Глава 17

Проснувшись, я подумала о том, что кошмары с волками куда лучше реальности. Моей ужасающей реальности. Улыбаясь маме, утешая бедняжку Ханну, разговаривая с Итаном — каждую минуту следующих нескольких дней я убеждала себя, что справлюсь. Все мои близкие оставались в приятном неведении и даже не пытались помочь, чему я была рада, не нуждаясь в посторонней помощи. В понедельник утром мне даже стало казаться, что ничего не изменилось. Я помогла маме с завтраком, Лукас даже поблагодарил нас, после чего мы тихо-мирно поехали в школу. Но кое-что все-таки изменилось. Найджел Дэвис объявил Нейту войну, и пусть открытого заявления не было, я постоянно замечала холодные взгляды сына мэра в сторону моего друга. Мой друг. От одной только мысли об этой дружбе мне становилось легче. После приема я поняла, что должна узнать о нем по возможности больше, чтобы справиться со страхом, засевшим глубоко в моем сердце со времен того ужасного пикника в лесу. Именно поэтому я предложила Нейту встретиться в городе и поговорить за чашкой кофе. Конечно же, он догадывался о моих целях, но все равно пришел. — Я рад встретиться с тобой в любое время, — сказал он искренне, и я заставила себя сковано улыбнуться ему в ответ. После того, как я нашла своего плачущего брата на полу в гостиной, улыбки давались мне с огромным трудом. Плюс я мысленно уговаривала себя не нервничать и начать разговор, пока страх не заставит меня сбежать и замолчать навсегда. — Буду откровенной, — предупредила я. Брови Нейта поползли вверх, он заметил напряжение, которым было сковано мое тело, и побыстрее отправил официантку выполнять заказ. Когда девушка ушла, я могла не бояться, что нас подслушают. Вокруг стоял такой шум, что я отчетливо слышала только Нейта. Для встречи я выбрала просторное кафе в торговом центре, так что вокруг бегали счастливые дети и люди с огромными пакетами. Здесь всегда было людно, и я невольно попыталась обезопасить себя таким образом. — Так значит ты... оборотень. Нейт даже не дрогнул, продолжая внимательно смотреть на меня поверх круглого деревянного стола, отчего мне становилось еще больше не по себе. — Да, это правда. Я отчасти надеялась, что он начнет рассказывать сам, но этого не произошло. — Ты когда-нибудь убивал людей? — Этот вопрос интересовал меня больше всего, и я решила не медлить. — Нет. Никогда. Облегчение было таким сильным, что я еле удержалась на стуле. — А твоя сестра? Она тоже?.. — Да. — Лаконичность ответа навела меня на мысль, что ему больно говорить о сестре в таком русле. — И она тоже никогда не причиняла вреда людям. Его слова успокоили меня, пусть и его надменная сестра была мне глубоко неприятна. — Сколько тебе лет? — спросила я. Нейт улыбнулся. — Сто двадцать четыре, — ответил он, и я изумленно открыла рот. — Серьезно? — Нет, конечно. Мне девятнадцать. Я обижено нахмурилась, и в этот момент подошла официантка с подносом. Со слащавой улыбкой она поставила перед нами по чаше кофе и когда уходила невзначай задела плечо Нейта рукой. Он, казалось, даже не заметил этого, а у меня мозг закипел от внезапного раздражения. Нейт безмятежно сыпал сахар в кофе и мешал его ложкой, пока я думала, о чем бы еще спросить. — Как это происходит? — вырвалось у меня. — То есть, ты сам или?.. Нейт сделал глоток и со звоном поставил чашку на блюдце. И как это он умудрялся сохранять такой непринужденный вид? — Могу сам, но каждый месяц это происходит вынуждено. — В полнолуние, — догадалась я. — Да, именно. Как тогда в лесу. Я превращаюсь и теряю контроль. Именно поэтому мы забираемся глубоко в лес, чтобы не допустить встреч с людьми. Я молчала, переваривая полученную информацию. Перед