12. Несвойственный поступок.

В колледже ничего не происходило. На первый взгляд. Но если говорить о том, что ничего не изменилось, то это будет ложью. В первые дни появления в учебном заведении симпатичного новенького стоял гул. Многие учащиеся пытались завести с Тео дружбу, кто-то даже подкатывал, но все эти действия резко пресеклись, когда на занятии Владислава Владимировича он продемонстрировал всему классу свои способности владения оружием, в частности обычными мечами, холодным оружием, и булавой. У парня было свое собственное гибридное оружие, которое выглядело как что-то сомнительное, но рабочее: топор массивных размеров с шипастым кончиком головки булавы, которое находилось на второй половинке самого лезвия топора. Спортивному педагогу новенький очень приглянулся, поэтому он всячески подталкивал молчуна на светские беседы, по итогу одной из таких стало известно, что Теодор еще и умеет стрелять. Далеко не из лука.. Изначальная информация Любавы оказалась наполовину правдой — действительно, новенький является очень далеким и размытым внуком богини Костромы, только вот вырос он в забытой всеми глуши, в лесу, в деревеньке. Семейство Купала с давних специализируется на охоте за темными мистическими существами, выходцы этого рода являются авторами многой литературы, как сказочной, так и научной. Одну из таких книг написал прадед Тео, но парень не рассказывал это напрямую, оставаясь скрытным. Маша, которая фанатеет по сказочной литературе, сразу узнала знакомую фамилию и принялась искать информацию. Главной целью всех потомков Купала является Алконост — волшебная птица по подобию Сирина, те часто изображаются вместе, но в отличии от предыдущего злодея, Алконост злодеем как таковым не является. Поэтому для всех последователей Костромы важнейшей задачей до сих пор остаётся поимка этой дивной пернатой живности, которая саму богиню и погубила. Об истории их народа повествовала книга прадедушки Тео. "В те времена, когда мир был юн, а боги ходили по земле, у светлого бога Сварога и ласковой богини Лады родились двое детей — близнецы.. Мальчика нарекли Купалой, а девочку — Костромой. Однажды, когда дети играли на берегу реки, на краю света, налетела злая птица Сирин, вестница скорби. Она затуманила разум нянек усыпляющей песней, схватила младенца Купалу своими цепкими когтями и унесла в тёмные, неведомые земли, за тридевять земель. Кострома осталась одна. И росла она в тереме высоком, под присмотром любящих родителей, но сердце её тосковало по неведомой половине. Стала она дивной красой — стройной, как тростник, с глазами, как две глубокие озёрные воды, и косой, словно пшеничная нива. Но была в её красоте печаль, которую не мог развеять даже смех. Купала же рос в далёкой стороне, не зная своего рода-племени. Взмог он добрым молодцем, сильным, как молодой дуб, и светлым, как полуденное солнце. Судьба-пряха вела его нить обратно, к сестре, о которой он и не помнил. В канун самого длинного дня в году, когда солнце замедляет свой бег, чтобы вдохнуть полной грудью, пошла Кострома с подругами на реку. Сплела она венок из цветов луговых и белых кувшинок, подошла к обрыву и сказала: — Пусть ветер проверит мою судьбу. Если сорвёт венок и понесёт по воде — быть мне замужем. Если останется на голове — ещё год в девичьей светлице вековать. Тут подул ветер, подхватил венок и понёс его по быстрой воде. Обрадовалась Кострома, а подруги запели свадебную песню. В это самое время плыл по реке в челне Купала. Увидел он дивный венок, плывущий, словно сама судьба. Простер он руку, поднял его и поднял глаза на берег. И увидел он девушку невиданной красоты. А она взглянула на него — и сердце её ёкнуло, забилось, как птица в клетке. Любовь, стрелой пущенная из лука Лады, пронзила их сердца разом. Не было у них ни сомнений, ни вопросов. Судьба, жестокая и слепая, свела их вместе, скрыв правду за завесой страсти. — Чей венок? — спросил Купала, и голос его прозвучал для Костромы как самая сладкая музыка. — Мой, — прошептала она. И без лишних слов, по древнему обычаю, сыграли они свадьбу. Пели песни, водили хороводы вокруг берёз, прыгали через очищающий огонь, держась за руки. Казалось, сама природа ликует их союзу. Боги благословляли их, не ведая о страшной ошибке. Но когда смолкли песни и гости разошлись, молодые остались одни. И тут боги, что на небесах