135. Первая кровь.

- Не тебе решать, как нам троим сейчас поступать, мы сделали свой выбор, еще задолго как пришли сюда сегодня, Такемичи, - тихо, но также твердо, как и Мичи, произнесла Хина. Ее лицо при этом выглядело мягко, что не противоречило уверенности и гордой осанке, но создавало перед Ханагаки препятствия в том, чтобы строго отказать. - Ты... Ты спасал нас, спасал меня столько раз... Поэтому я хочу, чтобы ты понял, что и тебя хотят спасти. - Она вдруг стала такой уязвимой, но не из-за страха перед ужасами, которые описывал Такемичи, а из-за него. - Дай мне хоть раз тебя защитить по-настоящему. Не как просто девушке, которая тебе немного симпатична, а как равноценному партнеру. - Ну, Хината знала, как заставить сердце дрогнуть.

- Твой отказ будет понятен и мне, вспоминая, сколько раз я терпела это от брата. - начала Акаши. - Но, если ты действительно отказываешь нам в праве быть с тобой рядом в важном сражении, значит, ты никогда не видел в нас равных, - для нее это было важно. Для него это было сложно, страшно, неразумно. - А значит, ты совсем не готов понять, в чем ты не прав. И тебе будет невозможно победить другую сторону, потому что ты ничем не отличаешься. - Эти острые слова глубоко запали ему в душу, она действительно умела определять свои цели, наверное, поэтому речь звучала так убедительно. Мичи всегда говорил, что спасет их, защитит, что сделает все ради их счастья, но разве он предполагал, что это равноценно? Оказывал ли он должное доверие, когда ему каждый раз верили на слово? Такемичи провел рукой по лицу, собирая капли холодного пота, а сам дрожал.

- Черт... Черт. - прошипел он, как перекись водорода, пролитая на рану, глядя на сопротивляющихся девушек. - И как ты прикажешь мне реагировать? Я не могу вам ничего запретить. Я и сам прекрасно понимаю, что вас всё время пугаю, что вы все сильные. Но я ничего не могу поделать со своим страхом... Я знаю, что если не приму тебя как лидера, то буду в ещё большем страхе, зная о присущем каждой упрямстве, вы просто найдёте другой путь... И всё же, есть люди, которые будут переживать за вас так же, как я сейчас. — сказал Мичи. — Во-первых, Хина, я знаю о своих недостатках и о том, что я тебя разочаровываю, но моё беспокойство не утихнет, если ты будешь не в порядке. Эмма, и твои братья, и твой парень беспокоятся за тебя. Юзуха, твоя семья тоже волнуется. Сенджу, я не думаю, что ты слабая, я так же беспокоюсь за остальных... Я просто больше привык к ним в этой роли, как и к тебе, больше, чем к твоему новому отряду...

- А ты строже, чем был бы их отец, Такемичи. Но ты не их родитель. — сказал Доракен, глядя на Ханагаки. - Я уверен в способностях Эммы, опробовав их на себе, поэтому у меня меньше поводов для беспокойства. А если я ей что-то буду запрещать, она меня ударит. - Он стал серьезнее. - Она тоже планирует вернуть Майки, а я не против. Какая разница, присматривать за тобой одним или за Эммой тоже? Ты же гораздо чаще попадаешь в неприятности. - Хотел он спросить, а чья в этом вина? Он не зря оказался в сложных ситуациях, ведь именно этим ребятам пришлось от этого страдать, и он хотел их защитить. Размышления Мичи прервал голос другого участника.

- Как ее старший брат, я подтверждаю всё, что сказал Кен ранее, - с милой улыбкой сказал черноглазый брюнет, - еще добавлю, что девушки в бою зачастую более свирепы, я знаю по собственному опыту неудачного флирта. Столько раз я получал пощечины, которые были даже больнее ударов кулаками. - пошутил Шин, заслужив в ответ улыбку от младшей сестры. И тут же заговорил Изана, который на самом деле не планировал вмешиваться, но решил сказать слово в поддержку своей младшей сестры.

- Если что, дай ей сковородку и тогда мы победим. - Изана пожал плечами. - Только не чугунную, а то придется рыть могилу какому-нибудь смертнику. - Но Курокава, конечно, заступился бы за Эмму, если бы она была в опасности, и все это понимали. Их отношения стали теплее, чем прежде, что позволило Мичи немного растаять. Какучо, наблюдавший за всем этим, вздохнул. Он тоже теперь был частью семьи: Шин взял над ним опеку, Изана называл его братом, а Эмма стала для него как родная за то время, что они провели в их доме. Поэтому он посмотрел на блондинку и уверенно заявил.

- Эмма, я на твоей стороне, и к тому же, новый стиль тебе очень идет. - тихо высказался Какучо, на что девушка поправила свой низкий хвост с более уверенным выражением лица. Ее волосы блестели на солнце, как ореол над головой ангела. Ну, все они знали ее как младшую сестру своего лидера и девушку, влюбленную в его заместителя. Никто не мог представить, что однажды Эмма Сано встанет с ними, чтобы вернуть своего брата. Ее уверенность поразила толпу, поэтому они восхищались ею еще больше. Такемичи не мог не заметить этого, и он жалел, что дошло до подобного.

- Спасибо. Ты лучший, братишка. - Она ответила Хитто, который только кивнул. Многие заметили, как спина Какосика выпрямилась. - Что теперь? Это то, о чем ты просил. - Красавица оглянулась на Ханагаки, готовая к битве. Он еще не понял ее слов. - Все согласны с моим участием, Мичи. Хотя они и беспокоятся, но не отказываются. Мои братья и мой парень согласны, что я могу занять это место рядом с тобой. Так что есть только твоя позиция, где я не могу следовать за тобой и быть рядом, — заявила Эмма. - Есть кто-то против меня и остальных? Скажите это, чтобы мы могли учесть! - Юзуха, стоявшая рядом с ней, услышала голос своего младшего брата и оглянулась на него. Теперь ее очередь.

- Я тоже не против Юзухи в банде, она очень сильная. Но это не значит, что я не приду ей на помощь, если она пострадает. Я собирался быть для нее хорошим братом и опорой. - Младший Шиба поддержал сестру. Мицуя похлопал его по спине, выражая удовлетворение его мнением и реакцией. Но Ханагаки еще не был готов давать этой идее шанс, его взгляд встретился с другим человеком.