внутренним взором мелькали образы той страшной ночи, и я ухватилась за ручки стула, чтобы не сбежать. В таком состоянии даже думать было тяжело, но одно воспоминание все-таки привлекло мое внимание. — Не можешь себя контролировать? Почему? Нейт сник на глазах, и я внимательно отслеживала его реакцию. Я чувствовала себя точно такой же подавленной, но хорошо понимала — без этого разговора речи быть не может о дальнейшей дружбе. А она была мне необходима. — Я превращаюсь в волка, и животные инстинкты берут верх над моей человечностью. Появляется жгучее желание убивать все, что движется. — Карие глаза внимательно всматривалась в мое лицо, улавливая малейшие перемены, но я, наверное, только побледнела. Та часть в которой Нейт хотел всех нас убить почему-то не пугала. Видимо я не могла представить себе Нейта отрывающим кому-то голову даже в худшем расположении духа. Мой Нейт всегда заботился о других. — Ты спас Итана той ночью, — вспомнила я и вопросительно вскинула брови. — Как это понимать? Ты контролируешь себя или нет? Лицо Нейта просияло, и он невольно подался вперед. — Это было нечто удивительное. — В его голосе слышался неподдельный восторг. — Такого со мной никогда не случалось. Впервые в жизни, я мог увидеть ситуацию своим человеческими глазами, узнать людей и даже заполучить контроль над собой на какое-то короткое время. Это потребовало всех моих сил. Я не могла разделить его восторг, так как еще толком не понимала сути его рассказа, но постаралась хотя бы не выглядеть тупой. — Ты просто хотел спасти жизнь Итану. — Нет, я просто хотел спасти жизнь тебе, — невозмутимо поправил Нейт, и я залилась краской под прицелом его карих глаз. От его слов мне стало неуютно. Разговоры о любви и чувствах всегда заставляли меня погружаться в молчание и ждать, когда опасность минует. Все потому, что у меня никогда не было серьезных отношений, я к ним не стремилась, ведь чаще всего мои чувства запутывались настолько, что легче было забыть о них, чем попытаться разобраться. Но чувства к Нейту вдруг обернулись одной большой проблемой. Я ушла от ответа, хватаясь за чашку с кофе и делая глоток. Нейт понимал все слишком хорошо, чтобы давить на меня вопросами и только улыбался. — Это все, что ты хотела узнать? Я задумалась. — Кроме вас в Реймонде еще есть оборотни? Нейт не ответил, и молчание показалось мне необычно долгим. — Мы договорились говорить друг другу правду, — напомнила я. — Когда? На самом деле мы ни о чем таком не договаривались, просто мне хотелось, чтобы он говорил правду. — Считай это одним из условий разговора. — Ты хотела поговорить. — И это мое условие, — настаивала я. — Так не честно. — Зато справедливо. Нейту ничего не оставалось, как отступить. — Да, есть и другие. Что-то холодное упало мне в желудок, и я судорожно сжала чашку в ладонях. — Много? — Нет. Не так много, чтобы ты могла об этом волноваться. Но его слова все равно меня не успокоили. Жить в городе населенном оборотнями не входило в мои планы и признание Нейта встревожило, если не напугало до смерти. — Джейн, тебе нечего бояться, — заверил Нейт, привлекая мое рассеянное внимание. — Я слежу за ситуацией в городе и не позволю кому-нибудь причинить вред тебе и твоим близким. Вот теперь мне стало легче, и я почувствовала себя в безопасности, насколько это вообще было возможно в этом сумасшедшем городе, как и всякий раз, оказываясь наедине с ним. Это чувство покоя лишний раз доказывало насколько я жалкая, когда речь заходит о нас. — Спасибо. — Я сделала еще глоток кофе. — Но как же другие люди? Простые горожане, с ними тоже все будет в порядке? — Да. Я обещаю. Я верила ему потому, что он никогда