ГЛАВА 2

—На ваших рабочих столах вы найдёте конверты с полезным для Вас материалом: пару снимков с места происшествия, где буквально на днях нашли свежий труп ребёнка, и фото улик, которые обнаружили наши сыщики. Пожалуйста, постарайтесь решить эту задачу до зимнего отпуска, мы же не хотим с Вами работать во время отдыха, так ведь? - говорил начальник вслед уходящим работникам. Джин и Чимин разошлись по своим местам. Сокджин открыл конверт и вытащил оттуда фотографии. На них было изображено детское обнаженное, окровавленное и расчленённое тело. Верхняя часть туловища была абсолютно очищена от органов. Лицо было изуродовано. Всматриваться в это было сложно. Джин начал быстро моргать, а его глаза начали становиться влажными. —Людям под Рождество нечего делать ,- Чимин подошёл сзади Джина, а тот откинул фотографии на стол,- Джин-хён, ты в порядке?—Изверги -,прошептал Джин,- ты представляешь? Обычные беззащитные детишки, которые ещё толком не прожили эту жизнь, и вот их жизненный путь обрывается. А каково их родителям? Ты представляешь, Чимин, какой это стресс - Джин смотрел в одну точку и и говорил дрожащим голосом.—Ты, ты чего, Джин? —Знаешь, я отойду на минуту.- Джин накинул пальто и вышел из офиса. Он достал телефон и набрал номер Ёнджи. Ответа не последовало, он седлал это ещё раз, и ещё раз. Сдавшись, он уселся на лавочку, наклонился, и запустил руки в волосы. Голова опять начала сильно болеть. Джин глубоко дышал, на его глазах наворачивались слезы. Он скучал по своему сыну, и любил его больше всего на свете. Сейчас Джин понимал, что готов на многое, лишь бы сейчас встретиться ним. А может даже и с Ёнджи. Как хорошо было раньше. Джин осознавал свою вину. Он очень мало проводил с ними времени, и не ценил их любви. Он бранил себя, в его голову лезли разные мысли, что сейчас эти двое находятся без его защиты, и с ними может произойти что-то страшное и ужасное. То, что может лишить его их навсегда. Джин сидел на лавочке и смотрел на вечернее небо. На него сыпались снежинки. Он вспоминал, как прошло их первое Рождество полным составом: он, Ёнджи и маленький Ханмин. Он достал сигарету, взял в рот, но не зажег. Когда-то он обещал Ханмину, что завяжет с этим. "Если бы он только знал, что папа сдерживает своё обещание" - думал Джин. Из дверей вышел Чимин и преподнёс Джину стаканчик кофе.—Не мёрзни, друг - Чимин встал ближе.—Спасибо.—Ты договорился встретиться с ними?—Нет. Я не могу дозвониться. Уверен, она внесла меня в чёрный список,- Джин говорил медленно, но в его голосе слышался нервный и изнуряющий смех,- знаешь, на месте Ёнджи, я бы тоже так сделал. Я никудышный отец.—Да брось, чувак, ты был занят - пытался его успокоить Чимин.—Я много работал, уставал, но я так и не работал на самой главной работе в моей жизни - я так и не работал отцом. От этих слов у Джина по щеке скатилась слеза, а Чимину стало неудобно.—Я уверен, что всё наладиться, она не может тебя бросить, точно также, как и ты не можешь оставить её - подбадривал Чимин.—Не знаю, Чим. Она живёт новой жизнью. Она наша нового мужчину. Ханмин любит его, её...—И тебя - продолжил Чимин.—На месте Ханмина я бы ненавидел такого отца как я. Я даже не отец. Я так, чисто чтоб в школьном дневнике поле с родителями заполнить.—Джин-хён, ты себя накручиваешь. Ты многое вложил в него - Чимин закурил сигарету, чтоб бы как-то согреться и расслабиться от работы.—Только финансово. Он ходил на различные кружки, в школе был отличником, и всегда бежал домой похвастаться своими достижениями. А всё из-за чего, Ёнджи в нём души не чаяла. Она прекрасная мать - Джин улыбнулся.—Тебе повезло с женой, но давай будем смотреть правде в глаза, если бы не ты, то у Ёнджи не было бы возможности содержать Ханмина. Учитывая, какие ты платишь элементы - Чимин говорил сквозь дым сигареты, который выдыхал вместе с обычным воздухом.—О, Чимин, мой юный друг. Как только ты обзаведёшься семьёй, только тогда ты сможешь понять меня. И то, это не точно - Джин улыбался, а из его глаз катились реденькие слезы.—Может быть. Время покажет, Джин-хён - Чимин потушил сигарету и ушёл обратно в офис.Тут телефон Джина зазвонил:—Я слушаю.—Алло? Папа? Джин широко улыбнулся, а в его глазах снова загорелся тот огонёк.—Ханмин, здравствуй. Я так соскучился по твоему голосу!—Я тоже очень скучаю, папа. Я хотел увидеться с тобой.—Да, малыш, я тоже очень хотел, но такие обстоятельства, сам понимаешь, иногда такое бывает, но ты умный, ты меня понимаешь.—Нет, папа, ты не понял. Скоро мы переезжаем в Америку с дядей Намджуном. И я слышал, что мама хочет праздновать Рождество там. А я хочу праздновать Рождество с тобой, тут, в Сеуле - ребёнок начал хныкать в трубку. Улыбка потихоньку исчезала с лица Джина.—Малыш, Ханмин, не плачь. Хочешь знать мнение папы?—Угу - хлюпающее ответил ребёнок.—Так будет только лучше. Не расстраивайся, мы с тобой ещё погуляем! Я тебе приготовил большой-большой подарок, только обещай, что не будешь открывать его до Рожлества, хорошо?—Папа, да, хорошо, я буду ждать тебя.—Давай, малыш, ты сильный, я верю в тебя, и очень-очень люблю.—Пока, папа.—Пока, сынок.Телефонный разговор окончен. Джин не выдержал, опустил голову и заплакал. Создавалось ощущение, что у него забривают самое ценное, что есть у него в этой жизни, хотя он и осознавал, что так будет лучше всем, особенно его сыну. Ему было больно думать про что-то, он понимал, что не может изменить ситуацию, как бы ему того не хотелось...