Глава 8

- Мы пришли, - тихо сказал Полемистис, поднимая руку и жестом останавливая спутника.

Аполлон – за пару дней пути он уже успел свыкнуться и с новым именем, и с мощью, которая теперь заключалась в его теле – послушно замер и напрягся, прислушиваясь. После обращения все его чувства обострились, чему мужчина не уставал удивляться. Теперь он мог слышать, как в морозном воздухе взмахивает крыльями птица, как тихо ступает олень в лесной чаще, как шелестит трава, танцуя под дуновениями игривого ветра. Но сейчас... Сейчас он не слышал ровным счетом ничего. Стояла могильная тишина, прерываемая лишь едва уловимым шуршанием одежды, задевающей кожу.

- Где мы? – спросил Аполлон, настороженно оглядывался, - ты так и не рассказал мне о том, кем я стал, так ответь хотя бы на этот вопрос. Все это время мы упорно шли сюда, так скажи, зачем? И к кому?

- К ведьме, - коротко бросил мужчина и отвернулся, явно не желая развивать эту тему.

Подавив в себе раздражение, Аполлон последовал за Полемистисом. В магию он не верил, считая ее сказочками для детей, но в последнее время ему пришлось несколько пересмотреть свои убеждения.

- Будь наготове, - напряженно прошептал Полемистис и ступила за ограду.

Аполлон бесшумно ступал за ним, не переставая озираться. Кусты с шипами были ровно подстрижены, их темная листва призрачно выступала из густого тумана, напоминая стоящих на посту стражей. Сгнившие яблоки висели на согнувшихся под их тяжестью ветках, которые склонялись над заросшей тропинкой. Из тьмы раздалось угрожающее уханье, и Аполлон невольно вздрогнул, прислушиваясь к щелканью клюва вышедшего на охоту филина.

И тумана начали вырисовываться контуры небольшого дома. Он угрожающе возвышался над головами вампиров, и его черный силуэт был похож на напружинившееся чудовище, готовое сожрать незваных гостей.

- Давно не виделись, Полемистис, - неожиданно раздавшийся сзади голос заставил Аполлона подскочить и, крутанувшись на месте, приготовиться к бою. Он мгновенно почувствовал, как клыки удлинились, а силы внутри забурлила.

- Даже не думай, - предостерег все тот же голос, - сейчас ты на моей территории, так что не советую злить меня. Если нападешь, я...

- Спокойно, Ферми, - Полемистис положил тяжелую ладонь на плечо Аполлона, - мы не собираемся нападать и просим прощения за вторжение. Мы прибыли, чтобы...

- Ах, я знаю, зачем вы прибыли, - прервала его женщина, а это была именно она, и фыркнула, - как я погляжу, мальца ты нашел.

Она наконец вышла из тумана, и Аполлон с удивлением понял, что это совсем еще молодая женщина. Ее хрупкая, худая фигурка была закутана в теплый плащ, а цвета вороного крыла волосы небрежно рассыпались по узким плечам. В руках женщина держала корзинку, доверху заполненную чем-то.

- Разумеется, - с достоинством ответил Полемистис, и темные глаза Ферми довольно сверкнули.

- Что ж, тогда милости прошу в дом, - с игривой улыбкой сказала она и прошла вперед, обдав Аполлона шлейфом аромата полевых трав и лесной свежести.

Мужчины робко последовали за ведьмой и, переступив порог, оказались в совершенно другом мире. На полках стояли разнообразные скляночки и банки, полные чего-то, что Аполлон не испытывал желания разглядывать поближе. Что-то ему подсказывало, что там отнюдь не засушенные лепестки цветов или песок с пляжа, который, как он не понаслышке знал на примере своей сестры, любили трепетно хранить многие молодые девушки. Посередине комнаты стояли стулья и небольшой, крепко сбитый деревянный стол. Его добротные доски кое-где подпортило время, но Аполлон моментально понял, что эта вещь не из дешевых и в прошлом, скорее всего, принадлежала какому-нибудь именитому господину. На противоположной стене висело мутное зеркало, и мужчине на миг показалось, что в отражении промелькнул чей-то силуэт.

- Я бы не советовала к нему подходить, - заметив заинтересованный взгляд Аполлона, небрежным тоном произнесла Ферми, положив корзину на стол и принявшись выкладывать оттуда пучки неизвестных мужчине трав, - а то глядишь, может и затянуть. Ей там скучно.

