Если неприятность может произойти, она обязательно случится.

У каждого человека есть нечто, что он ненавидит с особой страстью. Кто-то терпеть не может перловку, у кого-то от одной мысли о соседской шавке сводит челюсти, а кто-то мысленно изобретает страшные пытки для свекрови - и все это ведёт к самосовершенствованию. Нет идеальных людей, кроме святых, да и те повывелись. Хотя это и хорошо, похоже, им больше нет места на земле, а у любого чувства должен быть свой ареал, даже у ненависти.Я, например, ненавижу зиму. Каждой клеточкой своего тела я одинаково ненавижу пижонский блеск снега ярким холодным небом и благостный рождественский снегопад, превращающий город в сладенькую праздничную открытку, на которой остаётся только написать дежурные пожелания счастья-здоровья-денег - и выбросить. Я ненавижу зиму, у меня есть причины её ненавидеть. А потому уже где-то в сентябре в мою душу вползает раздражение - лето прошло, до весны далеко, а зима уже вот, на носу. И ничего нельзя изменить. Может, если бы у меня были деньги, я кочевала бы по свету вслед по свету вслед за летом или весной, а то и вовсе поселилась бы там, где нет такой дряни, как зима или осень. Собственно, осень - это ещё куда ни шло, счастья не прибавляет, но мы с ней поддерживаем вооруженный нейтралитет. А иногда, например сегодня, вообще находимся в состоянии временного перемирия. Потому что когда в октябре начинают жечь листья, а на улице тихо и синий вечер уже поглядывает серебряным лунным ликом, бледным и заспанным, когда солнце ещё здесь - я люблю бродить вечером в тумане и запахе дыма. Говорят, дым от горящих листьев ужасно вреден, но я люблю этот запах в сыром октябрьском воздухе. Тогда я иду куда глаза глядят, и мне почти хорошо. Жизнь сома по себе вредна, так что лишний глоток дыма ничего не изменит, думаю я. Мимо меня с хищным шелестом пролетают машины, но мне до них нет никакого дела. Мне и вовсе ни до кого и ни до чего нет дела. Ведь моими проблемами никто не интересуется! Ну вот, 0:0, ничья. Наверное, это в какой-то степени неплохо - вот так идти вдоль дороги, раз уж я оказалась в этом районе. Теперь я иду домой пешком и слушаю город, и машины мне не мешают, они тоже часть города, пусть утюжат асфальт, я не против. Он подкатился к моим ногам, как заблудившийся мяч. Я даже не заметила, откуда он взялся - сначала даже показалось, что он рухнул прямо с неба, но эта теория скончалась в тот момент, когда я заметила, что он связан, его рот кто-то тщательно заклеил скотчем, а лица и вовсе нет - кровь и сплошной синяк. Я понимаю, что в небесной канцелярии ни с кем не церемонятся, но не до такой же степени! По крайней мере, я так думаю, хотя вполне возможно, что ошибаюсь. В данном случае этот тип, скорее всего, выпал из машины. Интересно, как ему это удалось? Я присела рядом с ним на корточки. Я совершенно не собираюсь ему помогать, мне такая возможность глупость и в голову не пришла. Да, у него явно есть проблемы, но каждый сам кузнец своего несчастья. Мои проблемы никто не собирается решать, почему же меня должны волновать чужие? Нелогично. Я остановилась возле него, потому что он мешает мне пройти, а любопытство заставило меня присесть рядом с ним и присмотреться. Его одежда явно не с рынка, уж кое-что и я понимаю в этом. Дорогие шмотки непоправимо испорчены, к тому же он босой и на нём в прямом смысле слова лица нет. Только полоска скотча на сине-лиловом опухшем фоне - не слишком в тон, но это мелочи. Ладно, пора двигаться дальше, уже темнеет. Я поднимаюсь и переступаю через парня. Здесь очень узкий