Неглава 21. Попробуем вместе

Было темно. Весь мир учтиво тонул во мраке, чтобы мне не нужно было щуриться, прячась от яркого дневного света. И тела тоже не было. Ни боли, ни глупых мыслей — совершенно ничего, и мне отвратительно нравилось находиться в этом подвешенном состоянии, не ощущая бесполезных эмоций или чего-то подобного. В темноте оказалось спокойно. Правда, здесь не было и людей тоже... совершенно никого. Не с кем поговорить, некого коснуться, не с кем улыбнуться и посмеяться над неловкими вчерашними фотографиями. Нет Фантома.

А это хорошо или плохо?

Стоять с ним рядом тепло, легко и совершенно безопасно, но, кажется, стоит только отвернуться, как маг начнёт охоту за другими артефактами, раз за разом оставляя меня позади. Да ведь мы и не связаны никакой клятвой или вроде того. Я всё ещё чертовски одинока в этой темноте, которую вполне можно назвать «жизнь». И, кажется, только маги могут понять, насколько одиноко скользить по пустой реальности, пальцами едва касаясь событий и едва ли не теряясь в собственном сознании. Мы все одни. И лишь в короткие моменты можем быть с кем-то, рассеять густой туман одиночества.

А хотела ли я быть рядом с кем-то? Хотела касаться, утопая в розовом забвении влюблённости, находиться рядом, наблюдать ночью, переживать всё-всё, каждый чёртов момент нашей общей жизни вместе, держась за руки и издалека представляясь глупой парочкой в первые недели знакомства. Всю свою недолгую жизнь я искала любви. Поэтому появлялась «в сети», общалась с Джесс; потому порой выбиралась на шумные вечеринки, где никак не место потерянной серой мышке... И когда встретила Фантома, я почувствовала, что нашла то самое. То постоянно ускользающее ощущение тепла, когда чья-то рука касается твоей, когда кто-то обещает быть рядом, старается сделать всё возможное для тебя.

И ещё большим потрясением стало буквально то же поведение юноши относительно «Мии». Ласка, забота, внимательность — оказалось, маг отличный актёр, когда дело касается чего-то, что ему необходимо добыть. Только не укладывалась в эту картину погоня за мной. Обычный охотник за сокровищами не бросается сломя голову в омут, поставив на кон свою жизнь, сон, магию, — они скорее наблюдают и строят коварные планы. Так почему же Фантом иной? Почему в его холодных глазах блестит чувство потерянности, а эта чёртова искренность, что маг вкладывал в каждое слово при нашей последней встрече... Я никогда не слышала ничего подобного. Такое не покажут в кино. Да и в реальности вряд ли настолько просто найти человека, что смог бы искренне сыграть это жуткое признание.

Над головой, где-то вдалеке, мелькнул яркий белоснежный свет.

«Пора просыпаться, не так ли?» — я нерешительно отгородилась от света. Не хочется касаться реальности, пребывая в приятном забытье, ведь плавать в темноте намного уютнее, нежели встречаться взглядом с тем, кто, вероятно, ожидает по ту сторону света. Тем не менее глаза я всё-таки открыла.

Медленно, щурясь от неприятного яркого света, я перевернулась на бок, прикрывая глаза ладонью. Бросив короткий взгляд на пол, я увидела лишь одну пару ног, и мне не требовал особых познаний в области дедукции, чтобы понять, кто находится рядом со мной. Как же без мага с белоснежными волосами, не так ли?

— Саша, — Спектра перешагнул порог и не слишком аккуратно плюхнулся на стул, — что происходит? Я не понимаю.

Я осторожно обвела взглядом комнату, избегая настойчивого мага. Слева ярким солнечным светом помещение уютно озаряло высокое окно в стене, и, если приглядеться сквозь идеально чистое стекло, через него можно было увидеть двор где-то внизу, детскую площадку, лавочки, взрослых в белоснежных халатах... Неужели клиника? Откуда бы ей так удачно явиться, как только это потребовалось? Я медленно попробовала пошевелить всеми конечностями, а затем осторожно села, опираясь на подушку позади. Боль исчезла, будто её и не возникало никогда... Жуткое ощущение сюрреалистичности создавало ещё и присутствие Фантома, который вовсе не должен был следовать за мной и помогать одной из своих глупых кукол.