- Ей? – пробормотал Аполлон и отошел от зеркала подальше. На всякий случай.

- Итак, Ферми, - кашлянув, начал было Полемистис, но женщина быстро его одернула.

- Не заключаю сделок на голодный желудок, - отрезала она, но потом, бросив на Аполлона жадный, заинтересованный взгляд, неожиданно смягчилась, - хотя знаешь, твой спутник слишком интересен, чтобы тратить время на еду.

- Ты говорила, чтобы я нашел потомка... не помню, как его зовут... мага, и вон он здесь, - с гордым видом произнес мужчина, вызвав у Ферми смешок.

- Не помнишь, как его зовут? – с издевкой переспросила женщина и презрительно фыркнула, - если уж не просвещен в каких-то вопросах, то не выставляй это, а значит, и себя, на всеобщее обозрение. А то посмешище какое-то, честное слово. Я просила тебя найти потомка Рэндалфра Стерка, одного из сильнейших чародеев в истории. Ты привел его внука, имя которого я, к моему прискорбию, не имею чести знать, и заслужил мою похвалу.

- Благодарю, - склонил голову Полемистис, не светясь, однако, от счастья из-за похвалы ведьмы.

Аполлон почти на физическом уровне почувствовал, как в вампире закипает ярость, которую он всеми силами старается скрыть за любезностью. Он опасался Ферми, ее спокойно-насмешливой манеры вести себя и спрятанной за этим силой. Темной силой.

Аполлон и сам чувствовал исходившую от женщины угрозу, но ему было невдомек, что он ощущает лишь малую ее часть. Защитная аура, доставшаяся ему по наследству от того самого мага, успешно пресекала любые попытки тьмы, давящей на Полемистиса в данный момент, слишком уж повлиять на Аполлона. Но все в мире не безгранично, и от чего-то его не могла полностью спасти даже сильная аура.

Мужчина беспрекословно приблизился к Ферми, повинуясь ее просьбе-приказу дать на себя посмотреть. Подойдя к весело потрескивающему камину и стоящей рядом с ним женщине, Аполлон взглянул на ведьму, чтобы дать ей возможность рассмотреть себя и самому воспользоваться представившейся возможностью повнимательнее приглядеться к ней.

Обостренное зрение не обмануло его, у женщины и правда были черные волосы, чуть отливающие то синевой, то холодным металлическим блеском. В ее темных, бездонных глазах светилась мудрость старухи, прожившей достаточно долго, чтобы перестать волноваться по пустякам. Сколько же ей было лет на самом деле?

- А ты силен, - Ферми приподняла уголок рта, обозначая улыбку, и по-птичьи наклонила голову вбок, - не зря я, значит, поставила на тебя. Если бы только твой отец позволил Рэндалфру обучить тебя, то ты мог бы стать великим, могущественным магом... Такой потенциал... Но что толку жалеть об упущенных возможностях. Сосредоточимся на настоящем, - она повернулась к Полемистису, - надеюсь, ты помнишь уговор. Кровь взамен на силу.

Мужчина кивнул, но ведьма неожиданно сделала шаг вперед, принимаясь кружить вокруг вмиг напрягшегося вампира.

- Только вот с кровью не все так просто, не так ли, дорогой? – промурлыкала она, останавливаясь прямо перед Полемистисом и заглядывая ему в глаза, - ничего не хочешь мне рассказать?

- Он умирал, - отводя взгляд, пробурчал вампир, - какой-то воришка решил поупражняться в фехтовании. У меня не было выбора, кроме как обратить его. Я выполнил свою часть...

- Нет, - прошипела Ферми, - ты не выполнил свою часть договора. Кажется, я довольно четко высказала свои требования: кровь потомка Рэндалфра Стерка. Живого.

- Но ведь я жив, - сам не зная, зачем, вмешался Аполлон.

Он помнил о том, что теперь не человек, а вампир. Но слова Ферми неожиданно глубоко ранили его, и мужчина инстинктивно решил защитить себя.

- Нет, милый, - покачала головой Ферми и вполоборота с жалостью взглянула на молодого мужчину, - ты не жив. Но и не мертв. Как бы тебе попроще объяснить... Ты застрял где-то посередине. У вас, людей, есть много страшилок про вампиров. Из тех, что я слышала, большая часть – правда. Теперь ты – оживший мертвец, единственный способ выжить для которого – питаться человеческой кровью. И это навсегда. Мне жаль.

