23 часть

Виолет с трудом вдохнула. Воздух вошёл в лёгкие рывком, болезненно, словно тело забыло, как это — дышать. Её пальцы едва заметно дрогнули.

Дилан заметил это сразу.

— Эй... эй, я здесь.Его голос стал ниже, спокойнее, но в нём всё равно слышалась паника, которую он отчаянно пытался подавить.— Виолет, посмотри на меня.

Её ресницы дрогнули. Медленно, будто через толщу воды, она начала возвращаться в реальность. Мир был размытым, шумным, чужим. Голова гудела, тело будто не принадлежало ей.

— Дилан... — выдохнула она почти беззвучно.

Это имя ударило его сильнее любого удара.

— Да. Да, это я. Всё, всё... ты со мной.

Он осторожно убрал прядь волос с её лица, стараясь не касаться щеки с кровью. Его пальцы дрожали — он ненавидел себя за это, но ничего не мог сделать.

— Ты упала. Не двигайся, слышишь? Не двигайся.

Виолет попыталась пошевелиться — инстинктивно, на упрямстве. Тело отозвалось резкой, пронизывающей болью, от которой у неё перехватило дыхание. Она вскрикнула и тут же сжалась, задыхаясь.

— Чёрт! — Дилан резко стиснул зубы. — Я же сказал — не двигайся.

Он подался ближе, осторожно подложил руку под её плечи, пытаясь приподнять. Совсем немного — проверить. Почти сразу он почувствовал, как её тело напряглось от боли.

— Нет... — выдохнула Виолет, голос сорвался. — Не могу...

Он замер. Медленно убрал руку, будто боялся сломать её ещё сильнее.

— Где? — коротко спросил он. — Скажи мне, где болит.

— Спина... — она сглотнула. — И нога... я не чувствую...

Эти слова холодом прошли по его позвоночнику.Дилан опустился ниже, снова на колени, теперь уже полностью сосредоточенный. Его взгляд был жёстким, собранным — таким, каким он становился только в критические моменты.

— Хорошо. Тогда слушай меня.Он говорил медленно, чётко, почти командно — так, чтобы её страх не взял верх.— Ты не двигаешься. Вообще. Я рядом. Я никуда не уйду.

Он снова взял её лицо в ладони, заставляя смотреть на себя.

— Слышишь меня? Ты в безопасности. Больше никто тебя не тронет. Клянусь.

Виолет смотрела на него мутным, испуганным взглядом. В нём было всё — боль, шок, страх... и что-то ещё. Уязвимость, которую она редко позволяла кому-либо видеть.

— Мне больно... — прошептала она.

И это окончательно добило его.

— Я знаю.Его голос стал хриплым.— Я знаю... и мне жаль. Чёрт возьми, мне так жаль.

Он осторожно прижал её голову к своей груди, стараясь не двигать её тело, лишь поддержать.

— Я вытащу тебя отсюда. Но не сейчас. Сейчас ты просто дышишь. Хорошо? Только дыши.

Он держал её так, как будто отпустить — значит потерять. И впервые за всё это время Дилан по-настоящему испугался.

Дилан наклонился к Виолет медленно, осторожно, будто каждое движение могло сломать её ещё раз. Его руки были сильными, уверенными, но сейчас в них появилась редкая бережность.

— Потерпи... — тихо сказал он. — Я держу тебя.

Он поднял её с пола, прижал к себе. Её тело было напряжённым, лёгким, почти невесомым — и это напугало его сильнее всего. Виолет резко втянула воздух и зашипела от боли, но не сказала ни слова. Только вцепилась пальцами в его куртку.

— Я знаю. Я знаю... — пробормотал он, стиснув челюсть. — Ещё немного.

Он вынес её из дома быстро, но ровно, усадил в машину, аккуратно уложил на сиденье, накрыл курткой.

— Подожди меня. Две минуты. Не больше.Его голос уже был другим — холодным, собранным.— Я вернусь.

Он закрыл дверь и вернулся в дом.

Зашёл внутрь, подхватил сумку, закинул её на плечо, будто она ничего не весила. Затем его взгляд остановился на раненом мужчине, который корчился на полу, пытаясь отползти.

Дилан подошёл медленно.

— Даже не двигайся.Его голос был спокойным — и от этого становился ещё страшнее.

Он присел рядом, навёл пистолет не для выстрела, а как предупреждение.

— Ты вошёл в мой дом.Пауза.— Тронул ее.