— Прости, — маг протянул руку, накрывая мою ладонь своей, — я не хотел сказать, что ты не имеешь значения. Просто моя цель — спасти всех. Каждого мага, который страдает или будет страдать от влияния чёртовых артефактов, я намереваюсь спасти. Ладно?

За время, проведённое в забытье, яркие краски эмоций вчерашнего вечера резко притупились, приобретая более нейтральный оттенок, а своё поведение я расценивала скорее как бесконечно глупое и как минимум неблагодарное по отношению к человеку, который спас мою жизнь столько раз, что уже и сосчитать я давно не в силах. Спектра постоянно был рядом. Его не требовалось звать, просить, и даже когда мы разделились, то маг всё ещё помогал мне «из-за занавеса», сражаясь с нашими общими врагами.

— Извини.

Я всхлипнула и неловко опустила глаза.

— Я столько натворила... Прости меня, пожалуйста, — несколько солёных слезинок снова скользнули вниз по щеке, но всё-таки я не расплакалась. То ли выплакала всю жидкость вчера, то ли слёзы радости не льются так же просто, как и солёные капельки грусти и горечи. — Ты так смотрел на Мию, что я не удержалась, — прошептала я, всё ещё глядя вниз. — Не могу с собой ничего поделать.

— Всё в порядке, — шепнул Спектра. — Я понимаю. Мне сотни раз приходилось чувствовать тоже самое, поверь.

Слишком резко во внезапно зазвеневшей тишине скрипнула входная дверь. В палату вошёл мужчина в белом халате, как и те парни внизу, и нарочито кашлянул. Будто я уже не имею права побыть с Фантомом! Чёрт, сколько мы не виделись? Уже, кажется, целую бесконечную вечность, каждый день которой наполнен сражениями за не свою правду и приключениями на страницах чужого романа.

— Выйдите, пожалуйста, нам нужно поговорить, — доктор внимательно смотрел на мага. Вероятно, растрёпанные белоснежные волосы юноши совершенно не придавали тому вида приличного законопослушного гражданина...

— Пусть останется, — я снова взглянула в сторону окна, наслаждаясь мгновениями счастья чужих детишек. — У меня от этого человека нет секретов.

Мужчина в белом халате перелистнул страницу своего планшета, читая какие-то одному ему вполне понятные строки.

— Вы уверены? Это весьма конфиденциальная информация.

Я только кивнула, в ответ сжимая прохладную ладонь Фантома. Кажется, он собирался сбежать. Выйти, если потребуется, лишь бы я больше не злилась, не плакала, не говорила, что справлюсь самостоятельно... Непривычный мне Спектра. Сражаясь за меня, он всегда беспощаден, но здесь и сейчас совершенно иной, будто бы металл из стали превратился в мягкое и чертовски податливое золото. Странное изменение...

— Ничего такого.

— В любом случае, Вы сами несёте за это ответственность, — доктор снова листнул свой многотомный отчёт, видимо, наслаждаясь нашим общим ожиданием неведомого результата.

Маг подвинул стул поближе к кровати (видимо, раз уж выпала возможность) и едва подвигнул мне. Я не сразу разобралась, в чём дело. Сначала было подумала, что доктор тоже маг и находится на нашей стороне, но когда он начал зачитывать свои записи... Невероятно тяжело оказалось сдерживать смех, когда он так и требует вырваться наружу и разлететься из горла во все стороны глупенькими «хи-хи».

— Обследование показало, что Вы беременны. Если хотите, можем провести тест на отцовство... — мужчина в халате бросил многозначительный взгляд в сторону Спектры. — В целом, протекает развитие плода отлично, никаких отклонений. Могу Вас поздравить, Александра! Вскоре Вы станете матерью.

Я шумно вдохнула воздух, медленно пропустив его через лёгкие, а затем протяжно выдохнула, позволяя смеху и внезапному страху выйти вместе с этим дыханием. Раз маг мне подмигивал, вероятно, спрятал таким образом артефакт от посторонних глаз... Креативненько. В следующий раз обязательно придумаю что-нибудь более коварное, если выпадет шанс!

— Спасибо, — я постаралась улыбнуться, — когда Вы меня выпишете?

— Уже сегодня, — пообещал доктор. — Все необходимые анализы уже были сделаны, потому на ближайший месяц Вы совершенно свободны от визитов сюда.

«Хоть на этом спасибо».