- А ты, Тайджу? Что ты думаешь об этом? - Мичи повернулся к другому парню, надеясь на его протест. Высокий и широкоплечий паренек, почти мужчина, лениво коснулся лица Таке взглядом и даже улыбнулся, немного не так, как обычно.

- Я принял ее решимость, этого достаточно. - лаконично ответил он, вызвав гордое выражение на лице девушки с каштановыми волосами. Ну и конечно, кроме Сенджу, которая естественно уже была частью «Тысячи Зим», осталась только Хината. Такемичи, видимо, остался в дураках, не выдержав решимости нового отряда. Его мысли прервала реплика капитана второго дивизиона.

- Эй, а почему бы моему отряду не поработать по системе партнёрства с нашим новым отрядом? - сказал Такаши, прервав мысли героя в тот момент, когда тот в очередной раз отказался от этой авантюры. - Баджи и «Брахман» и сами справятся со штурмом, учитывая, что они довольно сильны. Но нам просто нужен был кто-то, чтобы создать сбалансированное соотношение. Для начала они могут помочь мне с моими задачами, а потом я обеспечу им ту защиту, которую ты планируешь им предоставить. - заверил его парень. - Я знаю, как тебе тяжело, если бы мои сёстры были способны на такое, я бы даже разозлился... Но, честно говоря, ты и правда слишком самоуверен, лидер. Может быть, их присутствие образумит тебя и сделает более осторожным, как думаешь?

- Так, - начал Мичи. - Вы все на их стороне? - Реакция была примерно одинаковой. - Кажется, я проиграл. Я даю разрешение воссоздать отряд под руководством Сенджу, а также одобряю руководство Такаши. - смиренно сказал Мичи, получив овации от толпы. - Но никто из вас не должен пострадать, если кто-то поранится, я вас распущу... И не смотрите на меня, мне неловко. Сенджу, застегни куртку! И Хина, ты слишком мила с этими косичками, я буду отвлекаться. Юзуха, твой пояс слишком привлекает внимание к твоей фигуре... И Эмма тоже. Носите форму правильно. - Девочки громко рассмеялись, похоже, Такемичи принял их волю, но не был готов к такому вниманию к своим подругам. Он был уверен, что у них уже собралась толпа болельщиков, хорошо, что хоть кто-то смог приструнить негодяев, которые могли положить глаз на красавиц. - Так вот... Нас ждет битва, будьте готовы, это начнется прямо сейчас.

***

Все превратилось в какую-то череду дней, которые тянулись как вечность до подготовки к битве. Дата, обозначенная капитанами, всё приближалась, пока они занимались задачами, после разрешения и указок Мичи. Если быть честным, послушание не хуже, чем у собак поражало воображение. У каждого отряда была цель, которая оказалась обозначена на первой встрече, поэтому они были заняты только предназначенными им вопросами. Патруль, распределение ресурсов, контроль и слежка – все это. Такемичи переходил из отряда в отряд по очереди, формируя стратегии, контролируя распределение этих самых ресурсов и добычу полезной информации. Это был не первый опыт, но так серьезно он относился к своей должности впервые. Сенджу со своим отрядом также была занята планом действий, и Мичи видел в этом что-то тяжелое, оседающее на его плечах, потому что по его знаниям Сен предаст их... Значит, кто-то из ее отряда мог пострадать. Но не сейчас. Наверное, он может надеется на то, что их разговор был важным и имел свои последствия. Пока что они вынуждены действовать осторожно и скрытно, будучи готовыми к любым неожиданностям. Особенно этим девушкам, которые больше остальных походили на мишени. Мицуя был надежным человеком в этом плане, как своему бывшему капитану, Мичи, мог доверять ему.

Нулевой отряд с «Черным драконом» в одиннадцатом поколении, занимался разведкой, поэтому их роль авангарда в настоящее время занимал первый отряд с «Брахманом». «Черный клевер» и третий отряд сформировали отряды защиты. Четвертый - выявлял крыс и предателей, демонстрируя удивительную эффективность, вместе с «Поднебесьем». Такемичи также дал первому отряду еще одно задание, они должны были избавиться от оружия, которое могло быть использовано в бою. В то же время Мичи очень интересовался транспортом, ему нужна была машина, старшие участники могли бы помочь с этим. Он вспомнил, как наличие машины спасло его в день «Кровавого Хэллоуина». Такемичи вдохнул полной грудью аромат озона, воздух пах громом — может, из-за погоды, а может, от напряжения, иногда казалось, что окружение подстраивалось под чувства. Конечно, все вокруг понимали, что битва, которая их ожидала, определит будущее и была вероятность того, что Такемичи больше не вернется, он думал, что будет скучать по ним.

Риск был велик. И дело не в том, что он сидел на краю высокой местности, где должен был состояться бой. Контейнер под ним не ощущался как надежная опора. Мичи пришел сюда не просто посмотреть на пространство вокруг себя. Он не просто околачивался здесь, потому что у него была причина быть тут сейчас. Ханагаки посмотрел на кувалду рядом с собой, она была довольно тяжелой. Ханагаки вспомнил план Санзу, и он мог предположить, что этот парень тоже мог быть подвержен злому влиянию самого сильного проклятия прямо сейчас. Да, он не был Кисаки с его хитроумными планами, но Мичи давно оставил надежду на то, что его спасет чудо. Оборудование управления поездом было разбито грубой силой. Он не успокоится, пока не сделает это своими руками. Конечно, этот дорогой рабочий поезд мог быть полезен обществу, но Мичи было все равно. Он чувствовал необычную легкость, когда уже не было даже понимания того, что здесь есть рычаги и кнопки. Пальцы его дрожали, а на губах появилась улыбка, так что он мог казаться сумасшедшим. Теперь все могло пойти не так, и герой просто уничтожал самые рискованные повороты, чтобы такой умный человек, как Тетта, не воспользовался ситуацией. А может и кто-то еще...