Мужчина что-то пробормотал, но Дилан резко схватил его за одежду и прижал к полу.

— Нет. Говоришь только тогда, когда я разрешу.

Он надавил сильнее, заставив того застонать.

— Кто вас послал?

Молчание.Дилан медленно выдохнул, поднялся, сделал шаг в сторону — словно давая шанс. Потом резко вернулся.

— Я не шучу.Его глаза были тёмными, холодными.— Ты либо говоришь сейчас, либо эта ночь станет для тебя очень длинной.

Он не кричал. И именно это ломало сильнее всего.

— И запомни одно, — наклонился ближе, почти к самому уху врага. — Ты всё ещё жив только потому, что мне нужно имя.

Мужчина наконец сломался. Дилан слушал внимательно, не перебивая. Когда услышал достаточно — отступил, опустил пистолет.

— Хорошо. —Коротко. Холодно. — Молись, чтобы ты не солгал.

После чего Дилан снова поднял пистолет и навел на противника.

Раз.Выстрел. Крик. Ранена вторая нога.

— Ты обещал... — простонал от боли мужчина в маске

Два. Выстрел. Крик. Рука.

— Прошу вас... умоляю. — кричал от боли мужик

— Закройся! — прокричал Дилан

Три. Выстрел. Крик. Вторая рука.

— Это тебе за Виолет, тебя ждет чудесная ночка мучений... ублюдок!

Он развернулся и вышел из дома, не оглядываясь.В машине Виолет тихо дышала, подтянув колени к себе. Дилан сел за руль, ещё раз посмотрел на дом — и только тогда позволил себе на секунду закрыть глаза.

— Я с тобой, — прошептал он, уже ей. — И больше никто тебя не заберёт.

Дорога тянулась перед ними чёрной лентой, разрезая ночь. Фары выхватывали из темноты куски асфальта, деревья, дорожные знаки — и снова пустоту. Машина шла быстро, слишком быстро, но Дилан даже не замечал этого.

Одна рука — на руле.Вторая — постоянно тянулась к Виолет, будто он боялся, что она исчезнет, если перестанет чувствовать её рядом.

Она лежала на пассажирском сиденье, полусогнутая, бледная. Куртка сползла с плеча, на щеке засохла тонкая полоска крови. Дыхание было неглубоким, неровным.

— Чёрт... — прошептал Дилан, сжав руль так, что побелели костяшки. — Только не закрывай глаза. Слышишь меня?

Виолет слабо пошевелилась.

— Я... здесь... — еле слышно.

От этих двух слов его грудь сжалась сильнее любого удара.

— Смотри на меня.Он бросил на неё быстрый взгляд.— Говори со мной. Хоть ругайся. Хоть пошли меня к чёрту. Только не молчи.

Она попыталась усмехнуться, но вместо этого поморщилась от боли.

— Ты... слишком быстро едешь...

— Я еду ровно так, как нужно.Он тут же смягчил голос.— Прости. Я не на тебя злюсь. Я вообще... не знаю, на что сейчас злюсь больше.

Машина чуть дёрнулась на повороте. Дилан сбросил скорость, выругался себе под нос и снова посмотрел на неё.

— Где болит сильнее?— Везде... — честно ответила Виолет. — Но... спина... и бок...

Он кивнул, запоминая каждое слово, как координаты.

— Не двигайся. Я знаю, это дерьмово. Но ты живая. Ты со мной.Пауза.— И я больше не позволю, чтобы тебя так трогали. Никогда.

Она повернула к нему голову. В её взгляде было всё сразу: боль, усталость, страх... и что-то ещё. Слабое, но живое.

— Ты... испугался, — тихо сказала она.

Дилан резко выдохнул, словно его поймали с поличным.

— Да.Он не стал отрицать.— Я, мать его, чуть не сошёл с ума, когда увидел тебя на полу.

Он замолчал на несколько секунд, потом добавил глухо:

— Я думал, что опоздал.

Виолет медленно протянула руку. Пальцы дрожали, но она всё же коснулась его предплечья. Легко. Почти невесомо.

— Ты... не опоздал...

От этого касания его будто ударило током. Он накрыл её руку своей, осторожно, словно держал что-то хрупкое.

— Я здесь.— Я знаю... — прошептала она.

Несколько минут они ехали в тишине. Только звук двигателя и её дыхание. Дилан постоянно следил за дорогой, но чувствовал её каждым нервом.