тротуар. Улица застроена какими-то складами и старыми одноэтажными домами-бараками, половина из которых смотрит на меня пустыми глазницами окон без рам, остальные тоже недалеко от них ушли - квартал скоро снесут, наверное. Здесь пусто, но думаю, кто-нибудь парня найдёт - если ему повезёт. Может быть, полиция, или какой-нибудь сознательный пенсионер, или просто добрый самаритянин... Но я не отношусь ни к одной из вышеперечисленных категорий и знаю, что именно произойдёт вероятнее всего: пропажу быстро обнаружат и станут искать. И мне надо бежать от этого места как можно дальше. Тихий стон не заставил меня оглянуться. Извини, парень, но я не хочу вляпаться в дерьмо, а, судя по твоему виду, ты в нём увяз по самую макушку. Мне хватает собственных проблем. Ну почему у меня нет кучи денег, я бы тогда просто уехала из этой дурацкой страны, где все изменения только к худшему, где граждане валяются на тротуара связанные и избитые, а полиция и чинуши жиреют на взятках и грабежах? Конечно, я могу развязать его и потом уйти, а он пускай сам решает свои проблемы, ага. Отлично, это идея, и остатки моей совести не будут скулить по ночам по поводу того, что я бросила человека на произвол судьбы. Да, это компромисс. Я развяжу его. -Ладно, не стони, я возвращаюсь, чёрт бы тебя побра! - Я снова потхожу к нему. - И что, другого места, чтоб упасть, не нашлось? Мог бы вывалиться немного дальше, там полицейский участок, чтоб ты знал. Не мычи, всё равно я не понимаю... Да, крепко тебя скрутили. Не дёргайся, сейчас я маникюрные ножницы найду, по-моему, где-то они были у меня... Ага, вот. Я пытаюсь сделать всё быстро, но ножницы маникюрные, а не портновские, да ещё и китайские, так что дело движется медленно, но всё же это лучше, чем вовсе без ничего. Ну вот, освободила ноги, теперь и руки. - Полоску с лица отдирай сам.Но он не может. Естественно, кто бы сомневался! У него восстанавливается кровообращение в конечностях, ему больно. Думаю, даже очень больно. Сквозь распухшие веки на меня умоляюще смотрят глаза - уже темнело, он вряд ли сможет меня потом опознать, если что... Ладно, скотч я тоже сниму, пусть по зовёт на помощь. Один резкий рывок - и порядок. - ... Твою мать! - Так ты ещё и материшся?! Ну, ладно, счастливо оставаться. Вот, возьми телефонную карточку, позвонишь куда тебе нужно, там ещё времени минут десять осталось. Адрес - вон, смотри, на доме табличка, телефонный автомат рядом. Надеюсь, он работает. Позвонишь, за тобой приедут и окончательно спасут. А мне пора. Я готова пнуть себя, потому быстренько поднимаюсь. Я подумала об этом, но как-то вскользь, а зря. Ведь те, кто потерял этого парня, уже обнаружили пропажу и теперь едут назад в поисках утерянного груза. Думаю, скоро они будут здесь, и тогда моя жизнь окончится сегодня, эти люди не оставят свидетеля, я бы точно не оставила. - Пожалуйста, подождите! Я прошу вас... Я совсем не могу подняться... - бормочет парень. Черт бы тебя побрал! Нет, ни за что не вернусь, отлежится немного, оклемается... Сама не верю в это, но я ничего ему не должна. - Ещё минутку,прошу вас... Я должна идти, бежать отсюда, иначе вляпаюсь в неприятную историю, и уж мне-то точно ни один человек не поможет. - Что ещё? - Мне нужно где-нибудь побыть до утра, хоть несколько часов, - лепечет парень. - Прости, но я не могу тебе помочь. Если хочешь, могу вызвать "Скорую" или полицию. - Нет, я не... а вы? Вы где-то живете... мне только до утра, а потом я уйду... - Нет. - Я заплачу вам. - Забудь об этом. Деньги для меня не дороже жизни. - Но я даже пошевелиться не