулась. - Да уж, мы тут целое представление устроили. Главное, чтобы это не показали в новостях, а, Ямагиши? -Мужчина фыркнул на слова друга, тоже садясь за столик.

Все шестеро ели. Разговаривали. Перебивали друг друга, делились историями - из жизни, из семьи, о том, как Ямагиши однажды перепутал интервью с научной конференцией и пытался объяснить журналисту теорию вероятности. Как Макото чуть не сорвал свадьбу, потому что его попросили «помочь с церемонией», не понимая, что это настоящая свадьба. Как Такуя дважды спас жизнь мужчине в метро и стал местной легендой. При этом к последнему постоянно приставали девушки, раз он стоматолог. Ацуши поделился новостями из жизни молодой семьи. Даже Мацуно поделился планами по расширению бизнеса в ожидании скорого выпуска Баджи.

***

Прошло два дня с момента встречи с друзьями, и завтра Такемичи собирался пожать руку Манджиро, возвращаясь к их прошлому. Чем ближе становилась дата, тем тяжелее было Таке ждать. Он был напуган, измучен сомнениями, веря в невезение своей фамилии и имени. Всего четыре дня назад семья Сано воссоединилась после поездки на гонку Майки. Хината какое-то время была с Мичи, чтобы поддержать его и уменьшить беспокойство... Он покраснел, глядя в окно и вспоминая запах её тела. На этот раз всё было не так неловко, как в первый. Но Такемичи действительно устал становиться девственником трижды и больше, каждый раз возвращаясь.

Разрываясь между двумя желаниями, Такемичи натянул джинсы и свитер, заботясь о тепле и комфорте. Он не забыл предупреждения Ханмы, но считал приемлемым встретиться с Сяо возле ресторана Сои и Нахои. Мичи не верил, что что-то может случиться в людном месте, особенно рядом с друзьями. Возможно, это было неосторожно с его стороны. Но он уже не ребёнок и должен сам решать, что делать, если это его собственная безопасность. Он быстро написал младшему брату в мессенджере и, повернув ключ зажигания, сел на байк. Шлем закрывал голову, и, превзойдя прежнего себя в управлении, он направился по знакомому маршруту.

- Братец, ты слишком быстр... - Сказал зеленоглазый парень в строгом костюме. Он помог Такемичи спуститься. – Извини, что пишу реже. Были важные дела. Я слышал... Ханма много тебе рассказал. Много ли в самом деле? – Такемичи усмехнулся, положил шлем обратно, а ключи – в карман, подошёл и похлопал Ли по плечу.

- Все трое. Ханма, Коко и Кисаки. Они всё подробно рассказали. – Судя по выражению лица, Сяо был слегка раздражён этим фактом. Но открыто он этого не говорил. - Не волнуйся. - Зелёные глаза резко сверкнули, озарившись от доброй улыбки и тёплого взгляда. - Всё в порядке. Не могу винить тебя за попытку казаться кем-то другим. Разве Шуджи не говорил, что я стал мастером обмана и хитрости? Всё равно довольно неловко, но я привык разыгрывать и друзей, и врагов. А ты? Ты же меня не ненавидишь, правда?

- Что?! - Парень испуганно рванулся вперёд. - Конечно, нет, брат. Я очень тебя ценю. Если бы нет... - Его лицо помрачнело. - Оставим это в стороне. Кто-нибудь тебя задирал? Никто из этих упырей? - Такемичи рассмеялся.

- Нет, после нашей встречи у меня было два приятных дня. Один в ресторане с Ханмой и Кисаки, где первый поделился своей личной галереей, а второй извинился за подарок, который он сделал моей девушке... - Он решил пропустить ту часть, где Такемичи слегка рассердился и пообещал Тетте задушить его этим ожерельем. От чего интриган даже покраснел - весьма странная реакция на такое предложение. - А вторая встреча прошла в довольно уютной домашней обстановке с Аканэ, Сейшу и Коко. - Здесь он также решил пропустить многочисленные попытки Коконоя оставить побольше денег и карт в одежде Такемичи. - И ещё встретился со школьными друзьями. Насыщенное времяпрепровождение. А ты? Отдохнул после того проекта? - Сяо был озадачен этим вопросом. - Мне сказали, что ты готовил рекламу для того показа, а котором я участвовал. Почему тебя не было с остальными?