— Если станет хуже — скажи сразу.— Хорошо...

Её голос начал стихать. Слишком.

— Эй. Нет. — он сжал её руку чуть крепче. — Не засыпай. Расскажи что-нибудь. Что угодно.

— Ты... всё ещё ругаешься... — пробормотала она. — Даже когда волнуешься...

Он хмыкнул, криво, без улыбки.

— Плохая привычка.— Не совсем... — выдохнула она. — Это... успокаивает...

Он сглотнул.

— Если это тебя держит здесь — я буду материться хоть всю дорогу.

Она тихо выдохнула, почти смешок. Фары выхватили впереди знак. Дилан прищурился.

— Пять минут. Мы почти на месте.Он наклонился к ней ближе, не отрывая глаз от дороги.— Потерпи, Виолет. Ты ёще должна меня подстрелить и всю власть забрать если помнишь это..

Отель возник из темноты неожиданно — невысокое здание, без вывесок, без лишнего света. Именно такой, какой был нужен. Машина остановилась сбоку, подальше от входа.

Дилан заглушил двигатель не сразу. Несколько секунд он просто сидел, слушая её дыхание.

— Мы на месте, — тихо сказал он. — Слышишь меня?

Виолет медленно кивнула. Она была бледной, губы почти без цвета, но сознание держалось.

— Хорошо... — прошептала она.

Дилан вышел первым. Огляделся — рефлекс, отработанный до автоматизма. Ночь была спокойной. Слишком спокойной. Это ему не нравилось.

Он быстро обошёл машину, открыл дверь со стороны пассажира и аккуратно наклонился к ней.

— Сейчас я тебя подниму. Не дёргайся. Если больно — скажи сразу.

Она лишь слабо сжала пальцы на его куртке.

Он подхватил её на руки осторожно, но уверенно — так, будто делал это уже сотни раз. Её тело было лёгким, слишком лёгким, и от этого внутри у него что-то болезненно сжалось.

— Держись за меня, — прошептал он, прижимая её ближе. — Я здесь.

Виолет уткнулась лбом ему в плечо, стараясь не стонать.

В холле было тихо. За стойкой — сонный администратор. Дилан не стал подходить с Виолет на руках. Он осторожно усадил её в кресло в тени, накрыл своей курткой и быстро направился к стойке.

— Нужен номер. Один. 345 как всегда. — голос спокойный, ровный. — Без вопросов. Без регистрации в системе.

Администратор приподнял брови.

— У нас...— Я заплачу наличными. — Дилан положил деньги на стойку. — И вы забудете, что видели нас. Видимо наверно новенькая здесь. Дилан Канцлер, должни знать.

Короткая пауза. Взгляд. Деньги исчезли.

— Второй этаж. Конец коридора. Лифт не работает.

— Отлично.

Он вернулся к Виолет мгновенно, снова поднял её на руки и направился к лестнице. Каждый шаг отдавался в нём напряжением — не из-за веса, а из-за страха уронить, сделать больнее, опоздать.

В номере он сразу закрыл дверь, проверил замок, задвинул шторы.

— Мы здесь.Он аккуратно уложил её на кровать, не выпуская из рук до последнего момента.

Виолет тихо зашипела от боли, когда он осторожно помог ей лечь.

— Прости... — выдохнула она.

Он резко покачал головой.

— Не смей извиняться. Не ты виновата.

Он опустился рядом, провёл рукой по её волосам — медленно, осторожно, словно проверяя, настоящая ли она.

— Я сейчас вернусь. Никуда не уходи.

Дилан достал телефон. Отвернулся к окну, понизил голос до почти шёпота.

— Это я.Пауза.— Мне нужен ты. Срочно. И так, чтобы никто не знал.Ещё пауза.— Отель. Второй этаж. Женщина. Травмы после нападения.Стиснул челюсть.— Если ты не приедешь — я найду того, кто приедет. Но лучше ты.

Он сбросил вызов и на секунду прикрыл глаза.

Когда он повернулся обратно, Виолет смотрела на него. Взгляд был мутным, уставшим, но в нём было доверие — осторожное, хрупкое.

— Ты... вызвал врача? — тихо.

— Да. Но такого, о котором никто не узнает.Он присел рядом, взял её за руку.— Я не дам им тебя найти. Никому.

Она медленно сжала его пальцы.

— Спасибо...

Он наклонился ближе, почти касаясь лбом её виска.

