Глава 94. Ферма

«Мы живём в мире, где прав тот, кто выжил».(Чарльз Буковски. Голливуд)

***

      Под подошвой плесень пропитана кровью. Воздух, что воняет затхлой водой, с примесью мочи, говна и крови. Неприятный запах - так Вольт говорил. Что ж, теперь они понимали, откуда этот неприятный запах, даже сочувствовали оборотням, что чувствовали всё в разы острее.

      Гарольд Принц скрещивает руки на груди и думает о том, что хочет на что-то облокотиться спиной, но сама мысль об этом вызывает отвращение, косой взгляд в сторону рядов заставляет нахмуриться. Тошноту с трудом удаётся подавить.

      Хочется сделать глубокий вдох, чтобы собраться, чтобы мозги вновь начали функционировать, чтобы просто дать себе возможность дышать, а не задыхаться от эмоций, но…

      «Это не поможет… »

      Гарольд закрывает глаза.

— Ты в порядке?

      Любимый голос раздаётся рядом, и пружина внутри чуть ослабевает.

— Да, Северус. Всё в норме. Я что-то такое и ожидал увидеть.

      Проход, что до этого был похож на естественную пещеру, медленно перешёл в отполированный камень, а после везде была отделка из металла. Длинный коридор и несколько дверей с замком штурвалом, что нужно было покрутить, приложив небольшое усилие.

      Что ж, дверь открылась, но Гарри думал о том, что лучше бы она была заперта какой-нибудь хитромудрой магией, а лучше гоблинской, чтобы они её не смогли открыть. Вот только полукровки гоблинов не владеют магией, а как-то должны попадать в эти комнаты, чтобы ухаживать за «скотом», или, как гоблины их называли: «Мешки с мясом», так что все двери были просты в открывании.

— Мы все ожидали. Но не твой друг.

      Гарри тут же переводит взгляд на потерянного Рона, что смотрит вперёд и выглядит так, словно сейчас станет таким же серым, что сольётся с окружением. Рыжие волосы вполне сойдут за ржавчину, что так же покрывала тут всё.

      Рон не выдерживает и начинает подбегать к телам, вырывая трубки и сдёргивая маски с лиц. Тут же из оборванных концов полилась жидкость на пол. А у тел перехватывает дыхание от неожиданности. Глаза, наполненные страхом и ужасом, твердеют, словно стекляшки, и тело не дышит, воздух для него словно отрава. Многие, которые чуть крепче, просто теряют сознание или безвольно смотрят вперёд, не реагируя на раздражитель.

— Рон, РОН! — кричит Гарри, а после вздыхает, слыша очередной сиплый звук тела на полке, и тихо произносит: — Прекрати.

      Рыжий вздрагивает и с бешенством поворачивается к нему.

— Они!

— Они не люди.

— Руки, ноги, ты посмотри на них! Это…

— Мешки с мясом, — резко произносит Гарольд, чуть повышая голос. — Посмотри на них. В их глазах нет разума, даже животные умнее. А это овощи… к тому же, вырывая трубки, ты просто губишь их.

— Почему… как? Как такое… — Рон растерян, он просто оседает на месте. — Как такое вообще допустили? Ферма… человеческая ферма. Мешки с мясом, чудовищно… это… как?

      Гарри осторожно подходит к другу, который беспомощно и непонимающе смотрел вперёд. Остальные молчали, стараясь не вмешиваться. Они так же шокированы увиденным, всё же не каждый день видишь тела, что стройными рядами сидят на месте, зафиксированные, чтобы не свалились, как куклы в магазине игрушек. Через маски по трубкам получающие, судя по всему, питательную смесь. Прохлада, чтобы уменьшить активность всё же живых кукол, и влажность, чтобы кожа была мягкая. Впрочем, возможно, температуру меняют в определённые часы. И тут уже относительно взрослые «мешки с мясом», телам на вскидку где-то по пятнадцать лет, хотя возраст трудно определить.

— Успокойся. Им не помочь.

      Рон пустым взглядом уставился на «мешок с мясом». А после моргнул.

— Почему поиск показал, что здесь Лаванда и дети? Зачем им… — он стал задыхаться. — Ты же не хочешь сказать, что их хотят превратить в ЭТО?!

— Рон. Рон! Успокойся, — Гарри пытается остановить друга, что резко вскочил, желая бежать вперёд. Один стеллаж упал. Тихие «пфф» и «мнн» с той стороны были всеми проигнорированы.

— Отпусти!!! — Рон пытался вырваться. — Я убью тех, кто к этому причастен, пусть только волосок с их головы упадёт, и я…

      Гарри всё же дал ему пощёчину.

— Успокоился? Ты мракоборец или кто? И не говори, что не видел ничего ужаснее раньше. Люди очень изобретательны, — ядовито произнёс Гарри, едва не переходя на парселтанг. Гарри вздохнул, смотря на друга, а тот уставился в пол и молчал.

      «Упрямый».

— Осмотрите тут всё, — строго приказал Гарри остальным. — Ищите… людей.

***

      Но было пусто.

— Так как работников мы заперли в доме, то тут кроме этих никого нет.

— Странно. Поиск точно показал, что Лаванда с детьми должна быть где-то поблизости. Это единственное… Рон. Дай свой браслет.

      Тот тут же подчинился. Но Гарри лишь разочарованно покачал головой. Камни показывают, что с людьми всё нормально, но найти их теперь невозможно. Похоже, что-то защищает их от такого простого поиска. Место с магической защитой - не то, что эта дыра.

— Их перевезли.

— Что? Когда? Мы же всё время были тут.

— Староста отлучался, это был единственный раз, когда мы его потеряли из виду. Скорее всего, он с кем-то связался, и пленников перепрятали.