Наконец, настойчивый мужчина в халате кивнул нам и вышел, растворившись в шумном внешнем мире, куда мы со Спектрой, вероятно, тоже скоро отправимся. А как хорошо было за стеной неведения... Просто дрейфовать в темноте, не зная ни будущего, ни настоящего, растворяя остатки воспоминаний, переваривая их от нечего делать. Но раз уж оказалась здесь, пора действовать. Принимать участие в сражениях, не только наблюдать и обороняться, но и идти в атаку. Я ведь теперь не просто Саша.

— Обязательно было про беременность? — я потянула с тумбочки пульт и включила телевизор.

Первым заиграл яркими красками новостной международный канал. Говорилось что-то о масштабном возгорании в многоквартирном доме, количество жертв не уточнялось, но пока экран услужливо перемещался переходами и светил подъездами, я немного побледнела. В новостях показывали мой дом! То место, которое впервые подарило мне приятный уют после темноты и тесноты общежития, теперь не существует. Совсем. И все, кого я знала, возможно, мертвы или ранены... Какая глупая смерть.

Фантом бесцеремонно выхватил у меня пульт и отключил телевизор.

— Беременным вредно волноваться.

— Что происходит? — я невольно повторила ту же глупую фразу, что проговорил Спектра, явившись в мою палату незваным гостем. — Ассоциация начала полномасштабную охоту?

Маг тяжело вздохнул. Он поднялся на ноги и медленно, отмеряя дистанцию шаг за шагом, описал полукруг вокруг моей постели, видимо, раздумывая над чем-то.

— Повезло, что Виктор не сообщил о твоей вчерашней выходке. Иначе, возможно, горели бы мы с тобой, а не здание за много километров отсюда. Видишь ли... Ассоциация Магов далеко не такая простая организация, как может показаться, и они весьма настойчивы. А потому мы с тобой сейчас в одной лодке с отшельниками, и эта лодка утопает буквально со скоростью света. Если в состоянии мира охота на нас была чем-то вроде развлечения, чтобы отвлечься от скуки, теперь всё серьёзно. И нам ещё предстоит испытать гнев Ассоциации.

— Мы дадим им бой, — я тряхнула короткими волосами, — будем сражаться за свои жизни.

— Чёрт, Саша, — Спектра усмехнулся, — я тебя совершенно не узнаю. Когда ты успела настолько вырасти?

«Мне и самой жаль, что так вышло. Хотелось подольше побыть просто Сашей, для которой нет ужасной стороны магии, где требуется причинять боль и сражаться, в бою доказывая свою правоту».

Маг тяжело вздохнул, осторожно присаживаясь на край моей кровати и внезапно заглядывая в мои глаза. Я не успела произнести и слова, как раскалённый металл зрачков юноши оказался буквально повсюду. Чёртово горячее дыхание сводило с ума. Больше не было только меня и только его — мы слились в нечто единое и буквально неразделимое, обратившись в некую несовременную чупакабру... Мы были рядом. Не касались друг друга, но проникали во много раз глубже, туда, куда, возможно, до Спектры никто и не пытался заглядывать.

— Прости. Я не хотел, чтобы тебе пришлось использовать силу.

— Я сама выбрала это, — я инстинктивно потянулась вперёд, резко сокращая и без того небольшую дистанцию между нашими губами. — С того самого момента, как получила оружие, я больше не просто игрушка в руках судьбы. Моё решение сражаться не изменится.

Юноша осторожно улыбнулся, накрывая мои губы своими. Всё в мгновение смешалось. Потолок поменялся местами с полом, жар сконцентрировался в районе лица, и я буквально тонула, не ощущая собственного тела. Кажется, Фантом нежно обнимал меня, касаясь то здесь, то там, а я находилась будто бы вне тела, лишь наблюдая, но не принимая участия в сражении. И в те мгновения я совершенно точно не была одна.

Спектра медленно отстранился, и тело постепенно возвращалось под мой контроль, позволяя двигать конечностями и теребить одежду. Я будто бы горела. Всё тело обратилось в громадную печь. Не существовало более ничего, кроме меня и этого всепоглощающего чувства...

— Хорошо, — маг медленно выдохнул, выравнивая дыхание после поцелуя. — Я не против, если ты будешь сражаться, Саша. У тебя невероятное оружие, и с ним у тебя на любом поле будет невероятное преимущество, уж поверь, — все будут шокированы. Нужно только использовать в удачный момент.