- Я... был немного занят в другом месте. - Сяо отвел взгляд, а затем снова посмотрел не на Такемичи. - Такемичи, ты ведь скоро вернёшься, правда? - Голубоглазый кивнул. - Ты правда этого хочешь? Ты даже маму увидеть не собираешься, да и время здесь проводить не хочешь? Разве твоё возвращение не слишком сильно всё изменит? Это... - Такемичи, встав на цыпочки, потянулся и погладил мальчика по голове. Он был довольно мягким с ним, несмотря на его обманчивое поведение.

- Сяо, я понимаю. - Такемичи отступил на два шага. - Но уверяю тебя, сколько бы я ни возвращался, многое оставалось прежним. Нет причин думать, что моя мама сделает другой выбор. Она заслуживает счастья. А я уже знаю это будущее и сделаю всё, чтобы мы с тобой оставались семьёй. - Такемичи широко улыбнулся, ослепительно ярко. - И да, я хочу вернуться. Я не хочу оставлять тебя с воспоминаниями о собственной смерти. Другой Такемичи тоже этого хочет, так что мы в любом случае постараемся вернуться в прошлое.

- Спасибо... Я думал, что не смогу это принять, но теперь я точно не буду тебя беспокоить. - Ли протянул руку и взял брата за ладонь. - Пойдём поедим? Еда здесь очень вкусная, а сладости - просто объедение. Я расскажу тебе, как начальник выгнал меня в отпуск.

- Тебе стоит высказать Улыбашке и Злому свои комплименты прямо в лицо. - Сяо фыркнул, даже не дослушав. Просто, какое бы мнение он ни имел об этих людях и насколько бы он лично не доверял Ханме... Рядом с Такемичи он всегда считал их не более чем бешеными собаками. Ему это не нравилось. То, что Такемичи приходится тратить своё внимание на тех, кто, по мнению его брата, должен был отступить и позволить Мичи счастливо жить с его девушкой. - Ты уже сказал им однажды, что тебе нравится. Теперь тебе неловко?

- Не в этом дело, братец. - Он надул щёки. - Пойдём уже, я очень голоден. - Такемичи улыбнулся и кивнул. Зелёные глаза заметили это выражение, и Сяо повторил его. Они вошли в рамэнную счастливыми. Почти сияющими.

Обычно в рамэнной не стоит задерживаться; Блюдо принято съесть как можно быстрее, чтобы уступить место следующему клиенту. Эта традиция сохранилась во многих местных заведениях до сих пор. Но близнецы Кавата ценят комфорт посетителей и дружелюбную атмосферу, поэтому в «Двойном зле» можно сидеть сколько угодно. В хорошую погоду здесь даже есть терраса, занятая посетителями. Кроме того, после слияния с бизнесом Муто, который мечтал о кафе, но открыл чайную с традиционными сладостями, политика заведения также претерпела изменения.

- Мичи, на этот раз лапша будет не такой острой, потому что я контролировал брата. - Нахоя помахал рукой рядом с ним. - Он всегда перебарщивает с перцем, когда я не смотрю. Надеюсь, его еда не обожгла вам животы. - Соя произнес всё это с крайне недовольным выражением лица, но что сказать, у него всегда есть такой вид. Сяо Ли уже понял, что у братьев Кавата есть такая особенность.

- Чушь. Мне нравятся оба варианта. Кстати, Соя, ты уже совсем поправился? - спросил Мичи о здоровье друга. Было очевидно, что температура и насморк прошли. Но голос всё ещё казался хриплым. - Я думаю, что здоровье нужно беречь в первую очередь, а не перегружать организм, который ещё не восстановился. - Старший из братьев усмехнулся.