— А доказательств, что они здесь вообще были, нет. Только косвенные улики, — Вольт протянул пару вещей Рону. Заколка для волос и платочек с вышивкой, к счастью, испачканный не в крови, а в грязи.

      Рон тут же их схватил. Но вдруг все оборотни напряглись. Остальные это тоже заметили, но по сигналу продолжили говорить, пока оборотни подкрадывались ко входу, из которого они пришли, за углом явно кто-то стоял, и спугнуть его никто не хотел.

— Есть странная комната с пентаграммой и алтарём. Язык внутри пентаграммы гоблинский. Понадобится время для перевода. По расположению я бы сказал, что это как раз под прорывом.

— Что там?

— Как в фильме ужасов с лабораторией. Части тела плавают в растворе. Ещё больше просто свалены в кучу рядом со столом. Но главное алтарь. На нём явно собирали Франкенштейна, и тела там уже нет.

— Также забрали вместе с пленниками? — Северус помассировал переносицу. — Может, и не гоблины это? А люди? Мечта идеального человека - давно у всех в голове. Что, если кто-то создавал себе сосуд?

— Нужно будет взглянуть на записи, вряд ли успели всё унести.

— Попался! — оскалился Вольт, держа пленника за локоть, чтобы не вырвался. Человек был в довольно поношенной одежде и на шпиона походил мало, скорее на бродягу, который из любопытства последовал за ними и попался.

      Когда Вольт, сжав волосы чужака, дёрнул голову наверх, тот с вызовом и бесстрашием уставился на них. Круглые очки и карие глаза не оставили сомнения кто это.

— Джеймс, — с неприязнью протянул Северус. — Какими судьбами? Ты в курсе, что уже мёртв? — он медленно оглядел бывшего недруга. — Хотя, судя по виду, вылез ты явно из могилы.

— Сне-ейп, — протянул визави и дёрнулся. Вольт не отпустил, держа крепко. Поттер старший чуть рыкнул и скривился от боли, но промолчал. — Прикажи своей шавке отпустить меня.

— И не подумаю.

      Старший Поттер дёрнулся ещё раз, но на этот раз Вольт надавил сильнее, заставляя человека встать на колени.

— А я-то думал: странно это, что олень тут рядом крутился, — сказал задумчиво Гарри, пытаясь понять опасность от неожиданного привета из прошлого. Самое удивительное что этот Олень признал Северуса с первого взгляда и тот тоже сразу догадался. Гарри с подозрением уставился на отца и на супруга, червячок ревности быстро поднял голову, но пока больше ничего не делал.

— Мальчик, — протянул Поттер. — Откуда ты знаешь про мою аниформу?

— Бродяга рассказывал, — пожал плечами Гарольд, понимая, что отец его банально не признал. Ничего удивительного, тот его ни разу и не видел.

— Ты знаешь Бродягу?

— Знал. Он погиб ещё в 1996 году. Итак, мистер Поттер, что вы тут забыли? — Взгляд потяжелел, но, сколько бы Гарольд ни думал, не мог понять, что тут забыл Джеймс Поттер. — Вы же должны поедать круассаны в Париже, а не ошиваться по злополучным местам в Англии.

***

      Джеймс хмуро посмотрел на молодого волшебника. Тот был слишком спокойным и слишком много знал о нём.

      «Кто он такой?»

      Встретившись со взглядом зелёных глаз, Джеймс почувствовал, как по спине пробегает стая мурашек. Взгляд молодого волшебника был слишком взрослым. Зелёные глаза смотрели пронзительно, как будто парень мог заглянуть ему в голову и прочитать мысли. Внутри что-то поджалось от страха. Поттер понял, что шутить и огрызаться сейчас не стоило.

— Я искал семью. Мою жену Лили и детей похитили больше пяти лет назад. Я долго искал, но не мог найти, даже с помощью аврората Парижа. Год назад я прибыл в Англию, надеясь попросить Дамблдора помочь мне, но узнал, что тот пропал, а после и вовсе объявлен мёртвым. Вернуться домой не смог. Англия начала закрывать все границы, а уезжающих проверяли слишком тщательно. Я официально мёртв, поэтому не мог привлекать внимание. Поиски семьи я не забросил, недавно собрал всё, что нужно для кровного поиска, и след привёл меня сюда.

— Где вы жили?

— У меня остались друзья тут. Уизли приютили меня.

      Гарри покосился на Рона.

— Я не знал, — тут же поднял руки вверх Рон. — Я же рассорился с семьёй. Я знал только о том, что Поттеры живы, но о том, что… — виновато отвёл глаза. Про живых Поттеров его семья знала, и теперь он чувствовал вину, что не сказал об этом Гарри. Он никогда не поднимал тему родителей, потому что не хотел врать, но сейчас он думал о том, что, возможно, стоило рассказать Гарри об обмане? Впрочем, раньше Рон считал Гарри пешкой, которая, дойдя до конца доски, будет убита, согласно стратегии отвлечёт внимание, дав остальным закончить игру и победить. Но всё же за годы совместных приключений и житья в одной комнате Рон привязался к нему и уже не считал героя пешкой. Разве что так и не набрался храбрости что-то исправить, а продолжал плыть по течению.

— Я понял, Рон. Я тоже знал, что они живы. Узнал летом перед пятым курсом.

— Поэтому ты так изменился? — начиная понимать причины изменений в друге, произнёс Рон.

— Сложно продолжать видеть мир, когда узнаёшь, что главная трагедия в твоей жизни - ложь. Невольно начинаешь замечать и остальной обман.

— Прости.