Такемичи оседлал Бабу, бросив свой инструмент по дороге, еще быстрее разгоняясь, хотя никуда не торопился. Оказавшись на территории святилища, Ханагаки достал в очередной раз украденные у Шина сигареты и закурил одну. Горький привкус на языке, но сладкий аромат в воздухе позволили ему на время прийти в себя, забыв о паранойе. Страшно. Разве это не безумие? Как обладатель способности, он все яснее начинал понимать, почему убитый Шином человек вел себя так. Если бы Мичи пережил еще больше неудач, он бы застрелился собственными руками. Блондин представил это, и странная сладкая истома заставила его задрожать, это было бы так легко... Голову кольнуло что-то вроде чужого протеста, различимой в потоке мыслей. «Не смей!» Мичи моргнул глазами, а затем неловко улыбнулся.

- Так ты можешь чувствовать? - спросил он в пустоту, понимая, что никто ему не ответит, нет смысла гадать. - Я этого не сделаю, не бойся... Ты исчезнешь, если я это сделаю в это время. - Он почувствовал странное одобрение в своей голове, ненавязчиво щекочущее мозг.

- Твоя шизофрения прогрессирует, да? - Такемичи дернулся, заметив Чифую неподалёку от себя. Голубые глаза потеплели, и он даже немного усмехнулся шутке. Мацуно подошёл ближе, облокотившись рядом с ним на каменную колонну для фонарей. - У тебя мозоли на руках, почему ты не позвал меня с собой? - Неудивительно, Чифую всё понял.

- Мне нужно было побыть одному, чтобы справиться со своей злостью. Ты не представляешь, как тяжело было перестать крушить все вокруг. Не факт, что, если бы я позвал тебя, не коснулся бы во время той вспышки. Я не хочу причинять боль своим близким, — выдохнул Мичи, выпуская белое облако. - Я думал, что во мне начинает развиваться этот «Черный импульс». Раз я так зол, и ярость порой ослепляет... Но потом понял, что это не совсем так. Я просто немного устал... Или даже очень сильно устал, и уже давно. - Он поднял печальные глаза к сероватому небу. Казалось, вода вот-вот прольется, выкатываясь воронкой из тяжелых свинцовых облаков. - У человека не может быть такой способности, как у меня, потому что она обязательно заставит его создать что-то вроде «Черного импульса. - Он усмехнулся, заставив Мацуно вопросительно посмотреть. - Знаешь... Это как выплеснуть на кого-то накопившиеся чувства, как с воспоминаниями... Ты отдаешь их безвозвратно, чтобы притупить боль. Я просто не могу вместить столько горя и прожитых миров. - Другой блондин посмотрел на своего партнера с чувством нескрываемой жалости. Ему это казалось адом, даже с тем небольшим горем, что пережил сам Чифую, но Мичи видел все это в больших масштабах.

- Ты справляешься, да? - спросил он дрожащим голосом, поэтому Мичи посмотрел на него. - Такемичи, ты не должен винить себя за это. Просто... Что я могу сделать? - Ханагаки поморщился. На самом деле, он преувеличивал эти чувства, потому что его негативные эмоции каким-то образом испарялись, как только он приближался к одному из парней. Он случайно вспомнил, насколько проще ему было дотронуться до Шина в поцелуе. - Партнер? - Такемичи улыбнулся и потянул бледную ладонь к щеке Чифую, поглаживая кожу большим пальцем. Он прижал обе руки к его лицу и под его удивленным взглядом коснулся губами. Блондин игриво прикусил нижнюю губу Чифу, почувствовав, как тот дрожит. Раздражали ли его действия Мичи? Все равно было неправильно так обращаться со своим другом, когда у Ханагаки имелась девушка, которую он все еще любил. И играть с чувствами Чифую...

Чифую, конечно, не двигался, он не отстранялся, но и не участвовал, до определенного момента. В какой-то он всё же раздвинул губы, чтобы Мичи мог поцеловать парня глубже, в то время как Мацуно сжал пальцы в кулаки, всё ещё сдерживаясь. Каким-то шестым чувством Чифую понял причину такого близкого контакта между ними. Он не знал, что злило его больше — собственная жадность до прикосновения к уязвимому герою или тот факт, что Такемичи был настолько истощен, что даже не осознавал, насколько жесток он был. Лучше бы ударил его чем-нибудь тяжелым, чем так отчаянно целовал его в губы.

- Это несправедливо... - выдохнул блондин в губы Мичи, который наконец отстранился. Чифую накрыл пальцами руки Такемичи, которые все еще лежали на его лице. - Ты хочешь избавиться от этого, и делаешь это от отчаяния. - Такемичи моргнул, чувство эйфории от желаемого прикосновения затмилось осознанием, и выражением лица другого парня. Такемичи сжал розовые губы, отвернувшись в сторону, чтобы не смотреть, как Чифую читает его насквозь. Он не хотел оставаться таким перед своим партнером, но Мацуно не давал ему вырваться. Ни от него, ни от себя он не имел права, что-то утаивать. И Мичи робко вернул взгляд на ласкающего его руки блондина.

- Мне жаль... - его голос звучит хрипло, в то время как Такемичи все еще убирает руки от лица партнера. Невыносимая тяжесть на его плечах, словно сдавливая его кожу пальцами. - Я... Хотел...

- Хотел, чтобы кто-то помог тебе избавиться от этой тревоги? - Чифую казался слишком спокойным, задавая вопрос, это немного тревожило. Конечно, глаза парня не лгали, слишком много эмоций там переливалось. Такемичи замер, не зная, как ответить. Как это вообще объяснить, и нужно ли? - Я всегда на твоей стороне. Всегда, слышишь? - Мацуно красиво улыбнулся, поправляя растрепанные волосы, но взгляд был твердым. - Тебе не нужно так этого стесняться... На самом деле разумно бояться будущего, Такемичи. Но для тебя всё это гораздо сложнее.

Они оба молчали, глядя друг на друга. Мичи смотрел в голубые глаза со стыдом и робостью, а Чифую со смирением и ожиданием, и они не нашли нужной реакции в противоположных взглядах. Такемичи первым вышел из себя, опустив глаза на полувыкуренную сигарету, которую он выбросил, когда потянулся за Чифую. Кончик которой тлел, потому что тот её не потушил. Сейчас блондин просто хотел успокоить свой разум, но только создал больше поводов для беспокойства. Между партнерами слышался лишь слабый гул ветра, подхватывающего листья и поднимающего пряди на затылке, заставляя мурашки бежать по коже. Такемичи не хотел мучить своего друга, и он понимал, что просить прощения бессмысленно. Он сделал это намеренно, а не случайно, он совершил ошибку, но не в самом действии... Внезапно телефон в кармане Чифую начал предательски вибрировать, что в их случае было оглушительно в тишине. Двое парней еще не достигли полного взаимопонимания, но, казалось, им стоит оставить эту тему на потом. Мацуно неохотно отвел взгляд, подняв его на экран, и выражение его лица мгновенно изменилось. Оно застыло в гримасе шока и гнева.