Я едва кивнула. Кажется, никто не мог бы назвать ситуации, когда я бралась за оружие, недостаточно важными для моего существования. А относительно момента... Ничего уж со мной не поделаешь, если сначала думаю, а потом делаю, раздумывая, стрелять или нет, до самой последней секунды. Всё-таки не убийца я. Мне чуждо убивать или сражаться ради денег, во имя идеи или лидера — мои причины сражаться проще некуда: месть, желание защитить себя, чувства. Но и это не слишком правильно. Нельзя просто спускать курок по мановению волшебной палочки!

— Не волнуйся, — Спектра обернулся к окну, — уж если ты решила стрелять, для этого должен был быть значительный повод. Девушке с твоими принципами не нужно даже сомневаться, ведь, если ты открыла огонь, другой мог уже всадить копьё в спину.

Это выражение буквально на краешке сознания задело какое-то смутное воспоминание. Что-то, о чём говорил Виктор...

— Спектра, — я отодвинулась, снова приземляясь на подушку, — расскажи мне, что связывает вас с Виктором.

— Он не говорил тебе? — маг повернулся. — Мне казалось, этот парень весьма разговорчив. По крайней мере, когда остаётся с кем-то наедине, болтает без умолку. Не замечала этого?

На несколько секунд я задумалась, а затем послушно кивнула. На острове бывший глава Ассоциации внезапно стал разговорчивее, рассказал многое, что, вероятно, даже для магов высокого ранга находится под грифом «секретно» не столько из-за происшествия, как по причине личной связи Виктора с ситуациями, приватной частью, что красной нитью связывала владельца и систему.

— Мне казалось, он специально не говорит о вас. Вы были знакомы до трагедии?

Спектра откинул голову назад, глядя на потолок. Но только на несколько мгновений: затем юноша собрался и снова вернулся к беседе, глядя куда-то сквозь меня. Быть может, туда, где происходили жуткие события прошлого. Я не могла знать. Только догадываться, складывать по крошечным деталям головоломки, играя в странную игру под названием «общение с магами».

— Я не слишком часто общался со слугами, — Фантом провёл пальцем по тыльной стороне моей ладони, — мать старалась спрятать меня ото всех. Может, хотела защитить, а может, стеснялась настолько, что даже местным не желала показывать бесполезного ребёнка. Суть оставалась неизменной: Виктор стал единственным слугой, с которым мне было позволено общаться. Он приносил мне еду и книги, иногда оставался на ночь, если мне требовалась помощь с чем-то... в общем, был моим негласным старшим братом, хотя, кажется, по возрасту Виктор младше меня.

Тяжело представить этих двоих вместе. Особенно в обратной ситуации, когда Спектра — хозяин, а Виктор осторожно преклоняет колено, помогает расчёсывать длинные волосы и учить короткие заклинания, играет со своим маленьким господином, если последний того желает... Может, из этого насильного повиновения родилось желание управлять людьми в душе Виктора?

Фантом неторопливо продолжал:

— Мы хорошо относились друг к другу. Не было недопониманий или чего-то подобного: мы всегда играли «в открытую», и когда произошла катастрофа, а Виктор очутился на стороне противника, я и не знал, что мне делать. Я тогда остался совершенно один.

— И это всё?

Ветер стучал в окно комнаты, и я невольно потянулась, чтобы впустить его... окно открылось за несколько мгновений до того, как я должна была бы коснуться ручки пальцами и потянуть на себя. Снова магия? Я резко повернула голову в сторону Фантома, стараясь угадать по глазам мага, что происходит, но Спектра лишь тихо бросил:

«Ложись», — и мы вместе оказались на полу в мгновение ока.

Стекло прошили выстрелы. Одна за другой пули врезались в летящие на пол осколки, дробя и разбрасывая их по всему полу, звуки оглушили меня, и теперь я могла только смотреть. Всё вокруг погрузилось в равномерный гул. Словно в старых фильмах про войну, когда на главного героя сбрасывают бомбу, а затем несколько мгновений звенит в ушах и теряется ориентация в пространстве. В реальности выглядит намного страшнее. Будто бы в одно мгновение ты потерял и слух, и зрение, и теперь тонешь в густой, неприятной на вкус, а порой и отвратительно мерзкой, реальности.