Женщина с грустью взглянула на опустошенного Аполлона и уголки ее алых губ скорбно опустились. Но когда она повернулась к Полемистису, то ее взгляд вновь ожесточился, а ноздри затрепетали.

- Ты совершил ошибку, Полемистис, и порушил мои планы. За это придется заплатить. И все же стоит признать, что потомка ты привел, путь и не в том... состоянии, на которое я рассчитывала. Поэтому, - взмахнув полами плаща, ведьма резко развернулась и направилась к полкам, - я дам тебе зелье. Но оно будет слабее, чем то, что я могла бы дать тебе. Итак, а теперь...

- Да как ты смеешь? – взревел мужчина, выплескивая клокотавшую до этого момента в нем ярость, - ты хоть представляешь, что мне пришлось перетерпеть, чтобы добраться до мальчишки? С каким трудом я сумел отыскать его? Слушай сюда, ведьма. Ты дашь мне самое сильное зелье, которое у тебя есть в арсенале, иначе...

- Иначе что? – насмешливо спросила Ферми, скрещивая на груди руки.

Все это время она спокойно слушала яростные словами, толчками изливающиеся из скалившегося рта Полемистиса, но в конце концов ей это надоело. Аполлон с ужасом смотрел на маленькую фигурку, казалось, мгновенно увеличившуюся в размерах и заполнившую собой все пространство. Темные глаза ведьмы стали еще темнее, теперь напоминая две черные дыры, ловушку для всего живого.

- Никогда. Не. Угрожай. Мне, - медленно, с выразительными паузами проговорила ведьма, и черная магия, словно ударная волна, придавила вампиров.

Полемистис рухнул на колени, скрипя зубами и тщетно силясь подняться. Аполлон же, устояв на ногах, сторонним наблюдателем глядел на разворачивающееся перед ним действо, предпочитая не вмешиваться. Он быстро смекнул, что Полемистис совершил большую ошибку, начав угрожать ведьме, которая перестала блокировать свои силы.

Пламя ревело в камине, а стены прямо-таки гудели от огромной концентрации магии, вырвавшейся на свободу.

- Я согласилась на эту сделку по доброте душевной, - ее голос гремел, оглушая беззащитных вампиров, - решила помочь по старой памяти. Это ты нуждался – и нуждаешься – в моей помощи, Полемистис, а не я в твоей. Поэтому будь благодарен за то, что я исполню твою просьбу, мольбу о помощи, ведь иначе ее сложно назвать.

- Б-благодарю, госпожа, - прохрипел коленопреклоненный Полемистис, ловя ртом воздух и силясь поднять голову.

Ведьма презрительно скривила губы, смотря на мужчину так, словно он был ничтожеством, пылью под ее ногами, но все-таки снизила магическое давление, и уже посиневший Полемистис смог перевести дух.

- Теперь, мне думается, ты готов к выполнению договора? – будничным тоном поинтересовалась Ферми, и вампир, встав на ноги, но все еще шатаясь, медленно кивнул, - чудесно. Милый, подойди-ка сюда, - обратилась она к Аполлону.

Молодой человек, все еще помня о недавнем всплеске ведьмы, осторожно приблизился, готовый в любой момент отшатнуться и броситься вон из ее логова.

- Не бойся, я тебя не съем, - фыркнула Ферми, явно забавляясь его настороженностью, - ты не в моем вкусе. Слишком тощий.

От ее улыбки по спине Аполлона пробежали мурашки. Он так до конца и не понял, шутит ведьма или нет, но уточнять не рискнул.

Ферми кивком головы указала ему на стул, не то предлагая, не то приказывая сесть на него, а потом достала длинный серебряный кинжал, загнутый край которого напоминал очертания полумесяца. Аполлон нервно сглотнул и перевел взгляд на сосредоточенное лицо ведьмы, что-то старательно ищущей среди разнообразных скляночек и баночек. Но спрашивать ничего не стал.

«Если бы она хотела меня убить, то давно бы уже сделала это, - пытался логически рассуждать он, - да и Полемистис говорил, что мне ничего не грозит. Давай, Джон, ты же мужчина. Не позволяй страху взять верх».