- Черт... – Сердито Мацуно вернул раскладушку обратно в карман джинсов, и выпрямился, глядя на голубоглазого блондина, который был обеспокоен чужими действиями. - У нас проблемы, лидер. - Переход на такой способ обращения означал, что речь идет о «Тысяче зим», поэтому Мичи подошел ближе, чувствуя невыносимую тревогу.

- Что случилось?

- Нулевой атаковали во время информирования, Баджи там... но, кажется, что-то не так, как будто они знали, что наши ребята будут именно в том месте. Может, это ловушка, спрятанная за ложным следом? - Сердце Мичи рухнуло вниз. Засада. Не могло быть, чтобы все шло правильно. Его голубые глаза были полны волнения, но затем, как дрожь на воде, в них появился проблеск решимости. Он потушил сигарету, на которую смотрел ранее, носком кроссовка, выглядя еще более уверенным, чем должен был. Именно в этот момент и произошел инцидент, которого они ожидали. Остальное зависело от их групп поддержки. Поскольку это были Нулевой и Первый, «Брахман» и «Черные Драконы» придут им на помощь. Мичи посмотрел прямо на Чифую.

- Мы этого ожидали, партнер, они не собираются сдерживаться. Объяви готовность и предупреди Мицую первым. Они должны скрыть присутствие отряда Сенджу. Я не хочу, чтобы девушки пострадали... - Чифую кивнул, быстро переходя на свою рабочую позицию, ответственно выполняя поставленную задачу.

После звонка Мацуно отряды пришли в готовность, обеспечив безопасность своих подопечных, и через некоторое время им удалось собраться капитанами в одном из нескольких старых мест встреч, о которых Майки знал, но не решался бы проверить. Мичи бросил взгляд на пострадавших ребят, а точнее на представителей отряда, показалось, что Кее и Аккуну с остальными очень повезло, что люди Баджи, которые были рядом, пришли на помощь, даже не принимая во внимание, что они были приписаны к другому отряду. Под глазом Кейске был заметный синяк, что означало, что он столкнулся с кем-то сильным, а у Казуторы даже нос кровоточил. Такемичи подошел к ним, осматривая лица ребят, и прикрыл нос Торы тканью своей одежды, пока тот удивленно смотрел напарня. Футболка была высоко поднята, когда Мичи вытирал кровь с бледного лица заместителя первого отряда ее краем. Ханемия все же не удержался, и слегка коснулся, а затем задержал руку на пояснице Такемичи, обнимая его, притягивая ближе. Наклоняясь навстречу его рукам. Это вызвало сильное раздражение у Баджи.

- Не будь наглым, Тора.

Казутора улыбнулся ему, убирая руки с тела Такемичи, в жесте полной капитуляции, на что длинноволосый брюнет прищурился. Такемичи, закончивший размазывать остатки крови, которая уже не впитывалась в синтетику, закатил глаза. Конечно, эти двое все еще не упускали случая подразнить друг друга по любому поводу, учитывая их дружбу. Но сейчас было определенно не время даже для дружеских распрей, потому что их милые колкости могли быть восприняты отрядом как ссора лидеров, а это непозволительная роскошь - позволять существовать заблуждениям.

- Ладно, с твоими милыми травмами разберемся позже. Хотя бы кровотечение прекратилось. -Сказал Таке, сделав шаг назад, спуская футболку, которая сползла с его талии на бедра. Теперь животик уже не было видно, но все, кто тут находился смогли запечатлеть момент в памяти. Внизу было заметное пятно, но ему было все равно на свою одежду. Видимо поэтому он отказался жестом от предложенной вещи Баджи, которую тот пытался с себя снять. Остальные кивнули на слова своего лидера, ожидая продолжения. Мичи вернул к ним свое внимание, стоило ему угомонить стриптизёра. И тут возник вопрос. - А что с нашими? Есть сильно пострадавшие? Кто напал на нулевой отряд? – Было много вопросов требующих ответов прямо сейчас. Такеоми кивнул, поддерживая интерес Такемичи. Вперед вышел Ямагиши, который был намного умнее в плане расстановки противника, собирая слухи отовсюду все это время, прежде чем отряд попал в ловушку. Все же он был на короткой ноге с многими информаторами, и были препятствия в том, чтобы узнать, кто конкретно донес опасную весточку.

- Согласно последним данным, «Брахман» закрепил за собой территории в западной части. - Шин кивнул в сторону этого момента. Подтверждая все, что сказал друг Мичи. - «Черные драконы» остались с ними, чтобы я и нулевой отряд могли немедленно получить больше информации. - Доракен и Инуи обратили внимание на слова Казуши без тени сомнения, что говорило об истине. - Мы вошли туда, сосредоточившись на словах свидетелей, но враг не был удивлен, они пришли с четким знанием того, кто будет внутри. Это был их план... Нам действительно повезло, иначе... - Такемичи сжал кулаки гораздо крепче. Слова Ямагиши об информации, поступающей изнутри, означали одно - в их ряды снова затесался предатель. Это была еще не Сенджу, но кто-то другой тоже был проблемой.

- Выясни, кто сливает им информацию. Чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше. Муто, - Мичи посмотрел на этого здоровяка, - Я рассчитываю на тебя. - Он лишь молча кивнул, чувствуя прилив радости от того, что ему доверяют, а не считают тем самым предателем. Такемичи тоже кивнул сам себе. - Сенджу... Не лезь. - сказал Мичи, глядя на свою подругу. Девушка сжала руки в кулаки, но кивнула, понимая, что ее отряд здесь самый нестабильный. В том смысле, что Мичи больше всего переживал за них, особенно за приватность и безопасность, как внутреннюю, так и внешнюю. - Пока мы не выясним, есть ли проблема внутри, вы в подвешенном состоянии. А Такаши... - Он посмотрел на Ханагаки пристальнее, чем мог бы, и первым сказал, о чем думал Такемичи.