могу, а на улице холодно. - Кровообращение скоро восстановится, до смерти ты не замерзнешь, шестнадцать градусов на улице, осень в этом году теплая. Ну, простынешь маленько, это не смертельно. Позвони домой, пускай за тобой кто-нибудь приедет. Не надо впутывать меня в свои проблемы, я и так сделала для тебя больше, чем должна, ты заметил? - Да, и я вам благодарен, но... - Все, пока. Я не успеваю пройти и пару шагов, как темноту прорезает свет фар. Машина далеко, но почему-то я понимаю, что это именно та машина. Понимает это и парень на тротуаре. Убежать я не успею, спрятаться негде, сплошной ряд стен и дорога. Я хватаю парня и тащу его к телефону. Куда подевались уютно обставленые телефонные будки? Теперь стоят синие пластиковые навесы, и все. Ну, что же, попробую воспользоваться тем, что есть. Я расстегиваю плащ - он длинный, почти до щиколоток. - Обхвати меня за талию и прижмись, может, под плащом не заметят, - говорю найденному. Я вставляю телефонную карточку и беру трубку. Машина совсем рядом, а мой подопечный сжал меня так, что дышать трудно. - Радиотакси слушает. Фары машины хищно и бесстыдно освещают меня. Что ж, умирают один раз. От судьбы не уйдешь. - Пожалуйста, пришлите такси на угол Стефановп и Гончарова. - Куда вам ехать? Машина едет медленно, слишком медленно. Вот сейчас они остановятся, выйдут, и тогда мне конец. Все-таки добрые дела - не мой профиль. - К дому одежды. - Ждите, машина сейчас будет. Свет фар отдаляется. Неужели выгорело? - Эй, не сжимай меня так, мне больно. - Думаешь они вернутся? - Не скоро. Белая машина с красными буквами "Аргос-такси" вынырнула из тумана. - Сделай вид, что ты пьян. Ему для этого не нужны дополнительные усилия. Он молчит, и я тащу его в салон. - Девушка, а ваш муж не будет блевать? - Нет. Уже выблевал все, что мог. Таксисит с пониманием кивает и двигается вперед. За окном мелькает ночь - фонари, витрины, реклама, чьи-то освещенные окна, за которыми чужая жизнь. - Вот, Дом одежды. - Пожалуйста, немного дальше, в сторону кегельбана. - Как скажите. Я расплачиваюсь с таксистом и тащу парня из машины. Тяжелый, черт! Он помогает мне как может, а потому мы все-таки продвигаемся вперед, к темному переулку, где притаились одноэтажные дореволюционные домики. В одном из них есть комната, в которой я живу. Правда, теперь это две комнаты, три дня как две. А третья... Собственно, если выйдет так, как я задумала,то скоро я перееду в более приличное место. Годика так через два. Об этом сейчас не стоит думать, ибо единственное, что в этот момент имеет значение, - как-то дотащить своего найденыша домой, не нарвавшись на соседей. - Где мы? - Скоро будем на месте, молчи. - Я вам так благодарен, вы... - Я сказала тебе - молчи! Соседи услышат! Тут как в деревне, полно старых любопытных сук, везде сующих свой нос. -Я сказала тебе - молчи! Соседи услышат! Тут как в деревне, полно старых любопытных сук, везде сующих свой нос. -Я сказала тебе - молчи! Соседи услышат! Тут как в деревне, полно старых любопытных сук, везде сующих свой нос.Я