— Проехали. Это уже давно дела минувших дней, — Гарольд Принц встряхнул головой, а после задумался. — Меня интересует, зачем кому-то понадобились женщины с детьми? Это бессмысленно.

— Нужно провести полный поиск по крови, — предложил Северус.

— Тёмная магия, — скривился Джеймс, продолжая стоять на коленях, но взгляд был полный превосходства.

— А сам? — фыркнул Северус.

— Я для дела, я семью искал.

— А мы что хотим сделать? — не понял Гарри.

— Пф. Как будто для вас это будет исключением.

— Нет, — Гарри спокойно пожал плечами. — Не будет. Ритуалы для нас обычное дело, мы всё же маги, — он ехидно усмехнулся, — а не маглы с палочками.

— Оставь его, — неожиданно мягко произнёс Северус, подходя к супругу, и мягко провёл рукой по его плечу. — Он не стоит ни твоих нервов, ни злости. Просто игнорируй.

      Северус прекрасно понимал, что за ехидством Гарри спрятал боль и обиду на отца. Ведь призрак Дамблдора поведал о том, почему Поттеры отдали дитя ему в «пользование».

      Гарольд чуть расслабился, отпуская напряжение, и тут же прижался к Северусу, получая лёгкий поцелуй в висок.

      Джеймс скривился.

— Ведьму нормальную не мог найти, что ли? — непонятно к кому из двоих был задан этот вопрос. Никто и не уточнял. Джеймса просто проигнорировали.

— Пойдёмте посмотрим ту комнату с алтарём.

— И после отдых, — напомнил Северус. — Нам нужно всем отдохнуть. Утром озадачим министра с кровным поиском, точнее, с доставкой всех составляющих, скажем, что это нужно, чтобы отыскать причину начала этого ада.

— Настоящую причину всё же нужно найти. Восстанавливать завесу и привязывать её к новым семьям глупо, если мы не устраним угрозу.

— Половину отправим в Косой, пусть дальше изучают кровавый круг и ищут, куда накопленная энергия стекает. А мы будем искать женщин и детей.

— Хорошо, — согласился Гарри, полностью довольный таким планом. И да, пусть он и восстановился, но это как с энергетиком. Заряд дан, и первое время чувствуешь силу и лёгкость, а после тело деревенеет. Нужен был банальный сон, желательно в кольце рук любимого человека.

— Считаешь себя героем, Снейп? — насмешливо прокомментировал Джеймс Поттер, посмотрев исподлобья.

— Я просто делаю всё что могу, Поттер, — оглянулся назад Северус Принц. — А не сбегаю как трус.

— Ты ничего не знаешь, — зарычал Джеймс.

— Мне достаточно того, что ты и твоя жена сбежали в другую страну, бросив сына на растерзание.

— Это чудовище не мой сын.

      Гарольд чуть дёрнулся. Северус же убрал руку с его плеча и полностью повернулся к недругу, складывая руки на груди и приподнимая одну бровь.

— Спятил?

— Этот выродок, может, и носит имя моего рода, но он не мой ребёнок. Он зашипел в детстве, как змея.

      Дамблдор назвал причину, почему Гарри решили бросить, но как-то не упомянул, что Джеймс считал ребёнка чужим. Старый паук всё так же давал информацию частями. Даже не имея возможность солгать, он утаивал мелочи.

— Дурак ты, Поттер. Твой сын стал лордом Поттер, он не мог бы им стать, если не был твоим сыном. Если бы ты получше учил историю семьи, то знал бы, что парселтанг обычное явление как для Поттеров, так и для Блэков. Как и метаморфизм.

— Кстати, Рон. Джинни же тоже говорит на языке змей. Правда, дар слабенький, вот только пока она одержима была - могла говорить. А вот твои дети же благословенны. У них может этот дар появиться. Ты не пугайся, ладно, если что? Как этот.

— Ну да, бабушка же из Блэков была. Ты не думай, я своих детей люблю, так что, если появится дар, ну, так змейку куплю. Пусть болтают. Всё лучше жабы. Жабы - отстой.

— Что? — Поттер был таким потерянным, словно ему по голове мешком ударили. — Вы спятили? Это же тёмный дар. Это…

— Олень, — просто прокомментировал Гарри, пожимая плечами. — И этим всё сказано. Вольт, следи за ним. Мы скоро придём.

— Сдашь его? — поинтересовался Рон, когда они отошли.

— Думаешь, кому-то до него есть дело? — Фыркнул Гарри. — Его и не узнают. Будет с нами.

— Зачем?

— В случае чего им жертвовать не жалко.

— Ты не слишком жесток к нему? Он всё же…

— Бросил меня и даже не раскаивается, — жёстко произнёс Гарри, перебивая друга. А после вздохнул. — По правде говоря, не знаю, как реагировать. Обвинять? Оскорблять? Мстить? Или попытаться наладить отношения, выбив дурь из головы? Я правда не знаю. В большей степени мне плевать. У меня другая жизнь, я счастлив, мне не нужны Поттеры. Но в то же время я… не знаю, я всю жизнь мечтал о том, чтобы вернуть маму и папу, грезил об этом так долго, а после грёзы стали реальностью. Я увидел их, и был опустошён.

— Мне жаль. Я знаю, каково это быть брошенным своей семьёй.

— Перси тоже знает. Может, теперь вы найдёте общий язык? Он по тебе скучает.

— Перси?.. — Рон чуть запнулся. — Он жив?

— Я нашёл его у вас дома, когда приходил тогда, и вытащил.

— Пожар твоих рук дело?

— Нет. Но я дал упырю в руки факел и позволил делать, что он хочет. Ты, кстати, знал, что это один из твоих братьев?

— Что? Подожди, я всегда думал, что, ну, упырь, просто упырь.