- Чифую уже все мне рассказал, я буду осторожен и выполню свое обещание, даже если сам пострадаю. - Сказал модельер, капитан второго отряда и просто доверенный друг Такемичи. - Они нацелились на уязвимых мета, я буду к этому готов... Глава. - Такемичи слегка усмехнулся, потому что считал себя главой только по названию, но ничего об этом не сказал. Просто кивнув, он закончил рассматривать Мицую и Сенджу, вернув свое внимание к Баджи. Тот, казалось, все еще сверлил своим жутким взглядом шею Казуторы. Как будто он собирался вонзить зубы и оторвать приличный кусок. Ханагаки тоже заметил мерцающий синяк; он так и не узнал от них, кто именно там был.

- Извините, что отвлек вас от игры страстных взглядов, - сказал Такемичи, отрывая их от прежнего занятия. Взгляд Кейске от шеи Торы переместился к лидеру. - Как ты сейчас, Баджи? - Мичи немного помедлил, но продолжил. - Я хочу знать, кто сделал это с тобой и Казуторой. И насколько это больно? Может, нам обратиться к врачу? - Заботливый и немного суетливый тон был таким же пленительным, как и все остальное в блондине.

- Бывало и хуже, не волнуйся, Такемичи, - усмехнулся он, фактически вытирая кровь с уголка губ. Ему повезло, что его зубы были на месте. - Это был Ханма. - Такемичи тяжело вздохнул. Непонятно, почему Шуджи был таким свирепым, но это было похоже на попытку показать, что даже те, кто ему нравился, пострадают, если Мичи продолжит. Они держались хорошо, но Ханагаки все еще чувствовал, что впереди их ждет что-то гораздо более серьезное. Он даже не мог точно сказать, готов ли он или это было лишь его предположение. Было страшно от неизвестности.

- Отдохните, пока нам не перекрыли кислород. Эти ребята не остановятся перед малым, так что пора сделать передышку. - посоветовал Мичи, но тут же добавил. - Но не теряйте бдительности, чтобы не повторить сегодняшний инцидент. Вы же знаете, чем это чревато, да? – Окружающие активно закивали головами. На этот раз они сдались, но не смели и думать о том, чтобы повторить. - Нам нужно подготовиться к следующим шагам. Конечно, крайне нежелательно совершать ошибки. Пожалуйста, берегите себя.

Такемичи произносит это, слегка дрожа, он боится представить, что их начнут выбивать по одному, как это и должно было быть сегодня. Очевидно, какую игру затевает противник. Но сейчас, пока они еще вместе, есть шанс. Шанс не быть заложником обстоятельств. Такемичи настроен бороться за него. Он не хочет терять равновесие только потому, что его намеренно сотрясли и сбросили с небес на землю. Особенно, когда Мичи знает, что поставлено на карту.

***

Черные ресницы трепещут, а глаза мутно осматривают комнату, в которой он не был, наверное, с детства, не обращая внимания на то, что там есть ещё кто-то. Ханагаки пошел на многое, чтобы оказаться здесь сейчас, даже отказавшись от очередного собрания, заменив себя Чифую. Страх стал охватывать его все чаще, вспоминая все те дни, когда он боялся за отряды, заставляя себя принять тот факт, что не может предсказать всё, и ошибки в этом случае неизбежны. Но было одно, чего он хотел избежать больше всего - не дать другой стороне осуществить план по похищению кого-то или появлению предателя. Если было возможно поговорить с Сенджу и объяснить ей все более доходчиво, чтобы она не совершила свою собственную ошибку, что уже практически происходит, ведь ее поддерживают друзья и она, кажется, смирилась с тем, что шрамы Санзу - это не только ее вина. И потом в жизни Мичи были еще уязвимые люди, которых он не мог так легко и открыто защищать, как если бы это был отряд, который Мицуя ласково называла «Цветы зимой». Его мать не считалась более уязвимой, но Мичи предупредил ее первым делом, на что получил в ответ: «Я еще не настолько стара, чтобы не дать детям есть пыль с моего каблука.», Такемичи подумал, что их семья немного странная... А ведь у Акари был еще и Шу Хэй, который не давал ее в обиду, Мичи наверняка сразу понял, что господин Ли хитрый, но влюбленный. Но на этом родственные связи не закончились, был еще кто-то.

- Блять, - выругался парень с каштановыми волосами, сидевший на кровати, неподалеку от Мичи. Веснушки этого подростка как-то потемнели, что его кузен понял только сейчас. Они не виделись где-то... Возможно, год. Тот был очень обижен на блондина и их встречи стали, видимо, редкими. - Ты заявился на рассвете и смотришь на меня так, будто я тебе денег должен. - Было заметно, как Масару был недоволен приходом Ханагаки, проигнорировав все правила приличия. Мичи на это только вздохнул, он с ним не ладил с самого начала, даже когда они были намного младше, старший парень издевался над Такемичи. Как взрослый герой, он не считал это серьезным проступком со стороны ребенка, но на самом деле дуться тут должен был Мичи, потому что изначально, это другой виноват, что парень ввязался во всю эту историю и сбежал из дома в первой линии. - Ну и что ты от меня хочешь? - Такемичи замер, даже не зная, как это исправить, чтобы было понятно и не так хреново, как он это видел. Было решено начать издалека.

- Не веди себя как маленький ребенок, это просто разговор. - сказал Такемичи, собираясь продолжить почти сразу, но его нагло прервали.

- Да?! - Парень демонстративно вскакивает. - Круто, а я думал, что это семейный ужин. О чем мне с тобой говорить?! Если ты не забыл, я не хотел тебя видеть. Зачем мама вообще тебя впустила?

Такемичи наклоняет голову набок, равнодушно глядя на истерику брата. У Ханагаки не было времени разбираться со всеми детскими обидами. Один из опасных шагов «Свастонов Канто» должен был вот-вот произойти, и Мичи был склонен подготовиться. Не дать им возможности надавить на это больное место. Ведь, хоть и считается, что эти ребята никого не убьют, очевидно, что они могут легко сломать и раздавить до погибели. Просто учтите садистскую жилку нескольких участников, о которой Такемичи знал. Голубые глаза пронеслись по слегка разъяренному взгляду хозяина комнаты.