пировали, вдруг поняли ужасную правду. Разразилась гроза, молнии рассекли небо, и громовой голос Перуна возвестил: — О, горе вам, дети божьи! Вы, брат и сестра, совершили великий грех, нарушив закон рода! Услышали это Купала и Кострома и остолбенели от ужаса. Любовь их в миг обратилась в пепел и стыд. Не в силах вынести тяжести случившегося, не в силах жить с этим позором, посмотрели они друг на друга в последний раз. — Не бывать тому! — вскричал Купала, и глаза его наполнились огненной слезой. Он отшатнулся от Костромы и бросился прочь, в темноту ночи. Добежал он до крутого берега и ринулся в тёмные воды той самой реки, что принесла ему его погибель.Увидела это Кострома. Крик её застрял в горле. Не думая более ни о чём, кроме как разделить его участь, она подбежала к костру, что ещё тлел после весёлой свадьбы, и шагнула в его жаркое пекло. Но боги, хоть и суровы, милостивы. Не могли они допустить, чтобы души таких чистых и любящих сердец канули в небытие. Сжалились над ними Сварог и Лада. Там, где упал на воду Купала, вырос на берегу цветок с ярко-жёлтыми, солнечными лепестками — огонь-цвет. А на том месте, где сгорела Кострома, расцвел рядом с ним цветок с нежными сиренево-фиолетовыми лепестками — травой-муравой. И ветер сплёл их стебли воедино, и больше никто не мог их разлучить. Так родился цветок Иван-да-Марья — вечное напоминание о всепобеждающей любви, страшной ошибке и милосердии богов. Жёлтый цветок (Иван) — это дух Купалы, горящий, как солнце. Синий (Марья) — это душа Костромы, трепетная, как вода. Они тянутся друг к другу, неразлучны в жизни и в смерти, символ того, что даже самая горькая разлука не вечна, и что любовь способна возродиться в новой, прекрасной форме, чтобы цвести из года в год, омытая летним дождём и согретая купальским солнцем." Эту историю многие слышали ещё в детстве, а сказочные и вовсе проходят в школе. Однако, у Маши и других девочек оставались вопросы о том, как образовался народ их нового друга. Поэтому, девочки поспешили к Тео, чтобы хорошенько расспросить. Они застали парня за затачиванием своего топора. Снежка подметила то, как мастерски он это делает. Алёнка впорхнула в комнату и заглянула ему через плечо. — Ой, Тео, а что это ты такое делаешь? — Рыжая с интересом наблюдала за процессом. Купала нахмурился. — И тебе не хворать. — Тонко подметив, что с ним никто не поздоровался, ведь девочки просто зашли без стука, увидев приоткрытую дверь. Но он не злился. — Тео, нам очень хочется, чтобы ты рассказал про свою семью! Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — Волшебница с огненным нравом обошла его сбоку и наклонилась ниже, слегка закрывая работяге вид на свое ремесло. — Нам очень интересно, правда, ну расскажи! — Девушка сложила руки в знаке мольбы, сверкая глазами. Теодор бросил на нее холодный взгляд и нахмурился, молча возвращаясь к заточке блестящего в свете из окна наконечника топора. Этого хватило, чтобы даже неугомонная Рыжова на время притихла. В беседу вклинилась Варя. Она подошла с другой стороны к парню и наклонилась, держа руки за спиной. — Тео, ну как так? Неужели ты такой колючий и совсем ничего нам не расскажешь? — Ветрова скорчила притворно жалостливое лицо, в её голосе чувствовалась смесь насмешки и сарказма. Теодора будто что-то ударило по затылку от звука ее голоса с такой интонацией. На секунду его узковатые глаза расширились с намеком на напряжение, но после секунды уязвимости вернулся в прежнее состояние, отводя взгляд куда угодно кроме этих двух девушек по обе стороны от него.  — Н-ну.. Даже не знаю.. Я не силен в сказках. — Парень неловко почесал затылок, кончики ушей стали розоватые, это было еще заметнее на его светлой коже. Аленка заметила это и хмыкнула. – И почему тебе всегда нужно быть таким скрытым и загадочным? — Снежка сказала это максимально невинным тоном, хотя она любила явно показывать свое подозрение относительно этого юноши. Купалу как одёрнуло, и из своего маленького транса он вышел резко, немного прокашлявшись. – Ладно, ладно. Уговорили. Только не перебивайте. — Он говорил рассеянно, сбитый с толку присутствием девочек в комнате. "После того, как случилась трагедия между божествами, то люди стали праздновать ночь на Ивана Купала. Они верили, что в эту ночь все мистические вещи становятся ближе к ним. И верили в то, что в эту ночь можно найти