— Откаты. Если бы Молли всё же провела ритуал тогда, то у вас на чердаке стало бы два «упыря».

— Я думал, что Перси просто сквибом станет, как дядя. — Рон помрачнел, закусил губу, а после всё же неуверенно спросил: — Я смогу с ним встретиться? Я правда должен перед ним извиниться. Тогда я вёл себя как свинья.

— Я передам ему, когда мы вернёмся домой.

— Спасибо.

***

      Конечно, утро было ещё хуже, чем ожидал Гарри. В целом он вполне тепло поздоровался с Хагридом, который прибыл из Заповедника Драконов как главный специалист по опасным тварям и самый лучший приручитель. То, что тварей бездны решили «приручить», совсем не удивляло. Люди всегда хотели иметь силу, что можно направить против врагов. Пять минут они общались. Гарри даже вмешиваться не собирался. Хотят? Ну и флаг им в руки. Для этого даже было решено брешь в замке Азкабан не заделывать, точнее, закрепить проход и сделать «дверку», чтобы можно было ограничить несанкционированный проход злобных порождений тьмы и отчаянья мёртвых.

— Ох, как вы все выросли, — причитал Хагрид, довольно улыбаясь. Жизнь в Румынии его сильно изменила, из увальня он стал вполне симпатичным великаном. А новая одежда, что подчёркивала тренированное тело - гора мышц, и подстриженная борода совсем изменили образ. Разве что Хагрид так и остался добрым и немного туповатым. Но последнее из-за генов великана - ничего не поделаешь. — Мой тоже подрастает. Уже бегает вовсю! Олимпия только так и ловит его.

— Рад, что ты нашёл своё счастье, Хагрид.

— А то! Правда, — он чуть замялся, — Офи иногда бубнит, что она, ну, достойна больше. Французы - они же утончённые, а я вот… простой. Но ничего. Я её поцелую и э-э-э… в спаленку. Успокаивается.

      Гарри покивал понимающе. Северуса он так же задабривал. А сам думал о том, что Франция очень хотела подобраться к Англии, а тут такой облом. Впрочем, вряд ли на союз полувеликанов ставили. Тут скорее просто использовали возможность, Хагрид всё же во многом помогал Дамблдору, поэтому мог по простодушию всё рассказать. Но, увы, его отправили в заповедник, а после и Дамблдор пропал, и как-то что-то вытянуть не было смысла. А Офи всё же женщина, и детей явно хотела. Так французы и от проблемы избавились, место директора освободили и вроде как добро сделали. Вполне хороший расклад, на взгляд Гарри. А то, что большая женщина считает, что ей «недодали», так это уже человеческая природа, помноженная на женскую сущность, дала знать. Всем всегда что-то не хватает.

      Он вот тоже считает, что мало. Мало Северуса. Очень. Никогда не насытится и не устанет от него.

— Рон вон тоже вырос, — продолжал Хагрид. — Правда, злющий такой. С Невиллом ругался. Тот хоть и министр, но ведь… ну, скромный. Зачем кричать? Ещё и фермы…

— Фермы? — похолодев, уточнил Гарри.

— Ага… я не очень понял, но Рон кричал. Мы как раз прибыли. Мистер Чанг нас встречал, в курс дела вводил, говорил, ну, каких-то Долиновцев дождаться… для консультации… вот! А тут Рон налетел на Невилла и даже ударил. Нехорошо с друзьями ссориться. Нехорошо.

— А что потом?

— Так все засобирались и пошли… от чужих ушей. Вот. Нам сказали тут ждать. Ждём.

— Чёрт! Прости, Хагрид, нам тоже пора.

— Ага.

— Приятно было увидеть тебя, Рубеус.

      Полувеликан аж вылупился.

— Ты это…  Вроде знаком. Но не узнал.

— Лорд Принц.

— Ло-о-орд? Принца я знал, да тот уже помер.

— Я его внук.

— Ясно. Видел, наверное, тебя ребёнком. Тоже вырос, — растянул губы в улыбке и прищурил глаза Хагрид. Впрочем, глаза всё же внимательно осматривали человека. Что-то знакомое ощущалось, но он никак не мог ухватиться за мысль. Гарри он с трудом признал, больше почувствовал, ну, знакомого, у Гарри всегда была аура приятная. Хагриду нравился мальчик. Но вот тот, кто был с ним… Хагрид опознал трёх оборотней. Малфоя младшего. С ним он не стал здороваться и вообще игнорировал, что было взаимно, а вот остальные - загадка. А этот Принц… наверное, действительно ребёнком видел, он же всех в Хогвартс от вокзала провожал раньше. Всех детей сложно запомнить.

      Северус кивнул, не став ничего пояснять, и поспешил за Гарри. Тот уже мысленно обращался к Ральфу. Тот единственный, кто ориентировался тут и, скорее всего, был рядом с королевой, а та точно должна была быть на собрании, что началось раньше запланированного времени из-за Рона Брауна, который явно молчать не стал и устроил разборки сразу как увидел министра. Пусть рыжий и стал сдержаннее, но он быстро от спокойного переходил в состояние берсерка, и его было уже не остановить.

      «Ох, так и знал, что нужно было раньше приходить, а в обед ещё встреча… это будет очень долгий день».

***

      Как и предсказывал Гарри, все собравшиеся уже вовсю слушали, как Рон выкладывал всё, что увидел на ферме, и требовал ответы. Половина была в шоке, а другая - думала, как выкрутиться и успокоить коллег. Во всём этом балагане Принцы прошли незамеченными, усаживаясь на свои места.

      Когда новость переварили все, как из рога изобилия посыпались всевозможные предложения решить проблему, часто совершенно нереальные или излишне кровожадные.

