#Тёмная леди#Пролог

Где-то далеко в небе, пыльные облака поглотили звёзды, нависая над Школой Искусства Смерти, как предупреждение об угрозе. О мече, что скоро ударит. Его воткнут в спину и польётся кровь. Кровь родных, любимых, друзей и товарищей. Кровь будет литься рекой, стекая с мёртвых пальцев и холодной стали. Флёр стояла напротив Даармы. Держалась она ровно, как и положено верному последователю. Верному войну. Сумерки уже взяли свою власть. Адепты возвращались с вечернего построения, в окнах общежития загорался желтоватый свет. Владычица Темноречья была опечалена. Её длинное чёрное шёлковое платье, декольте которого было излишне глубоким, облипало её ноги. Бледные плечи немного ссутулены, лицо тонкое и изящное, но уставшее. Долгое нахождение вне святилища давалось ей тяжело. Даарма нежно, по матерински, поцеловала Флёр в лоб, и она почувствовала лёгкую прохладу от её губ. Словно поцелуй самой ночи. В воздухе стоял аромат трав и пыли.

— Позвольте спросить. — Флёр со стыдом посмотрела на свою госпожу. На её щеке всё ещё оставалась неглубокая царапина, покрывшаяся тонкой корочкой.

За ней, сложив руки на груди, стоял Риан Тьер. Он внимательно наблюдал за тёмной фигурой древней ведьмы. Тело его было напряжено, а поза выражала враждебность. На его щеках так и осталась трёхдневная щетина, а рубашка всё также была пропитана потом и кровью. Кровью его сестры, которую он вновь чуть не потерял.

Даарма бросила взгляд на лорда Тьера и нежно улыбнулась своей любимой дочери, заправив прядь волос за ухо. Подул ветер, растрепав волосы Флёр. Она чувствовала аромат своей госпожи, так пахнет пруд утром. Дождь на рассвете. Бурная река в лесах Эльфийских королевств.

— Я готова ответить. Спроси. — Даарма кивнула, и на её лицо упала тень.

Луна скрылась за тучами. Сверкнула вспышка молнии. Гром. Природа гневалась. Равновесие было нарушено вместе с непринуждённым спокойствием последних месяцев жизни Флёр. Они с Каем вернуться в ту маленькую квартирку на улице Хвоста Дракона, но всё уже будет иначе. Она чувствовала это. Это ощущение бежало по венам. Оно сидел в груди, сдавливая рёбра. Всё снова изменилось. И не в лучшую сторону. Но было ещё кое-что. Скулящее, как щенок чувство эйфории, которое порождало стыд. Чувство счастья и полноты ощущений. Это то, что вернулось к Флёр вместе с алым пламенем.

— Вы ведь знали про ХиноТено? — Флёр не выглядела враждебной, и её лицо вовсе не казалось агрессивным. — Вы поняли, что он замешен здесь ещё тогда. В святилище, когда Полуночные спасли нас с Кайеном. Вы не могли не знать. Я лишь хочу правды.

Даарма отступила на шаг от Флёр, опустив взгляд. Она вновь начала заламывать руки, как мать, пойманная ребёнком на лжи. Флёр же напротив осталась спокойной и смотрела на древнюю ведьму прямо, но с почтением.

— Да, — выдохнула владычица Темноречья. — Я поняла сразу... Прости, я... — Она тяжело вздохнула, отступив в сторону. — Я действительно узнала о том, что это клеймо ХиноТено, но я не причастна к этому, даю слово. Видишь ли... Скажи я тебе всё как есть, ты бы попыталась докопаться до сути в одиночку. И не справилась бы. Я планировала разобраться с этим до того, как всё вскроется. Мне явилось видение в ту ночь, когда тебе вынесли оправдательный приговор. Новый виток судьбы уже случился, но не решающий. У меня был шанс это предотвратить. Поэтому мы с Ноксом начали поиски.

— Поиски? — перебила Флёр. — Вы знаете что искать? — спросила она.

— Да, — ответила Даарма. — Я не знаю где, но я знаю кого. Круг Восхода.