- Тебе стоит больше беспокоиться о себе. Ты же не можешь по пальцам двух рук пересчитать, сколько раз ты был ранен или болел. Наш маленький и слабый друг. - Он улыбнулся чуть более хищно. - Ты случайно не знаешь, как послать себе сообщение из прошлого? - Такемичи покачал головой, по сути, не догадываясь. Как такое вообще происходит с ним. - Жаль... Я хотел бы предостеречь себя и уберечь тебя от всех будущих травм. Раз я не могу этого сделать, а ты никак не можешь мне это передать, то береги себя, Такемичи.

- Я знаю. Я не выношу, когда вы обо мне беспокоитесь. Поэтому я буду осторожен. - Соя качает головой, пока Ханагаки говорит.

- Ты всегда так говоришь, Такемичи. - Голубоволосый мужчина поправлял фартук. - Чифую уже жаловался на то, как твои вредные привычки возвращаются. Ты чешешь кожу, не задумываясь, и думаешь только о сигаретах. Чудо, что от тебя ещё не пахнет дымом. - Он чуть не потерял самообладание, когда Ханма сделал предложение на качелях, но... В день показа Мичи не осмелился так пахнуть. И он не хотел оставлять следов дыма в доме Сано... Даже если Шин и курил... Такемичи, если и курил, делал это редко и всегда мыл руки с мылом, освежал запах душем и добавлял кондиционер для белья в бельё.

- Брат курит? Давно он курит? - Ханагаки поперхнулся бульоном. Он умоляюще посмотрел на мальчиков, но они просто проигнорировали эти щенячьи глазки. Старший из демонов заговорил, подкрепляя всё своей жестокой улыбкой.

- Кажется, со средней школы. - Сказал он, добавляя немного мяса Сяо. - Он был таким невинным и крошечным, и всё ещё сияющим. Звездочка. Я называл его так долго, и называл бы так сейчас, но как-то больно было... - Он даже приоткрыл глаза, и улыбка почти растаяла на его губах. - Так вот насчёт курения. Я знаю, что у Такемичи был тяжёлый период, и что примерно в то время, когда к нам присоединилось «Поднебесье», ему запретили курить. Для ребёнка это было неприемлемо. – Сказал парень, который мог бы начать курить и раньше, если бы захотел. - Но теперь я думаю, что тот Такемичи был взрослым... Но это всё равно было вредно для организма.

- Я не курил, когда был взрослым. Денег на сигареты было мало. - Вспомнил брюнет с голубыми глазами. - Кажется, я начал думать о курении, когда... Сразу после того, как начал думать, что и правда умер? Я уже привык к тому, как смерть ощущается на кончиках моих пальцев. Сигареты пахли чем-то подобным... Или, может быть, это просто то, что я помню, пока всё это происходило. Мои любимые сигареты -той марки, которую курил старший брат Майки. Вы не знаете, но Шиничиро изначально погиб от руки Казуторы. - Оба брата были шокированы этим открытием. – А я-то помню, что никогда раньше его не видел, даже на фотографии. Но меня всегда сравнивали с ним. Даже сам Майки смотрел на меня только из-за сходства. Я не должен был чувствовать этого сливового привкуса дыма... Но недавно я вспомнил, что у одного из лучших друзей Шина, Такеоми, была такая же привычка много курить. В память о друге, это были его любимые сигареты. Вот это да... Я такой болтливый. Просто решил поделиться перед уходом.

- Понятно... Ты скоро вернёшься. – Такемичи кивнул. В целом, он был рад, что Соя назвал это «возвращением», а не «уходом». Это прозвучало как нечто предопределённое и важное. А второй вариант был больше похож на побег, что было неприятным воспоминанием в жизни Такемичи. - Тогда оставайся с нами, я хочу откормить Такемичи. Чтобы его щёки были пухлыми и розовыми, как моти. - Ханагаки задумался.