достаю ключи и открываю общую дверь. Запах пыли и лука не улучшает мне настроение. Терпеть не могу общий коридор, но ничего не поделаешь, коммуналка есть коммуналка, а потому я быстренько открываю дверь в свою квартиру и впихиваю парня в темноту, полную храпа и вони. Значит, Сашка уже дома и дрыхнет пьяный. Это хорошо. -Кто здесь? -Сашка, мой сосед. Хронический алкаш, но он уже нализался до свинячьего визга и спит. Давай сюда.Я открываю железную дверь в свою комнату и укладываю отяжелевшее тело на пол. Пусть полежит, в доме тепло. Я включаю свет, закрываю жалюзи, для верности задергиваю шторы и обессиленно падаю в кресло. Ноги и руки дрожат, хочется пить, а на полу лежит незнакомый грязный мужик без лица и смотрит на меня сквозь щелочки распухших век, как собака на хозяина. Ну ладно, отдохну потом.Я снимаю плащ и туфли, наклоняюсь к гостю. Здорово ему досталось - гематомы, ожоги, кровь... - Потерпи немного, я вызову доктора. -Не надо, это... - Молчи, не то получишь еще. Недоставало только, чтоб ты тут доской накрылся. Что я буду делать с трупом? Собак я не держу... -А при чем тут собаки? -Если бы держала собак, проблема утилизации трупа не стояла бы столь остро. Я просто сэкономила бы на собачьих кормах. - Я не... -Молчи, - я набираю номер. -Вадик, ты дома? Немедленно езжай ко мне. Захвати йод и бинты.Я кладу трубку и наклоняюсь к раненому. Надо его как-то раздеть, но можно ли его кантовать? Хотя я тянула его, он даже шел, но это мог быть просто шок... Ладно. -Что вы делаете?! -Собираюсь тебя изнасиловать.Я снимаю с него пиджак и расстегиваю брюки, он пытается как-то пресечь мои действия, но силы неравные -по крайней мере в данный момент. -Боже, какое целомудрие! Не бойся, больно не будет. Расслабься, - ухмыляюсь я. -Вы издеваетесь? -Именно. Издеваюсь. Потому что это ты лежишь на моем полу, а не я на твоем. Закон джунглей - право на территорию, слыхал о таком?Он молчит, и я стягиваю с него брюки. От рубашки остались одни лохмотья, а потому я с чистой совестью просто срезаю ее, отрывая прикипевшие к ранам куски ткани. Начинает течь кровь. Кто-то очень постарался, потом его одели и запихнули в машину.-Тебя надо вымыть. Помоги мне, я сама не дотащу тебя до ванной.Но его силы, похоже, иссякли, а потому я развожу в ведре раствор марганцовки и мою его. Он молодой, крепкого телосложения. Я осторожно смываю кровь с многочисленных порезов и ожогов, покрывающих его тело, на запястьях кровоточат следы от наручников. Холодная злоба поднимается во мне. Чтобы такое сотворить, надо быть последним ублюдком. Правда, их с каждым годом становится все больше.Я смываю кровь с распухшего лица. Что ж, дружок, все это, к сожалению, не пошло на пользу твоей внешности. Не знаю, каким ты был, но теперь, наверное, станешь хуже.В прихожей слышен звонок. Это Рыжий, очень вовремя. -Ты меня напугала до икоты. Не называй меня по имени, тогда я начинаю думать, что ты при смерти. Летел низко над землей, нарушая все правила дорожного движения. -Рыжий осуждающе смотрит на меня. - А ты похожа на Лиззи Борден, которая пару часов подряд орудовала топором. Только погляди на себя: вся в крови, вспотела, запыхалась... А это еще что?! -он кивнул на тело на полу. -Не знаю, - я плотно прикрываю дверь. - Но ты осмотри его, что с ним произошло? -Ну, что с ним, видно даже невооруженным глазом. За что ты его так? -Очень смешно. - А то. - Рыжий улыбается. - Давай перенесем его на диван. Хорошо, что ты этого типа помыла, теперь прибери, а то похоже на пыточную. -Ты прав.Я тщательно смываю следы крови, снимаю свою одежду и вместе с тряпьем раненого бросаю все на пол ванной около стиральной машинки. Рыжий тем временем уже закончил осмотр. -Ну что? -Предварительный осмотр не выявил никаких серьезных повреждений. Сломаны два ребра, неглубокие резаные раны по всему телу, сотрясение мозга, незначительные ожоги и обширные гематомы. Сломан нос, и еще небольшой шок. Ничего такого, с чем бы мы не справились. Правда, неплохо бы сделать рентген, но это завтра, я буду дежурить в отделении и все устрою. Где ты его нашла? -Да нигде. Он просто