Флёр в ужасе сделала шаг назад, но усилием воли заставила себя сдержать эмоции.

— Это ведь тот круг, из которого произошла Ваша мать. Но... столько лет прошло. Ведьмы, конечно долго живут, но ведь не на столько. — Флёр испуганно огляделась по сторонам, будто боясь, что кто-то лишний мог это услышать.

С крыши слетел чёрный ворон, он кувырком ударился о землю, обратившись чёрным дымом. Нокс шагнул вперёд, размяв мышцы. Он облетал окрестности, делая это по привычки, как верный слуга Даармы.

— Последний раз мы заметили их активность лет тридцать назад, — произнёс он, разминая руки.

— Ещё до моего рождения, — уточнила Флёр и подумав, спросила: — И какого рода активность была?

Даарма оглянулась на Нокса, и взгляд её казался затуманенным и испуганным.

— Мои вороны отследили их ритуал. Ритуал гадания. Видишь ли, Флёр, раньше ведьмы были сильней. — Сказав это Даарма отошла к пруду и присела на щебёнку, приподняв подол длинного чёрного платья.

В её глазах виднелось что-то вроде ностальгия. Память о прежнем мире всё ещё была в ней. Тот мир был для неё колыбелью. Там она родилась и выросла.

— Круг Восхода стремиться обратно к тем временам. Временам, когда ведьмы были едины с природой, и наше могущество было не оспоримо. Человеческие маги считались с нами, а о существовании Тёмных лордов мы и не ведали. Ибо даже высшие демоны не рискнули бы вступить с нами в схватку. — Даарма говорила об этом так, словно рассказывала древнюю легенду. Так матери рассказывают сказки свои детям перед сном.

— Если они хотят принести нас в жертву... — начала Флёр, но осеклась.

Слово жертва пугало её. Но опасалась юная леди Тьер вовсе не за свою жизнь. Быть жертвенным ягнёнком в чьих-то властных руках ей было не в первой. Больше всего её волновал Кайен. И тот ужас в его глазах, который она видела, когда Рэн методично объяснял племяннику, как пользоваться голубым пламенем. Всё это юному Блаэду было чуждо и не понятно. Его будто насильно заставили быть частью чего-то древнего и великого.

— Они хотят силы, — закончила Даарма. — Высший демон и агратаэр. Не такая ли жертва положена за подобную власть над магией? — Ведьма пожала плечами и пальцами коснулась водной глади.

— На что они гадали? — требовательно спросила Флёр. — Я хочу знать.

Над их головами прозвучал очередной раскат грома, заглушая сердцебиение Флёр.

— Какой ответ они получили, нам не известно. Но гадали они на внутренностях младенца, — ответил Нокс. — Думаю ты знаешь, что это значит.

Услышав это, Риан похолодел. Он почувствовал, как его сердце пропустило пару ударов. Кулаки сами по себе сжались.

— Это на рождение, — полушепотом произнёс он. — Нет, на беременность...

Флёр обернулась, чтобы взглянуть на брата.

— Где сейчас Дея? — требовательно спросила она.

— Здесь, в Школе, — ответил Риан. — Я бы не оставил её...

— Ты сам знаешь историю оплошностей в зачатии от наших родителей, Риан. — Флёр вплотную подошла к нему. — Твой ребёнок и жена могут быть под угрозой. Думаю, тебе стоит сейчас переключиться с меня на них.

Риан молча кивнул. Это не то, что ему бы хотелось услышать. Слишком многое вдруг стало угрожать его семье. Флёр обратилась к Ноксу:

— Вы засекли их следы? — спросила она. — Хоть что-то.

Нокс обречённо помотал головой. Старший ворон никогда не проигрывал в слежке. Но искать то, что почти не существует... Даже для него это было невыполнимой задачей.

— В любом случае, продолжим искать, — заверила Даарма. — На этот раз без секретов... обещаю. Но я пойму, если ты не будешь мне доверять, Флёр.

Она поднялась с щебёнки, поправив бретельки своего чёрного платья. У неё совсем закончились силы, и даже стоять ей было трудно. Флёр склонилась перед ней.