- Поговорим о... - Ханагаки колеблется, не зная, как это сформулировать. Он совершенно не уверен в ситуации, в которой находится. - О моем участии в банде. - Другой только злится еще больше, пинает стул рядом и возвращается к кровати, чтобы сесть, глядя на блондина в поисках чего-то важного для Масару.

- Ты идиот? Скажи честно. - Ну, он пожал плечами, не зная, как себя описать. Может, Мичи и был идиотом, но это не имело значения. - Это из-за тебя меня выгнали из банды, когда ты появился в нашем районе со своими друзьями. - Он не был в банде, просто мальчик на побегушках, как подтвердил старый знакомый Ханагаки. С другой стороны, парень говорил так, будто это вина Мичи, что он поверил, что его брат не лжет. Хотя обман исходил из уст его старшего брата, на минуту. - Мне едва удалось избежать удара в лицо от Киёмасы, а потом я узнал, что мой слабак-брат присоединился к «Свастонам», а затем стал капитаном... Несправедливо, что тот, кто даже не показал своего носа в своей жалкой маленькой группе, стал уважаемым. - Он замедлился и, наконец, выпалил. Его голос достиг пика. - Убирайся, я все еще злюсь из-за этого. Я не хочу видеть тебя сейчас, не говоря уже о том, чтобы обсуждать банду. - Мичи нахмурился, его глаза светились каким-то холодным светом, который обжег Масару, как только он это заметил. Что-то не складывалось в его точке зрения, но его скудный разум не мог этого осознать. Он не думал, что Такемичи так сильно изменился, словно сильно постарел. Причины этого были неясны.

- Ты серьезно? - раздраженно заговорил Ханагаки, не упуская из виду, как вздрогнул мальчик. - Для тебя сейчас не время обижаться на меня. Прошло больше времени, чтобы ты это принял и смирился. Я не планировал становиться участником и членом «Тосвы» специально, моя встреча с его лидерами произошла благодаря твоей любви к хвастовству. У меня не так много свободного времени, чтобы слушать моего недовольного кузена, который даже не может нормально признать свою причастность. Ты лгал тетушке, что это моя вина...

- Да, мне это надоело, - грубо перебивает его Масару, - что ты вообще от меня хочешь теперь? Ну, так уж и вышло, ты пришел мне об этом напомнить? - Такемичи не выдерживает и еще холоднее смотрит на него.

- Масару! - Подросток замолкает в шоке, глядя на Такемичи, который устало взъерошил волосы и продолжил. - Послушай, не плачься сейчас, только потому, что ты выбрал этот путь. Я не виню тебя за свою доверчивость, и я не пришел к тебе, чтобы вспоминать прошлое. Я пришел поговорить исключительно по делу. Это важно, так что можешь просто сесть и нормально послушать, что тебе говорят. - Он смущается, но не упускает возможности показаться крутым.

- И что теперь? Ну, говори уже. Если ты такой щепетильный.

- Готов слушать? - уточняет Ханагаки, на что ему тут же дают недовольный ответ.

- Интересно, что ты мне в уши лить будешь. - Такемичи кивает, совсем немного получилось, но это уже что-то. Он неловко потирает запястья, глядя в глаза родственнику.

- Я основал банду...

- Поздравляю, какое это имеет отношение ко мне?

Такемичи не ожидал такого показного безразличия, хотя это вписывалось в его понимание характера кузена. Но он действительно не собирался хвастаться перед этим парнем, он вообще не мог этого понять, Такемичи выдохнул и снова поправил волосы, еще больше занервничав. Даже если Масару это не интересовало, даже из праздного любопытства, это не означало, что разговор можно было прервать. Ханагаки не хотел быть тем человеком, который разговаривает с другими так, будто читает лекцию по математике. Проблема Масару, очевидно, была в его гордости, но Мичи было наплевать, если его планы рухнут из-за того, что этот парень попал в беду, о которой он даже слышать не хотел теперь, когда его предупредили. Такемичи еще больше понизил голос.

- Прямое... Во-первых, я не просто так это сделал, а потому что хочу вразумить человека, а этот человек не склонен к компромиссам. Тебя могут попытаться использовать против меня. - Сказал Мичи более нервно, чем хотел, не сводя глаз с собеседника. - Тебя могут либо заманить, либо заставить объявить о твоем вступлении. Раз ты моя семья, ты важен...

- Ого, а я думал, ты не в тот дом попал. - саркастически сказал Масару, скрестив руки на груди. - Я тебя не выгонял раньше и не собирался извиняться, ну, прости, но ты и не думал приходить ко мне все это время. Ты стал большой шишкой в ​​банде и бросил своего брата. Ты вообще обо мне вспоминал, когда играл со своей новой игрушкой? Мама рассказывала, что тетя разрешила тебе воспользоваться дорогущей вещицей, которую они тебе подарили, пока ты там развлекался. - Весело было... Сотни вынесенных ударов, постоянный страх, что его друзьям будет больно, унижения, посягательства на его честь... Подарок Майки стоил больше жизни Мичи, как и все сокровища, что он получил. Мичи наконец перестал скрываться от матери. Если бы Масару знал, сколько дорогих подарков получил Ханагаки, от цветов до драгоценностей, его шкаф ломился от безделушек, которых ему купили братья Хайтани, но он бы отдал все, чтобы эти идиоты и их главарь опомнились. - И теперь я внезапно твой родной и важный. - Парень не заметил, как его собеседник стал более суровым во взгляде. - Серьезно?!