волшебный цветок, а тому, кто найдёт, откроются сверхчеловеческие способности. Многие пытались, но не смогли, так как нечисть всякая в эту ночь вылезает и беспризорничает, однако одному молодцу удалось это сделать. Сердце того парня было наполнено добротой и искренностью, а цветок ему нужен был для того, чтобы помочь своей возлюбленной исцелиться. Заметили его силы высшие и дали свое благословение. Он выкопал цветок, потому что не хотел губить такое красивое создание, и посадил возле своей хижины в лесу, где иногда прятался от мира, когда хотел уединения. На следующий день он проснулся и увидел, как вокруг его дома раскинулась огромная цветочная пестрая поляна. Сварог и Лада увидели в молодых возлюбленных своих погибших детей, и одарили их магическими способностями. Вскоре постепенно люди стали переселяться в этот лесок, община разрасталась, на месте хижины возвышался величественный замок." – И таким образом народ Купала появился и живёт до сих пор. — Вот время своего рассказа Тео не отрывался от заточки топора и к концу повествования закончил, поднимая оружие над собой, на глаз оценивая остроту. Парень слабо улыбнулся. – А дальше? А дальше что! — Аленка практически подпрыгнула на стуле, переполненная интересом. — Только не говори, что это конец! – А дальше уже сами разбирайтесь. У меня куча дел. — Теодор убрал топорик под стол и развернулся, чтобы начать делать эти самые дела, но заметил, что Варя и Маша на его кровати задремали друг у друга на плече. Да, он, конечно, ужасный рассказчик, как и сам признавал, но не настолько же! Громко прокашлявшись, новенький ученик привлёк внимание спящих. Девочки дёрнулись и быстро проснулись, слегка смущённые от того, что их застали в таком положении. Теодор выставил их за дверь, ведь должен был продолжать свои исследования. Долю истории он намеренно не рассказал волшебницам. Тео стал одним из самых продуктивных последователей своего времени, так как удалось заполучить перо дивной птицы. С помощью популярной в их народе магии предсказания удалось выяснить, что птица с каждым новым владельцем получает силы, ведь забирает энергию у тех, на кого села, но никто не знает, как эта сила может использоваться и к каким последствиям приведёт. След вёл в Мышкин. Тео было нелегко сразу переключиться на город, пусть и небольшой, раз вырос в деревне. Но долг превыше всего, поэтому парню пришлось искать дешевое жильё, но вариант "сдать экзамены в крутом колледже и получить комнату в подарок" оказался куда удобнее, так и выгоднее. Купала без особого труда выяснил суть вступительных и подготовился, что было также нетрудно из-за его хорошей формы и навыков, полученных благодаря тренировкам во время проживания в родном лесу. Его отец — хороший охотник, который не первое десятилетие обезвреживаниет опасных волшебных чудищ, поэтому мужчине было чему научить своего сына. Дверь захлопнулась. На кровать полетел чемодан. Из кармана Теодор вынул что-то вроде большой карты и толстого блокнота, после чего кинул на стол. В желтом слабом лампадном свете виднелся светловолосый высокий парень, который склоняется над столом с кучей разбросанных в беспррядке бумаг.   – Я вышел на след.. На удивление для себя Тео сказал это вслух. Он долго пялился на стол, снова изучая материалы. Блуждая по Мышкину, на плечо парня неожиданно опустилось белое перо крупных размеров со странной лиловой аурой. Совпадение? Тео тоже так думал, пока не решил прибегнуть к алхимии, чтобы провести анализ. Конечно, он не мастер в этом, но каким-то навыкам обучился от тётушки. Сомнений нет. Алконост здесь. Пару первых дней Теодор старался не выделяться, чтобы не привлекать внимание своей возможной цели, однако от разноцветных девочек-волшебниц так легко не отделаешься. Хотя, возможно, это и к лучшему для парня, ведь совсем не общаться с учениками также подозрительно, как и общаться со всеми. Алёнка тащила новенького со своей компанией в столовую, в библиотеку для занятий, на поле для флайтбола, где он был таким же профи, как и сама рыжая в её первые дни знакомства с данным видом спорта. Тео косился на Горазда, который появился чуть позднее, но также не подавал вида, что что-то знает, чтобы вдруг не показаться странным в глазах других. Но любому человеку нужно с кем-то посплетничать! Таким человеком для белобрысого стал Влад, а потом и Деспа, которой, как