      Принцы помалкивали, не они хозяева этого государства, не им решать, к тому же это затрагивает ещё и остальные страны. В одной стране убить гоблинов было мало, нужно было полномасштабное уничтожение. Геноцид. А другие страны не спешили помогать. Франция была бы только за. Вейлы терпеть не могли гоблинов, а именно они уже составляли почти пятьдесят процентов населения Магической Франции.

      Полуптицы полулюди. Вейлы. Они были прекрасны, по крайней мере, они могли феромонами задурить любому человеку голову, в целом - неплохие существа, довольно способные, особенно в искусствах, вот только слишком уж они амбициозны. Гарри они напоминали тех самых наложниц в гареме какого-нибудь султана. Красивы, умеют лить мёд в уши и очаровывать одним взглядом, вот только имеют яд кобры, повышенный эгоизм и желание быть лучше других, быть главными, чтобы остальные в ногах валялись, даже тот самый император.

      В сущности, Гарольду не нужны были разборки за место под солнцем и лишние распри среди знати, поэтому Вейл никто в долину и не приглашал. Спасибо, у него и так мир состоит из одних аристократов, а те не очень привыкли быть на вторых ролях, и так все пытаются занять место получше, хорошо, что ещё без сильных войн и пока честно принимают поражение от другой стороны, воспринимая это как неудачный опыт, а не как смертельную обиду с желанием мести. Если бы Вейлы начали небольшую королевскую войну, выбрав себе «мужей» и используя их деньги, харизму и влияние, то Долина была бы уничтожена ещё в первые месяцы.

— Вмешаемся? — тихо уточнил Северус, ожидая, что Гарри опять взвалит на себя проблемы мира.

      Гарри дёрнул уголком губ.

— Мы маленькое, скромное и молодое государство, нас даже на карте нет. Куда уж нам лезть в политику этого мира?

      Лорд Принц хмыкнул и расслабился, удовлетворённый ответом.

— Действительно. Сейчас мы просто помогаем за определённую плату.

— И возможно, в будущем поможем… за плату… за очень большую плату.

— Не так уж и много мы берём за спасение мира, — расслабленно, чуть растягивая слова, и явно недовольно протянул Северус. Слишком долго он общался с Малфоями, чтобы не перенять их привычки и хомячность. Гарри сам был такой. Всё себе, всё полезное в дом. А Малфои… это Малфои - и этим всё сказано. Выгоду они очень любили, хотели и стремились к ней, и друзьям так же прививали эту любовь.

— В этот раз мы работаем на рекламу и по скидке для друзей.

— Напомни мне в следующий раз попросить Люца, чтобы он занялся пиаром. С тобой, дорогой, мы можем улететь в трубу.

— Кто ж спорит? Я простой герой, куда уж мне разбираться во всех этих… нюансах и выгодах?

— Сказал тот, кто стал мессиром целого мира фактически забесплатно. Твоя удача, супруг мой - феноменальна.

— Думаю, всё дело в моём обаянии, даже Богиня Удачи не устояла, — серьёзно задумался Гарри и кивнул пару раз, соглашаясь. Северус покосился на него и фыркнул.

      Гарольд Принц расплылся в лукавой улыбке и подмигнул. Оба захотели оказаться дома, подальше от проблем. А не тут, занимаясь благотворительностью пополам с политикой. Он ведь хотел держаться от этого подальше, но проблемы с Англией догнали.

      Гарри даже мысленно не оправдал себя словами: «ради блага других» - от этой фразы его тошнило. Он приехал в Англию ради себя. Чтобы потешить своё эго, чтобы не чувствовать себя лжецом, не выполнив обещание, и чтобы защитить себя, забрав последний маховик времени.

      Всё, что он делал, он делал только ради себя и ради тех, кто ему был дорог. Эгоистично? Да. Жестоко? Да, если это нужно было. Ужасно? Гарольд Принц, он - мессир Долины - мог совершить любые ужасные поступки, если это хоть как-то помогло бы ему и его целям. За свою жизнь он натворил многое. Он не обманывал себя и не оправдывал. Да, это были «детские ошибки», их все можно было красиво оправдать и даже назвать «подвигами», но он не обманывал себя очень давно.

      Его заботят только его люди. Его волнуют только их проблемы, и он сделает всё для благополучной жизни в своём мире.

      Остальные его не особо волнуют.

      Хотя есть и исключения. Он не сможет пройти мимо, если попросят помочь. Он не сможет отказать в помощи друзьям, и он не собирается нарушать обещания. Но всё же он не станет что-либо делать во вред своим интересам.

      «Чудовище» - так назвал его Джеймс Поттер. Гарри тогда дёрнулся, но не из-за того, что его это ранило. Он поразился тому, как чётко описал его человек, даже не знавший его. Да, Джеймс назвал его «чудовищем», но не потому, что это так, а потому, чтобы оправдать свои поступки. Чтобы доказать себе, что он сделал правильный выбор много лет назад, отдав ребёнка в руки Дамблдора и ясно представляя, что тот явно не будет счастливым, если вообще доживёт до совершеннолетия.      Прошло время, и напоминание о том, что ребёнок «заслужил» всё это, нужно было всё чаще. Почему? Да потому, что тот не был дураком. Не был. И видел всё. Понимал, улавливал и осознавал. Что в прошлом совершил огромную глупость, что уже не исправить, вот только признавать ошибки? Ха! Он никогда этого не делал, и не собирался. Поэтому проще было обвинять всех вокруг, убеждая себя, что «правильным» являешься лишь ты и твои решения.      Но Гарри так же считал себя «чудовищем». Чудовищем для всех, предателем для многих и «своим» для единиц. Которые были вовсе не «белыми и пушистыми», они были такими же, поэтому его приняли. Но он был сильнее, поэтому ему подчинились.