упал мне под ноги. -О, несравненная! Мужики падают тебе под ноги, как кегли, и укладываются штабелями. Только почему из этих штабелей ты выбрала избитого? -Рыжий, я тебе сейчас... -Ничего не выйдет. Если ты меня побьешь, кто тогда будет лечить твой трофей? Крупный экземпляр, тебе всегда такие нравились. -Клоун. -Я знаю. Просто не в твоих правилах тащить домой все, что валяется на дороге. -Так случилось. -Прикрой мужика одеялом, его сейчас будет знобить, а я в аптеку за лекарствами. Может, он придет в себя - тогда дашь ему попить.Он выходит, за окном мелькнула его фигура. Я устала и хочу спать, а завтра еще на работу.Я смотрю на часы. Черт бы побрал эту осень с ее ранними сумерками - только семь часов, а мне казалось, что уже почти ночь. -Пить...Я осторожно поднимаю его голову. Волосы мне удалось отмыть от крови, они влажные, но уже видно, что цвет их темно-каштановый и они немного вьются.Он пьет небольшими глотками, долго. Мне от вида его лица немного не по себе. Нет, я и раньше видела избитых людей, но чтоб так -только когда-то давно, и теперь всякий раз для меня это стресс. -Здесь кто-то был или мне показалось? - спрашивает он. -Не бойся, все в порядке. Тут был мой друг, он врач. Сейчас он вернется, пошел в аптеку. -Что со мной? -Он тебе все объяснит. Ничего страшного, скоро будешь как новый. А пока полежи, тебе нельзя вставать. -А где... -Одежду я бросила в стирку, ей хана. -Но я... -Мне приходилось видеть голых мужчин. У тебя нет ничего, несвойственного человеческой анатомии, а потому не стоит так переживать. -Вы не представляете, как я вам благодарен. -А вот и Рыжий вернулся.Терпеть не могу всякие там «спасибо», «извините», «люблю» и прочие сопли, пустые разговоры, не стоящие того, чтобы тратить на них свое время. Потом оказывается, что слова вообще ничего не значат. Мы с Рыжим иной раз говорим друг другу ужасные вещи и тем не менее много лет дружим.А бывает, люди клянутся в любви, а потом бьют ножом в спину. Слова ничего не стоят. -Ага, ты пришел в себя. - Рыжий раскладывает принесенное, моет руки. - Малыш, неси сюда лампу, мне нужно больше света. - Это он мне. - У тебя есть аллергия на какие-либо препараты? - спрашивает он у избитого. -Нет. А как вы... -Потом спросишь. Следи за моим пальцем.Я оставляю их развлекаться и иду в другой конец своего жилья. Огромная сорокаметровая комната когда-то была бальным залом в доме купца. Пять узких окон. Лепнина на потолке и старый потемневший паркет. Я отциклевала его, разделила комнату на несколько отсеков, и теперь у меня есть собственный санузел и ванная, а также крохотная кухонька. У меня есть спальня, хоть и небольшая, но сколько мне одной нужно? Самое главное, что мне не приходится пользоваться общими «удобствами», как это было сначала. А теперь, когда соседняя комната стала тоже моей, я сделаю себе отдельный вход с улицы и перестану заходить в вонючий коридор. Эту большую комнату я когда-то получила от государства как сирота. Был когда-то такой порядок - обеспечивать жильем интернатских сирот, и я успела воспользоваться им, как и Рыжий. Говорят, сейчас тоже есть такой порядок, но я не уверена, что он работает. Впрочем, возможно, я просто недоверчива и на самом деле все прекрасно.Я укладываюсь на кровать, голова разболелась от усталости. Вроде бы и время выспаться есть, но... Что мне делать с парнем, которого я притащила домой? Как его зовут? Как-то глупо все вышло. Даже не спросила ничего. А может, он бандит? Теперь поздно об этом толковать, не выброшу же я его на улицу в таком состоянии.