по сарафанному радио фирук передавал новости колледжа. Спустя какое-то время Морок понял, что с его подругой происходит что-то странное, что она не похожа сама на себя, поэтому перестал рассказывать то, что подслушал у студентов, да и просто отстранился, как он говорил "от греха подальше". В школе происходит неладное. Но что? Изменения ощущались, но никто не мог точно указать на проблему. Странности распространились и слились с нормальным, не оставляя подсказок для обычных обитателей. Владислав Владимирович отстранился от всех своих знакомых, чтобы оставить время для размышлений о происходящем. К тому моменту прошло 3 дня с момента исчезновения настоящей Деспы. Конечно, Маша поступила плохо, раз толкнула свою подругу в непонятное зеркало, да и Варя не сахар. Но в чём истинный подвох? Деспа очнулась с острой болью в голове. Немного поскулив, держась за затылок, она огляделась и повторно удивилась: первый раз, когда девочки напали на неё, а второй раз — сейчас. Мару окружало полностью белое пространство. Ни стен, ни потолка, а вместо обычного материального пола существовал лишь невидимый и неосязаемый барьер, по которому можно ходить. Все парили в воздухе. Все — это кто? Когда картинка в глазах преподавателя стала чётче, а разум яснее, то она заметила приличное количество людей, оказавшихся в такой же ситуации. Чуть подальше храпел Звездочёт. Первой к Деспе подбежала Маша, но раненная инстинктивно схватила косу — которая попала в этот белый мир вместе с хозяйкой, потому что во время перемещения она держала оружие в руке —, и направила на возможную опасность в лице подруги. Цветкова остановилась и подняла руки вверх в знаке капитуляции, показывая отсутствие злобных намерений. — Деспа, это я! Нормальная Маша. Успокойся, тут все свои. — Мария сказала это с привычным, обычным голосом. Мара послушно опустила косу, чувствуя правдивости слов собеседницы. Привычный, живой и настоящий голос той Маши, к которой она привыкла. — Мы всё видели. Круто ты, конечно, их отметелила. — Колкость от Вари на этот раз казалась такой приятной сейчас, после недавнего инцидента. Девушка медленно подошла к своим подругам плавной походкой. — Жаль, что отвлеклась. — Поверженный библиотекарь с ноющей задней частью головы приняла руки помощи от девочек, с их помощью осторожно вставая на ноги. — Мы все оказались бессильны. — Корвин подал голос. Деспа обычно его не замечала, но сейчас на белом фоне его темный силуэт очень выделялся. — Кого-то затащили силой, кого-то обхитрили. — Ох, горюшко. С каждым новым человеком здесь у нас еще меньше шансов выбраться. — Ветрова принялась отряхивать преподавательницу по искусствам от пыли и грязи от схватки в пыльном подвале. — А теперь вы мне всё объясните. — Деспа потянулась, разминая уставшие суставы. Маша поправила очки с готовым видом, будто бы ждала этого момента всю жизнь. — Начну я. Этот новый учитель тот еще мудак. — Маша редко ругалась, поэтому от такого выражения большинство удивилисб. Кажется, она долго копила злость. — Он мне сразу не понравился, но я старалась не афишировать это так открыто, чтобы оценки не ухудшились. Однако, меня.. — Девушка хотела продолжить, но подруга её перебила. — Однако, нас. — Ветрова сделала акцент на местоимении. — Да, нас. — Мария исправилась и повторила за предыдущей, поправляя очки. — Нас о помощи попросили какие-то ученики. Точнее, попросили помочь им отнести коробки в кладовую по просьбе какого-то учителя. И мы оказались тут по такой же причине, как и ты. — Да, мы все! — в разговор вклинилась Настасья. — Кого-то сразу сюда запихнули, а кого-то за то, что увидели или услышали лишнего. — Из того, что мы знаем сами: кому-то нужно устранить помехи, поэтому мешающихся людей этот некто перемещает сюда. — Маша слегка вытянула руку, принимаясь считать на пальцах. Она загнула один. — Также это зеркало хранит в себе души, а тела наполняются какой-то неизвестной энергией, благодаря которым марионетки могут жить. — После этой реплики загнула и второй. — И, третье, когда зеркало накрывается тканью, то мы ничего не видим. Марья указала рукой в сторону. До этого Десна ничего не замечала, но сейчас , на трезвую голову, она увидела слабое очертание контура того же зеркала, через которое попала сюда. Профессор подошла ближе и провела рукой по стеклу. Твердое, как обычное стекло. К ней приближаются