не нарушал свое слово. — Ты меня боишься. Это правильно, — вдруг сказал он. — Нет. Слишком проницательный взгляд Нейта заставил меня сказать правду. — Да, я боюсь. Разве это не вполне нормальная реакция здорового адекватного человека? Нейт скорбно улыбнулся, и мне пришлось бороться с желанием протянуть руку через стол и утешить его. — Ты права. Ситуация медленно выходила из-под контроля. — Ты не можешь меня в этом винить. Это нормально. Нейт отводил взгляд и мне это не понравилось. Если он хотел таким образом спрятать от меня свои чувства, то это стало неожиданно неприятным зрелищем. — Это ты должна меня винить. — В чем? Ты спас жизнь Итану. Спас меня. Потрясение мелькнуло в глазах Нейта, наполненных только сокрушенным беспокойством и это дало лишний повод считать, будто Нейт что-то от меня скрывает. — Ты знаешь? — спросил он. Я не удержалась от вздоха. — Как будто твои испуганные глаза могли что-то от меня скрыть, — устало ответила я. — Тогда на пробежке и в ночь маминой свадьбы кто-то следил за мной. Явно нечеловеческое рычание и разбитое окно в машине Итана. Не думаю, что в мире так уж много людей, способных с большого расстояния разбить окно книгой. Тут нужна большая сила. Ко всему прочему, ее взяли в моей спальне, а в дом Майка просто так не проберешься, у него каждая комната под отдельной сигнализацией. Так что да, я знаю. Нейт изумленно молчал. — Блестяще. — Он выглядел разочарованным. — Я не умею контролировать свои эмоции. — Нет, просто я очень умная, — самодовольно ответила я и Нейт откровенно рассмеялся. — Не льсти себе. — Это твое условие разговора? Глядя на его счастливую улыбку, я чувствовала, как в груди развязывается тугой узел напряжения и откинулась на спинку стула, допивая остатки кофе. — Возвращаясь к вопросу о книгах и разбитых окнах, — сказала я. — Ты скажешь мне, кто так усердно пытается меня запугать? — Никто. Я посмотрела на него с нажимом. — Слишком большое совпадение, тебе не кажется? — Не забивай голову ненужной ерундой. Пришлось сдаться, и я решила разобраться в этом чуть позже, когда не буду чувствовать себя такой счастливой. — Меня приятно удивляет, что ты не подумала на меня. — Даже мысли такой не возникало. Ты пацифист до мозга костей. Нейт выглядел очень довольным и жестом подозвал официантку, чтобы попросить чай. Справившись с нервностью, я захотела есть и заказала тарелку печенья и какао. Девушка ушла и в этот раз не касалась Нейта. — Значит, теперь моя очередь задавать вопросы, — неожиданно сказал он, сокрушая меня этими словами. — Что ты имеешь в виду? Такой поворот событий не входил в мои планы, и я поежилась. Нейт итак был одним из немногих, кто знал обо мне больше допустимого и если он хотел больше фактов придется его разочаровать. — В чем проблема? Если у тебя есть право устраивать мне допрос, я тоже могу задать тебе пару вопросов, — резонно заметил он. — Допрос это односторонний процесс. — Вот поэтому я не буду тебе его устраивать, и мы просто по-дружески побеседуем. Не переживай так, у тебя есть право не отвечать. Я оторвала руки от подлокотников и перенастроила себя на спокойствие. — Что тебя интересует? — Я мастерски вернула голосу былую уверенность и гордилась собой. — Откуда ты знала, что я оборотень? — Я не знала. Подошла официантка и выгрузила наш заказ с подноса на столик. Нейт поблагодарил ее улыбкой и отправил восвояси. Я схватилась за чашку с какао, как за свое последнее спасение, но требовательный взгляд Нейта все равно заставлял меня краснеть. — Не пытайся меня обмануть. Не получится. — Карие глаза игриво блеснули над ободком чашки. — Ты знала. — Не понимаю, о чем ты говоришь. — Лучший вариант прикинутся