Следовало просто оставить его там, где он был, и идти своей дорогой. -Пойди сюда. - Рыжий заглядывает ко мне. - А с тобой что, чего скисла? Тебе плохо? Ты заболела? -Все нормально, просто устала.Я сползаю с кровати. Вот расплата за непомерный альтруизм. -Нашего друга зовут Андрей. Ему нужен покой и сон, через три часа сделаешь ему укол, вот ампула. Я утром заеду, осмотрю его. Все, малыш, мне пора, завтра заступаю на сутки, надо выспаться. -Мне на работу в девять. -Я помню. Все успею. В крайнем случае воспользуюсь своим ключом.У него есть ключ от моей квартиры, но по молчаливому уговору он не пользуется им, если я дома. Разве когда я больна. -Может, останешься? - спрашиваю я. -Тогда утром придется возвращаться домой за вещами, потом снова ехать в центр, а я ленив, ты же знаешь. -Знаю. -Не бойся, малыш, парень ничего тебе не сделает, он не в том состоянии.Рыжий уходит, я слышу, как осень поглощает его шаги. Вот завелся мотор, звук отдаляется. Из-за двери слышен шелест - старая ведьма Матвеевна снова подглядывала. Было бы неплохо, если бы ее язык высох еще до утра.Он лежит на диване, укрытый одеялом. Нечего пенять, что сделано, то сделано. Я сажусь рядом.Интересно, что из этого получится? Собственно, жизнь - штука скучная. -Доктор ушел? -Да. Но ты не бойся, я умею делать уколы в задницу. А он завтра снова придет. Может, тебе что-то нужно? -Нет, спасибо. Я не спросил, как вас зовут. -Меня зовут Лиза. -А врача... -Рыжего зовут Вадим, он мой друг. И хороший врач, ты вполне можешь ему доверять. Ладно, успеем поговорить, он сказал, что тебе нужен покой и сон, поэтому спи. Захочешь на толчок - позовешь. Помогу тебе подняться. -А тут... -Вполне надежно. Никто тебя не найдет. Город большой. Слишком большой, и я в нем - никто. Спи, красавчик. Он закрыл глаза. Открывать их трудно, а вот закрыть - раз плюнуть, веки у него отекли ужасно. Я иду в ванную. Надо привести себя в порядок и постирать одежду.Я перетряхиваю скомканные шмотки. Мой свитер испорчен, джинсы в пятнах, но попробую отстирать. Теперь пиджак и брюки гостя. Наверное, кучу денег стоил костюм с ярлыком Purple Label, но теперь ему кранты. Или нет? Посмотрим. В следующий раз буду умнее и не стану подбирать мусор на улице. Я беру одежду и без всяких моральных судорог обыскиваю. Хочу знать, какого именно кота в мешке я приобрела. Ага, во внутреннем кармане что-то есть. Это золотая ручка с маленьким блестящим камешком, монограммой или узором на колпачке. Мелко, не рассмотреть. В других карманах ничего нет. Интересно, как ручка оказалась в его кармане? И в какую передрягу попал этот парень? И почему ее не отобрали? Ладно, потом узнаю, а пока пусть она полежит в шкафчике.Я включаю машинку, шумит вода, слизывая стиральный порошок. Теперь отдохну, сделаю пациенту укол и лягу спать. Вот только есть охота... Телевизор мелькает дурацкими кадрами. Лучше уж новости, хотя хороших известий в этой стране давно нет. Ну вот. Что я говорила? «...неизвестно. Напоминаем, что немецкий бизнесмен господин Клаус-Отто Вернер и его сын Андрей исчезли из гостиницы «Салют» три дня назад. Наши источники сообщают, что в лесополосе недалеко от Окружной дороги сегодня найдено тело Вернера-старшего. Как он попал туда, кто организовал похищение и где находится Андрей Вернер - на эти вопросы у следствия пока нет ответов». В этой стране происходит черт знает что. Странное имя для немца Андрей. -Вот и моего найденыша так зовут - правда, он не немец. Я режу хлеб, посыпаю его солью и сажусь пить чай. Скоро зима, и я далека от радостного настроения. Да, хороших новостей у нас просто не бывает.