и остальные присутствующие. — Однако, у нас есть один прогресс. — Варя принялась теребить кончик своей косы, пытаясь справиться с напряжением. — Да! У Любавы и Кики получилось вырваться отсюда. — Настасья с надеждой и долей гордости заявила о достижении своих подруг. — Вот как. — Деспа задумчиво ответила и еще раз провела рукой по стеклу, нащупывая небольшую царапину с углублением. — И как же у них это вышло? — Мы не знаем.. Отвернулись на секунду — девочек уже нет. — Малознакомая ученица тихо пробормотала, опуская голову, будто бы чувствуя свою вину за случившееся. — Они мне снились этой ночью. — Мара повернулась к группе столпившихся возле неё подростков. — У них получилось! — Маша радостно воскликнула и обернулась на Варю, которая сделала тоже самое, и они обнялись, подпрыгивая. Большинство также радовались. — Не всё потеряно! — Что? Что получилось? — Деспа Маровна находилась в искреннем недоумении. И тут проснулся Звездочёт. — Ребята! Я вспомнил ква-кое-что, пока спал.. Ква-отдыхал. — Все внимательно посмотрели на учителя. — Это зеркало ква-висело на чердаке ква-коледжа. это не просто волшебное зеркало, а могущественный ква-ртефакт, способный заменять души волшебников на ква-фантомы, подчиняющиеся хозяину зеркала. — Супер. А раньше нельзя было вспомнить? — Какая-то другая ученица недовольно пробормотала под нос. — Лучше поздно, чем никогда. Насколько я понимаю: хозяин зеркала — "мой воздыхатель"? — Деспа особо не размышляла над этим вопросом, ведь всё для неё предельно понятно именно сейчас. — Можно и так сказать. Хотя, если он воздыхатель, то странно, что он поручил своим куклам и вас сюда запихнуть. — Корвин слегка прокашлялся, чтобы обратить на себя внимание. — Верно.. Но почему же остальные не смогли выбраться? — Дело в том, что это не так просто. — Маша приблизилась к обратной стороне зеркала, которое было им доступно. — Мы и сами не знаем каким образом Кика выбралась и утащила за собой Любаву. И они пробовали вернуться обратно, но зеркало их не пускало. они просто ударялись об стекло, хотя, как призраки, девочки могут проходить через любые предметы.  — Это значит, что назад пути нет. — Ветрова поникла головой, в её голосе чувствовалось всё больше злости и раздражения. — А еще тут не работает магия. — А как им удалось залезть в мою голову? — Библиотекарь оглядела всех присутствующих, вопросительно наклонив голову. — Этого ни-ква-му не известно. — Профессор лягушачьего вида подал плечами. — Просто блеск. — Деспа потерло лицо руками, грустно простанывая жио слово. Девочки подошли к подруге и приобняли за плечи. — Я верю, что мы справимся. Алёнка и Снежка ещё всем покажут! — Варвара подтолкнула старшую локтём в попытке ободрить. Прошло около часа. Деспа не могла смириться со своим положением, поэтому продолжала обследовать зеркало. Она вглядывалась в каждый сантиметр, щупала, и нащупала царапину поглубже. Девушка ударила по ней кулаком: один раз, второй, третий. В бестолку. Она пнула каблуком — ничего не изменилось. Подобрав косу, Мара принялась тупо и грубо расширить это повреждение то рукоятью оружия, то остриём. Все безнадёжно наблюдали за процессом, уверенные в том, что ничего не получится. Большая доля аудитории давно отчаялась, так как находятся тут также давно. Но Деспа Маровна не сдавалась. Она очень долго наносила увечия по стеклу разными способами. Ладони стали красными и начинали болеть, костяшки на ведущей правой руке немного разбиты. Время в этом пространстве шло подозрительно и мучительно медленно. Девушка издала жалобный вздох, чувствуя, что силы её покидают. Она разбежалась и приложила все силы для удара, который должен был быть последним, после чего воительница планировала отдохнуть. Занося косу над головой, бывшая княжна приложила все силы в эту атаку. Старания окупились неожиданным образом — острие металла прошло достаточно сильно в стеклянную поверхность, чтобы пошла глубокая трещина вверх по зеркалу. Нахмурившись, Деспа потянула косу обратно, чтобы вытащить, но в ту же секунду, как оружие покинуло трещину, так оттуда просочился тусклый свет, от случайного касания которого самого последнего попаданца в Зазеркалье утащило обратно во внешний мир. Кто-то среагировал на шум, но последнее, что увидела толпа — напуганное лицо профессора и коса, которая осталась в белом измерении, поневоле брошенная хозяйкой.