Фантом открыл рот, видимо, что-то произнося, но я не могла разобрать и слова. Снова раздалась очередь... Маг дёрнул меня за плечо и потащил прочь из палаты. Я следовала за ним буквально на автомате, наполовину понимая, что происходит, и пытаясь уловить хоть какой-нибудь звук кроме неприятного и весьма продолжительного звона.

Коридор трансформировался в холл на первом этаже. Пустой и совершенно заброшенный, его будто бы не использовали больше сотни лет до того, а доктор, что навещал меня, скорее всего являлся каким-нибудь настойчивым приведением... Звуки постепенно возвращались. Сначала я расслышала стук наших ботинок по полу, затем — отдалённые крики на улице, звон патронов, ещё одну очередь из пулемёта. За всем этим многообразием, будто бы в насмешку, звучал детский смех на площадке. То ли ребёнок не чувствовал опасности, то ли воспринял ситуацию, как ещё одну забавную игру, цель которой — уничтожать людей одного за другим.

— Куда мы? — я на мгновение обернулась к главному выходу.

Прозрачные двери всё ещё оставались закрытыми, но, очевидно, ненадолго. Совсем скоро штурмовики доберутся и туда, чтобы зажать нас в клещи и полностью обрезать путь к отступлению... Как же мне повезло попытаться открыть окно в тот самый момент! Опоздай я хоть на секунду, была бы мертва. О таком мире магии говорил мне Спектра, когда пытался переубедить принять забытьё? Не хочу знать.

— Вниз, — маг толкнул дверь в подвал и пропустил меня первой.

Ступеньки мелькали одна за другой, а лестница всё не заканчивалась, будто была зациклена каким-нибудь незадачливым волшебником с противоположной стороны. Я старалась не снижать скорости, но ноги то и дело скользили или не желали замечать следующую ступень ровно в том месте, где она стояла секунду назад.

— Далеко ещё? — мой испуганный шёпот огласил, кажется, всё «подземелье». — Ступени будто бы не заканчиваются.

— Всё в порядке, — Фантом хлопнул дверью наверху и тоже забарабанил ногами по ступенькам, перепрыгивая через одну или две, если хотелось. — Это всего лишь длинная лестница для любителей магии. Вроде как мера предосторожности против тех, кто постоянно активирует заклинания направо и налево, — юноша догнал меня, и теперь мы спускались рядом.

— Я запомню.

— Нет особенной необходимости. Эта вещица единственная в своём роде, обычно всё-таки жилище мага защищает ловушка снов или нечто в таком ключе, когда без магии не обойтись, — он едва улыбнулся. — Всё-таки мы банальны.

Я уже думала, что лестница так и не закончится, но вскоре ступеньки превратились в неуютный коридор с покрытыми мхом стенами и кое-где испорченными обоями. Теперь-то подземелье и правда напоминало одно из тех, о которых мне приходилось читать в книгах: темно, пусто, сыро, — здесь только ловушек набросать для не слишком внимательных, и настоящий плацдарм для тренировки магов готов!

— Ты постриглась, — юноша резко распахнул дверь наружу. Он не спрашивал, не осуждал, но и не поощрял, только ещё раз повторил общеизвестный факт, будто пытаясь таким образом доказать нечто большее, чем просто его существование. — Из-за меня?

«И что мне ответить?»

Спектра первым вышел на подземную парковку, проверяя места возможных засад, словно дикий зверь на охоте. Он собирался победить противника, который лучше оснащён и подготовлен к длительной беготне, у нас же с Фантомом ресурсы оказались ограничены, не говоря о том, что сражаться тоже будет именно маг с белоснежными волосами, пока я не докажу Спектре и самой себе, что высунуть нос наружу безопасно...

К счастью, вокруг не оказалось ни души. Нам чертовски везло и было бы невероятно, сохранись удача до конца дня.

— Садись в машину, — маг кивнул в сторону автомобиля, и я ринулась туда, словно позади бежало стадо волков. С пистолетом в руках я преодолевала последние метры, ощущая, как накатывает усталость. Казалось бы, откуда она? Но причин могло быть буквально миллион: вчерашние приключения, действие лекарства... Потому я не пыталась лезть впереди юноши. Энергия ограничена, время тоже, и мне невероятно хотелось, чтобы никто более не объявился, оставив нас со Спектрой только вдвоём.

И, кажется, сегодня моя просьба оказалась услышана.