- Серьезно, - коротко сказал блондин. - Думаешь, быть в банде весело? - Такемичи встал, и Масару, слегка испугавшись, попытался отползти, но замер, когда Такемичи показал ладонь. - Мне пришлось защищаться от ножа Киёмидзу, потому что он пытался убить Доракена и отомстить мне. - Парень с веснушками расширил глаза, а Мичи продолжил. Он задрал рубашку, на его талии был тонкий шрам. - Этот я получил раньше, потому что не дал товарищу зарезать того, кому он хотел отомстить, хотя даже не знал за что. А этот, потому что я еще и прикрывал парня, которого другой считал предателем. - Припомнил Мичи. - Однажды... меня чуть не зарезали, когда я спасал невинную девушку, а до этого меня похитил враг «Томана», и я по глупости не появлялся дома неделями. Мне приходилось стрелять в людей... Недавно... - Такемичи приподнял штанину. - Я попал в беду, в меня стреляли, повезло, что пуля попала в ногу или хотя бы просто коснулась ее. - Масару со страхом посмотрел на его шрамы. - Это не весело, я просто не могу бросить остальных. - Это без учета того, что над ним практически издевались взрослые мужики, не дойдя до конца, но сильно этим задев. Если все остальное так явно удивляло и пугало его брата, то какова будет реакция на этот последний факт, Мичи знать точно не хотел. - Я не хочу, чтобы тебя трогали. Я не спрашиваю, я просто предупреждаю, что буду следить за твоей безопасностью. Мне нужно, чтобы ты думал головой и не совал нос в то, куда тебе не место. Ты для них просто способ обуздать меня, никто тебя в расчет не примет. - Масару слишком быстро оправился от охватившего его шока, очевидно, он не знал ни о каких травмах. И это не Ханагаки не пришел к ним, это они его проигнорировали. Но парень хотел защитить себя от чувства вины.

- Ты пришел читать мне лекции? Такой опытный и побитый жизнью, ты тупо молчал обо всем этом. А теперь пришел и вылил на меня эту грязь... Кто ты такой, чтобы говорить мне, что будешь присматривать? Ты ебаный умник, вся твоя жизнь - ошибка. Ты попал туда случайно, но кто заставил тебя спасать всех этих незнакомцев? - Такемичи, видимо, осекся. Масару просто не мог его понять, его вообще мало кто мог понять. Только само проклятье, рожденное от владельца способности, понимало горе, которое пережил Мичи. А это означало, что Майки был таким человеком. Ханагаки было слишком грустно из-за этого, ему снова нужна была поддержка.

- Это правда, - тихо ответил Такемичи. - Но я строю свою личность на этих ошибках и стараюсь избегать новых. - Масару только разозлило такое странное равнодушие к его насмешкам. Он хотел сказать гораздо больше, но увиденное ранее заставило парня сжать губы в тонкую линию. Пауза получилась более продолжительной, а атмосфера стала плотнее, заставив его затаить дыхание, плечи обоих были напряжены. Наконец, шатен вздохнул и откинулся на одеяла, что слегка удивило Такемичи.

- Так что ты хочешь, чтобы я сделал? - Кажется, он наконец решил послушать, что пришел сказать взволнованный блондин. Возможно, у него проснулась совесть. Мичи кивнул, принимая разрешение на свой монолог.

- Просто не ввязывайся в сомнительные дела, - прямо сказал Такемичи. - Если кто-то придет к тебе с предложением, обещаниями или угрозами - дай знать мне первым. Не пытайся строить из себя героя или что-то в этом роде. - Они же родственники, в конце концов. - Избегай нежелательных встреч в этот период любыми способами. И самое главное, держитесь подальше от людей из «Свастонов Канто». Я буду тебя защищать, но ты и сам должен быть осторожен. - Масару закатил глаза на последних словах.

- Ладно, ладно, я понимаю, считаю, что все понял. Теперь доволен?

- Нет, - честно признался он, - но, объективно, это лучше, чем ничего. - Ханагаки повернулся, чтобы уйти, закончив разговор на этой ноте. Но на пороге комнаты его окликнули.

- Такемичи... - Блондин обернулся. Он не услышал в голосе парня раздражения или обиды, скорее было что-то нетипичное. - Я... я знаю, что дерьмовый брат для тебя и что ты ввязался в это из-за меня. Я не знал, что с тобой все так обернется, и просто эгоистично считал тебя предателем. Я не могу обещать, что изменюсь, это сложно. - Он немного помедлил. - Если все, что ты сказал, было настолько серьезным... будь осторожен, ладно? - Мичи удивился, но слегка кивнул, эта странная попытка быть добрее ему импонировала.

- Сначала ты, Масару. Спасибо, что выслушал меня. - Мичи закрыл за собой дверь, оставив позади только приглушенное эхо их разговора. Когда Такемичи вышел из дома своей тети, в его груди сжалось беспокойство. В воздухе все еще угрожающе пахло громом, и вот-вот должен был начаться дождь. По крайней мере, теперь у него была небольшая уверенность, что его семью предупредили. Конечно, ему в любом случае придется присматривать за братом, но гораздо лучше было думать, что этот умный парень не совершит гораздо худших ошибок.

Усталость навалилась на него сразу после беспокойства, поэтому он не так глубоко задумывался о том, что сказал и сделал за эти дни. Нужно было продумать так много шагов вперед, чтобы не остаться позади - это было изнурительно. Ему нужно было решить, кому из банды доверить это дело. Никто не должен приближаться к его семье с враждебными намерениями. Блондин достал телефон и на ходу набрал сообщение Чифую. «Пусть кто-то, кого ты считаешь надежным, присмотрит за теми, кто не участвует в конфликте, но может пострадать. И еще, прости, что так сильно на тебя рассчитываю. Мне стыдно». Он остановился у ветреного магазина, когда отправил сообщение другу.

В отражении витрин он увидел свое лицо — слегка изможденное, с глубокой усталостью. Он уже не помнил, когда ложился спать и высыпался, да и ложился ли вообще? Мысли о своем благополучии, как всегда, отошли на второй план, когда он отбросил это, чтобы подготовиться к будущему. Мичи направился прямиком в одно из убежищ, которые он иногда посещал со своими товарищами. Тот, кто сейчас будет там, как Ханагаки, столкнется с трудностями, но не позволит им сломить его. Многие из тех, кто брал его за руку, кто не отворачивался, кто следил за его фигурой, даже зная о пропасти в глазах врага. С каждым днем ​​ситуация становилась все более напряженной, предвещая опасный исход. Чифую тоже боялся, просто не показывал этого, ради Мичи... Масару был не единственным, кто мог оказаться в опасности. Впереди была долгая дорога, к которой они думали, что готовы.

