На краю безды

Прости, что не поняла,Что твои дрогнувшие губы хотели мне сказать. Прости, что не увидела, Как твои трясущие руки хотели меня обнять. Прости, что не заметила, Что в твоих глазах отражалась печаль. Прости, что не смогла разгадать,Твои чувства в том, где тонула я.

Несмотря на то, что ноги Канарейки едва держали равновесие, она с невероятной скоростью несла себя вперед, направляясь на верхний этаж каменной крепости. Дама спотыкалась, чуть не падая, но слепо продолжала бежать, охваченная страхом. Лишь тогда, когда она, закрыв дверь на ключ, оказалась в своих новых покоях, испытанное напряжение наконец-то дало о себе знать, и бессильная Кана свалилась на пол, чувствуя себя теперь некоторым образом защищенной.

Пытаясь отдышаться, старшая Додсон нервно ловила воздух ртом, но даже когда её дыхание пришло в норму, сердце продолжало беспокойно колотиться в груди, находясь в состоянии значительного волнения. Сделав ещё один глубокий вдох, мисс трепетно расстегнула пуговицу на черном манжете и осторожно извлекла помятый листок из рукава, который она успела припрятать в тот момент, когда её руки были спрятаны за спиной.

Хотя задуманный план, по всей видимости, где-то дал сбой, и девушке так и не удалось найти потерянный кулон, по причине того, что Лоркан слишком рано вернулся в свои покои. Это уже не говоря о том, какие последствия привела эта внезапная встреча. Однако случайно найденный листок оказался не менее важной находкой.

Расправив сильно поврежденные части бумаги, что ещё больше пострадали из-за её небрежного обращения, Канарейка с тревогой начала разглядывать едва читабельные слова, надеясь в них найти уверенность в своей догадке. Но так как на улице уже ложилась темная грань, и освещение в комнате было едва заметным. Молодой особе было трудно что-либо разглядеть, и ей пришлось заставить себя встать, несмотря на слабость, которая ещё окутывала её ноги. Опираясь на дверь, она направилась к столу, где зажгла пару свечей в канделябре, и, присев на стул, аккуратно приблизила листок к свету.

Выцветшие временем слова тут же открыли перед ней свою тайну, погружая в когда-то нераскрытую загадку, что теперь раскрывала продолжение предания, связанного с горой Лилин. Кана не смогла сдержать вздох удивления, когда окончательно убедилась, что перед ней был тот самый недостающий листок, который был кем-то вырван из книги о мифологических существах и народных легендах.

Охваченная внутренним трепетом, она вновь устремила свой взгляд на начало текста. Но как бы она ни старалась разглядеть все слова, все же большая часть из них потерпела крах под воздействием времени. Тем не менее, темноволосая особа все-таки смогла уловить суть, которая, похоже, перекликалась с той историей, что некий мужчина рассказывал в своем дневнике, который она получила в качестве презента от мистера Кайлина. Только разница была в том, что в этих записях имя желтоглазого демона уже не угадывалось из-за сильного повреждения бумаги. Все, что оставалось, это размытые чернильные следы, захоронившие под оберткой помятости эту тайну.

От этого открытия, в её душе возникла грусть, возможно из-за того, что она до сих пор мнила надежды на то, что всё это было неправдой, так же, как и то, что она надеялась вновь узнать имя безымянного. Однако её вера столкнулась в очередной раз с жестокой реальностью, будто судьба решила ещё раз испытать её, даря крупицу надежды, чтобы затем беспощадно отнять обратно. Мисс Додсон ощущала, как боль разбитого сердца вновь распространяется в груди, а зловещие слова на листе словно насмехаются над её жалкой любовью к демону, к страшному существу, о котором как о нечестивом зле рассказывают в своих строках. У Каны даже возникло желание вновь смять его, разорвать на куски, будто так она хотела избавиться от тяжести истины. Но несмотря на минутную слабость, она решительно прижала клачок бумаги к груди, словно пытаясь укрыть свою душу, что оплакивала её страдания.

В этом удушающем мраке тоски, где каждая мысль была пропитана печалью, вдруг в её голове возник вопрос, подобно мерцающей вспышке, что охватила её разум.

«Почему этот листок оказался у Лоркана?»

Тут же вслед зазвучал ответ, пугающим шепотом звучавший в сознании леди.

«Неужели он был у него с самого начала?»

Одна лишь мысль о возможном предположении так насторожила и напугала её, что глаза дамы широко раскрылись от ужаса. По её позвоночнику пробежал холодный рой ледяных мурашек, заставляя её тело напрячься от внезапного озноба. Казалось, даже волосы на руках встали дыбом перед настолько грозным взлетом помыслов коварного человека.

— Не может быть, — сорвалось с уст Канарейки, на грани пропасти того, во что она мнимо верила и представляла о наследнике. — Он знал... Лоркан знал всё с самого начала.

Словно в подтверждение всего этого, в её памяти начали всплывать одно за другим воспоминания — те моменты, что ранее были неясны, теперь лишь усиливали её веру в то, что мистер Кайлин ещё с первых дней играл с ними, разыгрывая представления перед всеми, втягивая их в большой обман, в котором среднюю внучку Альмы использовали в качестве главной мишени.

— И знаете, зовите меня Каной. Вам лучше не стоит упоминать...

— Это из-за якобы проклятой птицы?

— Так вы знали?