— Какие бы цели вы не преследовали, госпожа, я в любом случае останусь на стороне культа, — заверила она. — Таков мой долг.

Даарма коснулась её подбородка. Так, чтобы Флёр посмотрела на неё.

— Береги себя... и Кая, — попросила она. — Ему сейчас очень сложно. Держитесь вместе, несмотря ни на что.

Владычица Темноречья молча кивнула Ноксу, и тот послушно поклонился. Старший жрец вновь обратился вороном и воспарил навстречу гневному небу, а Даарма прыгнула в пруд и исчезла в водной глади. Только круги на поверхности напоминали о том, что она вообще здесь была. Флёр молча проводила их взглядом, обдумывая что-то, а затем развернулась, намереваясь вернуться в свои покои.

— Серьёзно? — грозно спросил Риан, и Флёр остановилась. — Даже после её обмана ты продолжаешь ей верить? Не слишком ли это опрометчиво?

Флёр развернулась лицом к брату, и в её глазах вспыхнули искры алого пламени.

— А как можно верить тебе? — со злостью спросила она. — Ты ни слова не сказал о своих поисках в старых курганах? Снова скрыл от меня всё.

В груди Риана что-то неприятно кольнуло, и он почувствовал страх. Сейчас в глазах Флёр горел огонь злости, но как скоро он мог смениться на холод разочарования. Её бледное уставшее лицо покрылось румянцем.

— Я просто хотел защитить тебя! — Риан сделал шаг навстречу к сестре, но вновь встретившись с её взглядом остановился.

— Ложью не защищают, Риан! — прочеканила Флёр, и в голосе её слышалась ярость, боль и обида. Обида за то недоверие, которым наградил её старший брат.

— Я не лгал! — начал оправдываться старший брат. — Я просто сказал тебе не всё!

— А сокрытием в тем более. Это касается меня напрямую. Почему я должна терпеть то, что ты водишь меня за нос? — спросила Флёр. — Я имею право знать правду. И хватит защищать меня. Я не маленький ребёнок. Прекрати сомневаться во мне.

— Почему тогда ты готова довериться Даарме, которая делает ровно то же самое? — спросила Риан.

— Она моя госпожа. Как и наш дядюшка Император, она носит корону. Они не обязаны говорить нам всё. Их положение это допускает. Но от родного брата я жду правды. Полной правды. Без уловок, обмана и прочего, Риан. Я не хочу блуждать в паутине лжи и недомолвок. Поверь уже в меня и в мои силы. Прозвучит, как хвастовство, конечно. Но ты не думал, почему за двенадцать лет так легко были подавлены заговоры мелких дворян? Или ты только Бальвора заметил? А Сиа? Не бери на свой счёт, но я спасла Империю не меньшее количество раз, чем ты! В одиночку! Без СБИ и невероятных званий! Может, эти угрозы были не такого невероятного масштаба, как у тебя, но всё же! Да, ты сильнее меня. Я не спорю. Но я способна защитить себя и то, что мне дорого. Мы носим с тобой одну фамилию, и прошу лишь воспринимать меня как равную! — Флёр развернулась, чтобы уйти, но напоследок бросила: — И как после этого я должна доверять тебе?

Она скрылась за углом, оставив Риана в одиночестве. Он вспомнил слова Кайена, оброненные перед отправкой к местам поклонения. Чем больше мы скрываем от неё, тем меньше она нам доверяет. Как же юный вампир был прав тогда. Кто знает, будь он тогда рядом с Флёр... Сейчас Риан чувствовал, как пропасть между ним и его младшей сестрой резко увеличилась.

***

Утро в Школе Искусства Смерти началось с яростного рога единорога, призвавшего адептов к построению. Кайен с раздражением укрылся подушкой, пытаясь продолжить сон. Послышались быстрые неугомонные шаги адептов, спускающихся по лестницам. Они громко стучали подошвами сапог, звенели их мечи и луки, а затем вопли от бедолаг, которые не смогли вовремя увернуться от выстрелов арбалетов. Сладкий сон к Кайену Блаэду так и не вернулся. Он откинул одеяло и спустил босые ноги на холодный пол. Надоедливый хвост так и не исчезал. Хоть и Эллохар говорил ему, что это пройдёт, но Кайена не покидало странное чувств. В его венах вместе с кровью текла новая сила. Непонятная и чуждая.