- Я не хочу становиться свиньёй, даже если ненадолго. Вы же не разлюбите меня, если я растолстею? - Нахоя громко рассмеялся, заставив Ли вздрогнуть рядом с ним и переключить внимание на остальных. Он и так был увлечён историей, которую рассказал Мичи.

- Твоя речь похожа на разговор с беременной женой. - Пропел мужчина с персиковыми волосами. - Нет, Такемичи, мы не можем изменить своё мнение о тебе только из-за твоей внешности. Уверяю тебя, даже Мицуя, который предпочитает стройные модели в одежде, изменит своё мнение, если ты вдруг поправишься. К тому же... Ты слишком худой, чтобы пара мисок сильно изменила твою фигуру. - Улыбнулся этот лис.

- Если наш Такемичи захочет, он всегда может попросить кого-нибудь из нас потренироваться за компанию. - подтвердил Злюка, кивнув головой.

- Они правы, брат. - Сяо присоединился. - Ты вряд ли когда-либо будешь весить больше.

Разговоры были тихими, словно шум ветра или тихий шелест падающих листьев. Такемичи уже не так беспокоился о своём путешествии во времени. Вкус бульона был нежным, как весенние цветы, улыбки - яркими, как солнце в полдень жаркого августа. Он грелся, как ящерица, в лучах дружеского общения. Свитер согревал даже меньше, чем поддержка, которую Таке получал от своей почти семьи. Поэтому он вышел из ресторана с пьяной улыбкой. Сяо проводил брата до его транспорта.

- Ещё раз спасибо, Такемичи. - Зеленоглазый уже несколько раз повторил эту фразу. - Ханма предупреждал тебя, но ты всё равно мне доверяешь. - робко объяснил он.

- Он не говорил, что ты - угроза, - сказал Такемичи. - Я с самого начала знал, что ты не просто пытаешься меня найти. За этим что-то скрывалось. Но я не видел в этом никакой явной корысти. - Голубые глаза смотрели на сомнение на чужом лице. - Доверять семье - это нормально.

Такемичи был рад прогуляться с Сяо Ли ещё немного. Всё потому, что оказалось, что Такемичи забыл ключи. Они дошли до поворота, но... Их встретило что-то вроде резкого удара током. Ханагаки не смог увернуться и тут же попал в чьи-то руки. Сяо всё ещё мог сопротивляться. Но лишь до тех пор, пока не понял, что Мичи уже в руках похитителей. Стоит ли ему рисковать или нет? Не повредит ли это брату? И была ли проблема в Сяо или в Такемичи? Наследник Ли не знал, за кем пришли эти люди. На лице молодого человека отразилась паника, и Такемичи ясно это видел, но ничего не мог с собой поделать. После шока его тело онемело.

- Наследник, просим вас не действовать опрометчиво. Мы не намерены причинять вред вам или господину Ханагаки. Но... Нам приказано ввести вам и ему снотворное, если сопротивление окажется чрезмерным. - Оба выслушали. Сяо, похоже, что-то понял, а Такемичи был рад, что их похитители, хоть и неловко, говорили по-японски. Так он понял, что его младшему брату ничего не угрожает. - Просим вас сесть в машину и сохранять молчание.

Сяо пришлось молча кивнуть, соглашаясь. Он понял, что это люди его отца, и уже пожалел десятки раз, что пригласил Такемичи сегодня. Судя по всему, это была давно спланированная операция. Ханагаки отнесли к машине, куда Ли подвели под локоть. Там люди в масках проверили их одежду, извлекая мелкие предметы. Деньги. Телефоны. Всё, что могло бы облегчить побег. Мичи, слегка удивлённый, последовал за рукой одного из мужчин. К этому моменту его попустило, и способность двигаться вернулась. Он указал пальцем на предмет в руке незнакомца.

- Вот оно что. Я думал, я выронил эти ключи... - Мужчина промолчал и просто прошёл на переднее сиденье. В этот момент к Мичи присоединился его брат. - Ты в порядке, Сяо?

