Глава двадцатая. Путь, идущий вдвоем

Дорога не стала легче.Но шаг стал увереннее.

Они шли рядом — мальчик и чёрный дракон с янтарными глазами. Теперь в этом пути было не только предназначение, но и согласие. Связь между ними не нуждалась в словах, но каждый поворот ветра, каждый изгиб тропы будто слышался обоими.

Мальчик ощущал, как меняется всё вокруг — не столько внешне, сколько внутри. Мир перестал казаться чужим. Он не знал, куда именно приведёт их дорога, но впервые это не вызывало страха.Он знал — это его путь. Их путь.

Тишина не угнетала, наоборот — в ней звучали невидимые нити древней силы. Иногда дракону достаточно было одного взгляда, чтобы направить или остановить. И мальчик учился слышать этот язык.

Ветер принёс с собой запахи цветущей долины и далёкого дождя. Где-то за горизонтом громко кричала птица. Мальчик поднял голову и впервые осознал, что этот мир — не угроза, а дом.

— Ты ведь знал, что я приду, — вдруг произнёс он, не поворачивая головы к дракону.— Я знал, что ты когда-то вспомнишь, — ответил дракон. Его голос был глубок, как дыхание земли.

— И ты ждал всё это время?— Я ждал не тебя, — мягко сказал дракон. — Я ждал, когда ты станешь тем, кто может прийти не за силой, а за памятью.

Мальчик молчал, чувствуя, как эти слова раскрываются внутри него, будто цветок, давно спящий в земле.

Далеко впереди виднелась расселина между скалами — врата в иное пространство. Не просто физическое место, а древний порог, за которым начинались те земли, о которых молчали даже легенды. Он чувствовал, что именно туда ведёт их дорога.

И в его ладони уже жила искра силы — не как оружие, а как дыхание. Не как тайна, а как правда.

Скалы становились всё выше, будто время само поднимало стены, скрывая за ними то, что не должно было быть доступно прежде. Их края были испещрены трещинами, мхом и знаками — слишком старыми, чтобы помнить, кто их высек, и слишком живыми, чтобы не замечать их присутствие.

Мальчик подошёл ближе. Он чувствовал, как дрожит воздух между скалами. Это была не просто расселина — врата дышали.Словно место само ждало его шаг.И, возможно, дышало в унисон с драконом.

Он обернулся. Дракон стоял, не двигаясь. Глаза янтарного цвета — спокойные и внимательные.

— Это они? — спросил мальчик почти шёпотом.— Да, — отозвался дракон. — За ними лежит память не только твоя... но и моя.

Порыв ветра пронёсся между ними. Тени дрогнули. Казалось, будто сама земля прислушивается к их решению. Мальчик шагнул вперёд и положил ладонь на камень.

Он ожидал холода, но камень был тёплым. Тёплым, как сердце, которое ещё бьётся.

На миг перед глазами вспыхнуло видение: руны, сияющие изнутри, круги, начерченные руками предков, и силуэт — неясный, но знакомый. Как будто он уже стоял здесь однажды. Может быть, в другой жизни.А может, в момент, который ускользнул из памяти, но оставил след в крови.

— Что меня ждёт внутри? — тихо спросил он.— Не ответы. Но отражения.— А ты войдёшь со мной?

Дракон приблизился. Его тень легла на мальчика, укутывая словно плащ.

— Я уже внутри. И снаружи. Мы больше не раздельны.

И тогда врата открылись. Без шума, без света. Просто исчезли, будто никогда и не были преградой — только ожиданием.

Мальчик шагнул вперёд.

Врата закрылись за их спинами беззвучно, будто растворились в воздухе.Мир внутри был не тьмой и не светом — скорее пространством между.Здесь всё казалось древним, как само время, и живым, как первый вдох.

Мальчик шагал рядом с драконом, и в груди у него пульсировала тёплая сила.Она больше не была чужой. Она отзывалась на каждый шаг, словно знала этот путь.Стены святилища покрывали знаки — они двигались, будто дышали.И чем глубже они шли, тем яснее становились узоры, словно узнавая мальчика.