      Гарри откинулся на спинку стула, думая о том, как бы он поступил на месте Невилла?

      Да, он бы не допустил дополнительного договора с зелёными коротышками, но как быть с тем, что «еда» должна была бы так же поставляться? Как это нужно было остановить? Поднять скандал? А это бы допустили? Нет. Те, кто был в курсе ферм, ни за что бы не дали информации просочиться или тут же бы её опровергли, иначе такое дерьмо вонять начнёт до небес, стоит только людям узнать, и… начнутся бунты. Да и смотреть на правительство будут косо, постоянно припоминая об этом случае. Никто не хочет быть козлом отпущения. Никто не хочет отвечать за ошибки предков. Никто не хочет брать ответственность. Политика - это механизм, что работает со скрипом, и стоит только внести маленькое изменение, и нельзя будет угадать, во что это выльется. Будет ли лучше, или всё обернётся катастрофой. В политике всегда нужно балансировать между силой, деньгами и народом.

      Быть идеальным - невозможно. Всегда одна из сторон должна страдать.

— Мы не можем просто запретить гоблинам есть, — пожал плечами маг, что был главным в отделе «наблюдение и контроль численности магических рас». Он чем-то напоминал змею. Лощёный, с зализанными редкими волосиками, приторно сладкой змеиной улыбочкой. Глаза его были слишком узкие, чтобы рассмотреть цвет глаз. Человек был немного пугающим, по правде говоря, и его речи ничуть не помогали сосредоточиться на главном.

      «Умеет он убалтывать» - вяло подумал Гарри. Ему было, в целом, плевать, что решат правители данной страны. Вот честно - не его проблемы. К тому же, на геноцид убедить нужно не только Англию, но и другие страны. А убийство нелюдей - это инцидент. Инцидент, который может повториться. Гарри знал, что кентавров в Запретном лесу больше нет. Их всех истребили. Но это сделали тихо и бесшумно. Полулошади никому не были нужны, их и так редко видели. А вот гоблины - совсем другое дело. Тихо убить их не получится. Встаёт вопрос с экономикой. О банковской системе и хранении маги ничего не знали. Где, как и что? Может ли так случиться, что гоблины, например, хранят все деньги где-то ещё? Как разобраться, кому будут принадлежать запасы тех или иных филиалов? Вроде логично - всё добро в Английском банке гоблинов принадлежит Магической Англии, всё, что во Французском - Франции, и так далее. Вот только банк в Англии является центральным. Может ли быть так, что «свои» средства гоблины хранят здесь? Как их делить? И нужно ли делить? А это честно? Каждый всегда хочет урвать себе побольше. Так что в ход пойдёт всё: от угроз до «давайте по-честному», где честности нет и в помине.

      И это только вершина, самая очевидная - деньги всегда были причиной для споров. Для магов деньги - не главное. Они буквально могут создать всё что угодно из воздуха. Но вот ограниченность в знаниях, силе и пропаганде, что лилась многие годы, в том числе и привязанность к золоту, - приравнивало магическое общество к столь глупым вещам, как золото. Серебро, если на то пошло, магам нужнее и чаще требуется.

      А что выявится ещё? Какие скелеты скрывают гоблины? Сколько секретов они найдут под землёй? Кто это будет всё компенсировать? Кто и как будет делить плюшки и проблемы? Власть? Министерские тоже не лыком шиты, и не привыкли что-то отдавать, а от грязи будут отбрыкиваться всеми силами.

      Слишком много проблем поднимется с убийством целой расы, что держит экономику магического мира и имеет свои тайны, контракты, договорённости. Где гарантия, что среди магов не найдётся «самый умный» и не предупредит гоблинов? Где гарантия, что им не вонзят нож в спину союзники?

      Гоблины были проблемой. Были тем самым говном, которое никто не хотел трогать.

      Как было бы всё просто, если бы в прошлом к Слизерину прислушались и истребили этих чужаков из другого мира. Но людская жадность победила здравый смысл. Гоблины давали больше услуг, чем остальные, и брали дешевле. Поначалу. Когда же смогли уничтожить конкурентов, то цены, конечно, возросли. Бизнес. Маги стали зависимы от гоблинов. И теперь просто так убить их было невозможно. Наверное, единственный, кто действительно выигрывал в этих экономических играх, был род Хаффлпафф, что объединился с чужаками ради устранения Слизеринов. Они столько веков использовали друг друга, вот только, в конце концов, план Хельги был поломан Гарри Поттером. Теперь настала очередь гоблинов?

— Вы же едите мясо? — голос министерского мага со змеиной улыбочкой вывел Гарольда из дум. — Оно им тоже нужно. «Мешки с мясом» на тех фермах - не люди. Они лишь похожи на людей внешне. Мандрагора так же похожа на ребёнка, и она ужасно кричит, имеет эмоции, но мы режем её на кубики и варим из неё зелье. Многие магические растения и животные имеют зачатки разума. Что говорить, — он повернулся к королеве, — даже у маглов домашних животных приравнивают к людям. Насколько я знаю, даже наследниками своих состояний делают.

— Но те люди… — начал было Рон, стукая по столу.

— Они не люди, — так же приторно улыбаясь, перебил его министерский работник. — Они лишь внешне похожи на нас. Это обычный скот, такой же как и на других фермах.

      Гарольд мог бы поспорить, даже бы анализ ДНК предоставил. Но в одном министерские правы - «мясо», что уже взрослое, действительно «человеком» назвать нельзя. С детства сидеть в темноте, в полусонном состоянии - глупо называть такое человеком. А учитывая, что Гарри заметил в головах у тел штыри, мозги «мешков» были повреждены ещё в детстве.