- Это ты в порядке? Не беспокойся обо мне. Очень больно? - возбуждённо спросил Ли, повысив голос. - Сволочи. Чей это был приказ? - Он повернулся к похитителям, которые завели машину и двинулись в неизвестном направлении. Один из них тихо ответил на провокационный вопрос.

- Вы уже знаете, кто просил привести вас двоих. - Это только ещё больше разозлило парня, но он промолчал, боясь, что, если он переусердствует, эти люди усыпят его. Если что-то подобное случится, некому будет помочь Такемичи в опасной ситуации. Поэтому младший Ли переключился на рациональное мышление. - Дорога будет долгой. Мне было приказано закончить дело, которое вы по глупости начали. И в котором на удивление преуспели, но не довели до конца.

Когда машина остановилась у портовых складов, Такемичи охватило сильное беспокойство. По коже пробежали мурашки, а сердце забилось чаще. Он оглянулся на троих мужчин, не считая Сяо и водителя. Он не знал, как противостоять такому количеству людей, и не хотел, чтобы его брат пострадал, как думал и сам Ли. И всё же... Такемичи не мог покинуть Японию, ему даже не следовало уезжать из Токио. Манджиро должен был вернуть Такемичи раньше, теперь он жалел, что остался здесь на неделю...

Сяо заметил, как голубые глаза с каждой секундой темнели, превращаясь в бурю чувств и бездну отчаяния. Мальчик не знал, как помочь в такой ситуации. Он пообещал Ханме не влиять на решение Ханагаки и не принимать решения за него, но... В конце концов, Шу Хэй всё равно всё решил за них. Пока машина стояла, он мог бы отвлечь этих людей и попросить Мичи бежать. Как только план возник в его голове, он тут же исчез. Против подготовленных людей шансов не было, а Такемичи выглядел обеспокоенным и слабым.

- Не стоит беспокоиться... - Такемичи неловко улыбнулся, положив руку на дрожащий кулак брата. - Похоже, у них какие-то проблемы с погодой. - Сяо прислушался и повернулся к мужчинам, обсуждавшим плохие условия на воде. С такими даже на лодке не уплывешь, чтобы приблизиться к другому судну. - Не думаю, что их цель - причинить нам серьёзный вред или подвергнуть опасности наши жизни. Так что у меня есть ещё один день... - Такемичи устало положил голову ему на плечо. - Мы что-нибудь придумаем. - «А если нет, то я знаю другой способ вернуться», - пронеслось в голове Мичи. Сяо лучше было не знать, что это за способ, ведь даже сам герой не хотел его использовать и не знал, сработает ли он.

- Это был не мой план... - Ли решил, что брат не просто так думает, а не озвучивает мысли, потому что перестал ему верить. - Правда, я не хотел, чтобы всё так обернулось, Такемичи. - Такемичи лишь кивнул, прежде чем ответить.

- Знаю. Я видел твоё испуганное лицо, и это была не игра. Это были совершенно настоящие эмоции. Мне даже жаль, что ты так испугался. - Мичи хихикнул, вспомнив, как в него самого попал разряд. Было крайне неприятно, но терпимо. Онемение давно прошло, как и шум в ушах. Люди называют что-то похожее шумом моря, когда приставляешь к ушам большую ракушку. - Ты когда-нибудь ходил на море с семьёй? - вдруг спросил Ханагаки.

- Нет. Но я был с друзьями и сам. - Несмотря на замешательство, Ли быстро нашёл ответ. Обычный разговор в незнакомой обстановке, когда снаружи машины сновали, словно кровожадные акулы, люди, которые их похитили.

- Когда я вернусь, мы все вместе поедем к морю. Может, я даже возьму с собой Масару и тётю. - Такемичи улыбнулся своим мыслям. Между тем, он так и не увидел своего кузена. А Сяо всё ещё чувствовал себя ему братом, гораздо больше, чем хвастливый родственник. В этот момент его зелёные глаза стали ещё острее. Он не хотел, чтобы внимание Такемичи разделял другой человек, у которого было больше прав. - Оказывается, ты ревнивее Майки. - Сяо был ошеломлён этим заявлением, пока не заметил, как крепко он сжал руку такемичи, ревнуя к семье.