— Отдыхай. Я рядом. Я никуда не уйду. У нас немного натянуты отношения.. но сейчас ты можешь мне доверять..

— немного... — прошептала с насмешкой Виолет

— да... чуточку — сказал Дилан

За дверью отеля ночь оставалась прежней — тихой и опасной. А внутри номера время будто замерло, ожидая врача... и того, что будет дальше.

В дверь постучали едва слышно — Дилан сразу напрягся, но кивнул.Лекарь вошёл тихо, без лишнего шума, словно тень. Его взгляд быстро оценил ситуацию.

— Ничего смертельного, — сказал он спокойно, осматривая Виолет. — Просто ушибы. Боль от сильного удара.

Виолет слегка застонала, сжимая руки на покрывале. Её дыхание стало прерывистым, кожа бледной. Через минуту её глаза начали закрываться сами, сознание стало уплывать.

— Виолет! — вскрикнул Дилан, почувствовав, как паника сковывает грудь. Он опустился на колени рядом с ней, хватаясь за её плечи. — Не теряй сознание!

Лекарь спокойно подставил руку, проверяя пульс, и мягко направил её голову на подушку. Его уверенные действия помогли стабилизировать Виолет, и она медленно начала приходить в себя.

— Сейчас всё будет нормально. Она держится. Просто отдых нужен. — спокойно сказал врач.

Дилан выдохнул, стиснув зубы, и отвёл врача к двери.— Скажи мне, что нужно. Всё, что ей нужно. — его голос был резким, властным.— Нужно наблюдение и покой. Ей также придётся принимать обезболивающие... я всьо подготовлю ти только оплатиш..— врач начал объяснять.— Хорошо — Но что случилось? Почему она в таком стане? — Не вмешивайся дальше

Врач кивнул, понимая, что больше вопросов не будет, и вышел, оставив за собой тишину.Дилан вернулся в номер. Виолет уже мирно спала, её грудь медленно поднималась и опускалась, волосы растрёпаны на подушке. Он тихо сел рядом, наблюдая за ней, дыхание постепенно выравнивалось.Он поднялся, достал аптечку, которую оставил врач, и аккуратно обработал свои раны — небольшие порезы на руках и плечах после вчерашней схватки.Затем Дилан принял душ, позволив горячей воде смыть остатки крови и напряжения. В душе он чувствовал себя как дома — привычная обстановка, личные вещи, спокойствие этого места давали ему чувство контроля.Он знал, что это его секретное место, здесь никто не появится без его ведома. Все вокруг было устроено так, чтобы он мог спокойно действовать и принимать решения, а сейчас это ощущение безопасности давало ему возможность подумать о следующем шаге и о том, как защитить Виолет.Ночь оставалась тёмной и тихой, только звук воды и дыхание Виолет нарушали полную тишину, пока Дилан обдумывал свои действия на ближайшие часы.

Дилан вышел из душа, обернулся в полотенце, аккуратно обработал руки и плечи после ран. Он тихо подошёл к кровати, где Виолет спала, её лицо было бледным, а дыхание — спокойным, но слегка прерывистым от вчерашнего шока и боли.

Он сел на край кровати, не спеша, стараясь не создавать лишнего движения. Его взгляд задержался на ней, оценивая каждый маленький вздох и движение. Несмотря на усталость, напряжение в теле не отпускало.

— Спокойно... всё хорошо... — тихо прошептал он сам себе, почти шепотом, чтобы не разбудить Виолет.

Аккуратно он лёг рядом, не касаясь её слишком сильно, лишь слегка, чтобы она не почувствовала опасности. Его тело было тёплым, мускулистым, дыхание равномерным, но внутренне он всё ещё держал напряжение, готовый мгновенно защитить её, если что-то случится.

Виолет не шевелилась, погружённая в сон, а Дилан почувствовал, как его собственные веки начинают тяжело закрываться. Он позволил телу постепенно расслабиться, обдумывая произошедшее, обстановку вокруг, и мысли о том, что они должны быть осторожны.

Постепенно тьма ночи, тихие звуки номера и спокойное дыхание Виолет начали усыплять и его. Он погрузился в сон медленно, осторожно, словно не желая тревожить даже малейшим движением ту, кого хотел защитить любой ценой.В комнате царила тишина, прерываемая лишь мягким шёпотом ветра за окном и равномерным дыханием двух человек, находящихся рядом, но всё ещё полных внутреннего напряжения.