тупицей и пить свое какао. Глаза Нейта сузились, и это был по-настоящему угрожающий жест. — Хорошо. Да, я догадывалась, — сдалась я. — Откуда? В интернете начиталась статей о вампирах и оборотнях? За откровенное насмехательство, я бросила на него уничтожающий взгляд, но мое сердце в тот момент заболело. — Нет. Мне рассказала моя сестра. Улыбка на лице Нейта погасла. — Твоя сестра? Та, которая умерла? — Да. Эмма. — Мой голос дрожал, и едва удавалось сдерживать слезы. — Незадолго до своей смерти она пришла ко мне. Попросила не рассказывать маме, что я видела ее. Эмма выглядела намного старше своих лет, я даже не сразу ее узнала. Мне показалось, что она от кого-то бежала и решила в последний раз меня увидеть. Эмма отказалась говорить куда едет и лишь сказала, что ищет убийцу нашего отца. Тогда мне это казалось таким важным делом и ее горящие желанием мести глаза навсегда остались в моей памяти. Я ее поддержала и пообещала сохранить ее визит в секрете от мамы и Лукаса. Только сейчас я понимаю, как это было глупо. Она ведь была еще ребенком. Моя сестра была просто одержима. И я поддалась ее одержимости. Она сказала мне, что отца убил не человек, а монстр... волк. Сказала, что это волшебный волк и она непременно его найдет. А на случай если она не сумеет, Эмма заставила меня дать обещание, что я продолжу начатое ею дело и доведу его до конца. Через несколько месяцев ее нашли мертвой. Я выросла и попала в Реймонд, где живет парень, чьи глаза необъяснимым образом меняются, в лесу водятся огромные волки, и кто-то может разбить укрепленное стекло обычной книгой. Не удивительно, что я догадалась. Нейт молчал. Его глаза неотрывно следили за моим лицом, и мне казалось, этот взгляд видит все, что возрождала память в моей голове в тот момент. И это было больно. Вспоминать о сестре, о том вечере и ее скорой смерти вдруг стало ужасным испытанием, и я разозлилась на Нейта за то, что он заставил меня рассказать об этом. — Прости, — только и выговорил Нейт. Он был шокирован моей откровенностью не меньше меня самой. Мне казалось, что из меня выкачали весь воздух; все, что помогало мне жить, и я была опустошена. Однажды я приняла для себя решение, больше никогда не вспоминать об Эмме, ни вслух, ни мысленно, но в последнее время она напоминала о себе очень часто. — Надеюсь этого достаточно, чтобы ответить на твой вопрос? — спросила я злым голосом. Нейт все еще был поражен до глубины души, но это нисколько не уменьшило моего негодования. Как оказалось, растерзанная душа болит не меньше сломанной руки, и это заставило меня гневаться практически без причины. — Я надеюсь, ты понимаешь, то обещание, которое ты дала ей... оно не имеет смысла теперь? Меня вопрос Нейта словно оглушил, и я подумала, не умеет ли он читать мысли. Включая все свои актерские способности и мастерство лгать, я ответила: — Да, теперь уже ничего не имеет смысла. Нейт бросил на меня почти рентгеновский взгляд, в надежде, что мое поведение докажет ему, что я говорю правду и по всей видимости так и было. Внутри же меня все трепетало от страха. — Прости, — повторил Нейт совершенно искреннее, и тон его голоса заставил меня опомниться. — Забудь о том, что я рассказала. Это уже в прошлом. Нейт кивнул. По выражению его лица я поняла, что моя просьба станет для него невыполнимой задачей в ближайшее время. Я уже успела сотни раз пожалеть о своей откровенности. Всякий раз, когда я открывала кому-либо свою душу, последствиями были одни страдания. И этот раз не был исключением. — Как Итан все воспринял? — спросил Нейт, когда я начала жевать печенье. Мой рассказ об Эмме растаял в воздухе. — Он переживет. Ему просто необходимо