На прикроватной тумбе уже была стопка со свежей одеждой. Кай ещё немного посидел на кровати, прислушиваясь к крикам адептов Смерти за окном, а затем протянул руку к белью.

Как только Кайен, переодетый в своеобразную рубашку с эмблемой Школы Искусства Смерти, выглянул за дверь, его встретил грозный взгляд Флёр. Сама она была одета в своём стиле. Чёрная шелковая рубашка с кожаным корсетом и брюки. Одежда казалась немного маловатой. В Школе Искусства Смерти оставалась её старая одежда, которую она носила ещё двенадцать лет назад. Поэтому Флёр не стала заморачиваться и надела её.

— Пошли, нас там ждут, — заявила леди Тьер, схватив Кайена за руку.

— Опять ты в чёрном, — заметил Кай, не обратив внимания на слова Флёр. Ему не было важно, что его ждут где-то там, если она уже здесь.

Флёр задумчиво оглядела себя.

— Войнам положено носить чёрное, — заметила она, сложив руки на груди, пытаясь защититься от его взгляда.

— И кто этот бред придумал? — устало выдохнул вампир. — Какой толк войнам носить чёрное?

— Потому что на чёрном не видно кров, Кай, — ответила Флёр, и голос её звучал словно порыв холодного ветра, заставивший Кайена вздрогнуть.

В это же мгновение их обуяло адово пламя. Тёплые красные языки приятно щекотали кожу Кайена, словно поглаживая. На секунду он почувствовал запах кариссы, перемешанный с духами Флёр, и вот огненная стена расступилась. Вокруг стояли круглые столики, укрытые скатертями. Пахло жаренным мясом и красным вином.

— Ну наконец-то! Дождались! — Эллохар махнул им рукой.

Вся семья Блаэдов и Тьеров устроилась за большим круглым столом. Всё ещё чувствовалось некое напряжение между ними, но Кая это интересовало куда меньше, чем явная ярость Флёр, словно аура, окружающая её тело. Она метнула разъярённый взгляд в сторону Риана Тьера, и Кайен понял всё и сразу, и меньше всего ему хотелось попасть под раздачу.

— Флёр, ты как? — пискнул он, привлекая её внимание.

Флёр в ответ откинула его руку, за которую держалась пока переносила их в столовую и направилась в сторону стола.

— Чтобы ты знала, я был против этой затеи изначально, — осторожно начал Кайен.

Он догадывался, что что-то произошло между ней и её старшим братом прошедшей ночью, но конкретно не понимал что. Хоть и знал, что Флёр не оставит того, что Риан в очередной раз под личиной заботы не доверился ей.

— А братец тот ещё каблук, — хихикнул Людвиг на ухо Никасу, но так чтобы это слышали все.

Флёр тем временем подошла к столику и ногой пнула вампира, отчего Людвиг с грохотом упал на пол, вызвав этим усмешку Эллохара.

— Нам пора. Хватит прохлаждаться, — бросила она.

Все, покончив с завтраком, поспешно поднялись, чтобы наконец-то покинуть стены Школы Искусства Смерти. Сидеть остался только Рэн.

— Он не каблук, Людвиг. У Кайена просто верная позиция выживания, — заметил Эллохар, глянув на близнецов, через тонкие стенки бокала, наполненного эльфийским вином. — Вам бы поучиться, мальчики.

В это время в столовой было пусто. Адепты в основном были на построении. Шум и гам грозил начаться где-то через час. Тангирра и Благодать Никаноровна завязали какую-то бесполезную светскую беседу, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. Кайену во всём этом было крайне неуютно. Флёр не была настроена на диалог, а ему было что сказать. Поделиться тем, что происходило а душе, но всё вокруг было настроено против. Старшие братья ведут себя своеобразно, напряжение между их семьями так и не сошло. Внезапно на столик запрыгнул чёрный комок, протащив за собой скатерть.