      «Наверняка есть и более элитные фермы, гоблины хищники, и любят охоту. А даже с поддержкой министерства устраивать охоту на людей, которые официально граждане Англии и имеют друзей, что могут забить тревогу, часто не получится. То, что они видели, было какое-то массовое производство».

***

      Обсуждение длилось ещё пару часов и так ни к чему и не привело. Рон злился. Начальник мягко намекнул, что его понимают, но ещё один такой финт с требованием справедливости - и он может потерять работу.

— Да как они…

— Согласна, молодой человек, это ужасно, — произнёс мягкий певучий старческий голос.

— Ваше величество, — чуть склонил голову Гарольд. Северус, заметив дварфа, подошёл к нему, чтобы поговорить и не мешать диалогу Гарри и Елизаветы. Вторая цель приезда была ещё не решена, и сейчас мог решиться этот вопрос. Все долиновцы на это очень надеялись. Уехать домой они хотели всё сильнее с каждой минутой. Не говоря о том, что они буквально задыхались в этом мире. В Долине было больше чистого воздуха и магии, что обволакивала тело.

***

— Мессир, — тут же повторила жест старая леди. Её старый друг успел уже её просветить в различные нюансы долиновцев, что были разрешены для разглашения. Ральф, что стоял позади подруги, тоже кивнул и продолжил тихо стоять.

— Вы, наверное, были в шоке?

— Не больше, чем когда только стала общаться с магами более… тесно в их среде. Всё же многое от нас скрывали.

— Могу лишь сказать, что многие маги и сами не знают всей правды о мире. Изоляция - страшная вещь.

      Старая леди покивала, а после вздохнула.

— Увы, наше слово последнее, что они будут слушать, если вообще будут слушать. Нет власти - нет влияния, — плечи её поникли, — если честно, даже не знаю, что делать. Чувствую себя беспомощной старой клячей.

      Они шли по министерству бездумно. Просто вперёд. Ральф шёл впереди, не мешая мессиру и королеве разговаривать, но осторожно направлял их шествие. Рон Браун заметил это, но лишь нахмурился и следовал позади. Королеву он немного смущался, не зная, как правильно со столь высокой особой общаться. Он всегда считал себя немного неотёсанным для такого высокого общества - поэтому просто воспользовался профессиональной привычкой и занял место охраны.

      Гарри остановился посреди большого зала. Зал был действительно огромен и пуст. Пусть мимо и проходили люди, но долго не задерживались и всё больше двигались по краю.

      Трон магов возвышался на постаменте, куда вела лестница. Он был покрыт пылью, но всё так же внушал трепет. Магия игры света помогала из любой точки отчётливо видеть трон так, словно стоишь где-то в первых рядах. Впрочем, чуть отведёшь взгляд - и иллюзия пропадает. Видимо, специально сделано, чтобы все поданные могли видеть настроение монарха, и наверняка акустика настроена похоже.

      Компания подошла почти к самим ступенькам. Другие маги, хоть и косились на них, но не мешали и не останавливались.

— Дань традициям? — уточнила Елизавета.

— Нет, — улыбнулся Гарри. — Трон магов. Пусть его сила распространяется только на Британские острова, но если кто-то будет признан королём, то сама магия не позволит ослушаться его приказов. Королём магов был за всю историю только один человек - Салазар Слизерин - он первый, и он последний. Его наследник так и не сел на трон, а после потомкам не давали шанса занять это место.

— Нужна особая кровь? Я так поняла, на этом многое у вас, магов, завязано, да?

— Хм? Нет. Не только.

      Гарри покачал головой, а Ральф продолжил:

— Важна магическая сила и поддержка - шанс маленький, правда, меньше, чем для кровных родственников первого короля. Если сядет недостойный, то трон выпьет и силу, и жизнь. Останется лишь скелет, что так же просто рассыплется. Многие всерьёз считают, что трон лишь чья-то злая шутка или злой умысел с целью убийства сильных магов, — Ральф скривился, показывая своё отношение к тупости некоторых индивидов.

— Это опровергают и старые записи, и руны, — Гарри тыкнул пальцем в лестницу, на изгибе которой были исписаны руны, впрочем, как и на колоннах по кругу и на самом полу. Красивые затейливые узоры складывались в одно заклинание. — Даже понимая, что это всё не ложь, смельчаков, готовых рискнуть, не находится. Усадив свою попу на этот трон, встать ты сможешь лишь с короной на голове или умереть бесследно. Разрушить всё тут тоже нельзя. Защита стоит мощная. Сама магия охраняет. Пока на Британских островах будет хотя бы один маг - это место не разрушится.

— Жалко такое слышать. Я знаю, что род Великого Змея прерван.

— Не совсем. Есть лазейка, — Гарри подмигнул. — Салазар был в браке с мужчиной, и детей, как вы понимаете, они не могли иметь. Конечно, есть разные способы: от суррогатной матери до усыновления. Слизерин славился своей любовью подбирать сирот и потеряшек, давая им кров и еду. Если бы он выбрал кого-нибудь своим наследником, то ребёнок по крови стал бы Слизерином. Но магия такое могла не признать. Риск! Слизерины этого не любили и старались учесть очень многое. В том числе возможность того, что наследник будет не кровным.

— Вы же сами сказали, что усыновление, я так понимаю, магическое сделало бы…

— Многие просто несовместимы, и магическое усыновление, по сути, изменение тела ребёнка, это может быть фатальным для дитя. Но семья - это не только кровь. Сколько неродных становится ближе кровных родственников? Вот для этого и сделали лазейку.

— Какую? — Рон от нетерпения подался вперёд.