время, — заверила я Нейта. — Он волнуется за безопасность людей, только и всего. — Рад, что мы все обговорили, — сказал Нейт, и я не услышала фальши его голосе. Я только улыбнулась. — Что ты намерен делать с Дэвисом? Он зол на тебя и я боюсь, без ссоры не обойдется, — встревожено заметила я, когда мы уже выходили из торгового центра. — Не знаю. Найджел не представляет для меня никакой угрозы, так что думаю, просто не буду обращать на него внимание. — Не обращать внимание на Дэвиса? Тебе потребуется железное терпение, — предупредила я. Нейт открыл передо мной дверцу «фольксвагена» и одарил теплой улыбкой. — Не волнуйся. Ничего из того, что произошло на приеме, больше не повторится. — И это меня очень радует. Нейт вдруг нахмурился, глядя на меня сверху вниз. Он так и застыл, сжимая побелевшими пальцами край дверцы. — Тебе жаль Дэвиса? — Нет! Я боюсь только за тебя. Похоже, мои слова очень его порадовали и всю дорогу к дому Майка Нейт счастливо улыбался. В тот же вечер мама сошла с ума. Ей вдруг безумно захотелось провести время со своими детьми, и она повезла нас с Лукасом в кинотеатр. — Мы проведем отличный вечер, ребята! — воодушевленно говорила она по пути. — В следующий раз возьмем Майка с собой. Я только снисходительно улыбнулась брату и ощутила смутную радость от того, что клиника так вовремя отобрала у нас драгоценного отчима. Уже на середине фильма я почувствовала себя плохо. Жутко разболелась голова, и таблетки из маминой сумочки не помогли. Эллен выглядела расстроенной, но я заявила, что не хочу портить вечер, и останусь в кинотеатре. — Нет! — запротестовала мама. — Я не могу издеваться над тобой. Я почувствовала, как сильнее закружилась голова, но мысль о том, что нам и правда было весело этим вечером, не покидала меня. Совершенно не хотелось портить все лишь потому, что я почувствовала себя плохо. К тому же Лукас впервые после приема у Дэвисов выглядел не таким мрачным, и я не имела права портить ему счастливый вечер с матерью. — Я могу поехать домой одна, — предложила я. — Майк заберет вас после работы. Мама смотрела на меня озабочено. — Но как же ты сама справишься? Ты хочешь сесть за руль в таком состоянии? — Не волнуйся за меня. Мои слова, похоже, не убедили маму, но она видела, каким счастливым был Лукас. — Мы не можем все испортить, мама, — прошептала я, чтобы брат не услышал. — Только не сейчас. Эллен хорошо понимала, что я имею в виду, и глаза ее заблестели от тревоги за нас обоих. Я постаралась выглядеть лучше, пусть и в ушах звенело от головной боли. Даже улыбнулась матери, когда она достала телефон чтобы посоветоваться с Майком. Лукас все это время смотрел на меня странным взглядом, и я села рядом с ним. — Ты ведь понимаешь, каких трудов мне это стоит? — спросила я, не сомневаясь в том, что Лукас все хорошо понимает. Брат улыбнулся. — Постарайся ничего не испортить. — Постараюсь постараться. В этот момент вернулась мама все с тем же обеспокоенным выражением лица. — Майк согласился забрать нас, но его, как и меня, не радует перспектива посадить тебя за руль в таком состоянии, — пожаловалась она, убирая телефон в сумку. Я закатила глаза и забрала у нее ключи от машины. — Мама, я справлюсь, не волнуйся. Все будет хорошо. Пока, Лукас. Повеселитесь. Я чувствовала озабоченный взгляд матери и как только двери кинотеатра сомкнулись за моей спиной, облегченно вздохнула. Голова все еще болела и я собрала все силы, чтобы не уснуть прежде, чем завести двигатель. Загорелись фары, и я аккуратно вывела машину с парковки. К моему ужасу дождь, ливший весь день, только усилился, и даже в свете фонарей практически ничего нельзя было разглядеть. Я силилась