Глава 26: здорово, великолепно*

*Из песни группы Мумий Тролль — Фантастика

Ночью я практически не спала. Даже когда всхлипы Марины сменились размеренным сопением, тревожные мысли не отпускали. Сначала думала, как отношения с Костей скажутся на нашей научной работе. Что, если он завтра же попросит Ирину Викторовну меня вышвырнуть? Перед глазами поток лиц, сменяющих друг друга: Костя, Ирина, Викторовна, Марина, Галя, мама, бабушка и даже Сергей. Все они смотрели на меня с разочарованием.

Во рту сухо, жевательные мышцы начали поддёргивать, зубы застучали, быстрые реки слёз неслись по щекам к подбородку. Я задержала дыхание, чтобы не разбудить девчонок рыданиями.

Вспомнила улыбку бабушки. Забота о ней больше, чем я и мои желания. Я провалила роль хорошей девочки, которая любит правильного мальчика, того самого, который поможет ей. Никто меня за это винить не будет, лишь я сама. Завтра я попытаюсь снова, продолжу исследование и договорюсь с Костей. Завтра никто не увидит моих слёз.

Взбодрившись чашкой густого кофе без молока, с самого утра я отправилась в архив. По дороге созвонилась с мамой, которая в это время стояла в пробке по пути на работу. Маму порадовала новость, что я возможно выступлю на студенческой научной конференции весной. Когда я пожаловалась, что данные исследования расходятся, мама предложила переть вперёд как танк, не обращая внимания на препятствия. Я вздохнула и пообещала постараться. Она же настаивала на том, что пока у меня молодые мозги, которые «ещё варят», нужно успеть как можно больше, забраться как можно выше, позаботиться о себе и близких.

Кости в архиве не было. В режиме танка я стала перебирать карты пациентов в одиночестве. Записывала данные на телефон, чтобы потом перенести их в таблицу, которая осталась на костином ноутбуке. Механическая работа успокаивала, я давно перестала обращать внимание на фамилии пациентов, цеплялась за симптомы, наследственную предрасположенность, но словно какая-то нить ускользала. За полтора часа я обработала десять историй болезни. Учитывая мой недосып, неплохо. Костя в архиве так и не появился.

Не увидела я его и в коридоре перед лекцией, на самой лекции он тоже не объявился.

— Знаешь, после воссоединения наши отношения будто ярче стали. Больше страсти появилось, — хвасталась Галя.

Пока я писала конспект по истории, староста отвлекала меня своими откровенными рассказами.

— Поэтому ты такая весёлая в последние дни ходишь?

— Мне, вообще-то, учиться нравится, поэтому на лекции всегда с улыбкой, — уголки её губ неестественно поднялись.

— Да, я вижу, как тебе интересна лекция.

— Это же история. Умереть можно со скуки! У нас на следующей неделе новый цикл что-то с экономикой...

Галя не успела договорить. Лектор сделал паузу и сурово посмотрел в нашу сторону. Я опустила голову, продолжая писать конспект, Галя тоже притихла.

Телефон завибрировал. В мессенджере высветилось сообщение от неизвестного абонента.

«Привет! У тебя есть загранпаспорт?»

По привычке хотела заблокировать контакт, который рассылает спам, но внимание привлекла иконка с фотографией. С неё улыбался темноволосый парень в белом спортивном комбинезоне для автогонок. Странно. Проснувшееся где-то глубоко внутри за слоем апатии и усталости любопытство заставило пальцы напечатать четыре буквы.

«Есть»

Заблокировала телефон и попыталась сосредоточиться на рассказе лектора о татаро-монгольском нашествии. Ненадолго. Снова вибрация. Я отложила шариковую ручку, чтобы прочитать новое сообщение.

«Лечу в Осаку по делам. Есть вариант поехать со мной, я уже всё оплатил»

Это что за нашествие безумия? В последние пару месяцев наша коммуникация улучшилась, он меня не задирал, но и интереса со своей стороны не выказывал. Кирилл и то больше со мной общался. Зачем я ему сейчас? Развеяться? Я не та девушка, которую берут с собой на отдых.