- Прости... Я просто совсем его не знаю, а ты мне очень дорог. - Вымолвил мальчик. - Я не против поделиться этим с кем-нибудь другим, но взамен... Я хочу проводить много времени с Такемичи, готовить и есть лапшу, любоваться видами и есть мороженое. Придёшь на мой выпускной? Мама тогда уговорила папу, и меня приняли в настоящую школу. - Такемичи радовался вместе с ним, что Акари нашла в себе силы отстаивать этот вопрос. Хотя... В ней сомневаться нельзя. Наверное, не обошлось без насилия.

- Дай подумать... - Брюнет прижал палец к своим вишнёвым губам, изображая сложный выбор. - Конечно, если ты, из прошлого, не против. И Ханма тоже придёт. Он делает очень красивые фотоальбомы. - Шум снаружи привлёк внимание, но Таке всё же вернул его к брату.

- Не поощряй его навязчивые идеи, когда вернёшься в прошлое. - сказал Ли, заставив голубоглазого улыбнуться. Всё потому, что он сказал это так, словно это так и произойдёт в любом случае. - И ещё, не позволяй всем этим людям действовать тебе на нервы. Живи, как хочешь. Не слушай моего отца, если он начнёт приставать, а я позабочусь о матери. - Уверенно произнёс наследник Ли Шу Хэя.

- Да-да, только теперь мне кажется, что я совсем не старший брат. - Мичи усмехнулся. Его солнечная улыбка и спокойная речь немного успокоили второго парня. Вот почему он даже не отреагировал, когда к ним подошли эти люди.

На пирс обрушился настоящий шторм. Не просто ветер и дождь - это был тяжёлый и вязкий морской гнев. И Такемичи был ему весьма благодарен. Волны с силой бились о пирс, а холодная вода устремлялась в трещины подземных стоков, создавая тихое, гулкое эхо. Мужчины, минуту назад обсуждавшие погоду, теперь действовали быстро и чётко. Один уже говорил по рации, другой проверял прогноз на телефоне. Такемичи и Сяо молча сидели в машине, прислушиваясь к их разговорам.

- Сегодня ни один корабль не отплывёт, – резко бросил старший из незнакомцев. - Мы отвезём их в отель. По крайней мере, так у нас будет время подготовиться.

Такемичи почувствовал, как Сяо рядом с ним слегка напрягся. И он стиснул зубы – смена обстановки не сулила ничего хорошего, но, по крайней мере, это означало, что их пока не отправляют за границу. Все вернулись в машину. Сквозь запотевшее стекло Такемичи видел, как волны, свинцовые и тяжёлые, словно увлекали за собой берег, а крики чаек тонули в шуме дождя. Отель был не роскошным, но явно дорогим – тёмные каменные стены, приглушённый свет в холле, запах дерева и соли. Администратор встретил их с показной вежливостью, но взгляд администратора скользнул по людям в чёрном за их спинами и мгновенно потускнел.

- Два номера, – сухо сказал один из похитителей. – С видом на море. – Администратору предложили кредитную карту, но он решил вообще не задавать вопросов. Мичи показалось, что девушка немного смутилась. Неужели в порту всё настолько плохо? Сколько ещё людей были вынуждены уехать и застряли в ближайшем отеле из-за условий вроде шторма?

- Я не намерен быть так далеко от брата, - тихо сказал Сяо, но его проигнорировали.

Под предлогом оформления документов их отвели к лифту. Двери закрылись, и в узком пространстве Такемичи сделал вид, что просто меняет положение руки, но на самом деле коснулся локтя брата. Короткое, успокаивающее прикосновение. На ходу, именно когда они проходили по коридору, ведущему к аварийной лестнице, Мичи уже собирался резко потянуть Сяо туда, но рука крепко схватила его за плечо, словно капкан. Лёгкое шипение стало наградой за поступок похитителя, который особенно пристально посмотрел на брюнета.