не просмотреть нужный поворот, сосредоточенная на дороге. Уже через пять минут я замерзла и включила печку в попытках хоть немного согреться. Машина вздрогнула, и я резко остановилась. Руки задрожали, ведь мне показалось, что я кого-то переехала. В недоумении, умоляя себя не нервничать, я вышла из машины под дождь, на ходу набрасывая на голову капюшон. Холодный ветер моментально хлестнул меня по лицу пригоршней мокрого снега. Я обошла машину дважды, но ничего не обнаружила. Надрывный крик вырвался из моего горла. Все что я успела сделать, лишь выставить вперед руки для смягчения удара. Резкий хруст засвидетельствовал перелом в какой-то части моего замерзшего тела. В ушах зазвенело сильнее, чем раньше. Мне казалось, что я проваливаюсь в глубокий колодец, а вокруг хлещет ледяная вода. И через секунду все померкло.

* * *

— Джейн! Джейн, открой глаза! Знакомый испуганный голос вернул меня к реальности. Ужасная тошнотворная боль по всему телу не давала возможности нормально дышать. В голову словно свинца расплавленного налили и я не чувствовала ни рук ни ног. Изнутри все тело сотрясала жуткая дрожь, я немало времени пролежала на дороге под холодным дождем. Чьи-то руки убрали с моего лица мокрые волосы, и я с трудом открыла глаза. — Я умерла? — пробормотала я в надежде, что так оно и было. Нейт улыбнулся стоя на коленях возле меня. Капли дождя бежали по его бледному испуганному лицу. Он наклонился, чтобы поднять меня на руки. — Думаю, нет, — ответил он. — Даже не надейся. Я попыталась обнадеживающе улыбнуться, но в голове взорвалась боль, эффектом напоминающая взрыв гранаты, и я застонала от мучений. — Я отвезу тебя в больницу. — Нет, — ответила я, с трудом выговаривая слова. — Мама убьет меня. — Ты ни в чем не виновата. Я нахмурилась. Нейт не знает мою мать. — Отвези меня домой. Не говори никому. Нейт раздумывал меньше секунды. Видимо, понимал, какие неприятности мне обеспечены, если родители узнают о том, что произошло. Он бережно уложил меня на заднее сидение маминого «опеля», а сам сел за руль. — Нейт, — позвала я, ощущая, как проваливаюсь в пустоту. — Да. — Почему ты всегда там, где есть опасность? Судя по звуку, Нейт улыбнулся. — Ты не права. Я всегда там, где тебе нужна помощь. Я почувствовала, как задрожало сидение подо мной, а уже в следующую секунду очнулась на диване в гостиной нашего дома. Разуметься мы прибыли первыми, в доме запала пугающая тишина, и только Нейт возился с аптечкой на кухне. Когда я позвала он пришел. На бледном лице сосредоточенное выражение, глаза блестят. Он помог мне сесть и встал передо мной на колени, чтобы наши лица были на одном уровне. Я поморщилась от внезапной резкой боли в виске и только потом поняла, что Нейт промывает рану, которой я не заметила. Его встревоженные глаза оказались в нескольких дюймах от моего лица, и если бы не мое ужасное положение, я бы смутилась. — Как это романтично, — сварливо проворчала я. Полных десять секунд мы смотрели друг другу в глаза. Я протестовала против няньки, в которую превратился Нейт, а он видимо пытался растопить мой гнев щенячьим взглядом. Как бы там ни было, в этот самый момент к дому подъехала машина. — Твои родители? — спросил Нейт. — Скорее всего. Бежать было некуда, поэтому я попросила Нейта остаться. Как я и ожидала, первым в дом вошел Лукас и его глаза расширились, когда он увидел Нейта. Я выглянула из-за спинки дивана и улыбнулась брату. — Твоей сестре понадобилась срочная медицинская помощь, — оправдалась я и с лица Лукаса мгновенно слетела маска раздражения. — Что случилось? — спросил он, обходя диван и бесцеремонно усаживаясь на кофейный столик, чтобы быть ближе ко