— Черныш? — Флёр взяла кота на руки, и тот довольно мяукнул.

Выглядел кот сытым и довольным, на его морде виднелись пятнышки от какой-то определённо нагло стыренной еды с кухни.

— Ты как тут оказался? — спросил Кайен, обращаясь к коту, но тот лишь по--свойски забрался на плечо Флёр. — Это вы его сюда принесли? — спросил вампир, посмотрев на Риана и Эллохара.

Лорды лишь странно переглянулись и развели руками. Черныш же начал довольно тереться мордой о щёку хозяйки.

— Ай! — Флёр резко подняла кота. — Ты чем там царапаешься? Негодник!

Она начала щупать маленькую кошачью голову под всеобщими удивлёнными взглядами.

— У него что? Рога появились? — удивлённо спросил Кай.

На голове черныша и прада появились маленькие еле заметные рожки, которых почти не было видно из-за шерсти.

— Тебе бы про рога говорить, — усмехнулся Влад, бросив многозначительный взгляд на младшего брата, отчего по телу Кайена пробежала мелкая дрожь раздражения.

— Очень смешно, Влад! Ты просто юморист! — прошипел Кай.

Благодать Никаноровна предусмотрительно встала между сыновьями, чтобы избежать вероятности драки.

— Успокойтесь, — потребовала она и протянула руку к Чернышу.

Кот её тактильности не оценил и угрожающе зашипел. Ведьма не стала проявлять большей инициативности и усмехнулась.

— Это не кот. Черныш ваш ведьмин фамильяр. Мито. Они живут в скалах человеческих королевств. Когда котятам исполняется по десять лет, их родители отправляют их искать себе новый дом. Кто-то из них селиться в скалах, как родители и продолжает род, а кто-то ищет себе хозяина, чтобы развиваться вместе с ним в магии. Обычно они правда ведьм выбирают. Поэтому ведьмин фамильяр. Рога у них обычно чуть раньше появляются. А этот видимо слабоват, — заметила Благодать Никаноровна.

Флёр раздражённо помотала головой.

— Он не слабый, — строго ответила она. — Может он кажется хилее на фоне своих сородичей, но смелости ему точно не занимать.

Черныш благодарно лизнул её щёку.

— Правда? — насмешливо спросила Благодать Никаноровна, но немного подумав, решила не вступать в спор. — В любом случае, мито способны путешествовать по пространствам. Через кошачьи норки.

— Кошачьи норки? — переспросила Флёр. — Так он тут оказался?

— Да, — ответила ведьма. — Видимо искал тебя по всюду. И вот нашёл наконец-то.

— И как далеко ведут эти... кошачьи норки? — спросила Флёр, немного иначе взглянув на своего питомца.

— Коты гуляют, где захотят. Уверена, если бы ему понадобилась он бы тебя и в Темноречье нашёл. Ах, да. Чуть не забыла. У них ещё есть особенность. С возрастом они отращивают хвосты. Если силы их растут, конечно. Дикие обычно не больше двух-трёх имеют, а фамильяры способны отрастить до двенадцати. Хотя, я на своём веку встречала только одного мито. И у него было четыре хвоста.

Флёр не стала отвечать. Разговоры ей наскучали. К тому же, кем бы не был Черныш. Обычном котом или неким мито, он оставался для неё тем же. Просто маленьким котёнком, которого она подобрала у кондитерской. Хотя, её радовало, что Черныш проживёт больше, чем обычный кот. Ей не хотелось с ним расставаться. Бросив всем нецеремонные слова прощания, она схватила Кайена за руку и воззвала к алому пламени. Адов огонь окутал теплом их тела, уже не такие как прежде, и вот за пламенным занавесом показались уже ставшие родными стены учетной квартирки под номером «5» в тринадцатом доме на улице Хвоста Дракона. И если Флёр думала о том, что всё измениться до неузнаваемости, то Кайена приятно грели две мысли. Одна крутилось вокруг тёплой руки Флёр сжимающей его запястье, а вторая говорила о том, что что бы не случилось, он всегда сможет вернуться домой. В эту маленькую уютную квартирку.