Глава 2. Правила. Часть 2.

- Слушай, а зачем ты выбрал девушку для игры? Выбрал бы себе какого-нибудь бодибилдера и спортсмена, или спецназовца. Он бы тебе хоть помогал.- Во-первых, мы всегда чередуем жертв в наших играх. В прошлых играх были мужчины, в этих женщины, в следующих опять будут мужчины. А во-вторых, сила человека не играет для нас роли. Будь ты пятикратным чемпионом мира по боксу, ты всё равно не справишься с оборотнем.- Значит, у меня нет шансов выжить? - ещё минута и точно на него наброшусь.- Ну почему же, шансы есть. Иногда и люди тоже выживают. Но редко, нам живется довольно таки скучно, так что мы стараемся оторваться по полной. Тем более от азарта, в крови начинает бурлить адреналин, ощущения не забываемые, особенно когда жертву хорошенько запугать, - он плотоядно усмехнулся.

У меня от злости закружилась голова. Не думая о последствиях, я резко, ребром ладони левой руки ударила его в кадык, и испытала удовольствие, когда Арон схватился за горло, выпучив глаза, а потом стал кашлять. Он резко надавил на тормоз, и машина остановилась. Я с радость наблюдала за ним, когда он продолжил кашлять, держась уже обеими руками за горло.- Ну как? Получил выброс адреналина в кровь? - вызывающе спросила я. - Или как там называется гормон, который выбрасывается в кровь при боли?- Ах ты, тварь! - он набросился на меня и, схватив за горло, стал сжимать его. - У меня в кровь выбрасывается сейчас гормон ярости, и называться он норадреналин, отвечу на твой вопрос, раз ты такая любопытная. И в твоих же интересах, чтобы этого гормона было как можно меньше в моей крови.Руки сжимали горло всё сильнее, и я уже стала хрипеть. К прошлой боли добавилась и эта, было невыносимо больно. Но страха не было, только ненависть. Я вцепилась в его лицо ногтями, стараясь добраться до глаз. Он отклонился, чтобы я не могла достать его лицо и, продолжая сжимать моё горло, сказал:- Когда я рассказывал тебе про правила, я забыл упомянуть одну вещь. Любой охотник и любой защитник может в любой момент выйти из игры. Ещё раз такое проделаешь, я сам тебя убью. Ясно?Но я уже даже не могла кивнуть. Лёгкие разрывало от боли, и казалось, что всё внутри пылает огнём. Я провалилась в черноту.

Когда я пришла в себя мы опять двигались. Горло саднило, шея болела ужасно и хотелось пить.- Я хочу воды, - прохрипела я.- Потерпишь, - сквозь зубы произнёс Арон.- Я хочу пить, - упрямо повторила я. - И мне надо поесть!Хотя я сомневалась, что сейчас смогу что-то проглотить. Но дело было не в еде, а желании хоть как-то поддеть этого урода.- Если ты меня не покормишь, то я продолжу искать твои слабые места, - пообещала я. - Спорим, есть ещё два места, в которые я могу ударить, и ты опять испытаешь боль?- Я тебя предупредил, - ответил он. - Ещё раз такое выкинешь, проживёшь ровно две секунды.- Только не надо меня пугать! Я думаю, что если бы ты мог выйти из игры, то давно бы уже это сделал! Здесь дело в другом! Есть ещё что-то, чего ты мне не говоришь!- Я тебе всё рассказал, и мне ничего не мешает выйти из игры. Просто я сам этого не хочу, - а потом, подумав, он продолжил. - Просто тех, кто выходит из игры, считают трусами, и отношение в клане к ним меняется. Но поверь, я как-нибудь это переживу. И тем более, я не первый раз участвую в игре, поэтому у меня итак уже хорошая репутация, которой не повредит смерть такой жалкой особы как ты.- Очень интересно, - задумчиво сказала я. - И сколько же защищаемых тобой людей выжило? - я затаила дыхание, ожидая его ответа, и понимая, что сейчас получу ответ на самый главный вопрос: «Есть ли у меня шансы выжить?».- В роли защитника я участвую первый раз, раньше я был охотником, - он вызывающе усмехнулся мне. - И благодаря тебе, я понял, что лучше быть охотником, чем иметь дело с такими истеричками. Так что я уже подумываю о том, чтобы самому убить тебя.

У меня всё внутри похолодело от его усмешки, а интуиция подсказывала заткнуться и сидеть тихо, но та ненависть которую я сейчас испытывала к Арону, не давала мне молчать, поэтому я сказала:- Конечно, быть охотником проще. Шансы, что ты встретишь других охотников, как я понимаю, невелики. А защитник в любом случаи встретит шестерых противников. Скажи лучше сразу, что ты испугался. И, думаю, навряд ли тебя поймут, если ты сдашься на второй день игры. Может, как охотник ты и зарекомендовал себя хорошо, но как защитник ты сразу покажешь каков ты на самом деле. Дурное дело не хитрое - бегаешь себе и ищешь жертв, а вот чтобы защитить жертву - нужны мозги, которых у тебя нет!- Из нас двоих именно у тебя нет мозгов, - холодно сказал Арон. - Будь ты сама чуть поумнее, сидела бы сейчас тихо и молчала.- А я и не претендую на звание гения, мы уже, по-моему, выяснили, что у меня интеллект чуть выше обезьяньего, - съязвила я. - И кстати, хочу тебя сразу предупредить, если ты решишь трусливо сдаться и сам меня убьёшь, ты не получишь от этого ожидаемого удовольствия! Когда меня начинают пугать, я испытываю не страх, а злость.- Да что ты вообще за человек! - воскликнул он. - Я тебе слово, ты мне десять! Тебя вообще можно заткнуть?- Можно. Когда я ем и пью, я молчу!Арон стиснул зубы и ещё сильнее надавил педаль газа. Я отвернулась и стала смотреть в окно. Пить и есть на самом деле хотелось очень сильно. Увидев знак, что через два километра будет закусочная, я решила помолчать, и посмотреть остановиться он там или нет. Если нет, начну пилить его с новой силой, и плевать мне, чем это закончиться. В любом случаи шансы, что я выживу, мизерные. Лучше сразу умереть, чем с этим кретином бегать от охотников.