- Даже не думай, - тихо, но с такой сталью в голосе, сказал мужчина позади него, что у Такемичи похолодело внутри. Попытка номер два была у двери. Когда их ввели в комнату, Такемичи резко потянул Сяо, но затем двое других перехватили их обоих, разделили и силой потянули в разные стороны.

- Руки прочь от моего брата, уроды! - крикнул Сяо, вырываясь.

- Опомнитесь, молодой господин! - сказал один из надзирателей, и дверь захлопнулась между ними.

Такемичи всё же услышал, как повернулся ключ в замке, и внутри раздался тихий механический звук. Он оказался в просторной, но тихой комнате - ни телефона, ни окна, которое можно было бы открыть, лишь тяжёлые шторы скрывали бушующее море. Он подошёл к ним, отдёрнул ткань - волны разбивались о берег, а вдали серая линия горизонта дрожала, словно хотела исчезнуть вместе с героем. Мичи сжал кулаки. «Этого мало, чтобы я мог придумать, как отсюда сбежать...» Честно говоря, он ещё мог уйти сам, но не хотел бросать Сяо. Он знал, что они не причинят ему вреда, но почему-то его не покидала мысль, что это неправильно.

Шторм не утихал, а только нарастал, словно само море пыталось что-то удержать или отнять. Такемичи сидел на краю кровати, постукивая пальцами по колену в ритме, известном только ему. С каждой минутой в голове у него формировался план – как выбраться, как пройти через коридор, где, скорее всего, стоят охранники и где находится запасная лестница. Он уже сосчитал паузы между обходами: один охранник проходил мимо каждые пять минут, второй сменялся ещё через семь. Ханагаки знал, что окно не открыть, но рама на левой створке была повреждена и слегка люфтила. Если воспользоваться оторванной металлической частью карниза...

Такемичи тихо встал, проверяя, как пружинит пол под ногами – ковёр приглушал звук шагов. Он отодвинул занавеску, прислушался к шуму в коридоре и подождал, когда шаги стихнут. Двигаясь быстро, но без суеты, он открыл раму металлическим лезвием, чего-то, что нашел под паласом. Замок поддался с тихим щелчком. В лицо тут же ударил резкий, солёный ветер с каплями дождя. Это был риск, но он не видел другого выхода. С этой стороны здания были декоративные карнизы, по которым можно было спуститься на крышу пристройки, а оттуда - на пожарную лестницу. Он уже был на полпути наружу, проверяя, держится ли опора, когда позади него раздался тихий, но отчётливый звук - дверь была уже не заперта.

- Господин Такемичи... – голос был слишком тихим для похитителя. Возможно, это насторожило Ханагаки. – Вы понимаете, что это неправильно и все равно так поступаете.

Они увидели. Такэмитчи почти сразу понял, что в этих комнатах могут быть камеры. Всё это часть торговли людьми, - дошло до него. Мичи отошел от окна, но потом бросился к нему быстрее. Это был всего лишь манёвр, но мужчина распознал его, и тут ему на помощь пришёл второй. Они с силой схватили его за руки и ноги. Парень обернулся – мужчина в очередной тёмной куртке, с почти бесстрастным лицом, держал в руках маленький шприц. Видимо, Ханагаки переполнил их терпение.

- Даже не думайте... - начал Мичи, пнув кого-то ногой, но опоздал. Мужчина сделал два шага, схватил его за шиворот и одним движением вонзил иглу ему в шею.

Ледяная жидкость разлилась по венам, и мир поплыл. Звуки стали ватными, шторм за окном словно ушёл под воду. Странно, правда? Ощущение, будто падаешь со скалы. Последнее, что он увидел, - как шторы снова закрылись, закрыв вид на море. А ведь за этот вид люди платили немалые деньги. Тяжёлый сон накрыл его, словно та же серая волна за горизонтом. Тело совершенно онемело и обмякло в объятиях мужчин. Один из них остался на месте, когда остальные отошли. Он поудобнее уложил Мичи на кровать.