— Ты чувствуешь? — впервые нарушил тишину дракон. Его голос был низким, глубоким,как грохот крыльев за горизонтом, и в нём звучала древняя нежность.— Мы почти у истока. Там, где всё началось.

Мальчик молча кивнул. Он чувствовал. Не умом — памятью,которая будто возвращалась с каждой ступенью вниз.

На последнем витке лестницы пространство распахнулось,и перед ними возник зал, вырубленный прямо в скале.В центре — платформа, окружённая кругом огня и воды.Огонь не обжигал. Вода не звенела. Всё было неподвижным, ждущим.

— Это место хранило твои воспоминания, Нарион, — сказал дракон. —Ты знал это имя, когда был ещё в самом начале пути.Ты забыл его, чтобы пройти путь как человек. Но теперь ты готов вспомнить.

Имя отозвалось внутри мальчика. Оно вспыхнуло в сердце.Он не слышал его ушами — он стал этим именем.

Нарион.Свет.Тёплое золото янтарных глаз.Вихрь ветра над землёй, где больше нет одиночества.

Он ступил в круг. Мир вздрогнул.

Всё, что было разрозненно, соединилось.Он вспомнил: клятву. Метку. Голос матери.Огонь, что не обжёг. Руку, что держала в пламени.И крыло над ним, защищающее, как обет.

Дракон шагнул навстречу.

— Я — Арракс, — произнёс он. —Я носил силу, которую ты теперь разделяешь.Ты — моя вторая сторона. Моя равная суть.Ты — мой выбор. Мой свет. Моя память. Мой союз.

Когда их взгляды встретились, стены зала озарил свет.Вода поднялась. Огонь взвился вверх.Мир признал их.

И тогда, впервые, дракон склонил голову,а мальчик — теперь уже юноша с именем —протянул руку и коснулся лба Арракса.

Их силы соединились. Их души слились.Они не стали одним существом,но стали единым духом.

Рука об крыло.

______

....— Нам нужно выйти, — произнёс Арракс. — Этот зал не был создан для двоих. Но путь дальше — уже твой, и мой, как единое.

Они двинулись вперёд — вдоль арок и высоких стен, за которыми уже начинал пробиваться утренний свет. Мальчик чувствовал, как шаги стали другими — уверенными, в ритме с дыханием дракона. Где-то внутри него проснулась сила, но не дикая, не жгучая — она жила в нём, как в сосуде, который наконец обрёл своё предназначение.

За вратами раскинулась долина — та самая, с которой всё начиналось. Но теперь она не казалась ни опасной, ни непроходимой. В ней всё ещё прятались тени, но они больше не пугали.

Слева на скале зашевелились первые листья, хотя ветра не было. Нарион заметил это.

— Мир тоже просыпается. Он чувствует, что завет восстановлен.

— А что теперь? — спросил мальчик.

— Теперь — мы вернём остатки света туда, где он был утрачен. Пройдём туда, где начинается круг, чтобы завершить его. И откроем путь для тех, кто придёт после.

Мальчик кивнул. Он не знал, куда ведёт дорога, но знал, что больше не один. Он знал, что не просто идёт рядом с драконом — он и есть часть этого пути.

И они пошли вперёд, сквозь пробуждающийся мир, где с каждым шагом под их ногами вновь оживала древняя тропа.

Их шаги растворялись в мягком шорохе травы, в дыхании земли, проснувшейся от долгого сна. Небо над головой становилось светлее, и в лучах рассвета янтарные глаза дракона отражали утренний свет, как два огня, что больше не гаснут.

Мальчик не оглянулся. Всё, что нужно, было теперь перед ним — путь, на котором он уже не одинок, и сила, которая не подчиняется, а откликается. Сердце билось ровно, спокойно, как у того, кто наконец услышал свой собственный голос в великой тишине.

Так начинается новая глава — не только для него, но и для всего, что было забыто.

И дорога вела вперёд.