мне. Его пальцы потянулись к моему разбитому виску, но он вовремя отдернул руку, чтобы не сделать мне еще больнее. — Я упала в обморок. Да, я знаю, глупо, но так бывает. Нейт, к счастью, оказался рядом. — Я кивнула на Сноу, и он мягко улыбнулся нам с братом. Во взгляде Лукаса все еще сквозило подозрение. — Маме это не понравится, — предупредил он. Я тяжело вздохнула и взглянула на брата. — Не сомневаюсь. Как раз в этот момент в дом вошла Эллен и, судя по веселому тону ее голоса, она пребывала в отличном настроении. По крайней мере, так было, пока она не вошла в гостиную. — Что произошло? — спросила она, и в голосе ее прозвучало больше железа, чем я опасалась. — Прости, мама. Мне не стоило уезжать из кинотеатра без вас. Дело в том, что мне стало плохо, и Нейт помог мне приехать домой, — сообщила я, пытаясь, чтобы мой голос звучал безобидно. Эллен бросила сумку в кресло, и ее взгляд упал на аптечку, которую Нейт все еще держал в руках. — Ты ведь понимаешь, как это все выглядит, и я искренне надеюсь, что ты говоришь мне правду, Джейн, — сказала она недружелюбно. Я опустила взгляд на свои колени. — Понимаю. И я говорю правду. — Это так, миссис Томас, — отозвался Нейт, и я порадовалась тому, как уверенно и спокойно он держался, даром, что мама пронзила его ядовитым взглядом. — Джейн на самом деле почувствовала себя плохо, и я не придумал ничего лучше, чем отвезти ее домой. Целую минуту мама смотрела на Нейта острым взглядом, и мне казалось сейчас она броситься на него и разорвет в клочья, но она лишь сухо улыбнулась и забрала у него коробку с медикаментами. — Спасибо вам, — сказала она. — Я о ней позабочусь. Нейт выглядел чуточку изумленным, и я не могла его в этом винить. Если бы у меня было больше сил, я бы и сама была в шоке. Эллен никогда так жестоко не обходилась с моими друзьям, даже с парнем, у которого в носу была серьга, и я не могла понять, что такого отвратительного она увидела в вежливом Нейте. Неожиданно я поняла, что значили испуганные глаза Нейта в тот момент. Кто-то напал на меня, и он ужасно боялся оставить меня сейчас одну и вероятнее всего ночь проведет за охраной нашего дома. Звуки бури снаружи испугали меня, и я взмолилась к маме: — Пусть Нейт останется. Так мне будет спокойно. На улице ужасная погода и мне не хочется, чтобы с ним что-то случилось по дороге домой. Мама смотрела на меня как на сумасшедшую, но я постаралась ответить ей как можно многозначительнее. — Пожалуйста. Эллен сдалась. Сегодня был, наверное, вечер чудес так быстро мама решалась на то, чего раньше никогда бы не разрешила и не поняла. — Я помогу Джейн подняться к себе, — предложил Нейт незамедлительно и поднял меня на руки. Эллен все еще смотрела на нас пристальным взглядом, и я поняла, что завтра меня ждет серьезный разговор. Оказавшись за закрытыми дверьми спальни, я почувствовала себя лучше. — Спасибо тебе, — сказала я Нейту, оказавшись в постели. Теплое одеяло заставляло мои глаза закрываться. — Я не могу оставить тебя сейчас, — ответил он, выглядывая в окно. Разряд молнии осветил его лицо с застывшим на нем напряженным выражением. — Ты видел того, кто напал на меня? — спросила я, когда Нейт придвинул к кровати кресло и сел. — Нет. Шел дождь, и я увидел тебя, когда ты уже лежала на земле. Я нахмурилась. — Ты продолжаешь за мной следить? — Прости. Это было необходимо. Неприятно было осознавать, что за каждым моим шагом кто-то наблюдает, но страх в глазах Нейта заставил меня забыть об обидах и раздражении. Если он считал нужным оберегать меня от неизвестной опасности я должна быть благодарна. — Спасибо, — ответила я тихо. Оказалось, быть благодарной куда сложнее, чем винить