— Лорд Магии, а это значит более двадцати вассалов за спиной, имеющий в жилах хоть каплю крови королевского рода, может назначить короля Англии и прописать, что в будущем потомки этого «назначенного короля» так же бы имели право на престолонаследие. Мерлин, например, не был Слизерином, поэтому не смог посадить Артура Пендрагона на этот трон, и поэтому тот правил только среди простых людей, Мерлин же был негласным королём магов. К нему прислушивались, и поминают по сей день.

— Уже тогда мир был как бы поделён, — как-то грустно вздохнул Ральф. — Но так как оба всё же были супругами, Англией получается правила одна семья, хотя простые люди считали его просто любовником короля, так как была королева Гвиневра. Но после никто не получил такого авторитета, да и маги вскоре полностью отделились от простых людей, загнав себя в подполье, так сказать. Миры окончательно разделились. Даже правители. Хоть мы и потомки магов-рыцарей Круглого стола и поддерживали вашу семью, но…

— Я понимаю, Ральф. Прекрасно всё понимаю. Но… — королева нахмурилась. — Правильно ли я поняла другое: маг, что сядет на трон, сможет приказывать и простым людям?

— Именно, — кивнул Гарольд Принц. — И люди просто не смогут ослушаться. Конечно, убить короля будет возможно. Все мы смертны. А послушание не означает верность и невозможность строить козни за спиной, как и не исключает удар в спину. История Слизерина это доказала. Но да, власть король получит неограниченную.

— Это… пугает, — честно произнесла старая леди, а после посмотрела на друга. — Получается, что ваш мир на таком же моменте построен как… — она невольно скосила глаза на молодого волшебника. Мессир. Наверное, только сейчас она поняла, что вкладывал в это слово её друг.

— Связь сюзерен-вассал среди магов та же, просто… мягче, — пожал плечами Ральф, — никто нас своей воли не лишает. Сама знаешь, что если подчинённый что-то не хочет делать, то всё дело пойдёт через одно место. Уважение, верность и любовь народа нельзя наколдовать. А если заставлять людей насильно работать, то хорошего ничего не выйдет.

— Но всё же власть магического короля это… нечто.

— И достоин этого не каждый. Отсюда и рамки. Отсюда и то, почему в прошлом применяли столько сил, чтобы не дать наследнику сесть на трон. А после те и сами не спешили. Зачем, если никто не ждёт? Это потом маги поняли, что «нужно» и «лучше было бы», да только никто не спешил вытягивать их и спасать из болота. Сейчас, как видишь, тоже наследники не спешат сесть на трон.

— А такие есть? — очень удивился Рон, вылупившись на Ральфа и переведя взгляд на Гарри. Через секунду этот взгляд стал очень подозрительным. Гарри улыбнулся.

— Кто знает?

— Сделаю вид, что я идиот.

— Вам и стараться не нужно, — Рон чуть подпрыгнул от неожиданного голоса Снейпа позади.

— Профессор, нельзя же так подкрадываться.

— И это мракоборец? Лучший из лучших? — закатил глаза Северус.

      Рон пялился на него секунд десять.

— Я так и не понял, вы оскорбили или признали, что я лучший, а значит - похвалили?

— Не старайся, — сочувственно произнёс Гарри, положив руку на плечо другу. — Я сам не всегда понимаю, когда он хвалит, а когда ругает. А я его муж.

— Ага. И как тогда, ну…

— Если в конце будет «Поттер», значит - оскорбление.

— О, а мне как понять?

— Он сказал лучший. Значит, похвалил, но чуть недоволен, что ты не следишь за окружением. И чуть самодоволен, ведь ему удалось подкрасться незамеченным.

— О, спасибо за похвалу, — тут же поблагодарил Рон немного смущённо. Северус Принц закатил глаза, а после посмотрел в глаза своего супруга, тот даже не скрывал своего веселья. Вновь закатив глаза и вздохнув, Северус решил просто промолчать.

— У нас встреча в ресторане, не забыл?

— Извините, мы вас покинем, — Гарри поклонился королеве. Та тоже кивнула и уставилась на каменный трон. — Рон.

— Мне всё равно отчёт писать. Я потороплю кого нужно для ритуала поиска. Надеюсь, мы не опоздаем и с моими всё будет хорошо.

— Кто бы ни похитил твою семью, сейчас они должны затаиться, они поняли, что мы подошли слишком близко. Как будет всё готово, сразу пришли патронуса.

***

— Всё идёт по плану? — поинтересовался Северус скучающим голосом.

— Корректировки были, но в целом наживка съедена. Рон оказался догадливее, чем я предполагал.

— Сам говорил, что он умён.

— Раньше Рон редко мог понять намёки. Всё же титул лорда явно добавляет возможность читать между строк.

— Он что-то сказал?

— Нет. Ему лень. Он хочет быть мракоборцем. Быть защитником, героем, иметь дом, где можно поспать, вкусно поесть и чтоб рядом была любимая семья. Большего ему не надо. В наши дела он не полезет и не помешает. После увиденного, к министерству у него очень плохое отношение, оно и раньше было не ахти, но теперь... Нужно обязательно найти Лаванду, такого врага нам не нужно. Рон при желании может стать проблемой.

— Хм.

      Когда Принцы переместились, возле ресторана их уже ждал Драко Малфой.

Примечания:1) Nec87 (бета) в последние часы успел отбетить текст. Говорим ему СПАСИБО!!! Так как в ином случае выход главы был бы вновь отложен.2)Информирую: идея с человеческими фермами для гоблинов людоедов пришла ко мне в голову очень давно, но не так давно вышло офигенное аниме и манга "Обещанный Неверленд" - вот там эта тема раскрыта и показана во всех красках!!!!