— Конечно, я же должен всё знать о своей возможной невесты.

«Ещё тогда.»

— Да и прежде меня в чем-то подозревать, нужно быть и самой не менее подозрительной.

— Что вы имеете в виду?

— Знаете, я тут не давно увидел кое-что интересное. А именно девушку с корзинкой, что тайком вышла ночью на улицу.

— А ко мне это какое имеет отношение?

— Но так той девушкой были вы, Канарейка.

«Он следил за мной.»

— Мне было необходимо получить пост Главы, и только так я мог этого добиться. Если вы подыграете мне и дадите немного времени, то я могу гарантировать вам дальнейшем полную свободу. Назовём это договорными отношениями или фиктивной помолвкой. Вас же тоже такое устраивает?

«Он использовал меня.»

— Знаете я искал вас. Как вы думаете, что же я обнаружил, когда отправился в след за вами? Вас уже не было на балконе, но о вашем присутствии доказывали брошенные на нем цветы. Так где же вы были, Канарейка?

«Он знал где я была и с кем.»

— Если это будет необходимо, то да. Я воспользуюсь всеми доступными способами, и не важно, будь это пост Главы или свадьба на девчонке из рода Лилин.

— Но ведь она...

— Она нам нужна! И ты знаешь почему. Так что закроем эту тему. Мне и без твоих нравоучений ясно, что надо делать.

«Но почему именно я нужна была ему?»

— Тогда вы показались мне наивной и простой девчонкой, но сейчас передо мной я вижу решительную девушку, словно есть что-то, что придает вам уверенность, или даже кто-то, что прячется за вами в тени.

«Потому что он знал, что я связана с Хозяином ночи.»

— Я заметил, что на ваших губах не осталось ни ранок, ни кровоподтеков от моей грубости. Я, конечно, безусловно этому рад. Но знаете, мой язык до сих пор больно покалывает при каждом движении. Поистине странные отличия, вам так не кажется?

«Он давал понять, что всё знает.»

— В принципе, именно поэтому я пришел, чтобы сказать, что мое предложение до сих пор в силе. А эта книга некий презент к примирению.

«Зачем на самом деле он дал её мне?»

— Это мой вам подарок в качестве перемирия, или, правильнее сказать, подарок полученных знаний и предостережений.

«Ложь! Это не было его целью!»

— Желтоглазый демон. Нет. Сущий дьявол виноват в том, что Старейшине становится все хуже и хуже.

«Он хотел заставить меня в это поверить! Но для чего?»

— Вам нужно время, чтобы все переварить.Поэтому считаю, что нет смысла продолжать диалог, ведя его самим с собой. Не переживайте, я, как и Альма, никому ничего не скажу, но, Канарейка, прошу вас все хорошенько обдумать и принять верное решение, если вы не хотите лишиться близкого вам человека и погубить себя.

«Неужели...»

— Я же вас предупреждал. Говорил, что желтоглазый демон погубитСтарейшину из-за вас, но, увы, моё предостережение вы не восприняли всерьёз, а теперь уже слишком поздно.

«Не может быть...»

— Я... Я же всего лишь отнесла ей ту странную цепочку. Это Лоркан мне её дал! Я не при чем! Это не моя вина!

«Это был он... Это Лоркан виновен в смерти бабушки...»

Прозвучала, подобно смертельному выстрелу, последняя догадка в её голове, и старшая Додсон уже не в силах вынести всё это безумие, жалобно взвыла на ряду с разрывающими всю её плоть чувствами, что словно каплями яда пронзительно и убийственно разъедали её измученную душу. Каждый вздох сдавливал её грудь, и казалось, ещё пару минут, и она умрет от нехватки воздуха.

В темной комнате внезапно раздался грохот небес, заглушив звук падения стула с задыхающей девушкой, которая вместе с ним свалилась на пол, сильно ударив голову о деревянные доски. Но несмотря на боль, Кана стала карабкаться к закрытому окну, словно там она могла найти своё спасение. Едва добравшись до него и пошатываясь, она открыла железные ставни, встречая за ним дождь, который в такт её дыханию, так же быстро и громко падал на землю.

Повиснув на окне, как дрожащий листок, что пытается удержаться на своей ветке, она чуть ли не упала в расплывчатую черную грань, уже на половину закрывавшую её зрение. В этот момент её губы дрогнули в попытке позвать кого-то, но вместо имени лишь неясное бормотание было направлено в сторону громадно-розового дерева. Её безнадежный зов растворился в каплях дождя, точно как и имя загадочного существа в её памяти.

В конце концов, черноволосая мисс лишилась сознания. Возможно, это произошло из-за сильного потрясения, либо ранее перенесенный удар по голове принес больше вреда, чем она предполагала. А может быть, это было вызвано глубоким отчаянием, пониманием того, что из-за её глупости она больше никогда не увидит своего возлюбленного, как и...

В том, что она усомнилась в его словах о любви к ней.

В том, что не дала даже оправдать себя в их последнюю встречу.

В том, что отказалось от него, хотя обещала, что никогда не бросит в этом бренном мире.

В том, что поверила лгуну, а не уличному сорванцу, который никогда не врал ей.

В том, что просила себя убить, хотя видела, как всё его тело дрожало.

В том, что она заставила его покинуть её, наговорив те ужасные вещи.

Канарейка настолько винила себя, оказавшись на краю бездны.