его во всех смертных грехах. Нейт мягко улыбнулся, и вид его беспечной улыбки оживил меня. Нейт поправил одеяло, которым я была укрыта до самого носа и снова улыбнулся. — Тебе нужно поспать. Сейчас это самое лучшее лекарство, — сказал он заботливо. Я тоже считала, что лучшей политикой будет именно сон, но вопрос засевший в голове с того времени, как я очнулась, не давал мне покоя. — Как думаешь, это мог быть Дэвис? — спросила я сонным голосом. — Нет, сомневаюсь. Раздался очередной раскат грома, и я почувствовала внутреннюю дрожь, словно отголосок прошлого. Перспектива не знать, кто пытается тебя убить была пугающей до ужаса. — Тогда кто? Неужели есть человек, так сильно меня ненавидящий, что готов убить? — сокрушалась я. — Неужели Эмбер? Нейт покачал головой. — Это не она. И вообще, не думай об этом. Все что произошло сегодня исключительно мои проблемы, — ответил Нейт. Я удивленно заморгала сквозь сон. — С каких это пор человек пытающийся убить меня стал твоей проблемой? — С тех самых как... Нейт смущенно молчал, и меня это только встревожило. — Договаривай. По глазам Нейта я поняла, что он борется с собой и своими мыслями. Наблюдать за тем, как меняется выражение его лица, было больше, чем пугающе. — Нейт. — Это мои проблемы с тех пор, как я впервые тебя поцеловал, — выпалил он на одном дыхании. Мне показалось, кто-то с силой ударил меня в живот. Снова эта тема, снова чувства. Я закрыла глаза, изображая усталость, и решила, что самое время заснуть. — Я и правда устала. Поговорим завтра, — предложила я. Нейт не возражал, но я все равно заметила, как заблестели от боли его карие глаза. Мне и самой вдруг стало больно, но не успела я разобраться в собственных чувствах, как в дверь тихо постучали. — Я буду спать, — сказала я и повернулась на другой бок, зарываясь лицом в одеяло. Нейт открыл дверь и в комнату кто-то вошел. — Как она? — спросил Лукас встревожено. — Уже лучше. Уснула, — спокойно ответил Нейт. Я чувствовала, как проваливаюсь в сон, но мне вдруг стало жутко интересно, и пришлось ухватиться за реальность из последних сил. Я не сомневалась, что брат не поверил в историю «обомлела-упала». Некоторое время оба молчали. — Ты ведь понимаешь, что ты и она... это странно, что вы вместе, — выговорил Лукас, поражая меня своей мужественностью. Я не могла видеть его лица, но голос звучал больше, чем резко. Нейт медлил с ответом, и я почти слышала, как мысли со свистом носятся в его голове. Повеяло разочарованием. — Мы не вместе, Лукас, — ответил он, не теряя свое мнимое спокойствие. Я могла поклясться, что в тот момент он готов был выгнать Лукаса из комнаты, чтобы остаться наедине со своим отчаянием. — Да, но я все вижу и возможно в скором времени так и будет, — продолжал Лукас упрямо. — Я не думаю, что Джейн... Лукас вдруг перебил Нейта. — Она моя сестра, и я люблю ее, — быстро сказал он, видимо опасаясь, что его слова прозвучат слишком сентиментально. — И если ты причинишь ей боль, я сделаю все, чтобы ты об этом пожалел. Нейт снова молчал. Я понимала, что он сейчас чувствовал, когда Лукас затронул именно ту тему, которой он так боялся, и я опасалась его ответа. — Я никогда сам не сделаю ей больно и никому не позволю, — сказал он спустя минуту и голос его прозвучал убедительно и подавлено одновременно. — Хорошо, — ответил Лукас. — Это все, что я хотел узнать. Скрипнула дверь. Лукас отчего-то застыл на пороге, и уже через секунду я услышала его голос снова. — Знаешь, моя сестра из тех, кто может навредить сам себе, — заметил он не без причин. Я еле заметно улыбнулась. — Позаботься, чтобы этого не произошло. — Я обещаю, Лукас, — ответил Нейт, и дверь закрылась.