«Нет»

Отправила я в ответ, даже не рассматривая предложение. Для пущей убедительности дописала.

«У меня учёба»

Вместо возражения, Вик кинул ссылку. Я потеряла нить повествования, пропустила уже несколько тезисов, которые было бы хорошо записать в конспект. Клацнула легонько по окрашенной синим цветом ссылке, и браузер загрузил страницу Международной медицинской конференции в Осаке: «Деменция и Болезнь Альцгеймера».

Не успела я дочитать программу конференции, как прилетело следующее сообщение.

«Едешь?»

К сообщению Вик прикрепил файл с билетом на конференцию, где значилось моё имя. Он знал, чем завлечь. Казалось заманчивым вырваться из загоняющей меня в отчаяние рутины, где пары и лекции сменялись круговоротом карт пациентов. Исследование плавно приближалось к тупику, что придавливало грузом пессимизма.

«Тебе это зачем?»

Новым вопросом я пыталась выиграть время, чтобы обдумать предложение. Не покидало предчувствие западни. Мне в страшном сне не могло присниться отправиться на пару дней в другую страну вместе с Виком. Я листала сайт конференции, пробежалась по темам заявленных докладов. Так близко к погружению в мировое научное сообщество я ещё не была. О таком шикарном предложении я даже мечтать не могла, хотелось кричать от радости, но внутри что-то держало. Это что-то не давало мне согласиться.

Если конференция — фейк? Я зашла на страницу научного форума и задала вопрос о мероприятии. Мне ответили сразу несколько учёных, что слышали об этой конференции. Профессор Судзуки, который в любом исследовании находил к чему придраться, сообщил, что выступит там с докладом. Было бы любопытно послушать этого педанта вживую.

«Ты говорила, у тебя загвоздка с наукой. Фиг знает, но вдруг конференция поможет»

«В чём твой интерес?»

«Не ищи скрытый смысл. Попытался помочь, а заодно исправить первое впечатление о себе»

Я не слышала тона его голоса, но могла его представить, в нём начинало сквозить раздражение. Казалось, Вик вот-вот заберёт предложение назад. Эта мысль пугала.

«Так что, ты летишь?»

Я пялилась в экран смартфона, перечитывая сообщение. Из закромов памяти вылезла история Луи Пастера, у которого не получалась вакцина от птичьей холеры. Тогда учёный бросил эксперименты и уехал отдохнуть. Это оказалось верным решением. Когда он вернулся, бактерии ослабли, что помогло ему изобрести вакцину.

Я резко повернулась к Гале:

— Постараешься прикрыть меня в пятницу на лекциях?

— А что случилось? — недоумевала староста.

— Мне срочно нужно уехать. К родственникам. В Арсеньев.

— Да, постараюсь.

После знакомства с Виком количество лжи в моей жизни кратно увеличилось. Обманывать Галю не хотелось, ведь она была со мной так откровенна. Я об этом её не просила, но всё же. Знакомство с семьёй Ханучевых слишком большой козырь, чтобы выкладывать его на стол в начале партии.

У общежития меня ждал мужчина в костюме и очках, который представился Алексеем. Он был личным ассистентом Вика. Выглядел подчинённый лет на десять старше своего начальника. С сомнением отдала Алексею паспорт и фотографию три на четыре. Мужчина пообещал, что за пару дней сделает визу, а паспорт передаст Вику, с которым мы договорились встретиться в четверг вечером в аэропорту.

У меня не укладывалась в голове слишком щедрое и спонтанное предложение от Вика. Поступило оно, когда я только начинала ему доверять, когда вытеснила из памяти страстные поцелуи, когда я сжирала себя ночами после расставания с Костей.

Вик пытался уговорить меня покинуть Владивосток во время прогулки на яхте. Что, если его план заключался в том, чтобы избавиться от меня в Японии?

Глупая, пугающая мысль, которая пришла ко мне слишком поздно. Я уже успела отдать паспорт его ассистенту.