Ты первый раз даришь ему удовольствие

(Минет)Это случилось почти случайно, почти невзначай — но всё же в точное, нужное время. Вечер был тихим. Комната — полутёмной. Никто не торопился. Вы были вдвоём, и этого было достаточно.

Ты впервые решилась — без слов, без просьб с его стороны. Просто захотелось быть рядом не только душой, но и телом. Подарить ему ощущение, что он любим, желанен, что ты рядом — не только слушаешь и понимаешь, но и хочешь его по-настоящему.

Он не сразу понял. Лежал, обнимая тебя за талию, дыша ровно и почти невесомо. Ты прикоснулась — мягко, с осторожностью, будто спрашивая «можно?» не вслух. Его дыхание сбилось почти мгновенно.

— Эй... — сказал он негромко, с хрипотцой, почти не веря. Он отодвинулся чуть-чуть, чтобы увидеть твои глаза. Ты не отвела взгляда.

Всё остальное — уже не нуждалось в разрешении.

Сначала он напрягся — не потому что не хотел, а потому что не был готов. Это был он — вспыльчивый, часто резкий, местами замкнутый Томми, который всегда старался держать контроль. А сейчас… он его терял. Потому что ты его разоружила.

Он смотрел на тебя — так, будто в тебе растворялось всё напряжение, весь шум в голове.

— Ты… серьёзно?.. — спросил он почти шёпотом, неуверенно, с каким-то непривычным трепетом. Но когда ты не остановилась — расслабился, даже тихо выдохнул и провёл рукой по твоей щеке.

И тогда всё стало другим.

Он будто раскрылся тебе в этот момент — без масок, без шуток, без бравады. Только ты и он, кожа к коже, сердце к сердцу. Он не говорил много — только иногда шептал твоё имя, иногда что-то невнятное, тёплое, полное благодарности. Один раз выдохнул:

— Ты… с ума меня сведёшь...

Ему было сложно отпустить контроль, но ты это сделала так, что он и не заметил — просто принял, позволил себе чувствовать. Он всё время тянулся к тебе — руками, взглядом, дыханием. И даже когда его голос стал низким и напряжённым от ощущения близости, ты чувствовала, что это не просто «приятное» для него. Это было интимнее, чем что угодно. Он запомнил этот момент — не как физику, а как глубину.

И уже позже, когда вы лежали рядом, и ты прижалась к нему, он поцеловал тебя в лоб и прошептал:

— Никогда не думал, что можно чувствовать себя так… любимым. Спасибо тебе.

На следующий день Томми был… другим. Не в плохом смысле — наоборот. Спокойнее. Теплее. Немного тише обычного, но это не было странной тишиной. Это было как будто он внутри себя что-то осмыслил.

Он проснулся раньше тебя, но не стал будить. Просто лежал, смотрел на тебя, проводил пальцами по твоей руке, будто проверяя — всё ли это было взаправду.

Когда ты проснулась, он улыбнулся. И этой улыбкой не сваливал на тебя привычную смущённую шутку, не убегал в иронию. Он просто улыбнулся так, будто был счастлив быть рядом.

Потом весь день вел себя по-другому. Не цеплялся за компанию, не делал вид, что всё как обычно. Часто был рядом. Не физически навязчиво — просто сидел ближе. Дольше задерживал взгляд. Мог молча взять твою руку, если никто не смотрел. Когда кто-то в компании шутил или переговаривался, Томми будто выпадал из общего разговора, на пару секунд просто глядя на тебя — будто заново узнавая, принимая, влюбляясь глубже.

Он не говорил друзьям ничего. Но Дейви потом чуть приподнял бровь, мол: «Ты чего такой мягкий сегодня?»А Томми отмахнулся, полушутя:— Тебе показалось. Просто… выспался нормально.

Но когда вы остались вдвоём, уже позже, и ты чуть поддела его —

«Что это с тобой сегодня, Томми?»

Он не стал выкручиваться. Просто наклонился ближе и тихо, почти вкрадчиво, сказал:

— Просто… я теперь точно знаю, что ты моя. И что я твой. До костей.И прижал тебя к себе так, как будто в этот момент вообще не хотел отпускать.