Только думали... На самом деле, кровь Мичи застыла в жилах, когда он их увидел. Его глаза в тот самый момент замерцали в неподдельном ужасе. Соя и Нахоя шли к своему лидеру, а между этими братьями шел Чифую, опираясь на их плечи. Хотя это было слишком громкое заявление для него, он попытался идти, но его скорее тащили. Что-то мешало ему двигаться, его бледное лицо было покрыто тонким слоем запекшейся крови на разбитых губах и виске. Его тупой взгляд говорил о многом и ничего одновременно. Этот его взгляд ошеломляюще сильно поразил Такемичи, еще больше взгляд его напарника заставил его задрожать. Он рванулся вперед, пытаясь взять Мацуно и сделать хоть что-то, но Соя мягко остановил его, положив ладонь на грудь подошедшего к нему Мичи. Сожалеющий взгляд встретился с растерянными голубыми глазами.

- Будь осторожен, Такемичи. - Сказал парень с голубыми волосами. – Он держится, но с большим трудом... - Его взгляд упал на заместителя. - Эй, все правда в порядке? - Такемичи вздрогнул, когда понял, что сам Чифую отказался ехать в больницу. И вот он оказался здесь, выглядя крайне больным, поддержанный братьями Кавата.

- Конечно, все хорошо, - его голос звучал слабо и хрипло, когда парень закончил терзать голосовые связки, он попытался растянуть губы в усмешку. - Я не ожидал, что меня ударят по голове, да еще и так неожиданно. Видимо, что-то их разозлило, может быть, последняя вылазка...

Казалось, Чифую намеренно все преуменьшал, но Мичи уже было не переубедить, он неподвижно стоял перед напарником. Почему-то его грудь особенно болезненно сжималась, а мысли, которые он хватал, извивались и путались в голове. Механизмы давно уже пришли в движение, но все это время их попытки не приносили результата. Теперь его близкий друг был ранен, явно по чьей-то вине. Такемичи заботился обо всех... Он придумывал схемы партнерства для отрядов, разрабатывал тактику спасательных операций, организовывал регулярные смены, держал отряд Сенджу в секрете, даже ходил поговорить с Масару... Но ни разу... Ни разу он не подумал о безопасности Чифую. Он был занят планами, как часы, но не сопоставлял их близость с вероятным нападением. А что, если бы этот удар был смертельным?

- Чифую... - голос Мичи дрожал, он чувствовал, как катится, земля уходит из-под ног, лишая его опоры. Такемичи думал, что справится, но он просто обманывал себя. Смотреть на раненого по его, Ханагаки, вине Чифую было невыносимо. Мацуно поморщился от выражения лица блондина, словно ему самому было стыдно за то, что произошло, и схватил Такемичи за плечи, заставив его поднять глаза на себя.

- Я точно невредим, Мичи, пожалуйста, соберись. - Он сжал пальцы на рубашке Такемичи на лопатках, выпрямляясь, несмотря на боль. - Не думай слишком много о том, что уже произошло. Я не верю, что мы могли это предсказать. Это не твоя вина, что я сейчас в такой ситуации. Все, что мы имеем право сделать, это вернуться к своим обязанностям, ты должен решить, что делать дальше. Пока это не сделано за нас. Я знаю, что выгляжу дерьмово, но дай мне три дня на восстановление, не давай другой стороне больше времени, чтобы сломать нас. - Такемичи, выслушав Мацуно, обнаружил, что принимает слишком важное решение. Позиция заместителя была обусловлена ​​разумными аспектами, но это было тревожно. Такемичи огляделся, встретившись взглядом со Улыбашкой и Злым.

- Ты знаешь, что Чифую прав. Нам нужно собрать всех наших людей, - тихо сказал Нахоя, засовывая теперь свободные руки в карманы. - Три дня - разумный срок для адаптации. Нам нужно объявить «его» «Свастонам» вызов на бой. - Соя кивнул, соглашаясь с братом.

- С этого момента пути назад нет, но мы будем с тобой. - Соя тоже был прав, поэтому Мичи попытался успокоить его вспыхнувшие эмоции. Чифую, на плечах которого лежал груз, согревающий его, и голоса братьев Кавата - вернули героя к реальности. Три дня. И он начнет ход к финалу. Закончит эту изнурительную игру между ними. На этот раз она не закончится его смертью.

***

Ран поправил волосы, задыхаясь от смеха, лежа на диване, который обычно занимал Ханма. Казалось, что сегодня что-то слишком много смеялось, поэтому было трудно дышать, да и само его тело тряслось. Смех уже переходил в истерику, заставляя некоторых из тех, кто все еще присутствовал в комнате, дергать веком. Но беспокоить этого парня было такой плохой идеей, поэтому никто не мешал его мрачному веселью, только недовольно поглядывали в сторону. Санзу, стоявший рядом, все больше раздражался от звука слегка хриплого смеха. Внезапно другой сел, все еще продолжая хихикать, но глядя исключительно на недовольного Харучие.

- Ха-ха, ничего не получилось, да? - Он смотрит прямо в зеленые глаза, так что не кажется, что он не обращается к Хару. Он продолжает. - Мичи, кажется, заранее предугадывает наши действия. Какая любопытная, смелая игра. - Он хлопает себя по бедрам, вскрикивая от восхищения. - Нет, правда... Как только мы пошли играть с его любимыми друзьями, вмешалось сразу несколько отрядов, и Ханма получил удар от Баджи и Казуторы. - Названный лениво открыл один из своих ярко-желтых глаз, реагируя на свое имя. - У них какая-то реактивная реакция для такой ​​разношерстной группы. Это чудо объединить их всех в одну банду, и сделал это один человек. Моему восхищению нет предела. - Он открыл свои фиолетовые глаза и оглядел комнату, наткнувшись на двух гениев, сидевших не так уж и далеко. - И как насчет отказа его брата от вашего щедрого предложения... - Кисаки и Коко нечего сказать, так оно и было, но они не собирались оставаться на произвол судьбы, Ран продолжает рассуждать вслух. - Кстати, стоило мне немного поиграть с его заместителем, как мы тут же получили предупреждение. Мне жарко от мысли, что скоро мы встретимся с ним в бою. - Язык пробежал по губам в довольно откровенном смысле, демонстрируя открытые чувства этого парня.

- Заткнись, Хайтани! - вдруг оживился Санзу, которого даже слишком обидел этот монолог.