Они задержались в комнате дольше, чем потребовалось бы для того, чтобы просто перенести тело на кровать. Мужчина в отличающейся тёмной куртке поправил прядь волос, соскользнувшую на лоб Такемичи, и подошёл к своему напарнику, который стоял у окна, проверяя защёлку. Он осмотрел механизм, слегка удивлённый такой изобретательностью. Второй, похоже, был того же мнения. Как и тот, кто только что сел в кресло, возвращая сильнодействующее снотворное с седативом в контейнер. Он усмехнулся, захлопнул все защёлки и, посмотрев на остальных, грубо высказал своё мнение.

- Быстро соображает, - сказал тот, что держал шприц. - Слишком быстро. Ещё немного, и он бы ушёл. - Человек почесал затылок, оглядываясь на потерявшего сознание парня. - Честно говоря, я и ожидал, что этот малыш окажется более опасным грузом. Но не переборщили ли мы? В конце концов, это не товар. Надеюсь, нас потом не хлопнут за это. - Недовольный голос прервал его размышления.

- Мы и так слишком мягко с ним обращаемся, - Этот парень вытер пот со лба. Это его пнули в живот пока брюнет сопротивлялся. - Его надо было сразу изолировать, а не давать свободу по номерам. Хотя бы камеры остались целы... Вообще-то, я бы ему врезал. - Он почесал кулаки, а «медик» закатил глаза.

- Ты забыл, что этот человек слишком важен? - заговорил человек в отличающейся куртке. - К тому же он невиновен. Он просто пытается сбежать от похитителей. Я бы предпочёл обойтись без насилия. Но не буду оспаривать использование инъекции. Он настроен решительнее остальных: одна ошибка, и вся миссия будет провалена. - Все трое на секунду замолчали, в комнате слышались лишь шум штор и рёв ветра.

В этот момент у первого зазвонил телефон - короткий, приглушённый сигнал, который можно было спутать со звуком системного уведомления. Он взглянул на экран и тут же выпрямился, словно кто-то потянул за невидимую нить за спиной. Мгновенно нажал «принять» и «громкую связь». Все сразу поняли, о чём сообщение и кто сейчас будет говорить. Но из вежливости не проронили ни слова. И только мужчина в кресле обратился к своему непосредственному начальнику. Его голос звучал уже не так расслабленно, как прежде.

- Здесь, господин Ли, - ответил он ровно, но с подчёркнутым уважением. Голос на другом конце провода был глубоким, уверенным, и даже через динамик было ясно, что это человек, привыкший отдавать приказы.

- Как продвигается дело? - холодно, но заинтересованно спросил начальник.

- Произошло небольшое... недоразумение, но мы его уладили. Ханагаки находится под действием препарата, спит. Он пытался уйти через окно, когда мы направлялись в отель. Не успел. Прошу прощения за столь радикальные методы. - Двое других замерли в ожидании.

- Убедитесь, что он не сможет сделать этого снова до прибытия корабля. И что мой сын находится в отдельной комнате. Я не хочу, чтобы он... поддался на провокации. - сказал мужчина. - Видимо, он стал больше ценить кого-то и сделает всё для Такемичи. Держите их как можно дальше даже во время транспортировки. И поторопитесь, как можно скорее, заберите их. Кто-то из моих знакомых уже заподозрил неладное.

- Я вас понял. Мы свяжемся с вами, когда выйдем в воду. - Все звуки стихли. После звонка мужчины вышли из комнаты, убедившись, что все камеры записывают.

В это же время Такемичи, погруженный в глубокие сны, больше не нуждался ни в чьей помощи. Его сны станут вечными, до того момента, пока первое кардинальное изменение не начнет стирать эту реальность. На его губах появилась умиротворенная улыбка, которая не принадлежала герою из будущего. По комнате разнеслось тихое сопение. Легкое сияние окутало фигуру маленького ребенка, оставшегося во сне. Он помахал рукой и пообещал, что точно не бросит свое второе «я» и что ему нужно лишь подождать. 

(Tw: @anne_Treve)