Наконец ведьма выудила небольшой сосуд и довольно улыбнулась, а потом повернулась к Аполлону.

- Закатывай рукав, - приказала она и взяла ритуальный нож, - да прекрати ты трястись, я тебя не убью. Я чисто физически не смогу это сделать, ты уже мертв. Ну, частично. Убить я тебя все-таки смогу, но не будем вдаваться в подробности, делать этого я в любом случае не намерена.

Аполлон неожиданно для себя улыбнулся и почувствовал, как болезненное напряжение постепенно покидает его. Быть может, ведьма заворожила его, или он наконец понял, что бояться не стоит, но в его сердце больше не было страха. Закатав рукав, он положил руку на стол, повернув ее тыльной стороной наверх. Ферми, хмыкнув, подняла кинжал и, прошептав себе что-то под нос, молниеносно полоснула лезвием по девственно белой коже вампира. Аполлон втянул в себя воздух, ожидая почувствовать сильную боль, но руку лишь слегка покалывало.

- Болевой порог у вампиров существенно ниже, чем у людей, - тихо пояснила Ферми, заметив его удивленный взгляд, и приставила к коже горлышко сосуда.

Аполлон с каким-то странным, противоестественным любопытством наблюдал, как его кровь медленной змейкой ползет в бутылочку, словно ее притягивает туда какой-то силой. И мужчине вдруг подумалось, что эта кровь больше не бежит по его телу. Что Ферми, должно быть, вытягивает ее магией, потому что она неподвижна. Она застыла в его венах. Ведь он мертв.

- Ну, вот и все, - довольно произнесла ведьма, закрывая скляночку.

Кровь, словно услышав беззвучный приказ, мгновенно запеклась, и Аполлон с ужасом, смешанным с восхищением, смотрел на то, как рана затягивается. И вот, спустя несколько секунд кожа вновь была чиста, словно по ней и не проводили пару минут назад острым, как бритва, лезвием.

Потрясенно выдохнув, Аполлон поднял глаза на ведьму, но та на него уже не смотрела. Ферми снова копалась в склянках, напряженно ища что-то. Женщина осторожно переставляла сосуды с места на место, пока наконец не нашла нужный.

Маленькая бутылочка, прямо на донышке которой плескалась жидкость насыщенного фиалкового цвета. Она была чем-то похожа на глаза Ферми, такая же притягательная и одновременно пугающая.

- Вот, держи, - ведьма протянула Полемистису сосуд, который вампир в тот же миг с алчным блеском в глазах схватил и прижал к груди.

- Благодарю.

- Надеюсь, ты помнишь, что это – опасное зелье, - проигнорировала его явно неискреннюю благодарность женщина, - и используешь ее правильно. С большой силой приходит большая ответственность. А благодаря эту зелью... Твоя сила может быть чудовищно большой.

- Да-да, я помню, - нетерпеливо проговорил Полемистис, - но какова доза?

- Двух-трех капель для одного сражения будет вполне достаточно, - равнодушно произнесла Ферми, пожимая плечами, - не советую превышать дозу, последствия... непредсказуемы.

- Понимаю, - кивнул Полемистис и сделал знак Аполлону, - думаю, на этом стоит...

- Ах, вот еще что. Если слишком часто использовать это зелье, то твои силы могут, наоборот, уменьшиться, и тебя будет непреодолимо тянуть выпить новую порцию. Но ущерб будет непоправим.

Сглотнув, Полемистис вновь кивнул.

- Позволь еще раз выразить сердечную благодарность за оказанную тобой услугу.

Поклонившись, Полемистис развернулся и направился к выходу, но предостерегающий голос ведьмы заставил его замереть на пороге.

- Тебе также следует знать, что, убив его, ты получишь не только обширные владения и власть, но и все обязательства, кои убиенный клялся выполнять.

Аполлон увидел, как напряглись, окаменели плечи Полемистиса под тонкой тканью сюртука. Мужчина словно ждал продолжения, но ведьма замолкла и более не вымолвила ни слова.

- Я знаю, на что иду, - глухо проговорил Полемистис и вышел.

Аполлон, кинув на Ферми быстрый взгляд, кивнул ей с едва заметной улыбкой и поспешно последовал за быстро шагающим вампиром в ночную тьму.